Сказания Эдема. История лжеца

Младший лейтенант Хэнь долго смотрел на пластиковый пропуск, переводя взгляд с фото на удостоверении на идентичное лицо, чей хозяин стоял сейчас прями перед ним, мыча себе под нос какую-то мелодию и перекатываясь с пятки на носок. Рыжеватые лисьи ушки в цвет волос стояли торчком, а пушистый хвост метался туда-сюда. Кажется, секретарю председателя Эдемского сада, так было указано в пропуске, нравилась его работа, которая вынудила его прибыть в штаб-хранилище Нижнего Эдема. А вот младший лейтенант такого восторга не разделял: ему повышение в ближайшем будущем не сулило. Но, может быть, у его детей, внуков или правнуков получится подняться повыше. Если, конечно, их всех не ждёт третий всемирный потоп. — Так, по какому вы вопросу? — тёмные раскосые глаза Хэня без особого интереса уставились на секретаря. — Господин… — он быстро глянул на пропуск, — Розен? — Можно просто Майло, — зверочеловек, как их за глаза называли простые люди, одарил лейтенанта очаровательной улыбкой. — Председатель попросил меня забрать ту самую вещь, — он заговорщицки понизил голос. — Разве «ту самую вещь» не должны забрать завтра под конвоем? — Хэнь вопросительно приподнял одну из своих узких чёрных бровей. — Это информация для общественности, — Майло отмахнулся, словно лейтенант сказал какую-то не самую удачную шутку, — на случай, если кто-то захочет, не знаю, совершить ограбление. — Кому нужен этот кусок металла? — Хэнь скривился. — Кто знает, друг мой, — Розен снова выдал очаровательную ухмылку. — Так, я могу пройти? Сами понимаете, председатель ждать не будет. Ему всегда и всё нужно срочно, — он театрально всплеснул руками. — Майло, неси бумаги! Майло, где отчёты! Майло, ты нужен в Саду! — зверочеловек наигранно состроил возмущённую мордашку. — И так каждый день, — он тяжело вздохнул. — Понимаю… — лейтенант поджал губы. Если честно, и его нередко так гоняли из угла в угол. А ещё говорят, что жизнь в Верхнем Эдеме — самый настоящий рай. Врут, наверное. — Я вас пропущу, только сообщу начальству. — Конечно, — Розен кивнул и снова начинал мычать себе что-то под нос. Хэнь нырнул в свою коморку, служившую проходным пунктом штаба, и спешно тыкнул пальцами по голографической доске, но так не вспыхнула привычным зелёным светом, а продолжила отбрасывать белёсое свечение. Лейтенант нахмурился и снова предпринял попытку связаться с начальством, но доска и в этот раз проигнорировала все его усилия. — Какие-то проблемы? — зверочеловек вежливо постучал в дверной косяк. — Опять сбоит, — Хэнь поджал губы. — Не могу связаться с капитаном. — Ох, и что теперь? — лисьи ушки дёрнулись, и лейтенанту на секунду показалось, что Майло смеётся над ним. — Придётся вам отложить визит, господин… кхм, Майло. — Как же так? — Розен покачал головой. — Нет, я всё понимаю, но боюсь, что председателя такой ответ не устроит… Как бы не произошло резких сокращений. Хэнь невольно вздрогнул и потупил взгляд. Только увольнений ему не хватало! А если всю вину спишут на него? Что тогда? Рабочих мест и так не хватает, как бы самому не пойти в утиль. Ему же почти тридцать, а, значит, ещё лет двадцать, и его, бедного и старого Хэня, отправят в топку… А ведь до этого момента так много хочется сделать! — Если напишите расписку, я могу вас пропустить, — робко начал лейтенант. — Только подтвердите потом начальству, что я пустил вас, потому что система заглючила. — Конечно, конечно, — зверочеловек активно закивал, — как скажете, мой друг, — он дружелюбно похлопал Хэня по плечу. — Давай бумагу, сделаю всё в лучшем виде. На душе у лейтенанта отлегло. Он даже повеселел немного, вручая секретарю председателя бумагу и ручку, которые имелись в его рабочей обители на тот случай, если система в очередной раз решит выйти без разрешения. Розен быстро начёркал что-то и отдал расписку Хэню. — Благодарю за сотрудничество, — Майло весело подмигнул лейтенанту. — Вас проводить? — Хэнь осторожно сложил расписку пополам. — Понадобиться ключ безопасности… — Не волнуйтесь, у меня всё есть, — секретарь улыбнулся. — Председатель обо всём позаботился. — Хорошо, — если честно, лейтенант изначально не горел желанием выходить куда-то из своей каморки. Всё же ночь на дворе, а он только хотел подремать. Зверочеловек кивнул и двинулся к массивной железной двери, игриво махая лисьим хвостом. Он приложил руку к сканеру, и дверь шумно начала расходиться в стороны. — Доброй ночи, друг Хэнь, — Розен с хитрым прищуром глянул на лейтенанта, заставляя того немного смутиться. Было что-то особенное в этом лисьем очаровании. Но только странно, что Майло попрощался с Хэнем до того, как покинул штаб… Железная дверь шумно закрылась, погружая коридор в полутьму, освещаемую лишь редкими синими лампами. Зверочеловек расправил плечи и уверенно двинулся вперёд, вдевая в мохнатое ухо наушник. — Доброй ночи, друг Хэнь, — язвительно раздалось в ухе. — Можно просто Майло. Благодарю за сотрудничество. Этот бедолага точно очарован тобой, лисёнок. — А ты, Кэра, явно очаровала их систему безопасности, — усмехнулся Розен. — Только посмотрите, сам Персиваль Джонс сделал комплимент моему мастерству, — фыркнули в наушнике. — Мне стоит ожидать Третьего всемирного потопа по такому случаю? — Если ты не заметила, Кэра, я всегда доволен твоей работой, — Майло Розен, он же Персиваль Джонс, завернул за угол. — Только тогда, когда тебе это выгодно, Перси. — Сегодня я Майло Розен. — Поднимать мертвецов из могилы — плохая идея, Перси. Джонс усмехнулся и снова повернул за угол. Железная дверь, преграждавшая ему путь, в этот раз открылась даже без использования сканера. Вторая дверь также почти бесшумно отъехала в сторону, пропуская Персиваля в просторную комнату, посреди которой возвышался постамент. Сверху на него падал лунный свет сквозь прозрачную крышу из самого прочного стекла, что вообще могло существовать в Эдеме. Зачем делать в штабе такие изыски, если он находится только в Нижнем Эдеме, под землёй, куда свет попадает только, когда открываются боковые шлюзы, оставалось непостижимой загадкой. На постаменте под стеклянным кубом стояла с виду обычная металлическая коробка, шкатулка, в которой обычно хранили всякие мелочи. Только на простых шкатулках не вешают сразу три кодовых замка, да ещё и таких древних, что Джонс не смог вспомнить, где, кроме книг, он мог видеть подобное. Персиваль сделал шаг к постаменту. — Стой, — ушки пугливо дёрнулись, когда Кэра строго гаркнула в наушнике. — Я ещё не закончила. С потолка упали ярко-красные лазерные линии, одна из которых чуть не пробила носок высоких фирменных ботинок Джонса. — Ух! — Перси отскочил в сторону, пушистый хвост нервно заметался туда-сюда. — А раньше нельзя было предупредить? — Прости, была занята, — в голосе Кэры не были ни капли раскаяния. — И чем же? — зверочесловек смахнул невидимую пылинку с офицерского мундира. — Помимо тебя, у меня есть ещё клиенты, — Кэра цокнула языком, — дай мне минуту, лисёнок, — в наушнике послышалось клацанье клавиатуры. Где Кэра откопала этот антиквариат, Персиваль не знал. Его компаньонка никогда особо не распространялась, где она находила вещи с многовековой историей. Наверняка это были подарки от более успешных и влиятельных клиентов и по совместительству конкурентов Персиваля. Одно радовало: для этого дела, выбрали именно Джонса. Подобное прибавляло гордости лисьей натуре. — Готово, — прошелестела в динамике Кэра, и лазеры с тихим писком отключились. Стенки стеклянного куба медленно раскрылись, подобно цветку на заре. — Персиваль Джонс, поздравляю, уровень пройден, — усмехнулась Кэра. — Не говори раньше времени, — в тон ей ответил Перси, уверенно подходя к постаменту. — Как выберусь отсюда и приглашу тебя куда-нибудь, тогда и будем праздновать. — Прости, лисёнок, но ты не в моём вкусе, — фыркнула Кэра. — Это не свидание, — Джонс смутился, забирая шкатулку и пряча её запазухой. — Я просто, по-дружески… — Ну-ну, дамский угодник, — весело хмыкнула Кэра, заставляя Персиваля смутиться ещё сильнее. Компаньонка била по больному месту, потому что он, Персиваль Джонс, хоть и пытался угождать дамам, но те взаимностью почему-то не отвечали. И Кэра это прекрасно знала. — Ладно, пора ва-… — зверочеловек развернулся, чтобы как можно быстрее покинуть штаб, но чуткие лисьи ушки дёрнулись, уловив звук шагов откуда-то сверху. Странно. На свете нет сумасшедших, которые бы забрались на крышу штаба. — Перси? — голос Кэры в наушнике заставил Персиваля вздрогнуть. — М, да? — тот начал оглядываться, но ухо без пластикового вкладыша продолжало улавливать шаги. — Что там у тебя? — Кто-то… — Джонс поднял голову вверх, вглядываясь в стеклянный купол над комнатой. — Твою мать! — взвизгнул он как раз в тот момент, когда стекло было разнесено вдребезги мощным взрывом. Зверочеловек отлетел к стене. Наушник выпал и покатился по полу. Персиваль застонал, грудь сдавило невыносимой болью, а через секунду ушки прижались к голове, чтобы спасти своего лиса от разрывающего перепонки ора сигнализации. Тяжелые ботинки опустились на пол, когда их хозяин спустился вниз по верёвочному тросу. Джонс кое-как поднялся на четвереньки. Первое, что бросилось в глаза — ярко-красные, даже алые, волосы, собранные в высокий хвост. Железная дверь отъехала в сторону. На пороге показался Хэнь, держащий в руках револьвер. — Именем Эдема… — начал он, наводя оружие на взломщика, но пуля, выпущенная в ту же секунду, когда он открыл рот, отказалась быстрее. Младший лейтенант мешком рухнул на пол, чуть повернув голову к Персивалю. Тот зажал рот рукой, подавляя крик ужаса. Прямо во лбу у Хэня зияла неровная кровоточащая дыра, а взгляд бездумно смотрел на зверочеловека, словно лейтенант на секунду выпал из реальности. Было ясно одно. Дело дрянь. И лучше бы сматываться, пока Джонс не отправился к праотцам вслед за Хэнем. Взломщик тем временем перевёл взгляд на раскрытый стеклянный куб. Его лицо было скрыто за тканевой маской, а по атлетично-сложенной фигуре сложно было понять, мужчина это или женщина. — Где? — взломщик направил пистолет довольно старой модели на Персиваля. Его голос хоть и был хрипловатым, но определённо принадлежал женщине или даже девушке. — Н-не з-з-наю, — зверочеловек начал спешно отползать к стене, пока не упёрся в неё спиной. Всё его тело сковал страх. Добегался ты, Персиваль Джонс, теперь тебе точно конец. Бесславный и жалкий. Пуля пролетела рядом с лицом Перси и впечаталась в стену. Джонс вскрикнул, прижимая уши к голове руками. Его трясло от ужаса, а в обычно предприимчивом и юрком мозге не было ни одной трезвой мысли о том, как выбраться из ситуации. Хотя нет. Одна идея всё же была. — Е-если убьёшь м-меня, — в горле стало сухо, словно зверочеловек не пил целую неделю, — т-тебя отправят в т-топку. Я… я с-секретарь с-самого п-председателя Эд-… Э-эдема. Взломщица склонила голову в бок и чуть опустила пистолет. — Ты с Вершины? — она спустила маску на подбородок, но её лицо сложно было разглядеть в полутьме. — Д-да, — Персиваль кивнул, благодаря весь Эдемский сад, что в его голове ещё не сделали дыру. Пока что. Хищная улыбка расплылась на затемнённом лице. Джонс пискнул, прижимая хвост к груди. Этот оскал не сулил ничего хорошего… — Пойдёшь со мной, — рыкнула взломщица, снимая с кобуры под лёгкой кожаной курткой второй пистолет. На изнаночной стороне зверочеловек заметил несколько небольших бомб. Подождите! Пойти с ней? Куда? В мир иной? Нет, стойте, он, Персиваль Джонс, ещё так молод, он не готов, он столько всего не сделал, ему нельзя умирать! Раздался громкий хлопок. Джонс даже зажмуриться не успел, как прижатый к груди хвостик пронзила острая боль. Сознание тут же стремительно начало распадаться, точно квантовые частицы, о которых когда-то болтала Кэра… Кэра… Кто же теперь заплатит ей за работу и отведёт в тот милый ресторанчик на краю Верхнего Эдема? *** Всё, чего хотелось Лиззи сейчас, так это упасть в объятия мягкого матраса и сношаться с ним до самого утра, пока служанка самым наглым образом в очередной раз не заберёт её у уютного любовника. Но когда ты входишь в Эдемский сад, как когда-то делали твои предшественницы, о нормальном отдыхе можно забыть. — Элизабет! — высокая и пропахшая выпечкой туша сжала девушку в объятиях. И когда у тебя есть слишком уж любвеобильный жених тоже. — Крис, задушишь, — просипела Лиззи, чувствуя, как из её легких выжимают весь воздух. Крис и так был исполинских размеров, а если учитывать, что сама Элизабет была ему где-то по грудь и являлась обладательницей пышных форм, на её и без того утяжелённую грудь приходилось колоссальное давление. — Прости, прости, — раскосые глаза виновато посмотрели на неё. — Я просто так рад тебя видеть. Как дела в Эдемском саду? — Отвратительно, — выдохнула Лиззи, сбрасывая ботфорты с полноватых и коротковатых ног, приподнимая края пышной юбки. Крис тут же поставил их, аккуратно и слишком правильно, так, что плеваться хотелось от этой дотошности. — Всё так плохо? — Крис обеспокоенно тряхнул чёрными кудряшками, кое-как успевая поймать портфель с бумагами, который его невеста швырнула на пол. — Хочешь развеселю тебя? — Крис улыбнулся, слишком мило, слишком сладко, и Лиззи мгновенно ощутила на языке привкус ненавистных ей кремовых шоколадный пирожных. — Я выбрал тебе платье на свадьбу! Белое, под цвет твоих чешуек, — Крис буквально светился от счастья, а вот Лиззи, наоборот, помрачнела. Выйти замуж — не её желание, а извечная суета её матушки, которая всё время горестно вздыхала, что до отправки в топку хотела бы взглянуть на внуков, которые примут за Лиззи пост одного из членов Эдемского сада. И жениха тоже подобрала мисс Лэндолай, из довольно знатного рода, между прочим, и тоже зверочеловек, вон как блестят змеиные чешуйки на лице, такие же, как и у самой Лиззи, только коричневатые. — Очень мило, — Лиззи выдала кривую улыбку, — но потом. Сейчас я пойду спать. — Н-но… — Крис насупился, сжав и без того тонкие губы в едва заметную ниточку, — я и костюм тебе свой хотел показать… Будь у Лиззи хоть капля совести и сочувствия, она бы пожертвовала своим сном ради примерки свадебного платья. Но, как поговаривали в Эдемском саду, у хладнокровной мисс Лэндолай, и сердца-то нет, не то, что тёплых чувств к кому или чему-либо. Тихо пискнули часы на руке у девушки. Та быстро глянула на циферблат с высветившемся на нём сообщением. Отчасти красивый желтоватый глаз с узким зрачком нервно дёрнулся. Кажется, рабочий день сегодня начнётся намного раньше, и без таких нужных сношений с мягким и уютным матрасом. Так обычно и бывает, когда тебя среди ночи вызывают в Эдемский сад по красному коду, что означало только одно. Дело дрянь.