Только мой

      Чимин роется в траве у не работающего фонаря и материться тихо себе под нос. Он шёл с тренировки, слушал музыку, пританцовывая и, поправляя волосы, задел рукой ухо, и наушник улетел в неведанные дали. И вот Чимин уже 10 минут кверху попой рыщет в траве, подсвечивая телефоном, а наушник так и не найден. Ещё и этот чертов фонарь сегодня не светит. Чимин часто ходит этой дорогой из зала, и всегда было нормальное освещение. Но именно сегодня все сложилось так, что фонарь не горит, наушник потерян, а телефон почти сел.       Вдруг слышится слегка хриплый низкий голос. «Девушка, у вас все хорошо? Что случилось? Помощь не нужна?». Чимин оглядывается по сторонам, высматривая к кому там обращаются, он не следил за обстановкой, но вроде никого нет. «Ладно, может не вижу, надо найти наушник», — думает Пак. Он их купил совсем недавно, копил на них несколько месяцев. Он просто студент театрального отделения, работающий официантом и барменом в клубе, занимается танцами. С тренировки по ним он и идёт, у них скоро выступление, и все свободное время он посвящает подготовке к нему.       — Девушка! — слышится снова, — в этом районе не очень безопасно ходить красивой девушке одной. И Чимин полностью согласен, ведь он живет не в самом лучшем районе.       — Девушка, может вам нужна помощь? — голос совсем рядом и Пак чувствует неожиданное прикосновение к руке. Вскрикнув, он отскакивает в сторону и приземляется на задницу, обтянутую в любимые голубые джинсы.       — Черт! Да что за вечер такой! — восклицает Чимин. И, вскакивая, начинает, подсвечивая фонариком, рассматривать свою задницу на наличие следов травы и, увидев их, громко выругивается. И смотрит зло на стоящего рядом растерянного парня.       — Что?! Что?! Ну что?! Что тебе надо?! Че пугаешь?       — Извини, — хрипят ему в ответ, а Чимин осознает, что именно этот голос звал какую-то девушку.       — Извини, это не тебя тут звали? — спрашивает Пак.       — Что?       — Ну девушку тут голос хриплый звал? Не тебя?       — Ну я же уже сказал, что извиняюсь.       — Что? Ты тоже не девушка?       — Извини еще раз, я пойду, — и делает шаг в траву.       — Стой! — кричит Чимин. Парень замирает и смотрит округлившимися глазами в ответ.       — Наушник у меня упал в траву, не ходи по ней, раздавишь ещё.       — Слушай. Извини, что обознался. Темно здесь. Давай помогу искать? У меня мотоцикл рядом припаркован, сейчас приеду и фарой посвечу. Вдвоём быстрее найдём.       Чимин смотрит на парня, закусив губу. И послать хочется, обидно, за девушку принял, и 2% на телефоне, а наушники найти надо, да и домой хочется, надо выспаться, завтра с самого утра проверочная работа.       Чимин вздыхает обречённо и отвечает:       — Ладно. Не откажусь от помощи, тем более от симпатичной девушки, — и хихикает.       — Согласен, не хорошо получилось, но может хватит прикалываться. Меня зовут Мин Юнги, — говорит парень и протягивает руку.       — Пак Чимин. Будем знакомы, — пожимает руку в ответ. — А теперь, где там твой мотоцикл, давай быстрее найдём мой наушник. Мне надо выспаться. Завтра важный день.       — Сейчас, 5 минут и буду здесь, — отвечает Юнги и быстрым шагом удаляется. Чимин машет ему вслед и продолжает поиски.       Наушник они благополучно находят спустя 10 минут, он сверкнул в свете фар и был быстро подобран обрадовавшимся Чимином.       Потом Чимин был доставлен на мотоцикле до подъезда.       — Хоть все и началось с ошибки, но я очень рад, что мы нашли наушник. Да и приятно поболтали, — говорит Пак.       — Ты еще долго будешь мне припоминать эту девушку? Ну правда, темно было! — в который раз уже восклицает Мин, — давай обменяемся номерами, можно будет ещё как-нибудь пересечься, да и пообщаться с умным человеком приятно.       — Ха-ха, — смеется Чимин, — спасибо, за оценку моих умственных способностей, я не против.

***

      Юнги опаздывает на выступление команды Чимина, его задержали на работе. Пришёл богатый папик заказать песенку для своей «племянницы». И Юнги промучился с этой безголосой дурой целых 3 часа, чтоб записать хоть что-то. А оговорённым был только 1 час! И студия закрывалась. Но нет, у него же деньги, и начальство заставило Юнги возиться. Мин очень хотел открыть свою студию, но для этого нужны были средства. И он работал как проклятый, для осуществления своей мечты       Он пытался дозвониться до Чимина, но безрезультатно. Сначала телефон не отвечал, а потом стал вне сети. И вот он подъехал к клубу со стороны чёрного входа, надеясь застать Чимина, выходящим из клуба. Но не обнаружил, описанной машины, на которой, как сказал Чимин, они должны были ехать. Значит, он совсем опоздал и Пак уже уехал.       Он расстроенный решил покурить. «Эээх. А ничего такой парень, этот Пак Чимин. Интересный. И весёлый. А энергия так и плещет», — подумал Юнги. Столько, как за последние 2 недели, Мин не улыбался уже давно. Да и в карман за словом Чимин не лезет, сказанет как отрежет. Они встречались уже несколько раз, много переписывались. Ходили вместе в музыкальный магазин, долго обсуждали кому, что нравится. Просто гуляли у реки, болтая обо всем.       Юнги познакомился с его лучшим другом Хосоком, по совместительству главой их танцевальной группы и хореографом в одном лице. Он тогда забирал Чимина с тренировки, они договорились перекусить вместе, а вышел он в обнимку с парнем, который просто светился позитивом и добротой. Как потом узнал Юнги, это заканчивалось с началом тренировок, и милый парень превращался в дотошного перфекциониста, не дающего спуска никому из коллектива. Но никто на него не злился, его все очень любили, хоть и боялись в гневе. Они все же доехали тогда до кафе, вкусно поели и поболтали до поздней ночи. Юнги снова вёз Пака домой.       «Точно! Может у дома попробовать перехватить. Ну или свет будет гореть, тогда хоть понятно, что уже добрался и может уснул. Хоть переживать перестану», — думает Юнги, докуривает и снова седлает байк.       За квартал от дома, Мин замечает двух явно ругающихся людей. Юнги глушит байк, слезает и снимает шлем. Вроде один из силуэтов похож на Чимина, да и голос точно его. И брюнет решает присмотреться повнимательнее.       Его взору открывается картина, как Пак пытается уйти, его хватают за руку, дёргают, пытаются обнять, он сопротивляется, отталкивает, пытается вырваться. Его тянут за волосы, пытаются поцеловать, он бьёт ботинком под колено, его с матом отпускают.       — Чимин, ты что творишь?       — Это ты что творишь, Енгван? Набросился на меня как ненормальный. Целоваться ещё полез! Что на тебя нашло?       — Теперь играешь в недотрогу? Мы общаемся уже месяц! Я за тобой ухаживаю месяц! Я в курсе, что тебя не девушки интересуют! Не надо отнекиваться! Да и мы общались нормально. Что это сейчас вообще началось?       — Ухаживаешь? Я думал мы просто дружим, Ен. Что за чушь ты тут несёшь? Я тебе предлагал настоящую дружбу, а ты не можешь член в штанах удержать и лезешь с ним ко мне. Я к тебе с душой, а ты мне членом в рожу!       — Ну я рассчитывал на другое место, но можно для начала и так, -усмехается парень.       — Иди нахуй, мудак!       — Я предпочёл бы на хуй посадить тебя.       — Точно идиот! Как тебе ещё сказать, что я не заинтересован в общении с тобой в таком ключе? Да, блять, ни в каком ключе! Ты просто больной ублюдок!       Мин Юнги в полном шоке от наблюдаемой картины. В его голове просто не укладывается, что происходит. И это все тот же парень? Который улыбался так лучезарно, щуря глаза щёлочками и растягивая свои пухлые губы? Что даже не накричал на него, когда тот назвал его девушкой? Что так звонко взвизгивал и прижимался плотнее, когда мотоцикл резко трогался с места? Это его солнечный мальчик стоит и орёт с испугом в глазах на какого-то мудака, что смеет тянуть к нему руки? А когда Чимина, снова хватают за руку и пытаются прижать к себе, гнев заполняет все сознание и сорвавшись с места, Мин подбегает к ним. И с криками «руки убрал» отталкивает парня от Чимина, оттесняя того за спину.       — А ты ещё кто? Не мешай мне разговаривать с моим парнем! — возмущается Енгван.       — Юнги? Ты что тут делаешь? Я думал, что ты забыл, — лепечет Чимин. Он в растерянности, ему неприятно, что такую нелицеприятную картину видит Юнги, не знает, как он вообще отнесется к этому.       — Прости. Работа. Меня задержали. Я не успел на выступление.       — Вы типа знакомы? — с удивлением и надменно выдает Енгван.       — Пасть закрыл! И отошёл! — злобно заявляет Юнги.       Парень выше его почти на голову. Но Юнги отмороженный, когда дело доходит до драк. Обычно он бережёт руки, они нужны ему для работы, но если уж вспылит, если его достанут, то ищите способ спастись, он становится безжалостным и безбашенным. И бить предпочитает тем, что попадет под руку. В данный момент он сжимал в левой руке так и не оставленный шлем. Он просто не успел. Он ломанулся, не отдавая себе отчёта. Но и не время думать сейчас.       — Чимин, давай поговорим? Возможно, я погорячился.       — Я сказал: заткнулся и отошёл!       — Енгван, уйди, — говорит Чимин. Он стоит, прижавшись к спине Юнги, и, округлив свои глаза, нервно прикусывает губу. Он в шоке от всего происходящего. Они нормально общались с Еном, тот помог организовать их выступление, подвозил их после репетиций. Они несколько раз ходили перекусить, но Чимин даже мысли не допускал о не дружеских отношениях.       — Почему я должен уйти? Я хочу поговорить с моим парнем. А этот тип вообще не понятно откуда взялся и влез в наш разговор.       — Он не твой парень! Пошёл отсюда! — Мин уже почти рычит.       Ен тянет руку что бы схватить Чимина, но получает удар по руке.       — Я сказал, руки прочь!       — О, какой ревнивый!       — Я не ревнивый! Я просто не люблю, когда трогают мои вещи! — В спину ему прилетает удар кулачка Чимина.       — Ты охуел, Юнги? Я не вещь!       — Мини. Потом. Объясню, — цедит сквозь зубы Мин.       — Так. Я чего-то не понимаю? Ты вообще кто?       — Парень я его. Че вылупился? А ну развернул свои ступни и направился в противоположную от нас сторону.       — Какой сюрприз, — смеётся Енгван, — то есть ты флиртовал со мной будучи при парне? Или это просто левый чувак? Да и не похож ты на педика, как там тебя, Юн что-то.       — Я не флиртовал! Я просто общался!       Юнги поворачивается к Чимину лицом, смотрит в глаза, притягивает его за футболку и целует в губы. Сразу с напором, впиваясь жадно, как будто метя его собой. Чимин ничего не понимает, но не может сопротивляться, губы сами раскрываются на встречу напору чужого порыва, придвигается ближе.       — Ну ладно. Верю, что парочка вы горяченькая. И кто кого? Или меняетесь? — ехидничает парень.       Юнги разворачивается, злобно смотрит на парня, и разминает плечо.       — Все. Надоело. Если ты не свалить, пришибу случайно. И не докажешь! Тут камеры есть, но фонарь один, а они не инфракрасные. Так что я сейчас тебя отделаю как бог черепаху, а ты мне ни хрена не сделаешь, — замахивается шлемом. — А если и есть что на камерах, то тут попытка принуждения с твоей стороны, сам же и сядешь!       На последних словах Мин взмахивает шлемом, что в левой руке и он пролетает в непосредственной близости от лица подонка, посмевшего обидеть его Чимина! «Когда он стал моим?» — мелькает в голове, но отбрасывается, как ещё одна мысль, на подумать потом.       Ен отпрыгивает, кричит: — Эй! Парень, полегче. Ну не поняли мы друг друга, что сразу кулаками размахивать?!       — А я ещё и не кулаками. Кулаками будет хуже. И делая шаг вперёд, бьёт ему в челюсть с правой. Я тебя сейчас в асфальт закатаю, и никто не найдёт. Будешь пылью на дороге, столь же важен и заметен. Дорожишь симпатичной рожей, так исправим, потом по хирургам ходить задолбаешься!       — А я ещё и добавлю. Не одному же Юнги получать удовольствие! —говорит Чимин, дернувшийся в сторону столь раздражающего типа, но удержанный Юнги.       — Парни, потише. Я понял. Он твой. Ты его. Хорошо, хорошо, я ушёл. Всё. Оставляю вас двух ненормальных, а я из этого дурдома сваливаю. Два психа, блять! — говорит Енгван и уходит быстрым шагом, почти убегая.       Юнги выдыхает, разворачивается к Чимину: — Ты как? Все нормально?       — Да какое нахуй нормально?! — восклицает Чимин. — Друг пытается залезть в штаны, другой парень называет своей вещью. И все это в квартале от моего дома. Надеюсь, хоть соседи не слышали!       — Чимин…       — Что? Что? Что, Чимин? Ну что ты стоишь рукой трясешь? Очень больно? Дай посмотреть! — и не дожидаясь ответа, тянет руку на себя.       — Поздравляю, надо обработать ушиб. Пойдём, психованный, тут аптека за углом.       — Чимин?       — Потом поговорим. И да, спасибо, что заступился. Я просто офигел от всего случившегося. Но недовольство ещё выскажу.       — Хорошо, — соглашается Юнги и идёт за этим удивительным парнем в аптеку, не забыв свой мотоцикл.       Потом купив все необходимое, они сидели на лавочке рядом с домом Пака. Домой все же парня Чимин приглашать побоялся — надо время отойти от сюрприза с Еном. Пак обработал рассечённую кожу, смазал отёк и синяк, и перевязал все бинтом.       — У тебя ловко получается.       — Когда занимаешься много физическими нагрузкам, травмы неизбежны. Пришлось научиться. Все. Закончил.       Чимин снова улыбнулся, смотря на Юнги. А тот просто завис от созерцания как будто светящегося лица парня, от звука смешка, что издал Чимин. Раньше Мин Юнги не верил в любовь с первого взгляда, но этот парень что-то перевернул внутри и возможно, пока только возможно, что сильное притяжение возможно с первого взгляда, возможно он и правда влюбится в него, если ещё нет.       — Э-э-эй! Юнги! Отомри! — и щёлкает пальцами перед лицом, — ответь уже на вопрос.       — А?       — Что за не люблю, когда трогают мои вещи? Ты считаешь меня своей вещью? Это че ещё за идиотизм?       — Не вещью.       — А кто же я тогда?       — Не хочешь стать моим сердцем? — выдает Юнги, удивляя самого себя. И смотрит ошарашенным взглядом на такого же ошарашенного парня, напротив.       — Хм. Удивил, так удивил. Подкатил, так подкатил. Ну что ж, «моя тоже не девушка», кто станет чьим сердцем, покажет время. Но я не против попробовать узнать друг друга получше и начать встречаться. Ты мне тоже сразу понравился. " Иначе, услышал бы мат в ответ на сравнение с бабой, и мы бы больше никогда не общались», — думает Чимин.

***

      С того момента прошел уже почти год. Они уже живут вместе. В какой-то момент просто осознали, что перестали расставаться на ночь, оставаясь друг у друга. Сначала на диванах, а потом уже в одной постели. Кстати, до постели у них дошло через 2 месяца. Когда оба осознали, что влюблены, вернее любят, а не просто испытывают симпатию. Да они ругались, но потом очень бурно мирились. Один раз они переколошматили всю посуду в доме, выясняя кто кому чужому улыбался, а потом сломали кровать, когда мирились. И очень долго хохотали, убираясь потом на кухне вместе.       И вот сейчас Юнги снова опаздывает из-за работы. Уже на полчаса. А они сегодня решили устроить свидание в честь полугода совместной жизни. В том первом кафе, что они посетили. И вот Юнги наконец доходит до нужной двери, заходит и видит, как Чимин, его сердце, с разбега запрыгивает на какого-то парня, обвивает руками и ногами, виснет на нем, как обезьянка. Радостно смеётся, закидывая голову назад, открывая шею. А этот парень держит Чимина под ягодицы, сжимая их своими ручищами, жамкая, тоже смеясь и начинает кружиться вместе с ним. Потом он ставит блондина на пол и говорит:       — Привет Чимин-хен, а ты знатно накачал задницу за время, что мы не виделись!       — А ты знатно раскачался весь! Целиком! — отвечает ему Чимин.       — Ну я старался, — и парень снова смеётся.       Незнакомый Юнги парень, что лапал Его Чимина за задницу, у всех на глазах! О чем они ещё говорили Юнги не слышал, он собирался с мыслями, чтобы не вспылить. Он знал свой характер, он мог отреагировать слишком бурно. Но когда они снова решили обняться, терпению Юнги пришёл конец. Он подходит к парочке, берет Чимина за руку и молча тащит его за собой.       — Юнги, ты что делаешь? Юнги?       — Мы идём домой.       — Юнги мы хотели устроить свидание, ты опоздал, теперь тащишь меня за руку. Мне больно, в конце-то концов. Объясни, что происходит.       — Дома. Давай выясним все дома. Пожалуйста, — с трудом говорит Мин, перехватывая Чимина за талию и, продолжая тащить его практически на буксире, выходит из кафе. Как они добираются до дома он помнит смутно.

***

      Юнги резко закрывает дверь, входя в квартиру за своим парнем.       — Чимин, что за нафиг?! Что это было?       — Я не понимаю. О чем ты? — говорит, состроив невинную мордашку младший.       — Не надо мне тут врать! Что это был за парень?       Серьёзный, злой Юнги раздувает ноздри и, уперев руки в боки, вперил взгляд в блондина.       — Чимин, что за фигня?       — Да просто старый друг.       — Какой на хрен друг? Ты считаешь, что это нормально? Я вхожу в кафе, а ты виснешь на каком-то парне, как обезьянка! И радостно смеёшься! — Мин стягивает рубашку, проходит дальше в квартиру, в сторону кухни-столовой, упирается задницей в столешницу, сложив руки на груди.       — Давай, расскажи мне, как ты общаешься с другими мужиками? Что, блять за обнимашки? Мы вместе уже год, что это за хрен с горы?!       — Это друг из института, мы не виделись полгода. Мы всегда так здоровались! — Чимин начинает заводиться в ответ на наезд своего парня.       — То есть для тебя нормально виснуть на каком-то левом парне? Что это, блять, за жамканье задниц? Да, блять, он лапал твою попу! При всем народе!       — Юнги, успокойся, ну мы всегда так общались. Чонгук просто очень тактильный. И у него есть парень. Они вместе уже 2 года. Юнги взрывается, подлетает к Чимину, хватает его за грудки, и орёт в лицо:       — Да мне посрать, есть ли у него парень! Если он позволяет ему вести себя как блядь, то пусть делает, что хочет, но Не. С. Тобой!       — Да черт, ты из-за какой-то хуйни вытащил меня из кафе почти за шкирку, не дал пообщаться с другом! Ты ведёшь себя как мудак! И не ори на меня! — Чимин стоит весь красный, глаза пылают гневом. «Такой привлекательный», — мелькает в мыслях Юнги.       — Кто ты такой орать на меня и наезжать? Я не сделал ничего плохого! Что ты начинаешь из мухи делать слона! Ну обнял он меня. Ну общались мы так всегда. И вообще, убрал руки от моей футболки. Не ты покупал, не ты и порвешь! Что за тупые истерики и выяснения отношений. Я просто общался! Чимин пытается отцепить руки Юнги от себя.       Юнги встряхивает Чимина за грудки двумя руками, подталкивает к стене.       — Он тебя лапал при всех!       — Да не лапал он меня!       — Лапал! — орёт Юнги, подхватывает Чимина под задницу приподнимая, Чимин хватается за своего старшего ногами и руками.       — Ты что делаешь? — с возмущением восклицает Пак.       — Значит, что делаю я?! А когда ты на него так запрыгнул, что делал ты? И за задницу держать ему тебя можно, а мне нет?       Юнги мнет задницу Пака, сжимает булки, вдавливая его ширинку в себя, приподнимает слегка, чтоб он проехался по нему членом. — Ну давай, расскажи мне, что это поза не провокационная! Отходит с Чимином к столу, усаживая. Одну руку вплетает в волосы, тянет.       — Что? Что ты можешь мне сказать на все это?       — Юнги, мне больно! Не тяни так сильно.       — А мне было больно видеть вас там. Я даже не знал, что происходит! Что я должен был подумать?!       — Что угодно, но не это дерьмо! Ты же знаешь, что я люблю тебя, ты идиот! Что за пиздец вообще происходит?! Как ты вообще мог додуматься до такого! Я разве давал когда-то повод? Вот скажи мне? Я хоть когда-то вёл себя вызывающе не для тебя? Как ты вообще мог подумать такое обо мне, кто я по-твоему? Блядь, что ли? Все, Юнги, отпусти меня. Я больше не хочу разговаривать, отпусти меня.       — Чимин…       — Что? Что? Что Чимин? — ухватив за грудки, Юнги орёт блондину — Я тебе сразу сказал, что нет повода, а ты устроил истерику!       — Чимин, послушай…       — Да схренали я должен… — Юнги затыкает его поцелуем.       — Что ты…       Юнги снова целует его, держа за волосы, получая укус в губу.       — Ауч…       — Заслужил, — чуть спокойнее говорит Чимин.       — Да, заслужил, — отвечает Юнги, прижимая младшего к себе, тот все ещё уперев руки в грудь старшего, пытается его оттолкнуть.       — У меня башню снесло от вашего вида. Я даже представить такую картину не мог, заходя. Чимин, солнце…       — Ммм… — стонет Пак, когда Юнги добрался губами до его шеи, прихватывает зубами и зализывает место укуса, рычит.       — Мой! Мое сердце! Чимин, радость моя, любимый, — нежно целует в щёчки, ухватив ладонями лицо. — Люблю, мозг отключился… Я потерял разум, люблю.       Чимин стонет уже в голос, выгибается в руках Мина, сдвигается ближе к краю, обхватывает его ногами.       — Юнни, да…       Мин целует его ещё раз в шею, отстраняется, резко садится на колени перед ним, жмется лицом в бедра. — «Родной мой, солнце моё, сердце моё, мой…» Расстёгивает джинсы, намекая Чимину приподняться, и стягивает их сразу с бельём. Вбирает член в рот сразу целиком. Он ещё не встал полностью, но по мере нахождения во влажной теплоте набухает, становится больше, жёстче, приятно давит на язык. Чимин стонет, шире разводит ноги. Юнги заглатывает до основания, упираясь носом в лобок, делает глотательные движения. Чимин падает спиной на стол, разводит ноги почти в шпагат.       — Д-а-а… Ещё, Юнги, ещё. Больше…       Мин выпускает член из плена рта, облизывается пальцы и гладит ими вход, чуть надавливая. Чимин выгибается, начинает ерзать на столе, стонет, поскуливает слегка. Юнги отрывается от великолепного тела перед собой, подходит к шкафчикам, берет растительное масло и возвращается к Чимину. Встает между разведенных ног, наклоняется, целует в грудь, прикусывает слегка сосок, трется о яички колом стоящим членом, сам начинает постанывать. Наливает себе в ладонь над животом Чимина масло, наносит на пальцы и вводит их в своего мальчика. Чимин кричит, от двух пальцев сразу, которые сгибаются и попадают безошибочно по простате, и ото рта, что снова обхватил его член.       — Юнги! Возьми! Давай, возьми меня! Дааавай. Ну же, я весь твой, давай, быстрее. Хочу, чтобы ты доказал, что я твой. Давай. Только твой.       Мин выпускает член, пододвигает Чимина ближе к краю, складывает его почти пополам, что задница торчит вверх, поясница прижата к груди старшего, а колени находятся по разные стороны от головы. Он облизывает яйца, отрывается, разводит два пальца внутри Чимина и вливает из бутылки в него масло, размазывает внутри. Добавляет третий палец. Отставив бутылку в сторону, обхватывает член Чимина и начинает двигать в такт толчкам.       — Еще! Еще! Юнги! — протяжно воет Чимин. — Да, возьми меня. Хочу твой член внутри, заполни меня. Дай почувствовать тебя всего.       Юнги помогает Чимину спуститься, ставит к себе спиной и опускает лицом в стол, берет член, приставляет к дырочке и резко входит.       — Да! — кричит Чимин.       — Мой, — порыкивая говорит Юнги. — Только мой! Никому не отдам! Люблю!       — Да, да, давай, возьми меня! Я принадлежу тебе! Да! Еще! Сильнее!       Мин срывается на резкие глубокие толчки, пытается хватать Чимина за бедра, но руки в масле соскальзывают, он притягивает его ближе за плечи, перехватывает поперёк груди, вторую руку опускает на член и начинает помогать.       — Да, Юнги, да.       — Мой. Скажи, чей ты Чимин?       — Твой, только твой! Да, Юнги, я сейчас. Вот уже. И Чимин кончает, сжимаясь, и утягивает Юнги за собой.       — Солнышко, — опасливо говорит Юнги, — я погорячился.       — Угу.       — Ты не злишься?       — Ну…       — Это правда выглядело странно.       — Хм…       — Лисичка моя любимая, ну скажи уже что-нибудь.       — Давай продолжим в кровати? И двигайся аккуратно, я уронил бутылку масла в процессе. И убирать её придётся потом тебе, — лукаво улыбается Чимин и прижимается к своему любимому мужчине.       Да, его партнер ревнивый. Да, он может вспылить, но какой же жаркий у них потом секс. А Чонгука надо будет предупредить, чтоб на назначенную встречу пришёл с Техеном. А то мало ли, что с ним сделает его любимый, если снова взбеленится.       Может столько удовольствия Чимин и не переживёт…