Когда твоя девушка больна…

Прозвенел спасительный звонок. Не только для учеников, которые последний академический час изучали критическую статью Лотмана по «Герою нашего времени», но и для меня — молодого преподавателя русского языка и литературы, недавно выпустившегося из университета. Дети как можно быстрее собрали вещи и подняли стулья, я буквально молилась на то, чтобы ни у кого из них не было никаких вопросов перед весенними каникулами, ведь чувствовала я себя просто отвратительно — саднящее горло, слабость и жуткое головокружение, мешающее сосредоточиться на преподаваемом материале. Медленно оседаю на стул и сквозь болезненную пелену в глазах беру в руки телефон, на который пришло уже несколько уведомлений: Любимая❤️ 17 мин. назад «Солнце, не жди меня, поезжай после уроков домой» Любимая❤️ 16 мин. назад «Я должна остаться на факультатив, не хочу тебя задерживать, потом еще зайду в магазин» Любимая❤️ 16 мин. назад «Люблю тебя!» Не отвечаю на сообщения, а лишь откладываю телефон на край стола, накрывая лоб руками. Горячий. Слышу скрип двери и, превозмогая слабость, смотрю на нежданного гостя. Она! Моя самая любимая, прекрасная, очаровательная девушка. Тоже учитель русского языка и литературы, и мой бывший учитель, по совместительству. — Кот, ты чего не отвечаешь? — подходит ко мне и целует в лоб. — Блин, ты горячая. Ничего не болит? — Прости, что не отвечала, только урок закончила. Не очень хорошо себя чувствую… Голова кружится очень. — Встаю и обнимаю молодую девушку, утыкаясь в плавный изгиб плеча. Старшая обхватывает меня за талию, прижимая к себе и нежно укачивая в объятиях. — Тебе вызвать такси? Я не хочу, чтобы ты с температурой ехала на машине, милая. Я бы тебя отвезла, но факультатив, ты знаешь… — Аккуратно касается мягкими губами моего виска, скользя чуть ниже. — Не переживай, я сама доеду, все хорошо. — Отхожу к своему рабочему столу, быстро собирая вещи, которые необходимы каждому работнику российского образования, подхватывают небольшую сумочку «MK», быстро целую девушку куда-то в район скулы. — Будь аккуратна, пожалуйста. И напиши, когда будешь дома. И выпей что-нибудь теплое. Не забудь еще температуру померить и ложись отдыхать, меня не жди. Если что, нурофен в угловом шкафу на средней полке. — С тревогой смотрит мне в глаза. — Да господи, милая, не переживай ты так, обычная простуда. — Подхожу ближе и касаюсь волос девушки, накручивая прядь челки на палец. Брюнетка с облегчением выдыхает, последний раз касается губами уголка моего рта и отпускает. — Не забудь написать, люблю. — И я тебя! Быстро покидаю школу, погода совсем не подходит для того, чтобы болеть. Слегка жмурюсь от яркого солнца и сажусь в машину. За школой был припаркован черный Лексус РХ. Я безумно гордилась этой покупкой, приобретенной, можно сказать, с первой зарплаты. Спустя полчаса поднимаюсь на лифте на 7 этаж, вставляю ключ в замочную скважину, оставляю вещи в прихожей и даже не раздеваясь, ложусь в кровать, сразу же накрываясь одеялом и пледом. Сразу проваливаюсь в какой-то беспокойный сон, просыпаясь только для того, чтобы посильнее закутаться в одеяло и снять с себя брюки. Когда я проснулась в очередной раз уже в относительном сознании, взяла телефон, несколько непрочитанных от любимой. На настольных часах неоновые цифры показывают 23.17. На другой половине кровати ее нет, вновь засыпаю с телефоном в руках. В следующий раз меня будит звонок в дверь, мельком смотрю на часы — 23.42. Лишь в одних трусах и большой футболке выхожу в маленькую прихожую, смотрю в глазок и открываю дверь. Моя пассия заходит, держа в руках пакет из магазина одежды, а во второй руке небольшой подарочный пакетик. Смотрю на нее помутневшим взглядом в то время, как она снимает с себя черный тренч и разувается. — Почему ты так поздно.? — единственное, что могу спросить хриплым, после длительного сна, голосом. Девушка подходит ко мне, обнимает за талию, прижимая к себе и шепчет на ухо: — я после факультатива встретилась со знакомой… вот, потом купила кое-что в магазине и тебе вкусненького. Она касается губами моего носа, оставляя бледный след от помады. Шмыгаю носом и спрашиваю: — Ты пила что-то? Брюнетка смеется, — Ничего от тебя не скроешь, да. Один коктейль всего. — Понятно… — Прижимаю ее к себе еще крепче, утыкаясь холодным носом в теплую шею. — Ты опять с ней виделась.? Вопрос, который интересовал меня больше всего на данный момент. Разговаривать о НЕЙ (о безумно навязчивой девчонке, вечно пристающей к моей возлюбленной), было невыносимо. Сколько раз брюнетка обещала оборвать все связи с ТОЙ, но все продолжала видеться с ней. Она лишь ведет меня в спальню, сажает на кровать и заворачивает в теплое, мягкое одеяло. — Я принесу тебе чай и лекарство, солнце, подожди чуть-чуть. — Я тебя спросила… ты не ответила на мой вопрос! Босыми ногами ступаю по холодному кафелю кухни, прижимая девушку к гарнитуру. — Ты почему босиком? Тебе температуры не хватает? Сядь на стул. — Говорит она с легким раздражением и продолжает делать мне чай с мятой и лимоном. Сажусь на белый стул, прижимая колени к груди. — Так что? Ответишь на мой вопрос? — Солнце… — Подходит и садится передо мной на колени, переплетая наши пальцы. — Да, с ней. Лишь успеваю открыть рот, как она перебивает меня, — я тебе клянусь, это был последний раз, я ее заблокировала везде. Пожалуйста, милая, поверь мне. Она целует теплыми пухлыми губами мои холодные тонкие кисти. — Я же только тебя люблю… и ей я это говорю каждую нашу встречу! По моей щеке скатываться слеза, я лишь поднимаю девушку за руку и утыкаюсь щекой ей в живот. Она гладит меня по светлым волосам, перебирая пряди. — Кот, иди в постель, я принесу чай. Молча встаю и ложусь на кровать, действительно, через минуту приходит она, садится рядом и мы пьем обжигающий мятный чай, не проронив ни слова. Она лишь смотрит на меня с сожалением, а я — с безграничной любовью во взгляде. Меня все еще мучает озноб, я лишь сильнее укрываюсь одеялом. Брюнетка раздевается и ложится рядом со мной, обвивая меня руками и прижимая к себе. Наши лица буквально в считанных миллиметрах друг от друга. Она касается губами моего горячего лба, спускается на холодный нос, а потом аккуратно дотрагивается до губ. — Я люблю тебя. Совсем не важно, кто из нас произнес эту фразу, ведь чувствуем мы ее абсолютно одинаково.