Одиóзный

Одиóзный — неприятный, вызывающий крайне отрицательное отношение к себе, нежелательный.

      Утреннее солнце уже начинает будить большой город своими жёлтыми, ещё по летнему тëплыми, лучами солнца. Ветер легко проходится по закоулкам Москвы, шелестя зелёными листьями деревьев и гоняя по дворам надоедливые чёрные пакеты, предназначенные для хранения мусора.       Воробьи сидят на проводах и старых крышах, что-то щебечут на своём, перебирая нежные пëрышки. Где-то за углом слышится гул машин и бряканье бетонных плит, говорящее о том, что совсем рядом идёт очередная стройка. В дорожных выбоинах затаилась грязная от песка вода недавно прошедших дождей. На листьях деревьев всë ещё поблëскивает утренняя роса, после чего скатывается, собираясь в капли, и падает на головы недовольным прохожим, от чего те стараются скорее пройти мимо и выйти в последний, ещё не застроенный пустырь, который кажется совсем скоро поглотит городская суета очередной стройки.       Заспанные и недовольные школьники вынуждены этим и последующим утром прибывать в школе. Ведь кому ещё, как не им самим подготавливать кабинеты к грядущим урокам?

***

      Вот на футбольном поле, которое расположилось прямо перед школой, уже проводят какие-то работы, видимо, делают разметку, или что-то на подобие её. Чуть дальше кучка новоиспечённых девятиклассников рассыпалась вокруг колючих кустов, что были посажены по всему периметру металлического забора, окрашенного в чёрный цвет. Вдалеке слышатся голоса учителей, они суетятся и то и дело на кого-то кричат. В эти дни даже добрая руссичка становится драконом. В нос ударяет свежий запах краски, он, видимо, доносится с футбольного поля.       Массивные железные двери в эти дни всегда открыты и не закрываются благодаря поставленному под неё камушку, который, кажется, вот-вот рассыпется на песчинки. Переступая через школьный порог чувствуется запах сырости, стеклоочистителя и пыли. Работа среди учеников уже идëт полным ходом. Проходя чуть дальше, можно увидеть невысокого парня, заклеивающего треснутое стекло скотчем только для того, чтобы оно не вывалилось наружу в самый неподходящий момент. По коридору изредка проходят девочки, таская книги для начальных классов из библиотеки. Со стороны актового зала слышится гул, перемешивающийся с шуршанием каких-то бумажек.       — Антон! — К парню, подошла девушка с большим блокнотом в руках, — какого хрена ты опаздываешь?       — А-а. Ну, я проспал.       — Проспал он. А мы тут пашем уже час как кони!       — Окси, не злись. Я же пришёл? — Антон внимательно посмотрел на девушку перед собой, та чуть кивнула головой и пренебрежительно закатила глаза, — вот и всë. Мог вообще не приходить так-то.       — Я те дам не приходить! — одноклассница в шутку ударила парня по плечу блокнотом, от чего клетчатые страницы предприняли попытку перелистнуться, — иди пока к ребятам в актовый зал, помоги кому-нибудь, я позже тебе задание дам.       Девушка быстро исчезла за дверью одного из классов, куда ранее заходили другие девочки с цветными учебниками в руках. Антон обречённо посмотрел на закрывшуюся перед собой дверь, на которой висела белая табличка с зелёной окантовкой «2-В Класс», после чего двинулся в сторону актового зала, куда, к сожалению, отправила его староста.       В зале людей оказалось гораздо меньше, чем представлял себе парень, но шум они создавали знатный. На стенах уже висели большие плакаты, когда-то нарисованные учениками на уроках рисования. Возле сцены крутились пара человек, которые давно выпустились из этой школы, но всë ещё продолжают приходить и помогать с аппаратурой перед праздником. Возле большого окна стояли два парня — одноклассники Антона: Дима и Серëжа. Они что-то делали с очередной гирляндой из бумажных, разноцветных листьев, что напоминали о приближающейся осени. Парень ещë раз окинул помещение беглым взглядом и прошёл вперёд, к одноклассникам, что уже начали растягивать оранжевые и красные листья вдоль бежевой стены.       — Привет, парни! — Окликнул тех Антон и улыбнулся, смотря то на одного, то на второго.       — О, здаров, Тох, — Серëжа освободил одну руку и протянул для рукопожатия вперëд.       — Ты чего опаздываешь? Вроде школа ещё не началась, — с гвоздиками в зубах пробубнил Позов и продолжил старательно постукивать молотком о деревянную поверхность оконной рамы.       — Я проспал немного. Да и кому вообще нужна эта отработка? — Парень сел на деревянный ящик, стоявший возле него и продолжил наблюдать за людьми в зале, которые то и дело таскали какие-то пыльные коробки, словно муравьи, строящие новый муравейник.       — Точно не тебе.       — И не Попову, — Перебил друга Сережа, вглядываясь в окно напротив.

***

      В каждом классе есть тот самый одноклассник, которого все ненавидят. Класс Антона не является исключением. Но здесь сказать, что этого самого одноклассника ненавидят — нельзя. Этот парень, Арсений, вызывает чувство неприязни к нему, даже если вы не знакомы лично. В сторону молчаливого и грубоватого в общение парня распустили столько слухов, что к нему и подходить уже никто не хочет. Кто-то побаивается его, а кто-то презирает и считает просто неприятным человеком. Такое отношение к себе Арсений вполне оправдывал своим поведением. Попов никогда не разговаривает со своими одноклассниками. Его лицо не бывает расслабленным. Абсолютно всегда он выглядит напряжённо и вдумчиво. Если вдруг кто-то хотел поговорить, он отвечал грубо. Долго такие диалоги не длились и из-за этого он зачастую попадал в ссоры, драки и прочие конфликты.       Сам же Антон искренне верил в то, что Попов — хороший человек, просто в его жизни всë не так гладко, как могло бы показаться окружающим. Шастун видел в нём то, чего не видели или не хотели видеть другие. Он видел постоянно уставший вид одноклассника. Видел то, как ему на самом деле иногда хотелось поговорить с кем-то. Антон замечал что после каждой ссоры, основанной на нежелание вести диалог, Арсений всë больше и больше уходит в себя, от этого становилось как-то грустно даже.       — Так. Где Антон? — Послышался звонкий голос Оксаны, доносившийся от входа в зал. Парень обернулся в пол-оборота, услышав своë имя, и увидел одноклассницу, в руках которой всë ещё был тот большой блокнот и чёрная шариковая ручка, а рядом стоял явно не очень довольный, так ещё и не выспавшийся Попов.       — Я здесь, — Антон нехотя встал со своего места и достаточно быстро преодолел расстояние от окна до сцены, куда уже ушла девушка, что-то записывающая на листке бумаги.       — Так. Отлично. Значит, ты идешь с Арсением в библиотеку, там вы разбираете учебники для шестиклассников вот по этому списку, — Оксана протянула небольшой кусок бумаги, небрежно вырванный из блокнота, — там работы много, но, надеюсь, до конца рабочего дня справитесь.       — Окс, почему я? — парень кинул взгляд в сторону Арсения, что смотрел куда-то в стену, сквозь полуприкрытые веки.       — По кочану и по кочарыжке. Иди, Шастун, Арсения не забудь.       Девушка хлопнула одноклассника по плечу и ушла проверять, как идёт подготовка зала. Антон снова посмотрел на листок в руке, а затем перевёл свои зелёные глаза на парня, который находился поодаль. Он стоял оперевшись плечом о стену, приложив голову к холодному бетону. Его глаза, находившиеся за линзами очков, были уже полностью закрыты. Антон его понимает и даже знает причину опоздания, у него это буквально на лице написано. Шастун грустно вздохнул и подошёл к парню, аккуратно коснувшись кончиками пальцев плеча одноклассника, привлекая к себе его внимание. Тот чуть дёрнулся и посмотрел на объект своего раздражения.       — Пойдем, — лишь коротко бросил Антон и даже не оборачиваясь пошел к выходу, зная, что одноклассник сейчас идёт за ним и, возможно, тихо ненавидит, что очень обидно.       В школьном коридоре второго этажа было пусто и тихо. Антон шумно вдохнул воздух, отдавало запахом мела вперемешку с каким-то дешёвым растворителем, напоминавшим запах ацетона. Коричневый паркет был влажным, ведь всего полчаса назад его закончили отмывать от белых разводов. Все кабинеты были закрыты, от чего в помещении было достаточно темно для того, чтобы включить лампы. Где-то позади Шастун слышал шаги одноклассника, который медленно плëлся за ним.       Школьная библиотека представляет из себя затемненное пыльное помещение, где уже давно перегорела пара лампочек, а новые так никто всë и не вкрутит. Парни вошли во внутрь. Антон обернулся на Арсения и не увидев абсолютно никаких эмоций, прошёл к большому столу, кинув на него ключи, телефон и бумажку со списком, выданым Оксаной. Одноклассник окинул помещение недоверчивым взглядом, после чего аккуратно прикрыл за собой дверь и двинулся вслед за Шастуном.       — А-а. Что мы делаем? — Послышался осторожный и совсем незаинтересованный вопрос со стороны Арсения.       Антон повернул голову и посмотрел на одноклассника, встречаясь с холодными глазами напротив.       — Перерываем библиотеку, — не разрывая зрительного контакта, парень протянул вперёд клечатый листок.       — Шестые. — Арсений шумно выдохнул и оторвал взгляд от листка, садясь на покрытый слоем пыли стул, — а я здесь нахуй нужен?       — Ты думаешь, я сильно горю желанием перебирать все учебники? Мы здесь по одной причине.       Парень осмотрел первый на пути стеллаж и потянулся к ненужным книжкам, вроде народных сказок, чтобы отодвинуть их, освобождая нужные учебники.       — Всмысле? — Всматриваясь в листок, непринужденно спросил Попов, после чего перевёл рассеянный взгляд на парня.       — Я опоздал, ты опоздал, нас и отправили на каторгу, — Антон достал с полки книгу, на которой крупными буквами было написано «Биология 6». То, что нужно, — ты помогать собираешься или нет?       — Нет.       — Попов, это был риторический вопрос.       — Поебать, — Арсений отложил бумажку на край деревянной столешницы и продолжил сидеть.       — Блять, — на выдохе выругался Антон, вновь понимая, за что все так его ненавидят, — ты. Сейчас. Поднимаешь свою задницу. И. Помогаешь. Мне. Всë понятно?       — Хм, — губы Арсения расплылись в лëгкой улыбке, что было совсем не похоже на его поведение. Где-то внутри закрались сомнения, не псих ли он всë таки, — а если нет, то что мне с этого будет? М? Я же могу просто уйти и ты, — парень встал со стула и медленно подошëл к Антону, который, в свою очередь, внимательно наблюдал за его действиями, — мне абсолютно ничего не сделаешь.       — Зачем ты так себя ведëшь? — Антон опëрся поясницей о стеллаж с книгами, пока Арсений не подошëл совсем близко, — Зачем быть такой блядью, Арсений?       Парень наклонил голову чуть в бок, отводя взгляд в сторону. Попов оказался непозволительно близко. Сердце чуть ускорило темп, а голова слегка закружилась. В нос бил аромат мужского парфюма, от которого парня вело еще больше, словно от недавно выпитого алкоголя. Первая пуговица чёрной рубашки была по блядски расстегнута, оголяя острые ключицы, что пьянили разум ещё больше. Шастун откровенно залип, смотря на одноклассника явно дольше, чем было положено. В горле образовался ком густой слюны. Антон сглотнул и поднял взгляд вверх, упираясь затылком в деревянную поверхность.       — «Зачем? Зачем?», много говоришь, Шастун. — Арсений оперся рукой о дерево, нависая над своим одноклассником, словно коршун над добычей.       — Что ты делаешь вообще? — Антон тяжело выдохнул и чуть сполз по стене вниз.       — Тебя только это волнует?       Школьная библиотека, наполненная старыми пыльными книгами, покрылась пеленой тишины, изредко прерываемая тяжёлым дыханием парней и тиканьем настенных часов. Сквозь полупрозрачные занавески на больших с деревянной оправой окнах, пробивались слабые лучи солнца, в помещение становилось теплее. Или это из-за нарастающего возбуждения?       Арсений повернул голову и взглянул в зелёные глаза напротив, после чего выпрямился и поставил вторую руку недалеко от головы Шастуна. Антон рвано выдохнул и прикусил потрескавшуюся кожу губ.       — Почему ты до сих пор не убежал? Я же псих. — Парень наклонился чуть ближе, сокращая расстояние между ними до минимума.       — Потому что я так не считаю.       Признаться, Антону безумно нравилась такая близость. Он был готов отдать всë, только чтобы этот момент продолжался как можно дольше. Внутри всë полыхало, пожар охватил с головой. В низу живота приятно сводит. Парень борется с желанием податься вперёд, к таким желанным и, наверное, безумно приятным губам. Он отводит взгляд и сползает чуть ниже, предпринимая попытки уйти, но тяжелая рука не дает этого сделать. Арсений обхватил ладонью худой бок парня и вернул на место, давая понять что уйти уже не получится. Парень наклонился чуть ниже, приблизившись к Антону на минимальное расстояние и прошептал:       — Ну, раз ты так не считаешь, зачем же ты пытаешься уйти, котëнок?       Звук раздался приятной вибрацией по ушам, от чего по спине Антона пробежала стая мурашек. Он прикрыл глаза и шумно вдохнул, а затем также выдохнул. Арсений внимательно разглядывал черты лица парня и тяжело дышал, походя на загнанную собаку. На его лице появилась лёгкая улыбка.       — А зачем ты это всë делаешь? — парень ответил вопросом на вопрос, надеясь уйти от темы.       — Не нужно отвечать вопросом на вопрос.       — Арсений, давай просто разойдемся. Пожалуйста.       Попов снова посмотрел в глаза, улыбнулся улыбкой больше похожей на оскал и убрал руку находившуюся ранее на талии Шастуна. Сам он развернулся полубоком и оперся на книжный стеллаж, давая парню свободу. Антон недоверчиво наблюдал за действиями одноклассника. Он замер, впиваясь взглядом в синие глаза перед собой.       — Ну, иди. — Парень показал характерный жест рукой и облизнул приоткрытые, обветрившиеся губы.       Антон оттолкнулся от стеллажа и не отводя взгляд от Арсения, сделал пару неуверенных шагов вперёд. По окну противно скреблись ветки, создавая неприятный шум, смешивающийся с пением птиц. Что-то внутри разливалось приятно-возбуждающим теплом. Хотелось прижать парня к стене и забить на задание, за которым они сюда и пришли. Антон даже забыл на какое-то время тот образ Арсения, кем он был для всех. Сейчас он словно показал часть своего закрытого мира и впустил туда буквально на пару минут. Антон чувствовал что что-то не так, он чувствовал что Арсений относится к нему по другому. От этих мыслей в районе солнечного сплетения становилось тепло. Он — особенный.       Шастун подошёл к столу, и нарыв где-то несколько нужных учебников положил их в две небрежно собранные стопки. Одноклассник внимательно следил за действиями Антона, никак не комментируя.       В какой-то момент Арсений отлип от стеллажа, выпрямился и тихо подошёл к копошащемуся в книгах парню. Антон застыл с очередным бесполезным учебником в руках, после чего сделал рваный выдох и обернулся на похитителя своих здравых мыслей. Он стоял и смотрел то на глаза, то на на губы парня, при этом выглядя как сам Марио Касас, такой же сексуальный и привлекательный, ну или это уже дорисовывает одурманенный чувствами любви разум.       — Арс. — Попов заткнул парня, приложив к его губам указательный палец, даже не дав ничего сказать.       — Тш-ш-ш. Ничего не говори.       Арсений покачал головой из стороны в сторону, подтверждая свои собственные слова. Антон ошарашенно посмотрел в леденящие душу глаза и, кажется, совсем забыл, что нужно дышать. Чужая рука скользнула по рёбрам сквозь неплотную ткань зелёного худи, перемещаясь на талию и крепко удерживая парня. Попов чуть наклонился вперёд, сокращая расстояние до минимума и дотронулся кончиком носа до тёплой антоновской щеки. Сердце внутри бешено колотилось и грозилось сломать пару рёбер. Арсений поднял вторую руку и переместил на столешницу, заставляя парня вжаться в неё спиной.       — Что ты творишь? — глухой, чуть хриплый и такой приятный голос Антона пробирал насквозь. Попов замер.       — Я вижу, что ты не особо-то и против.       Арсений отпрянул чуть назад и вновь окинул лицо жгучим взглядом. В его глазах виднелись нежность и страсть, они больше не казались пустыми льдинками. Антон медленно выдохнул и его губы дрогнули в еле заметной, манящей улыбке.       Брюнет подался вперёд и прильнул к чужим, вишнёвым губам. Парень прикрыл глаза и двинулся вперёд, прижимаясь всем телом к однокласснику. Он аккуратно отвечает на страстный и такой долгожданный поцелуй. Его руки бесцеремонно влезли под чужую рубашку, выводя линии на ровной спине, а затем оглаживая чуть выпирающие рëбра. Попов отстранился от податливых губ и скользнул ниже к оголëнным ключицам, трепетно вырисовывая языком узоры на нежной коже юноши. Шастун откинул голову назад и с небольшой силой впился ногтями в кожу на лопатках.       — Арсений. — Парень отвлекся и поднял голову, снова оказываясь на одном уровне с Антоном. Он тяжело дышал и на щеках появился лёгкий румянец. Волосы чуть растрепаны, а его глаза горели пламенем лёгкого возбуждения. — А я тебя люблю, кажется.       — Мы почти незнакомы. Не делай поспешных выводов, котëнок, — Сказал он и добавил свои мысли, не озвучивая их — «Я тебя тоже, кажется, люблю.»       Попов шумно выдохнул и улыбнулся, словно чеширский кот. Его руки перебрались на талию, крепко прижимая парня к себе. Теперь-то он точно никуда не отпустит своего котёнка.