***
С того разговора с Полиной прошло два дня. Антон честно пытался снизить общение до нуля, но когда он писал Роме или шёл с ним гулять, то все старания шли коту под хвост. А сегодня Антон опять в образе девушки шёл на прогулку с Ромой. Хотя, их встречи, наверное, можно уже называть свиданиями, потому что на приветствие и прощание, – да и вообще в подходящие и неподходящие моменты, – они спокойно могли поцеловать друг друга в щёку, но, почему-то, никогда это не обсуждали. Хотя было ясно, что они друг другу нравятся. Антону нравится Рома, а Роме...нравится Тоня. Роме нравится Тоня. Если бы Антон был Антоном, то Рому бы он в себя никогда не влюбил. А когда Антон был Тоней, то Пятифанов сразу становился лучшим джентльменом в мире, делал комплименты, цветочки дарил. И это было большой проблемой, которую нужно было как-то решать. Но это было невозможным, а вариант с признанием Антон отшвыривал куда подальше, стоило этой мысли посетить его белобрысыю голову. Ну, а сейчас он – в образе Тони – разговаривал с Полиной, которая чуть ли не каждый день пыталась его вразумить. – Антон, ничего не хочешь мне сказать? – Морозова упёрла руки в бока, а из-за расставленных на ширине плеч ног выглядела ещё более угрожающе. – Да знаю я, Поль, знаю! Я пытаюсь закончить с ним общение, но... – Но именно поэтому я вчера видела, как вы целовались? – Это был обычный поцелуй в щёку. – Поправил Петров. – Ну и что? Ваши отношения вышли уже на такой уровень! – Мы не встречаемся. – Фыркнул он. – Что-то не похоже. Антон отвернулся в другую сторону, но всё равно не заметил Бяшу, что наблюдал за всем этим из-за дерева. Полина обошла Петрова и встала перед ним. – Я очень надеюсь, что... – Что я тебя послушаю. – Закончил за неё блондин. – А теперь ты послушай: ты говорила, что не будешь лезть в мою жизнь, но всё равно лезешь. Я ничего не говорил на счёт этого. Я продолжал слушать твои советы и пытался им следовать! Не преследуй, меня, пожалуйста, каждый день, просто дай мне время. – Ладно. – Сказала Полина, и, развернувшись на пятках, ушла в неизвестном направлении. К нему сразу подлетел Бяша, который с момента начала диалога ждал, пока Морозова уйдёт. – Тоха, на? Петров аж подпрыгнул. – Бля! Зачем так пугать? – Он театрально схватился за сердце. – Тыщу дам. – Поняв, что тот всё слышал, Антон решил его подкупить. – Без б, на. – Антон даже удивился такой безалаберности друга, ведь, как Петров думал, он бы сразу рассказал обо всём Роме. Но всё же достал из кармана купюру в тысячу рублей и протянул стоящему напротив него парню. – Ты где такой костюм нашёл то? – Это не совсем костюм... – Он помолчал с минуту, а после задал терзающий его вопрос: – и ты реально не скажешь Роме? – Это не моё дело, на. – Пожал плечами Бяша. – Сами разбирайтесь там. – Спасибо.***
«Привет, Тох. У тебя же мяч есть баскетбольный?» – Пишет Рома. «Ну да, а что?» «А ты ща дома? Можно его взять, если не нужен?» «Да. Давай только через минут 10» «Хорошо, я к тебе зайду» «Пока» Не вовремя он, конечно. Ну ладно, хотя бы десять минут дал. Нужно срочно срочно поспать. Петров поднялся наверх с кухни, и, закрыв дверь, упал на кровать, по пути поставив таймер на нужное время. Антон проснулся, и, проверив отсутствие волос, спустился вниз и запрятал ту куртку вглубь шкафа, чтобы Рома её не заметил. А тут как раз в дверь постучали. Что-то в последнее время Рома уж очень пунктуальным стал. Антон посмотрел в глазок, после чего отворил дверь, впустив внутрь гостя. – Привет. Сейчас принесу. – Петров зашёл в кладовку и стал искать мяч в том месте, где он его недавно видел. Нащупав что-то круглое и похожее на мяч по текстуре, Антон вышел из тьмы, и, убедившись, что он взял именно мяч, вышел из кладовой и протянул его Роме. – На, держи. – Спасибо. Тут вниз по лестнице бежит Оля, держа в руках альбомный лист. После чего выставляет рисунок перед лицом Антона. – Смотри, Тош. Это ты, только в образе девочки. Петров запаниковал. Для своего возраста рисовала Оля просто отлично, благодаря урокам брата, поэтому узнать Тоню на рисунке не составило бы труда. – Красиво, Оля. – Антон переводит взгляд на Рому, которому, кажется, вообще без разницы, что сейчас происходит. Он прощается и закрывает дверь. Пронесло.