αвσυт ℓσνє

[ₐ ₕₒₚₑₗₑₛₛ ᵣₒₘₐₙₜᵢc ₐₗₗ ₘy ₗᵢfₑ;

ₛᵤᵣᵣₒᵤₙdₑd by cₒᵤₚₗₑₛ ₐₗₗ ₜₕₑ ₜᵢₘₑ]

Пугала ли когда-нибудь любовь тебя? Чонгук не знает, не знает он о тонкостях чувства этого сложного, что тяжестью до боли в груди осколком (громко!) разбивается. Разбивает. Не знает, не знает, не знает он! И не хочет знать, но… но… но… Иногда ведь задумываешься, а как это? Как другого любить иначе, чем семью или друзей? Как же ощущается романтика эта чёртова? Как? В чем смысл <я люблю тебя>? Как к человека сердцу коснуться, как, как, как… Как это… Любить людей… Никогда ни в кого он ведь не влюблялся. Чонгук просто друг, просто сын, просто Чон, просто сосед, просто старший брат, просто… — Возможно, ты этот… эмммммм… Хосок хмурится, за Чонгука цепляясь взглядом мудреца, что в пространстве и времени однажды потерялся. — Атеист? — Асексуал, Хосок, асексуал, — в отчаянии глаза после сессии свои красные Чимин закрывает, ударяя со всей силы по лбу друга/недруга/мне кажется, он мне нравится, но так страшно в чувствах своих признаваться, ведь… а если он во мне только друга и видит, а если/; Чимин по лбу /Хосока/ ударяет, разочарованно вздыхая. — Это какая-то болезнь? — удивлённо замирает Чонгук, Чон младший в компании их странной. Кафе. Люди. Столик. Друзья. И мысли. — Тебя тянет к девушкам? К парням? Они привлекают тебя? — мягко Пак на Чонгука смотрит, Хосока локтем своим острым в живот под столом ударяя, когда тот пальцами непристойности показывать начал. — Сексуально. Чонгук неловко кашляет, слегка ушами краснея. — Даже не знаю… Я… — Ты не дроч… — опять Чимин Чона старшего ударил. От боли тот стонет. — Ты когда-нибудь удовлетворял себя физически? — спокойно Пак спрашивает, в сторону Хосока даже не смотря. Чонгук молчит. Молчит. Молчит. И от смущения лицо закрывает, шепча: — Я никогда ничего такого… Не чувствовал… Поэтому… Это ненормально? Чимин мягко улыбается, рот Хосока ладонью закрывает (на случай всякий) и объясняет: — Это лишь значит, что тебя не привлекает физическая близость с людьми. Это называется асексуальностью. Теперь понимаешь? Чонгук кивает, начиная в рюкзаке своём рыться, чтобы тетрадь найти и термины новые записать. Но внезапно он останавливается. Смотрит на Чимина. На Хосока. — Значит… Я не могу влюбиться? Никогда? Его голос — сожаления полон. Он и не хотел, но! Ему любопытно было. Всего лишь. Чуточку. Хосок медленно выдохнул, осторожно на Чимина взгляд боли бросая и уточняя: — Но разве любовь лишь в этом? Ну, типа… Можно же просто за ручки держаться, заботиться, подарочки дарить, вместе время проводить… Ну… Без всей этой секси части… Разве не? Пак удивлённо на Хосока уставился. Мудрые слова! За несколько лет их знакомства — впервые. — Горжусь, — Чимина на слезу пробивает. А Чонгук взволнованно хлопает в ладоши. — А как мне проверить, что я могу любить? Влюбиться? Я никогда ещё не встречал никого… — Найдём! Есть вероятность, что разговор их этот и стал причиной Чонгука с мистером Кимом знакомства. Или же V. Мужчина этот был всего лишь буквой и собаки фото (аватаркой), что на сайте для одиночек (от Чимина ссылка) Чонгуку случайно попался. /это было странно/ /в попытках себя понять/ /себя терять/ Чонгук до этого с людьми разными общался. Найти хоть каплю любви пытался. И что? Он в никуда продвинулся. Или даже, знаете ли, дальше. И вот V. Просто аккаунт, что рекламой спамит. Просто <бесплатный любви сеанс первый> и <час с мистером Кимом для врат любви открытия>. Просто спам. Просто реклама. Просто чушь. Чонгук на приём записался, использовав свой один час бесплатный. Это был шаг необдуманный. Это и есть шаг такой. Словно в болото нырнуть утром ранним. Купить помидоры в магазине напротив в среду, о пакет ноготь сломав. Неожиданно глупо. Глупо? Глупо. (глупо, но… люди так любопытны, так любопытны…) Мистер Ким, так Чонгук лишь считает, яркий, но это столь существенно мистера Кима описывает, что повторить стоит — словно красок пятно мужчина этот, мужчина в острой специи тканей капель, что Чону мило улыбается, сидя в кафе уютном. Здесь многолюдно. Здесь спокойно. Здесь вкусные блюда. И сеанс тот самый. «Что ж, знаете ли Вы, господин Чон, почему люди любят?» Мистер Ким улыбнулся. Голос его между букв мягкостью низкой скользит. Слегка головой он кивает, слова произнося и в Чонгуку глаза прямо смотря. От юноши ни на секунду не отрываясь. — Любят кого? — это предложение неловкое. Просто ответ, чтобы ответить. Чонгук делает чая несколько глотков, улыбаясь нервно. Мистер Ким словно плёнка, что кадр за кадром меняется в рук мелких движениях и в глаз морганиях. «Кого угодно. В общем. Почему мы любим, милый господин Чон? Это эмоция, сложная эмоция. Ее нельзя объяснить словами, но именно этим мы и занимаемся всю жизнь. Почему мы влюбляемся? Почему это происходит? Что вызывает любовь? В чем ее смысл? Почему она существует? Никто не знает. И поэтому по-настоящему полюбить что-то одно можно только тогда, когда вы поймёте, что такое любовь. Вы уловили суть моих мыслей?» Не разрывается пленка на части, лишь в Чонгука уши течь продолжает. — Ваши слова разумны, — юноша думает. Кивает. Думает. — Я никогда не влюблялся, поэтому мне сложно понять значение любви. Её смысл. Но как мне тогда понять, что я люблю? Влюблен? Ведь Вы сами сказали, что любовь сложно понять и… «Вы будете знать. Вы поймете. Вы увидите. Любовь — это… неконтролируемая эмоция. Как только вы почувствуете ее… Вы действительно почувствуете ее. Ваше сердце затрепещет, и у Вас появится странное, неописуемое, теплое чувство внутри. Оно заставляет… заставит Вас… чувствовать себя живым. Это заставит Вас чувствовать себя не просто живым, это заставит Вас чувствовать, что… Вы действительно существуете. Вы будете знать.» Мистера Кима голос мягче становится, как будто он Чона успокаивает, тональность меняя. После их сеанса почему-то Чонгуку предлагают ещё один час бесплатный. Парк. Много людей. Много солнца. И скамейка возле фонтана, на которой мистер Ким сидит. С букетом лилий красных. Он приветливо Чону кивает, цветы ему даря, и произносит: «Правило первое — никогда не дарите людям букет цветов, не зная их предпочтений.» — О чем Вы? — хмурится Чон, подарок рассматривая. Как никогда? Почему? В чем суть этого правила? Он не понимает. «Правило второе — не приглашайте людей в места активного отдыха, не спросив об их ментальном и физическом состоянии. И предпочтениях.» Мистер Ким слегка губ своих, что в блестках, уголки поднимает и: «Правило третье — не нарушайте личное пространство человека, не позволяйте себе вольности и заботьтесь о комфорте друг друга.» И Чонгука за руку берет, кончики его пальцев целует, в красный томат того превращая. — Что Вы делаете?! — негодует Чонгук. — Нельзя ж делать такое! Это просто… Возмутительно! «Ах. Нарушаю Ваше личное пространство, господин Чон. И в себя влюбляю. Почему мы влюбляемся? Почему это происходит? Что вызывает любовь? В чем ее смысл? Почему она существует? Мы это, знаете ли, господин Чон, вместе изучим.» Хах? ХАХ? После их сеанса почему-то Чонгуку не ещё один час бесплатный предлагают, а Ким Тэхёна номер телефона. Чон, кстати, его сохраняет. Но неуверенно. С сомнением в голосе и на лбу каплей пота. Он никаких к мистеру Киму совсем чувств романтических не ощущает, но… Они ведь всего лишь попытаются? Познать любовь хоть на минутку. Иль секунду.

[ₛₒ ₛₖₑₚₜᵢcₐₗ ₒf ₗₒᵥₑ;

Bᵤₜ ₛₜᵢₗₗ, ᵢ wₐₙₜ ᵢₜ ₘₒᵣₑ, ₘₒᵣₑ, ₘₒᵣₑ]