Morning coffee

Чуть хрипловатый, но в то же время довольно мелодичный голос окликнул юношу. — Чуя — сладко потянув последний слог сказал кареглазый брюнет, волосы его чуть вились и были пушистыми, на ощупь словно облако, не смотря на то, что были достаточно густыми. Брюнет обратил свой взор на парня рядом, волосы его словно окутывали языки пламени, он закручивал на палец огненно рыжие локоны и спускаясь чуть ниже, дойдя до лица, тем же указательным пальцем провёл по острой линии челюсти. Чуя определенно мог похвастаться своей модельной внешностью: острые скулы, длинные рыжие волосы, выразительные голубые глаза. но, единственное, что мешало ему начать карьеру модели - его небольшой рост. Не сказать, что он комплексовал по этому поводу, нет, скорее, такой оптимальный рост был даже более практичным, по крайней мере он так считал. Рыжеволосый чуть поморщился, но пробуждаться точно не собирался. Дазая всегда умиляло подобное со стороны Чуи. Брюнет наклонился к лицу возлюбленного и мягко поцеловал в щеку. Он уже собирался вставать с кровати, как его схватили за футболку. — куда ты собрался? — Накахара с взъерошенными волосами, потирающий глаза спросонья был всё так же очарователен и красив, что не могло оставить Дазая равнодушным. — готовить для тебя завтрак, коротышка. — полежи со мной ещё немного, к чему такая спешка? — в голосе его проскакивали нотки грусти. Осаму послушавшись лёг рядом, а Чуя улыбнулся и повернулся к лицу брюнета, расстояние между этими двумя не превышало четырех сантиметров. На лицо голубоглазого часто спадали пряди волос и этот момент не исключение, брюнет осторожно заправил прядь за ухо и хотел провести пальцем по щеке, но Чуя схватил его руку и прижал ее к ней, закрыв глаза, выразив так своё удовольствие. Не описать словами то, как Осаму любил свою половинку, каждый его сантиметр, каждый изгиб тела был им любим, когда он не в настроении и когда он на него кричит, Накахара в любом виде был для него идеальным, ведь этот человек был тем Чуей, который по утрам готовил им двоим кофе, стараясь рисовать кареглазому сердечки на пенке, одетый в одну лишь большую рубашку Дазая. — Чуя, я люблю тебя, очень — не дожидаясь ответа, брюнет сократил расстояние между ними и нежно прильнул к губам любимого, получая такие же нежные ответы на свои поцелуи. Они могли бы вечно лежать так в кровати наслаждаясь друг другом.

***

Осаму готовил завтрак, а Накахара обнимал его сзади — у тебя любовь к моим рубашкам, коротышка? — они удобные и пахнут тобой, а тебя что-то не устраивает? — наоборот, после этого я иду на работу пропахнув тобой. Радует, что у меня всегда есть частичка тебя с собой — голубоглазый улыбнулся и приступил к приготовлению кофе — тебе не кажется, что было бы неплохо купить кофе машину? — а как я потом буду рисовать сердечки на твоем кофе? — ты прав, мне было бы досадно потерять такую возможность - отведать лучший кофе, ещё и с милейшим рисуночком — ой, не льсти — теперь уже брюнет подойдя сзади, положил руки на узкую талию Чуи, и, зарывшись носом в рыжие волосы наслаждался этим моментом. Чуя, весь такой домашний, ласковый, что пах Дазаем, шоколадным гелем для душа и цветочным шампунем был самым любимым зрелищем своего возлюбленного, у Осаму всегда крышу сносило от такого Чуи. — шумно вдохнув приятный аромат, Дазай скользнул ниже к шее, начав покрывать её поцелуями. Дыхание Накахары сбивалось, что не мог не заметить Дазай, ухмылка на его лице появилась сама по себе — Солнце, ну не здесь ведь — я хочу тебя в любом месте, малыш — руки с талии скользнули ниже, к бедрам, брюнет приподнял рубашку, под которой ничего кроме нижнего белья не было и грубо сжал их, одной рукой перейдя к ягодице и шлепнул ее. Стоны срывались с губ Накахары, лаская слух Осаму. Брюнет резко повернул Чую к себе лицом и грубым поцелуем впился в его губы, их руки блуждали по хорошо изученным, но таким излюбленными телам друг друга. Чуя проводил пальцем по торсу Дазая, очерчивая кубики пресса, а тот в свою очередь залез под белье и сжимал упругие ягодицы Накахары. Кареглазый взял рыжеволосого на руки и понес в спальню. Аккуратно положив его на постель, наслаждался этим видом: Чуя, такой хрупкий и нежный, с белоснежной кожей, подрагивал от нарастающего с каждым разом возбуждения. Осаму всегда считал, что он сорвал куш. Нависнув сверху, он снова прильнул к губам Чуи, сминая то одну, то вторую, кусая до металлического привкуса во рту. Чуя тоже не медлил, сняв с любимого нижнее белье, проведя сначала по головке и почувствовав, как брюнет вздрогнул ухмыльнулся в поцелуй, а Дазай же укусил его губу и сжал ягодицу сильнее, показав так своё недовольство. Его рука всё опускалась и дошла до основания, крепко обхватив рукой фаллос, Чуя начал осторожно водить вниз и вверх, член Дазая наливался кровью и тот уже не выдержав оторвался от губ, спустившись к сфинктеру рыжеволосого, стал осторожно его разрабатывать, сначала одним пальцем, затем двумя, найдя то самое место, которое приносит парню удовольствие, делал упор на него, Чуя взял свой не менее красный член в руки и словно умолял взглядом брюнета войти в него, но Дазай шлепнул Чую по руке — я не разрешал тебе себя трогать, малыш — но и мучить его не стал, раздвинув ноги рыжеволосого шире, он осторожно приставил свой фаллос к узенькой дырочке и взглядом словно спрашивал у Чуи готов ли он, в ту же секунду получив положительный ответ, надавил и стал понемногу входить, войдя на половину ждал, пока возлюбленный расслабиться, чтобы войти полостью. У Накахары перед глазами всё плыло от удовольствия, он хватался за спину Дазая, царапая ее, покрывал его шею засосами, пока тот втрахивал его в постель — я почти — вскрикнув сказал Чуя — котёнок, потерпи ещё немного, давай вместе — низкий голос любимого был усладой для ушей Чуи, его хриплые стоны, то, как он грубо кусает, оставляет засосы по всему телу сносило крышу, они оба без остатка принадлежат друг другу и они знали это. — Чуя.. — кончи в меня, — Дазай взяв рыжеволосого за фаллос, стал его надрачивать зная, что тот тоже на пике, а после оба излились, рухнув на постель. Из красной дырочки Чуи вытекала сперма Дазая, проведя по ней пальцем, он собрал сперму и облизнул его — извращенец, хочешь возбудить меня снова и начать всё по второму кругу? — сказал тот, кто взял меня пока я готовил кофе? — перед тобой невозможно устоять, куколка, предварительно шлепнув Чую сказал Дазай. Пальцем проведя по нижней губе Осаму, голубоглазый ухмыльнулся и прислонился к его груди, слушая размеренный стук сердца