Girl.

Антон уже неделю встречается с Ромой. Он аккуратно пытался вывести его на какой-нибудь конфликт, чтобы потом просто пропасть, но Пятифанову всегда удавалось сглаживать углы, что одновременно радовало и раздражало. А Рома будто и не замечал попыток Антона поссориться. Если честно, Петрову казалось, что, если Пятифанов и будет состоять с кем-то в отношениях, то будет слегка грубоват, но всё оказалось совсем наоборот – Рома, напротив, был добрым и нежным, при встрече дарил цветочки, заваливал комплиментами. И всё бы хорошо, если бы Тоня была Тоней, а не Антоном под прикрытием, который, каждый раз при осознании того, что всё вышеперечисленное предоставлено не ему, хотел забросить всё это дело и улететь в Австралию, где его никто (а в особенности Рома) никогда не найдёт. А Полина же, когда прознала об этом, по-матерински отчитала Антона, как, в принципе, тот и предпологал, уже в который раз пообщав завязать с этим.

***

Сестра днями напролёт смотрит про жизнь кукол на Ютубе, родителей дома не будет ближайший месяц, именно поэтому Петров уже как неделю не принимал облик парня, потому что именно эту неделю он ходил на свидания с Пятифановым. Антон открывает холодильник и замечает на верхней полке баночку пива. Почему бы и нет? Ему вообще всё равно на то, что оно алкогольное (он был уверен в этом, ведь отец только такое и пил, но очень редко), поэтому он не задумываясь открывает банку и залпом выпивает содержимое. Быстро опьяневший (не сильно) Петров выходит на улицу, не надевая куртку, чтобы отрезвиться так, чтоб сестра ничего не узнала, ведь она была той самой ЗОЖ-ницей и ненавидела, когда брат пьёт, а её гнев был страшен – она очень больно щипалась. Порывы зимнего ветра хлестали по лицу, – но холодно не было, – принося с собой снег и осыпая им бледное личико. Антон опять прокручивает в голове все моменты, когда Рома так нежно и трепетно обращался с Тоней, словно с фарфоровой куклой. Слёзы накатывают автоматически. Петров садится на колени и даёт волю эмоциям.

***

Никто не хотел гулять. Рома обошёл уже всех: Катю, Полину, Бяшу, друзей из параллели, – и даже Семёна! – но никто не хотел выйти в такую морозную погоду. Он бы зашёл и за Тоней, но адреса её не знал, именно поэтому Пятифанов сейчас топает в сторону Антонова дома, ведь гулять страсть как хотелось. Какого же было его удивление, когда на пороге дома Петровых он обнаружил плачущую Тоню. Она сидела на ступеньках, прижав колени к груди, и иногда вздрагивала от мороза. Лицо её было скрыто за длинными густыми волосами, так что нельзя было точно сказать – плачет она, или просто сидит. Пятифанов аккуратно подходит к девушке и начинает поглаживать её по голове. – Тоня? Что ты тут делаешь? Антонина вздрагивает, после чего переводит замыленный взгляд на Рому и спешно утирает слёзы. – Да так... – Неоднозначно отвечает блондинка. – Ты чего плачешь? Какой козёл тебя обидел? – Я. – Что? – Я, Ром. Я самый настоящий козёл. Можешь меня ударить, только подожди, я сниму очки. – Она снимает очки и убирает их в кармашек. То, что Тоня говорила в мужском роде, Рому вообще не смутило, ведь сейчас так делают многие девочки. – Так, не унывать! Антонина... Рома вдруг понял, что не знает о Тоне вообще ничего, – даже её фамилию! – когда она, кажется, знала о Роме буквально всё. – А фамилия твоя как? – Петров. Прости, я знаю, что нельзя за такое человека простить, но... – Антон..? Кивок. – Это же просто розыгрыш, да? Ты его сестра, о которой он мне, почему-то, не рассказывал, а ты просто решила неудачно пошутить... – Голос его звучал нервно, но он старался его выровнять, чтобы звучать уверенно. – Да одна у меня сестра, Оля. Я - Антон. – В отличие от Пятифанова, чужой голос звучал уверенно. – Ты так убедительно говоришь. Я даже почти поверил. – Улыбнулся Рома. – Я докажу. Рома смотрит за тем, как Тоня встаёт и открывает дверь, громко топая ногой. Вниз по лестнице бежит Оля, подбегает к ней и спрашивает: – Тош, а почему ты без куртки? – Там не холодно. – После такого ответа девчушка скрывается из поля зрения шокированного Ромы. – Да вы просто сговорились все, чтоб уж точно убедительнее вышло. А Тоха сейчас сто пудов сидит у себя в комнате и смотрит. Рома встаёт и кладёт руку на белую макушку, двигая туда-сюда. – Вот, это не парик. Настоящие волосы. Собеседница фыркает. – Так зачем ты пришёл? – Вообще, я пришёл за Антоном, но раз уж ты здесь, мы можем погулять. – Ладно. – Только куртку свою надень. Она обречённо заходит в дом и срывает куртку с крючка, поспешно надевая её на себя. – Так вы с Тохой знакомы? – Это и есть я. – Ой, да хватит, не смешно уже. – Да это не шутки! Можешь даже спросить у Полины! Я не хочу играть на твоих чувствах, хоть и уже это делаю. Как мне тебе это доказать? Рома лишь молча достаёт телефон и набирает чей-то номер. Поначалу ничего не слышно, но потом Рома, кажется, ставит звонок на громкую связь. – Рома? Ты чего звонишь? Я списывать не дам, у Кати, вон, проси! – Это Полина. – Я хотел спросить. Тоня утверждает, что она - это Антон. Ты что-то знаешь об этом? – Дай-ка ей телефон. И выключи громкую связь, если она включена! Рома передаёт телефон, сбавив звук по указаниям Морозовой. Теперь он слышал разговор лишь от лица Тони: – Ало. Да, это я. Да. Вот, а ты в меня не верила. Я знаю, что делаю. Да. Хорошо. После чего смартфон снова оказывается в руках Ромы. Он прикладывает трубку к уху, слушает речь Полины, после чего можно услышать громкое: – Да вы все вчетвером меня разыгрываете! – И сбрасывает вызов. Пятифанов достаёт из кармана сигарету, потом некоторое время вертит её в руках и после убирает, не решившись закурить. – И как вам в голову такое пришло... Нет, вы, конечно, пиздец как похожи, но я всё же не верю, что ты сестра Тошика. Тоня не выдерживает и достаёт из кармана телефон, после чего что-то тыкает и направляет экран на Рому. Там видна переписка с ним от лица Антона. – Ебать, он тебе ещё и свой аккаунт дал! Вот это масштабный прикол. – Жди здесь 10 минут. – После этого она куда-то уходит. Рома решает подождать, чтобы увидеть, что же они ещё там придумали.

***

Через 10 минут на это же место в той же куртке, – но уже в штанах, – приходит Антон. Рома смотрит на него выжидающе, думая, что же ещё ждать от этого розыгрыша. – Что нужно сделать? – Вздыхает Петров. – Ничего. Я вам всем не верю. – Рома разворачивается на пятках и уходит, скрываясь в тени домов.