Удержи меня над пропастью

Джон

Капитан ещё и поясничать умудрялся. Ненавидящий взгляд пустил по телу Харта мурашки. За что? Непонятно было, последствия это их разговора или результат опьянённого состояния. Келли вёл себя несдержанно и немного похабно. И Джон хотел поскорее от него избавиться. Наконец, Келли не сдержался и выпустил из себя уже переработанный алкоголь. Ну что ж, ему хотя бы станет легче. Несмотря на то, что парню сейчас было плохо, инспектор не ощущал упования моментом. Ему было неприятно и некомфортно. Он понимал, что напрягает своим присутствием, но и бросить его сейчас не мог. Отвернулся в сторону, пока капитан закончил, а потом вернул ему терпеливый и выжидательный взгляд. Сам он… Как же. - Осторожно. - До этого момента Харт всеми усилиями старался держаться на дистанции, но сейчас ему пришлось нарушить догму и подхватить парня, чтобы Келли не вляпался в собственное же дерьмо. Игрок регби был потяжелее и вести ровно его никак не удавалось, так что косо-криво, но они добрались. В момент, когда Джон открывал двери, Бренди и вовсе повис на нём. Капец какой-то! Инспектор с громким облегчением выдохнул, когда усадил его на диван. Хотелось завалиться рядом, в тело перекочевала слабость. Но он всё ещё вёл себя сдержанно. И вроде как уходить пора, но и вроде он ещё не уверен до конца, что его помощь не потребуется. Взял паузу на передышку, а пока осматривал его состояние, чтобы в итоге сделать вывод. Парню было не в падлу остаться хоть до утра и приглядеть за непутёвым товарищем, но он подозревал, что это может вылезти боком. И в конце концов, Келли же не маленький. Справится. Джон не успел озвучить свои мысли, как капитан обратил на него внимание. Полу-демоническая улыбка и приторное "Джонни". Он его давно так не называл... Секунды паузы пригвоздили парня к месту. А потом смысл слов рухнул по телу вниз. И поднялся осадком вверх, будоража кончики волос. Поднялась и нижняя плоть. Как-то слишком резко, нежелательно. От одной лишь фантазии. Несмотря на отклик тела, Джон не хотел этого сейчас. Он ни раз представлял себя рядом с Келли, но это всё не так должно происходить! Как он вообще... посмел ляпнуть такое! Капитан привык, что его все хотят и ему всё легко достаётся?! А как же его натуральность? Или ему настолько сейчас было пофиг? Он готов удовлетворить свои грязные потребности Хартом? Такого он мнения о нём?.. Пафосно развалившись на диване, источая алкогольные зловония, и похотливую уверенность... Он напоминал Йорка. Это было уже давно в прошлом. Джон переступил - и больше к этому не вернётся. На что вообще рассчитывал сейчас Бренди... Он его грубо отверг, а у инспектора была гордость. - Мне это неинтересно. - Попытался отрезать равнодушно и холодно, но не умел скрывать своих эмоций и впечатлений. Слишком сильно сейчас на его лице отобразилось замешательство, а покрасневшие щёки так и говорили о том, что его тайные мысли оказались раскрыты. Благо, плотные брюки не раскрыли главного секрета. И Харт поспешил удалиться, отойдя к двери. Но у самого выхода застыл в ожидании. Он не хотел убегать. Келли разочаровал его сегодня, оказавшись мудаком. А мудаков надо ставить на место. - А хотя... - Замысловато проговорил и вернул ему настороженный, неоднозначный взгляд. Могло показаться, что он передумал. Приблизился и навис над ним, глядя взглядом с примесью обиды. Как бы он не старался держаться, его подкосило это предложение. От человека, который нравится... Или уже нравился в прошлом. Молниеносно сжав руку в твёрдый кулак, он замахнулся - и вмазал Келли хорошенько в челюсть. Надо было в глаз, но чёрт, даже сейчас он подумал о его комфорте и репутации. И совсем не подумал об обратке, от регбиста. Но вряд ли тот сейчас был в состоянии отвечать. - Ты это заслужил. - Объяснил ему. Выместил злобу за причинённый моральный ущерб. Бренди был кладезем его тайн: он знал не только про ориентацию, но и воспитание двух отцов. Джон доверился ему, как лучшему другу, а сейчас очень об этом жалел. В любом момент может узнать вся команда. А вдруг узнают на работе... - Хищники не заслужили такого капитана. - Сказал с обречённым разочарованием. Просто было больно, а девать чувства уже некуда.

Бренди

Выражение лица Джона было такое, словно слова ударили его по лицу. Предложение капитана его обидело. Но Келли готов был поспорить, что Харт действительно хотел бы воспользоваться этим шансом. Приличия не позволяли? Брендан поймал себя на мысли, что получает удовольствие от его смущения - этот горящий почти что ненавистью взгляд, вспыхнувшие щёки, взволнованное дыхание – всё это поимело отклик внутри капитана, но пока он не успел распробовать это ощущение. Джон попытался изобразить равнодушный отстранённый вид и просто сбежать. Но у выхода замер. Передумал? Вернулся с застывшим презрением в глазах. Надо же, как его задело… Удар оказался неожиданным и несколько отрезвил. Что удивительно – не разозлил совершенно, потому что Келли понимал – по делу, действительно заслужил, готов был стерпеть. А Харта есть, за что уважать. Но вот краёв он не видел. Его последняя фраза ударила намного больней, чем кулак. Это было самое слабое место, Джон попал слишком точно в эту болевую точку. Как будто точно знал, куда надо бить. Стерпеть такое капитан уже не смог, он резко вскочил с дивана и схватил инспектора за шкирку, хорошенько встряхнув, и почти прорычал сквозь стиснутые зубы - Не лезь туда, в чём не разбираешься. Хищникам повезло, у них есть капитан, который приведёт их к победе. Уж поверь, так и будет! Келли вдруг ощутил весь скопившийся внутри него негатив, всю агрессию, которая долго росла, не находя выхода, а эта фраза Харта стала последней каплей, которая выплеснула чашу терпения через край. Глаза капитана превратились в прозрачные льдинки, колючие и холодные. Пальцы сильнее вцепились в одежду, как будто хотели разодрать в клочья. И действительно захотелось порвать, но уже самого Джона, вытрясти из него душу. – Никогда. Не смей. Так. Со мной. Разговаривать! – Каждое слово подкрепилось ударом, и капитан совершенно не контролировал, куда именно он бил – первый был в грудь, отчего Харт сразу согнулся пополам, пара следующих ударов пришлась ему по лицу, потом снова по корпусу и в завершении Келли схватил его за шею и впечатал в стену. – Ты заслужил. – Вряд ли это было так, но капитану хотелось так думать. Никто не смеет сомневаться в его работе, на которую он положил всю свою жизнь. Злость не проходила. Злую шутку сыграл алкоголь, усилив восприятие действительности в разы. Харта хотелось наказать по полной программе. А значит, они ещё не закончили. Брендан испепелял его своим ледяным взглядом, продолжая сжимать горло, пока тот не начал серьёзно задыхаться. Только после этого отпустил и тело Джона рухнуло на подкосившихся ногах. А Келли так и остался стоять, нависая над ним. – Что ты о себе возомнил? Ты, ничтожное гейское отродье! Твои папочки вряд ли могли научить тебя разбираться в спорте. – Хотелось побольней задеть его, максимально, поэтому он не нашёл ничего лучше, чем использовать против Джона его же откровение, те тайны, которые он доверил Келли. – Каждый должен заниматься своим делом. Ты будешь делать то, чему тебя научили. Капитан вошёл в раж и не мог остановиться, он уже не понимал, что делает, ему казалось, что сейчас он должен наказать Джона за его слова. И за его желания. Выбить из него это, чтобы больше и не думал о подобном. Буквально выдолбить это из него. Келли схватил его за волосы и потащил за собой в сторону дивана, в паре шагов отпустил, сам же уселся на прежнее место, развалившись ещё более развязно и впившись колючим взглядом в глаза парня. – Повторю своё предложение, Джонни. Иди к папочке.

Джон

Ответ последовал незамедлительно. Джон не ожидал и у него перехватило дыхание от этой железной хватки. Но он продолжал крепко удерживаться на ногах, чувствуя себя на равных, смотрел с вызовом ему в глаза. Капитан просил его не лезть якобы туда, в чём Харт не разбирается. Как же он ошибался... Джон с удивлением приподнял брови. Пусть он не играет, но разбирается в тематике регби не меньше самих игроков. Он уже давно начал ощущать себя частью команды, он следит за общими сводками чемпионатов и знает статистику минимум за десять прошедших лет. Все игровые термины ему знакомы, и пусть он не сможет повторить большую половину финтов – он истинный фанат Темы. Келли так уверенно заявлял о победе, что Харту впервые захотелось эту веру отсечь. Он всего лишь очередной игрок-фанатик! Не светит ему никакая Лига, если он не завоюет жюри чем-то особенным. Мало привести команду к победе. Парень верил в капитана и болел за него искренне, но сейчас появились новые смешанные чувства. Фальшивые, на порыве эмоций, но Джон им был сейчас верен. - Не факт. – Ответил коротко, стиснув зубы. Не нарывался, а давал понять, что есть и другие мнения, пусть не думает, что все им благоговеют. Инспектор совсем не думал, что играет с огнём. Он раньше не видел Бренди в гневе. Но загоревшиеся льдинки подкосили уверенность безопасности. Он же не может причинить вред, так ведь?.. Хватка усилилась, а вместе с тем расширились и зрачки. За миг до первого удара Джон набрал в лёгкие воздух, ощущая катастрофу. И когда встретил грудью удар, то оказался не готов. Тело рефлекторно согнулось, а потом и лицо встретилось с серией ударов. Джон не сразу осознал, что капитан поднял на него руку. Он не успевал захватить воздух и удары уже начали казаться бесконечными. Наконец, уже стоя припечатанным к стене, взглянул на него покрасневшим лицом и предательским взглядом. Как ты мог?.. А стоял он только за счёт опоры руки. Отдача оказалась настолько сильной, что охватила неконтролируемая слабость. Ты заслужил. – парень отзеркалил его фразу. Но Харт не понимал, чем он заслужил. И по-прежнему не отступал от своего мнения. Ответить было нечего, на это не было сил. А потом хватка стала удушающей. Он сейчас задушит его… Джон судорожно пытался ухватить воздух, в зрачках бесилась паника, а смотреть приходилось только в пропитанный ненавистью взгляд напротив. В глазах помрачнело от нехватки воздуха, он вцепился своими руками в его и уже рефлекторно открывал рот – как его отпустили. Настолько резко и неожиданно, что парень рухнул. Смерть была так близко, что тело взъерошили холодные мурашки. Харт упёрся коленями и руками в пол, жадно вдыхая воздух и осознавая новую, жестокую реальность. Келли был где-то сверху, Джон буквально чувствовал, как его взгляд придавливает к полу, а потом и унижающие слова. От такого кипела кровь. Теперь кислорода было слишком много, голова подкруживалась. Инспектор начал понимать, что Бренди не в себе. Как так получилось... Непонятно было, что привело к этой внезапно выросшей буре. В какой момент всё потеряло контроль. Стоило просто извиниться и уйти, нет, убежать отсюда. Всё могло слишком плохо закончиться. Но Харт уже набегался. А потому продолжал закапывать себя в ловушку, которая ему была не по силам. Тяжёлые слова не позволяли подняться. Слишком опасные и острые флэшбэки. Йорк вколачивал ему в разум, что единственное призвание «Джо» - это быть пассивом, сладким послушным мальчиком. И сейчас Келли заставлял его вспомнить, своё призвание. Боль прожгла корни волос, это пальцы Бренди с силой вцепились в волосы. Пришлось потащиться вслед, чтобы хоть немного уменьшить боль. А по пути Джон потерялся, снова упав на пол. Ужасное ощущение тряпки, об которую вытирают ноги и таскают по полу. Всё превратилось в какой-то кошмар. Парень и представить не мог, что когда-то снова будет ощущать себя в таком ничтожном положении. Поднял на него глаза. Пытался вызвать стыд, отрезвить, но это был не Келли, вместо него оказался монстр. И он ждал того же. Джон прекрасно знал, что предложения, которые повторяют дважды, недалеки от принуждения. Капитан заставил его видеть в нём образ «папочки» - Йорка. Инспектор встряхнул головой. Но это же не так! Это Бренди! Тот самый Бренди, с которым они обливались газировкой и громко смеялись. - Я не шлюха. – Ослабленно ответил. – А вот ты да. Тебе всё равно с кем. И даже пофиг на гендер. И знаешь, как это называется, Келли? Бисексуальность. Ты не натурал. – Кинул ему факт, а по интонации обвинение. С трудом поднялся и вытер рукой кровавый след изо рта, начала кровоточить десна. – Я пойду домой. – Сказал уже без той твёрдости. И будто бы, спрашивал разрешения, ждал, пока его отпустят. Он никому не скажет о произошедшем, но теперь будет бояться Бренди. И уже не рискнёт оставаться с ним наедине.

Бренди

Харт оказался твёрдым орешком, а Келли хреновым психологом, когда решил, что Джон готов броситься на него при первом удобном случае. Нет. Всё оказалось гораздо сложнее. Но капитан очень не любил отступать. Он привык добиваться поставленных задач. Чего бы ему это не стоило. Сейчас бы ему включить голову и подумать – ради чего? Да и чего он добивается? Захотелось оставить последнее слово за собой? Унизить Харта? Действие давно уже потеряло смысл, став лишь целью, которую надо непременно достичь. А Джон этому никак не помогал. Упёрся и всё. ..Бисексуальность. Ты не натурал… - Иди ты на хуй! Я как-то сам разберусь. Натурал, не натурал… Раз ты не хочешь помочь. – Очередная манипуляция – вызвать чувство вины. Джон ведь мог думать, что своим интересом он заставил Келли сомневаться в себе, а теперь не хотел помочь ему разобраться с этим. Факт избиения можно было списать на то, что капитан запутался и оттого злился. Я пойду домой Прозвучало как вопрос и, тут же почувствовав слабину в голосе, Бренди вскинул взгляд, блеснувший новой надеждой. Зло прищурил глаза, и они превратились в узкие щёлки, отчего выражение лица приобрело презрительный посыл. - Вали. Но ты же понимаешь, что больше не увидишь команду и меня? Не смей попадаться мне на глаза. – Голос спокойный и ледяной. А внутри буря. – Давай-давай. Проваливай. – Он даже сделал выпроваживающий жест рукой, как если бы Джон не понимал словами. А потом и вовсе вскочил, и стал выталкивать его по направлению к выходу. Келли чувствовал, как внутри снова нарастает агрессия, очень хотелось вдарить посильней. Он снова терял контроль. Последним толчком отбросил Харта в стену рядом с дверью и налетел на него, замахнувшись. Кулак сжался и завис в воздухе в опасной близости от лица, Бренди сдержал себя в этот раз, но это стоило ему больших усилий. Рука опустилась и резко ухватилась за дверную ручку, распахивая дверь –Вали, пока я тебя не прибил! Очередной эмоциональный всплеск очень взбудоражил Келли, его трясло от злости. Он задыхался от переполняющих эмоций. Больше всего его сейчас бесило, что он жутко возбудился, вообще не понимая, как это произошло. Брендан очень надеялся, что Джон ничего не заметит и уже уйдёт наконец, а ему останется только эффектно захлопнуть дверь.

Джон

Откуда столько агрессии... Её было слишком много в Бренди, сегодня. Джон и представить не мог, что в парне это копилось всё время. От резкой вербальной атаки сбилось дыхание и округлились глаза. Инспектор начинал понимать, что Келли злился не на него, а на себя... На капитана давило слишком многое. Как же Харт раньше мог не замечать, что он стал отстранённым после их разговора, пытался избежать встреч. И не потому, что ему было противно - а потому что сам запутался! В глазах засияло осознание. Парень открыл рот в удивлении. Но что тут скажешь? Ведь именно он и стал причиной его сомнений. Навязал своё мнение, симпатию. Быть может, Бренди боялся… В горле образовался тяжёлый ком, он затруднял дыхание, а вместе с тем и существование в принципе. Неприятно осознавать себя камнем преткновения. В глазах Джона горело "Прости", но он не успел уже больше ничего сделать. Вали. Такое неприятное и холодное слово. Скользкими маневрами оно обвило сердце и кольнуло его шипами. Парень хотел услышать "Останься", хотел всё спокойно обсудить. Он продолжал мечтать сквозь ненависть, злобу и боль. Капитан заявлял о том, что это последняя их встреча. А вместе с тем и с командой. Регби стал для Джона не просто фанатским спортом, он стал спасительным маяком. Спортсмены создавали ауры защищённости, тусуясь в их кругах, "мальчик внутри" был уверен, что больше его никто не посмеет обидеть. Шаблоны трескались один за одним. Сначала на него поднял руку Брендан, который всегда был для него воплощением защиты. А теперь всё разбивалось. Он терял опору без команды. Так и казалось, что Харт спутник регби, без которого всё остановится. Это не было так, но ему непременно хотелось быть значимым. Он ошибался. В большом мире Джон был слишком маленьким. Но несмотря на это он очень сильно пытался уцепиться за ускользающий шанс. Испуганные глаза метались, но сам он не сдвинулся с места. Никуда не пойдёт, не лишится команды! Келли начал выпихивать его, не обращая внимания на протесты. Джон пытался молча упираться, но против регбиста это бесполезно. Страшнее всего сейчас было оказаться на улице. И всё потерять. И только пока он внутри, пока ещё не всё порушено, оставалось призрачное чувство "всё будет хорошо". Спина грубо встретилась со стеной и в глазах опять всё покосилось. Парень не был готов к таким ударам судьбы сегодня, он даже не опирался, чтобы смягчить урон. Капитан налетел с замахнувшимся кулаком и парень знал, что будет дальше. С готовностью закрыл глаза, не стал закрываться руками. Он подставил себя в знак возмещения. Готов был стерпеть осознанно. Лишь бы не уходить. Лишь бы Келли простил его. Но большим разочарованием стало то, что физического удара не последовало. Громкий щелчок открытой двери ударил куда сильнее. Инспектор в мольбе посмотрел в сторону выхода, возвращая взгляд Бренди. И отрицательно замотал головой, на грани слёз. - Нет. Пожалуйста. - Буквально чувствовал, как ломается. Хребет, на котором он держался после приезда, прогибался. - Прости. - В глазах страх и угнетение. Келли был отличным психологом. Джон захлопнул дверь ладонью обратно, обозначая своё намерение остаться. Но понимал, на каких условиях. Глубокое дыхание выдавало волнение с потрохами, и хоть телом он возбудился уже давно и твердо - в разуме этого не было. Совсем не таким образом он хотел доказать свою симпатию. Но Келли было нужно именно это. Харт боялся его, прижался плотнее к стене. Сейчас всё зависело от его сообразительности и лояльности, и он растерялся, как себя надо вести. Помешкав пару секунд, всё с тем же волнением бросился к нему ближе и сразу же принялся поспешно расстегивать застёжку джинсов Бренди. Джон собирался это сделать. Отсосать. Это казалось выходом. И он был готов перетерпеть ради продолжения. Всё совершенно точно изменится, и будет совсем по-другому. Просто сегодня такой день... Харт даст ему то, что нужно. Вот только пальцы совсем не слушались и безрезультатно теребили ширинку. По щеке спустилась слеза отчаяния и непринятия. Но иначе уже было нельзя. - Прости. Прости. - Судорожно повторял парень, никак не сдвигаясь в процессе. Может, так и должно всё быть? Бренди сейчас его пожалеет и остановит этот кошмар. И тогда всё, действительно, будет хорошо.

Бренди

Келли не ожидал, что его порыв так подействует на Джона. Как только дверь была открыта и Харту предоставили возможность уйти, он тут же передумал и захотел остаться. Отчаянно замотал головой в протесте, прося прощения. Как это работает? Брендан позволил ему захлопнуть дверь и смотрел выжидающе, что он станет теперь делать. Другой странностью стало то, что сейчас почувствовал капитан. Он упивался моментом. Состоянием Джона, его растерянностью и страхом. Тем, как он смотрел на него. Умоляюще. Нездоровая волна возбуждения охватила Келли. Вот так, наверное, чувствовал себя его воспитатель, когда смотрел в испуганные детские глаза Бренди? Власть. Это действительно очень сильно возбуждало. Джон боялся, он вжимался в стену, видимо, ожидая нового удара. И вместе с тем понимал, что от него требуется. Он согласился на условие, оставшись. И сам закрыл дверь. Это был его выбор. Затем он добровольно принялся расстёгивать штаны Бренди. Но делал это крайне суетливо, это разрушало атмосферу. И начинало бесить. Капитан грубо одёрнул его, оттолкнув руки парня. - Не трогай меня. Снимай штаны. - Брендан сверлил его взглядом, вынуждая подчиниться. А сам начал неторопливо расстёгивать свои джинсы. Но только расстегнул пуговицу и молнию, на этом остановился, не желая показывать Джону своё возбуждение слишком открыто. Джон так же суетливо расстегнул свои и замер, не решаясь снять их. Келли тяжело вздохнул - осуждающе, и резко стянул с него одежду до колен. -Тебе же нравится, чего ты ноешь? - Капитан без стеснения и зазрения совести уставился на возбуждённый член Харта. Ухмыльнулся и всё так же грубо и резко развернул его лицом к стене, навалившись сзади, прижимая его своим телом. Без какой-либо подготовки и предварительных ласк он приставил свой сильно возбуждённый член к его анусу. О том, чтобы использовать какую-то смазку, ему даже в голову не пришло. Вхождение было тяжёлым, поэтому медленным. Наверное, это немного облегчило ситуацию для Джона, но в любом случае для него это было довольно болезненно. Для Келли ощущения были тоже очень яркими. Боли он не чувствовал, во-первых, всё ещё находясь под алкогольной анестезией, во-вторых - слишком необычно это было для него, и он хотел прочувствовать. Ведь это был его самый первый раз. Знал бы Джон, что стал для него первым... Брендан упёрся одной рукой в стену, а второй направлял свой член. К Харту он не прикасался, подсознательно считая это чем-то слишком противоестественным. До момента, пока не оказался полностью в нём, ощутив невероятное блаженство. Не сдержал томного выдоха, который пришёлся Джону куда-то в шею. Теперь он перенёс ладони на его ягодицы, чуть сжав их и раздвинув, одновременно фиксируя в удобном для себя положении, и начал медленно двигаться. В этот момент он совершенно отключился от действительности, полностью отдавшись своим ощущениям, которые сосредоточились в одной точке. Всё продлилось очень недолго, он ещё совершенно не умел контролировать себя, поэтому разрядка наступила быстро, заставив его удивлённо вынырнуть обратно в реальность и тут же осознать, что произошло… Его словно ошпарили. Всё резко опустилось. В висках неприятно застучало. Собственное сбивчивое тяжёлое дыхание показалось невероятно пошлым. Он замер, не зная, как поступить дальше. Как ему "сохранить лицо" и позиции по отношению к Харту. Надо было срочно совладать с собой и не показать своей растерянности. Он медленно вытащил член, всё ещё удерживая Джона в положении лицом к стене, застегнул свои джинсы. И только после этого дал ему возможность одеться тоже и развернуться. Конечно же, не было предложено воспользоваться ванной или хоть как-то привести себя в порядок. - Только попробуй кому-нибудь рассказать об этом. Я тебя уничтожу. - Капитан продолжал изображать совершенно отбитого мудака, он прекрасно вжился в эту роль. - Получил, что хотел? Можешь идти.

Джон

Его грубо оттолкнули. Но до этого ведь Келли сам просил… Джон не понимал, как можно сделать минет без касаний, не понимал, почему капитан так агрессивен по отношению к нему. Но потом испуганный взгляд резко взметнулся на парня. - Зачем? - собственный голос прозвучал так по чужому, но в тоже время отдалённо знакомо. Сердце обрушилось в самый низ. Инспектор не ожидал такого резкого разворота событий, не думал, что сегодняшний вечер может закончиться именно так. По логике событий он предположил, что Келли стал интересен именно минет, чтобы разобраться. Но не... Харт хотел, очень этого хотел. Но ни одна его фантазия не была даже приближённой к этой реальности. Как же он попал в эту ловушку... Безжизненные и жестокие глаза Келли обозначили безвыходность. И Джон волнительно расстегнул свои штаны, смотря как капитан сделал тоже самое. Самое время отключиться, абстрагироваться - защититься. Но сознание напротив стало максимально открытым и запечатывало каждую деталь в виде глубокого внутреннего шрама. - Не трогай меня! Я всё расскажу папе! - Подросток возмутительно вырвался из противных лап отчима и направился в сторону двери. Он не бежал, потому что был уверен, что ему дадут уйти. Что у него есть право выбора. Старые шрамы вспарывались и покрывались новыми. Адская боль. Келли не потерпел заминок и штаны уже оказались спущены до колен. Комментарии капитана только больше вгоняли в стыд. Он не понимал и не хотел увидеть. Джону было страшно - в этом не было ни капли удовольствия. А на реакцию собственного тела он жутко сердился, оно его предало. Быть может, не будь этого возбуждения, и Бренди не стал бы продолжать... Очнулся бы! Руками пришлось упереться в стену, пока сзади на него давила тяжесть. Как же давно хотелось ощутить капитана так близко, именно в таком контексте. Чертовски обидно, что осуществление желаний получилось очень жестоким. И кроме панических дыханий Джон не был в силах что-либо выдать. Прижат к стене. Почти в одежде. Позади уже пульсировало возбуждение Келли. - Вам же нравится мой отец! Почему я... - После этого он не сказал ни слова, потому что Йорк отвечал действиями, а они куда красноречивее. Больше Келли не говорил ни слова. Он налегал всё сильнее, а вместе с тем внутрь проникала боль. Её становилось всё больше, а Джон молчал. Руки сжались в кулаки, а короткие ногти со всей силы впивались в свою же ладонь. И всё это не для того, чтобы выдать отпор. А для того, чтобы терпеть. - Расслабься, и тебе понравится! - Джон так и не смог расслабиться, а использование смазки никак морально не облегчило потерю невинности от отчима. Отсутствие смазки утруднило задачу скорее для Келли. И совсем не улучшило бы положение дел для Харта. Когда парень упёрся в него до основания, грудная клетка отдала неприятным болезненным покалыванием от давления. И парень снова судорожно вздохнул. Никаких других звуков не было. Громкое и глубокое дыхание Йорка проходило сквозь кожу и полосовало изнутри. Он получал наслаждение, в то время как Джон со всей силы кусал губы и щёки, чтобы терпеть. В один момент он просто укусил подушку, и не отпускал ту до конца. Тяжёлое дыхание Келли, смешанное с алкоголем, осадком упало на нежную кожу шеи. А пальцы грубо завладели ягодицами, делая то, что им было удобно. Харт уже почти перестал ощущать движения внутри себя. Но так и не перестал чувствовать, как кому-то очень хорошо. Он был уверен, что Бренди не захотел именно его. Джон просто встал у него на пути, стал материалом для желания. И он вдруг ощутил себя на своём месте. - Запомни. Это и есть твоё место. Жалкий, беспомощный. И слабый. Ты должен отдавать. И получать от этого удовольствие. Папочка тебя научит. Иди ко мне, солнце. Всё длилось, казалось, вечность. Секунды унижения беспощадно растягивались и застревали в горле комом. Как вдруг Келли, наконец, дошёл до завершения. Джон сильно закрыл глаза, переживая теперь ещё и этот момент. Бренди получил, что хотел. К этому моменту возбуждение Харта спало, потому что он так и не нашёл ни капли приятного для себя. А когда ему позволили развернуться... Посмотрел на него предательским взглядом. Он ему доверял. Еле удавалось устоять на ногах от пройденного потрясения. А потом капитан нанёс финальный удар. Вот только Джон и так чувствовал себя уничтоженным. - Только попробуй сказать ему, что тебе не понравилось. Я уничтожу его, и тебя. Последняя фраза чеканула укором. Ну да... Это он ведь хотел... И сам остался... А Бренди. Бренди не виноват. Ему пришлось. Харт натянул свои штаны. И, не проронив ни слова, покинул его дом. Опущенные плечи и поверженная осанка. Потухший взгляд и надломленная душа. Келли так и не понял, что этим вечером запустил машину времени. Парень оставил его дом за спиной, но сам как будто там и остался. Он там умер. Вызвал такси, поскольку своя машина осталась на парковке возле клуба, и направился в место безопасности - свой дом. Так же безмолвно и бесчувственно он принял душ. Оглаживания по некоторым участкам кожи уже даже сейчас приносили боль. И только потом, накрывшись одеялом, он позволил себе заплакать. Скрутившись в эмбрион, парень принимал тот факт, что есть вещи, которые не одолеть. Сегодня Келли, а завтра кто-то ещё. Обязательно найдётся сильнее и выше над ним. И ему придётся прогнуться. Мальчик так и не пошёл принять душ. Он скрутился в позу эмбриона и накрылся защитным одеялом от всех монстров. Слёзы были такими горькими. Но всё только начиналось.