H(e)aven, close

Минхо не очень любит ночевки, особенно когда они происходят в его квартире. Но есть один человек, которому он не может отказать в таком — это Феликс. Феликс прошел долгий путь в жизни Минхо — он превратился из солнечного двоюродного брата его друга в одного из самых близких людей, которые когда-либо были у Минхо, поэтому неудивительно, что теперь он — любимец Минхо. К тому же, в отличие от других его друзей, Феликс очень любит кошек Минхо — пушистую троицу, которые действительно владеют всем его сердцем. Это одна из многих вещей, что их связывает и делает ночевки с Феликсом приятными, хоть Минхо и предпочитает тихие ночи, проведенные со своими малышами. Сейчас вечер пятницы, и Феликс только что завалился в его гостиную. Это даже не преувеличение, а скорее то, как Феликс всегда появляется в его квартире: едва поздоровавшись, он влетает внутрь, чтобы поприветствовать кошек, которые с радостью встречают его объятия и угощения. Изначально это не входило в планы Минхо на неделю, но поскольку он живет совсем недалеко от аэропорта, а богатый парень Феликса неожиданно оплатил ему четырехдневную поездку в другую страну, он не смог отказаться и теперь надеется, что не пожалеет об этом. Глядя на жизнерадостную улыбку Феликса, разговаривающего с котами, Минхо не может не вздохнуть. Он может только мечтать быть таким же беззаботным и открытым для новых приключений — если бы кто-то предложил ему полететь даже в другой город на один день, он бы точно не согласился. Но Феликс другой, он видит возможности для роста в каждой мелочи, тем более в тех вещах, которые его пугают или кажутся безрассудными другим людям, и отчасти именно поэтому они так хорошо сдружились: пока Феликс показывает ему, что значит быть открытым и смелым, Минхо учит его быть более осторожным и осмотрительным, когда это необходимо. Они отличная команда, и Минхо это очень нравится, несмотря на то, что он кажется холодным и неприступным. — Сегодня у тебя день готовки? — спрашивает Феликс, усаживаясь на пол, скрестив ноги, чтобы Дуни мог переползти к нему на колени. Минхо вообще-то любит готовить, это его любимое занятие после упражнений и чтения. Но поскольку работа и уход за котами отнимают у него слишком много времени, он придумал хорошую систему, чтобы облегчить себе жизнь. Вместо того чтобы готовить каждый день, он готовит еду три раза в неделю, изредка выбираясь на ужин или обед к кому-нибудь из друзей, что позволяет сэкономить много сил на другие дела после работы. Как и заметил Феликс (а может, и рассчитал, зная его характер), сегодня его последний день готовки на этой неделе. Минхо предпочитает оставлять выходные свободными, поэтому, как бы он ни уставал в пятницу вечером, он всегда старается сделать все возможное, чтобы приготовить еду на выходные перед сном. Это нелегко, потому что все, что он действительно хочет после работы — это лежать на диване лицом вниз и обниматься с котами. Но преодоление этого сопротивления — большое достижение, которого он чаще добивается, чем нет. В общем-то, он этим гордится. — Да, — кивает Минхо. — И раз уж ты здесь, мне понадобится твоя помощь. Он старается выглядеть так, будто ему все равно, просто чтобы подшутить над Феликсом, который знает, что ему нравится, когда они готовят вместе, но все равно не может сдержать улыбку, когда Суни и Дори пытаются занять место Дуни. Дуни мяукает на них, как бы говоря, чтобы они оставили его и Феликса в покое, но коты не слушают — они все любят Феликса так же сильно, как и он их, и это все еще довольно удивительно для Минхо. Не то чтобы он сомневался в том, что Феликса обязательно полюбят все, но его коты обычно очень разборчивы в том, кого подпускают к себе, и даже Чан, знающий их много лет, все равно может погладить их только несколько секунд, прежде чем они передумают и уйдут. Минхо ничего не может поделать с тем, что его кошки привязаны к Феликсу, но он и не пытается это изменить, потому что, как хорошему кото-отцу, ему нравится видеть их счастливыми, но он также не может дождаться, когда начнет готовить, потому что чем быстрее они закончат, тем больше времени у них будет, чтобы посмотреть что-нибудь легкое по телевизору и поспать перед завтрашним рейсом Феликса. В их кругу друзей как-то само собой сложилось неписаное правило — они привозят закуски и сувениры, а Минхо составляет им компанию в аэропорту, если только он не устал до смерти. Как раз на этой неделе он не слишком устал. — Ладно, мастер-шеф, что мы сегодня готовим? — спрашивает Феликс с озорной улыбкой как только они заходят на кухню и моют руки после игры с котами. Суни, Дуни и Дори решили присоединиться к ним, и хотя Минхо понимает, что с ними на кухне будет катастрофа, у него не хватает духу выпроводить своих детей обратно в гостиную. Если они хотят остаться, они остаются, таково правило в квартире Минхо — и это совершенно не потому, что он полностью и безнадежно в них влюблен, вовсе нет. — Я решил приготовить запеченные овощи, курицу с чесноком и рис, — делится Минхо. Он открывает холодильник, чтобы достать курицу и другие ингредиенты. — Ты можешь заняться нарезкой, пока я подготовлю курицу? — Конечно, без проблем, — Феликс кивает и крадет у Минхо симпатичный розовый фартук, оставляя его без фартука на этот вечер. — Что? А как же «все лучшее гостям»? Я не хочу пачкать свою одежду, я не особо много взял с собой в поездку. Минхо только вздыхает и качает головой, но ничего не говорит, потому что спорить с Феликсом — пустая трата времени и сил, в основном потому, что Феликс слишком милый, чтобы отказать ему в чем-то, и отчасти потому, что Минхо очень хочет поскорее закончить с готовкой. Он выбрал относительно простой рецепт для этих выходных, так что на все у них должно уйти не больше часа, ведь они будут готовить вместе, а это значит, что с Феликсом все получится в два раза быстрее. — Мы… так и будем сидеть здесь в тишине? — спрашивает Феликс через несколько минут, нарезая болгарский перец, пока Минхо смешивает зелень и чеснок для курицы. — Да? — Минхо пожимает плечами. — Или ты мог бы рассказать мне о своих планах на поездку, но ты же знаешь, что я не очень люблю, когда меня отвлекают, пока я готовлю. Феликс уже должен это знать, ведь сколько раз они готовили вместе: Минхо не очень любит разговаривать или слушать музыку, когда готовит еду. Да, это отличный способ сблизиться, и он это прекрасно понимает, но для Минхо это еще и любимый способ расслабиться помимо чтения. Ему очень нравится, что он может просто сосредоточиться на приготовлении пищи, позволить себе дышать, сфокусироваться на том, что перед ним, в течение часа или двух. Это напоминание срабатывает, и Феликс снова замолкает, но Минхо видит, что тот постоянно смотрит на телефон и проверяет, который час, и понимает, что так дело не пойдет. Феликс может молчать и говорить только о том, что необходимо для процесса приготовления ужина, но в воздухе будет висеть неловкость, а Минхо бы предпочел что угодно неловкой атмосфере. — В чем дело? — он спрашивает спустя несколько минут, потому что ему почти больно видеть, как Феликс режет эти перцы так, будто они сделали что-то очень плохое лично ему. — Ты собирался заставить меня послушать очередной новый альбом своей любимой группы? По правде говоря, Минхо вообще-то понравилось, когда Феликс настоял на том, чтобы они послушали новый альбом Imagine Dragons, хотя он и не очень любит рок-музыку. И все-таки ему все равно больше нравится дразнить Феликса вот так, что он и делает сейчас. Феликс хорошо знает его, знает, что Минхо на самом деле очень мягкосердечный человек, хоть ему и нравится притворяться, что ему все безразлично, и Феликс также знает, как найти ключ к сердцу Минхо, когда ему действительно все равно. Минхо так проще, но он не может отрицать, что ему очень приятно, что Феликс любит его настолько, что всегда видит сквозь его барьеры. — Ну… есть одна радиостанция… — начинает Феликс с озорной улыбкой, и Минхо сразу же понимает, что ничего хорошего из этого не выйдет. — У них есть вечернее шоу, и мне очень нравится их классный ведущий, к тому же он ставит отличные песни. Каждый день тема шоу разная, и слушатели могут присылать свои истории на эту тему, которые ведущий потом читает и комментирует. Оно началось… минут десять назад. — Феликс… — Минхо может только вздохнуть, потому что слушать радиопередачи ему никогда не нравилось. — Пожалуйста? — Феликс смотрит на него умоляющими глазами, и в этот момент Минхо понимает, что проиграл эту битву еще до того, как она началась, — как это всегда бывает с Феликсом. Минхо кивает, давая Феликсу зеленый свет, берет телефон и включает ту радиостанцию, которую любит друг, и вскоре кухня заполняется вторым припевом незнакомой рок-песни. Коты с любопытством смотрят на это, ведь они тоже не очень привыкли слышать музыку на кухне, но поскольку они не уходят, Минхо решает, что, наверное, это не такая уж плохая идея. В песне очень грустный текст и очень запоминающаяся гитарная мелодия, но Минхо делает вид, что ему это неинтересно, и возвращается к обмазыванию куриных грудок смесью трав и чеснока. Втайне он надеется, что ведущий еще раз упомянет название песни, потому что она действительно привлекла его внимание: может быть, он и не любит рок-музыку в целом, но некоторые песни удивительно запоминающиеся и приятные. Однако, как только песня заканчивается, он чуть не роняет мясо, и все потому, что у ведущего едва ли не самый красивый голос, который Минхо когда-либо слышал — а ведь он дружит с Сынмином. Неудивительно, что этот человек работает на радиостанции, ведь его голос идеально подходит для радио. И почему-то Минхо уверен, что этим голосом ведущий способен подарить и энергию, и комфорт. «Это был хит группы Motionless in White под названием Masterpiece! Сейчас половина шестого вечера, а это значит, что впереди у нас почти три часа хорошей музыки и разговоров! — весело говорит ведущий, и Минхо делает в голове пометку с названием песни. — Наша красавица Алиса говорит, что эта песня — настоящий шедевр, и я не могу с ней не согласиться. Спасибо за ваше Сообщение, Алиса, вам тоже хорошего вечера!» — Я обещаю тебе, он невероятен, — голос Феликса полон радости, но широкая улыбка на его лице быстро сменяется гримасой, когда он переходит к нарезке лука. — Фу, почему ты всегда обязательно все делаешь с луком? — Иначе не будет никакого вкуса! — настаивает Минхо, хотя знает, какое это мучение — резать лук. «Не мог бы ты включить Linkin Park? О, дорогой, они были всего три песни назад, но я могу поставить вам Ghost вместо них, как вам это, а? В общем, для тех, кто только что настроился, вы слушаете радио Haven, и я — ваш ведущий Хан Джисон! Сегодняшняя тема — самый крупный кулинарный провал, свидетелем которого вы были. Возможно, вы были главным героем, чуть не спалившим свою кухню, или, может быть, вы видели ужасный процесс готовки в интернете? Расскажите нам свою историю, а я прочитаю ее, чтобы все могли насладиться!» Минхо сначала очень скептически отнесся к этой идее, он не надеялся, что ему это понравится, и, конечно, не думал, что так быстро втянется, но прошло меньше десяти минут, а он уже думает, что не отказался бы слушать эту передачу все предстоящие три часа. Просто что-то в этом Хан Джисоне, что вызывает интерес, странное желание услышать больше, что бы он ни сказал, даже если он просто разговаривает со слушателями, читает их истории и комментарии между популярными рок-песнями. Концепция, согласно которой каждый день имеет определенную тему, по которой слушатели могут поделиться своим мнением, — это тоже то, о чем Минхо раньше не слышал. Звучит забавно, и это показывает, сколько любви работники вкладывают в эту радиостанцию и в это конкретное шоу, потому что у них должна быть очень творческая и увлеченная команда, чтобы поддерживать подобное на протяжении многих лет, не теряя своей аудитории, а только приобретая новых слушателей. — Ты когда-нибудь присылал свои истории? — Минхо старается казаться незаинтересованным, но в итоге ухмыляется, когда Феликс хмыкает. — Сегодня ты тоже должен что-нибудь прислать. Помнишь, ты должен был научить Хёнджина и Сынмина печь печенье? Это был абсолютный хаос, а меня ведь даже там не было, чтобы увидеть это своими глазами. — Я никогда никому этого не расскажу, это так смущает. — лицо Феликса мгновенно краснеет, и это уже не имеет ничего общего с луком. — Сынмин всё испортил, а потом свалил всё на меня! — Ну, какая разница, что это неловко, если история смешная и не нужно называть никаких имён? — дразнит его Минхо. На самом деле все было не так уж плохо, по крайней мере, в том варианте, которым поделился Феликс после попытки испечь печенье вместе с их женатыми друзьями — конечно, на кухне у них получилась полная катастрофа, но печенье все равно было съедобным, пусть и не очень вкусным. Кроме того, они хорошо провели время, и никто не пострадал, кроме, может быть, вкусовых рецепторов Феликса, так почему же они должны держать это в секрете, когда перед ними открылась такая прекрасная возможность? Минхо знает, где провести черту, у него действительно впечатляющий навык почти всегда правильно анализировать ситуацию, поэтому ему не нужно беспокоиться о том, что он сделает что-то, чего Феликс не хотел бы. — Ну же, я хочу услышать, как он читает это на шоу, — он продолжает настаивать, пока Феликс краснеет и качает головой. — Я тут немного занят, помогаю тебе готовить еду, если ты не заметил, — надувается Феликс. Минхо задается вопросом, почему он вдруг стал таким застенчивым. — Если ты так сильно этого хочешь, может быть, тебе стоит самому написать эту фигню? — А знаешь, я так и сделаю, — подмигивает Минхо. — Это чтобы сделать ночевку веселее! Я слушаю радиостанцию, которую ты выбрал, а ты разрешаешь мне поделиться этой историей. Феликс шутит, что Минхо не выглядит так, будто ему это не нравится, но Минхо уже не стесняется признаться в этом, так что попытка поддразнить его, конечно, не удалась. Теперь, когда у него есть разрешение отправить эту забавную историю на радиопередачу, пусть и с дружескими препирательствами, Минхо быстро встает и моет руки, оставляя курицу на некоторое время мариноваться в приправе. «Добрый вечер самому худшему радиоведущему на свете — о, я знаю, что я абсолютно ужасен, но вы ведь все равно продолжаете слушать мое шоу каждый вечер? Шучу, я тоже вас люблю! — Джисон смеётся и переходит к чтению комментариев и историй, которые ему присылают. — У нас есть несколько уморительных историй от наших слушателей, и не волнуйтесь, я обязательно прочитаю их все, потому что нам еще предстоит провести много времени вместе. Кстати говоря, сейчас вы послушаете песню A Question Of Time группы Depeche Mode, потом я включу Blink-182, и мы вернемся в студию после короткой рекламы!» В кои-то веки Минхо слышит песню, которая ему действительно знакома, ведь ее слушал его отец, когда он был ребёнком. Феликс удивляется, когда тот начинает напевать, но присоединяется к Минхо, и к концу песни они поют ее вместе, и даже кошкам, похоже, нравится, пока они обнимаются друг с другом у холодильника. — А какие песни он обычно включает? — Минхо не может не задать этот вопрос, потому что до сих пор это была интересная смесь золотой классики и более популярных современных мелодий. — Есть ли у него любимая группа? Ему совершенно не интересно узнать больше об этом веселом комочке энергии, который к тому же оказался талантливым радиоведущим, — нет, совсем нет. Минхо просто любопытный человек, но не настолько безрассудный, чтобы влюбиться в чей-то голос меньше чем за десять минут, и все это знают — даже Феликс не комментирует его внезапный интерес, только пожимает плечами. — Если честно, у него много любимых песен, так что я даже не знаю, смогу ли ответить на этот вопрос, — говорит Феликс, отыскивая рис в одном из бесконечных, на первый взгляд, шкафчиков Минхо. — Вот почему я так люблю эту станцию, и особенно это вечернее шоу. У него прекрасный музыкальный вкус, он ставит все, что мне нравится, а еще у него хорошее чувство юмора и непревзойденная харизма, поэтому я слушаю это радио всегда, когда у меня есть свободное время. Наверное, это здорово — никогда не задумываться о том, что ты будешь слушать в следующий раз, полагает Минхо. Возможно, именно поэтому некоторые люди до сих пор предпочитают подобные радиостанции составлению собственных плейлистов. У него уходит целая вечность на то, чтобы найти музыку, которая ему понравится, а для некоторых треков нужно быть в определенном настроении, не говоря уже о том, сколько времени он тратит на обновление своего плейлиста. Иногда он сдается и просто слушает одно и то же месяцами. «Я вижу многих людей, которые говорят, как здорово было услышать Depeche Mode на шоу сегодня, и я вас полностью понимаю, почему их музыка вообще никогда не стареет? Но вернемся к теме! Сегодняшняя тема — кулинарные неудачи, и, читая ваши истории, я начинаю чувствовать себя гораздо увереннее в своих кулинарных навыках — может быть, все не так плохо, как все говорят?» Минхо на это хихикает, чего Феликс, к счастью, не видит, потому что занят промывкой риса, а Минхо работает над установкой правильной температуры для разогрева духовки. Есть что-то смешное в этом образе в его голове: хотя Минхо не имеет ни малейшего представления о том, как выглядит ведущий, он может представить, что на лице Джисона сейчас самая гордая улыбка, а все потому, что его кулинарные способности не настолько катастрофичны, чтобы сжечь чью-то кухню. Это очень похоже на Хёнджина, который улыбается весь день и рассказывает об этом всем, когда делает хороший, вкусный сэндвич для своего мужа, не испортив при этом ничего. Кто знает, может быть, эти двое даже обладают схожей хаотичной энергией? Минхо точно не справился бы с их присутствием в одной комнате. «Следующая история — от Ли Ноу!» О да, стоило только вспомнить, как готовит Хёнджин, и ведущий тут же решил, что настало время рассказать об этой ходячей катастрофе. Он не главный герой, да и Минхо изменил их имена в целях конфиденциальности, но почему-то Джисону больше всего нравится именно та часть истории — где Хёнджин просто сидел и слушал музыку, в то время как Сынмин делал все возможное, чтобы испортить печенье. «Если бы я был там, поверьте, я бы тоже сидел в углу с музыкой, — смеется Джисон, когда заканчивает читать историю. — Хотя я бы наверное еще и вел свое шоу прямо из этого угла. Но это уже не важно. Кто-то спрашивает, слышал ли я уже новый альбом Fall Out Boy, и это прямо обидный вопрос. Конечно слышал! Мы здесь поглощаем новые релизы на завтрак. Почему я до сих пор не включил ни одной песни с этого альбома? Ну, думаю, сейчас самое время это исправить!» В отличие от него, Минхо не слышал этот новый альбом, он вообще ничего не слышал о Fall Out Boy лет десять, поэтому он не разделяет того восторга, который испытывает Феликс, сидящий рядом с ним, но он приходит к выводу, что это отличное радиошоу, лучшее из тех, что он слышал, если честно. Конечно, он не говорит об этом Феликсу, но это и так ясно из того, что он не просит выключить радио через десять минут после начала передачи — вместо этого они даже слушают его во время ужина. Минхо так никогда не поступил бы, ведь ужинать он может только в тишине, но почему-то в этот вечер вся еда кажется гораздо вкуснее, чем обычно. Это глупо, и, возможно, все дело в настроении, но они оба доедают свои порции практически мгновенно, и только потом, когда посуда уже чистая, они возвращаются в гостиную и выключают радио. Через пять минут Минхо пробирается в ванную, чтобы записать название станции в телефоне: было бы слишком неловко спрашивать потом Феликса об этом, если он забудет. //// Проходит всего три дня, прежде чем Минхо снова включает радио Haven. Минхо никому не признается в этом, но он смог продержаться целых три дня только благодаря тому, что вечернее шоу Джисона не выходит в выходные. Это понятно, ведь всем нужен отдых, но в то же время было непросто, потому что Минхо только что открыл для себя это шоу и тут же лишился его из-за выходных. Но вот наконец наступил вечер понедельника, почти конец утомительного дня, который Минхо всегда ненавидит больше всего. А это значит, что ему снова пора готовить на следующие три дня. Сегодня он один — Феликс все еще в поездке, каждые несколько часов присылает милые фотографии, а все остальные друзья заняты своими делами, но, если уж на то пошло, ему так только комфортнее, ведь не нужно ни с кем разговаривать. Было бы ложью сказать, что он не думал о голосе Джисона и о том, насколько он харизматичен, во время выходных. Он старался держать эти мысли под контролем: Минхо понимает, что это не должно его так сильно интересовать. Однако теперь ничто не мешает ему найти радиостанцию и включить ее, на этот раз за несколько минут до начала вечернего шоу. Теперь он понимает, что имел в виду Феликс, когда говорил, что не хочет упустить ни одной минуты, и чувствует, как в жилах разливается волнение, как только он слышит радостное приветствие Джисона после первой песни, которая прозвучала в эфире. Это интересное чувство, которое неизбежно возникает, когда Минхо открывает для себя новое увлечение, которое вызывает у него радость, хотя трудно назвать хобби прослушивание конкретной радиопередачи, особенно если он слушает ее всего лишь второй раз. В любом случае, чувство есть, а Минхо не из тех, кто сомневается в том, что приносит ему радость, если только вместе с тем это не причиняет ему боль, поэтому он наливает себе кружку теплого чая и начинает распаковывать продукты, которые купил после работы. Тело болит после целого дня сидения, так и хочется сделать зарядку или хотя бы растяжку, но приготовление еды — приоритетная задача на данный момент. «Как вы себя чувствуете сегодня? Готовы к новой замечательной неделе или уже считаете дни до пятницы? — щебечет Джисон, и его голос каким-то образом заманивает Суни на кухню. — Никого на самом деле это не волнует, но я хорошо отдохнул на выходных с друзьями — мы ходили в поход на две ночи, так что я очень рад вернуться в студию, потому что природа — это здорово, но я соскучился по музыке с вами! Я приготовил много хитов, чтобы зарядить вас энергией сегодня вечером, так что шоу будет огонь. Metallica, Ghost, Bring Me the Horizon, 30 Seconds to Mars, Muse — таков план на первый час, а пока давайте насладимся My Chemical Romance». Минхо помнит то время, когда все вокруг, казалось, были одержимы этой группой, но тогда он знал только одну песню, самую популярную, поэтому очень приятно услышать ее снова спустя годы. Минхо никогда не был большим поклонником рок-музыки, хотя и не может толком объяснить, что именно заставило его отдалиться от нее в подростковом возрасте, но заново открывать для себя некоторые песни, которые ему нравились, а также находить новые, на самом деле очень интересно. Возможно, если бы он знал о существовании такого проекта или радиостанции в те времена, он бы увлекся этим жанром гораздо раньше. Но тогда он знал только популярные песни, и, как это часто бывает с популярными вещами, ему надоело слышать их повсюду, и он стал их игнорировать. Сейчас Минхо уже взрослый, гораздо более зрелый, чем раньше, и он уже не так легко поддается влиянию чужого мнения, что заставляет его на мгновение задуматься о том, а могло ли все быть по-другому, будь у него в юности другие музыкальные вкусы, другой источник вдохновения. Однако он позволяет себе задуматься об этом лишь на мгновение, потому что воспоминания о трудно подростковом возрасте — не совсем то, о чем ему хотелось бы думать сейчас, когда его жизнь медленно, но верно налаживается. Куча рок-песен со словами, которые сейчас откликаются в его сердце, не изменит того, что он чувствовал тогда, и не заставит его проблемы исчезнуть — но он может наслаждаться ими сейчас, со своими тремя кошками и любимым чаем. — Как прошел день? — бормочет он, поднимая Суни с пола и осторожно почесывая его за ухом, когда кот начинает мурлыкать у него на руках. — Да, я знаю, мой тоже был утомительным. Хочешь готовить со мной? В основном, когда он приходит домой с работы, его кошки дремлют, слишком уставшие после того, как весь день играли без него. Они редко выходят из комнаты, чтобы поприветствовать его, если только это не время обеда. Увидеть Суни на кухне в такое время — удивительно, ведь он самый старший кот в доме и всегда спит больше всех. Впрочем, было бы ложью, если бы Минхо сказал, что он не рад пообниматься с Суни. Он привык к тому, что после ужина они все собираются на диване, он читает или смотрит телевизор, а кошки используют его в качестве подушки, но приготовление ужина с кошками в компании — это всегда особый случай. Сегодня Суни, похоже, не против, только тихонько мяукает, касаясь носом щеки Минхо, нежно и ласково, почти заставляя его ворковать от того, как это мило. «Джой говорит, что ей очень нравится сегодняшний плейлист, потому что он помогает ей не сойти с ума, пока она едет домой с работы. Я полностью разделяю это мнение, дорогая Джой, и надеюсь, что ты скоро вернешься домой! Кстати, у тебя красивое имя, — возвращается Джисон после двух песен. — Кто-то только что сказал, что у них есть котенок по имени Джой. Не знаю, должно ли это быть комплиментом для нашего слушателя, но, наверное, да? Но в любом случае, почему бы нам не сделать это темой нашего сегодняшнего шоу? Присылайте мне свои истории о домашних и других животных — милые, уморительные, любые, которыми вы хотите поделиться!» — Ооо, Суни, ты слышишь? — Минхо хихикает и целует кота в нос. — Пришло наше время блистать! Какую бы историю ему рассказать, а? Впрочем, времени на это еще достаточно, так что пока Минхо просто позволяет коту свернуться калачиком на стуле рядом с собой и встаёт, чтобы помыть картошку и овощи: сегодня он планирует приготовить жареный картофель с овощами и котлеты. Рецепт простой, но трудоемкий, поскольку чистка картофеля всегда занимает у Минхо целую вечность. Поэтому он решает сначала заняться этим и только потом рассказать о своей жизни Суни, Дуни и Дори. Следующие полчаса он готовит все, что пойдет в духовку: смешивает оливковое масло и травы, режет овощи и натирает на терке сыр, который он хочет положить сверху. Джисон читает некоторые из историй, смеясь над ними и высказывая свое мнение по тем или иным вопросам. Минхо удивляет то, насколько комфортно он чувствует себя, слушая человека, о котором буквально ничего не знает. Несмотря на наличие большого количества друзей, Минхо обычно требуется много времени, чтобы освоиться с новыми людьми или вещами в своей жизни: он тщательно выбирает даже подкасты, которые иногда слушает, анализируя многие моменты, связанные с ними. На темы он обращает внимание прежде всего, конечно, но голос, манера говорить и харизма для него не менее важны, и все же ни один из подкастов, даже самый любимый, не смог вызвать у него таких чувств. Возникает ощущение, что он действительно дружит с ведущим, или что они знакомы много лет, но на самом деле он знает только то, что ведущего зовут Хан Джисон, и что он не умеет готовить, но любит ходить в походы с друзьями и слушать рок-музыку. Забавно, что он слушает радио Haven всего второй раз, но выдающаяся харизма Джисона, его дружелюбие и идеальный радио-голос уже так привлекли Минхо. «У моего близкого друга аллергия на кошек, что очень прискорбно, — начинает рассказывать Джисон после небольшой рекламной паузы. — Он всегда любил кошек, но может находиться рядом с ними лишь короткое время, иначе у него начинается аллергия, он начинает чихать, и глаза слезятся. А вот его партнер — самый большой любитель кошек. Но они не могут завести кошку, потому что мой друг не сможет жить с ними. Они все еще пытаются решить этот вопрос, но поскольку мой друг знает, как сильно его партнер любит кошек, они каждую неделю ходят в разные кошачьи кафе и иногда вместе работают волонтёрами, и я думаю, что это буквально самая милая вещь на свете». Это очень похоже на историю хорошо знакомого Минхо человека, но он отбрасывает эту мысль, потому что мир очень мал и одновременно огромен — как он может быть уверен, что речь идет о его друге, если об этом ничего не было сказано? Однако Минхо соглашается, что это очень мило, ведь он не уверен, что смог бы сделать что-то подобное для своего партнера, если бы у него была такая сильная аллергия. Ему трудно представить, что у него самого могла бы быть аллергия на кошек, когда они для него — все, будь то его маленькие пушистые дети или те, с которыми он работает волонтером в местном приюте, но он все равно об этом думает. Если бы у него была аллергия на что-либо, он бы держался от этого подальше. «А если бы это был кто-то, кого я действительно люблю? Стал бы я по-прежнему ставить себя на первое место? Будет ли это считаться эгоизмом?» — Минхо спрашивает самого себя вслух пока нарезает картошку и складывает в кастрюлю. Минхо никогда не испытывал романтических чувств к кому-либо, поэтому не уверен, как бы он поступил в подобной ситуации, и вместо того, чтобы тратить время на размышления о гипотетическом сценарии, он решает поделиться своей кошачьей историей. Времени у него как раз достаточно, чтобы написать ее, пока картофель начнет вариться, а духовка нагреется до нужной температуры, так что ему не придется беспокоится. Это не очень большая история, но Минхо верит, что, рассказав ее по радио, можно изменить что-то к лучшему, даже если это будет всего лишь один человек. Он отправляет ее как раз в тот момент, когда Джисон объявляет популярную песню группы Oasis, за которой последуют The Cranberries, но это не имеет значения — он может подождать, да и песни, которые выбрал Джисон, тоже прекрасны. «У нас тут история от Ли Ноу, — говорит Джисон, как только шоу продолжается, и Минхо может поклясться, что в этот момент он слышит, как ведущий улыбается. — Приятно снова видеть тебя! В общем, я прочитал ее, пока вы слушали песни, и должен сказать, что она очень трогательная — он даже прислал фотографию, и я не уверен, сможет ли мое сердце выдержать это.» Затем Джисон читает историю о том, как Минхо усыновил Суни, Дуни и Дори, как его желание помогать кошкам возникло у него еще в раннем детстве, и как он продолжает работать волонтером, даже когда его уже ждут три пушистика дома. Минхо приложил фотографию своих кошек, обнимающихся с ним на диване, и, хотя он размыл свое лицо, Джисон по-прежнему называет всех кошек милыми, «все четверо», как он говорит, и это почему-то заставляет Минхо хихикнуть, потому что ему нравится, когда люди сравнивают его с кошкой. «Мало кто знает, но я тоже ежемесячно жертвую в один небольшой приют», — голос Джисона вдруг становится мягче. — Сейчас я не могу никого взять сам, потому что у меня много командировок по работе, которые иногда длятся до недели, но я делаю то, что в моих силах. Я думаю, это прекрасно, что благодаря нашей помощи, даже если она кажется незначительной, у всех этих животных есть крыша и еда, прежде чем они найдут новый дом. Спасибо, что поделился с нами этой историей, дорогой Ли Ноу, Надеюсь, ты знаешь, что у тебя очень большое доброе сердце». В тот вечер Минхо, сам не зная почему, выключает радио только тогда, когда Джисон завершает эфир последней песней, выбранной им для этого вечера. Обнимашки с Суни, Дуни и Дори после ужина, когда он пытается читать книгу, кажутся еще более особенными, чем обычно. //// — С каких пор ты стал регулярно появляться на Haven? — на удивление спокойно спрашивает Чан ни с того ни с сего примерно два месяца спустя. Сейчас они ужинают в небольшом ресторанчике, что избавляет Минхо от необходимости готовить в этот вечер, и хотя он слегка скучает по готовке под шоу Джисона, Минхо все равно предпочел бы встретиться с другом. Они давно не виделись лично, потому что Чан постоянно занят работой, а Минхо — тем более, поэтому такой вечер кажется чудом. Однако чего Минхо совершенно не ожидал, так это того, что Чан выкинет этот вопрос, так что это застало его врасплох и на мгновение повергло в панику. Он, конечно, знал, что Чан тоже любит эту радиостанцию, ведь именно он познакомил с ней Феликса. Но как-то совсем вылетело из головы, что Чан тоже мог слушать ее в те же вечера, когда Минхо присылал свои рассказы для чтения Джисону. Он почти не заметил, но постепенно это превратилось в забавную привычку, и теперь Минхо с трудом представляет свою жизнь без этого: каждый раз, когда он готовит ужин, он включает радио Haven и слушает голос Джисона, как и песни, которые он выбирает, слушает истории, которые присылают читатели, и делится своими. Раньше он и представить себе не мог, что будет так поступать, но теперь это стало совершенно естественным и до сих пор вызывает у Минхо искры радости, когда он слышит веселое приветствие Джисона в начале шоу. Минхо теперь может легко отличить Shinedown и Theory of a Deadman по голосам, которые в свое время казались ему ужасно похожими, и он знает больше песен My Chemical Romance, не только их самую известную — он даже узнал, что на самом деле знает больше одной песни The Killers, просто понятия не имел, что знакомые треки тоже принадлежали этой группе. Феликс тоже гордился бы им, потому что каждый раз, когда звучит песня Imagine Dragons, он с легкостью подпевает и попадает во все слова. А еще, как оказалось, у Джисона просто феноменальная память: он помнит всех слушателей, которые присылают ему истории, и всегда обращается к ним как к своим друзьям, спрашивает, как у них дела и вспоминает детали о них. Это относится и к Минхо, и он всегда хихикает, когда Джисон просит погладить Суни, Дуни и Дори от его имени. Конечно, он так и делает, и может быть, это просто кошки, но они, кажется, понимают, о чем идет речь. Но хотя Минхо наслаждается этим периодом своей жизни, не находя больше ничего странного в том, что он так случайно привязался к радиопередаче, когда ему даже не нравилось слушать радио, ему все равно не хочется обсуждать это с друзьями. В нем говорит даже не смущение, а что-то другое, что он никак не может назвать. Но вот теперь этот разговор действительно происходит, и он никак не может притвориться, что не расслышал вопрос из-за плохого соединения с интернетом, потому что Чан сидит прямо перед ним, режет свой стейк на мелкие кусочки и с любопытством ждет, что он скажет. А что он должен сказать? Не то чтобы он раньше видел себя пишущим глупые истории только для того, чтобы Джисон комментировал их каждый день, но именно к этому он и пришел, и это просто кажется слишком личным для обсуждения. Не то чтобы он писал их для Джисона или из-за него — правда в том, что он пишет их в основном для того, чтобы кто-то послушал, кто-то, кто еще не знает его, с кем он может спокойно вспоминать прекрасные или трудные моменты. — Я не слушаю радио каждый день, — медленно говорит Минхо, словно пытаясь оправдаться, когда это вовсе не обязательно. — Однажды Феликс показал мне шоу, когда мы готовили ужин, и после этого я подумал, что было бы здорово слушать музыку, чтобы развлекать себя во время приготовления еды. Ведущий очень милый, поэтому я пишу и свои истории. — Ведущий? — Чан прищуривается, и если бы он не жевал в этот момент, Минхо знает, что он бы ухмыльнулся. — Подожди, так Феликс тебе ничего не сказал? — А что он должен был мне сказать? — теперь настала очередь Минхо задавать вопросы, потому что он ничего не понимает. Чан только посмеивается, называя Феликса маленьким плутом, и это еще больше сбивает с толку. Может ли это быть тем, что он осмелился предположить, услышав историю о том, что у друга Джисона аллергия на кошачью шерсть? Почему они не могут просто сказать об этом, а не пытаться сохранить какой-то глупый секрет? — Знаешь что? В следующую субботу у меня день рождения, да? Что-то мне подсказывает, что это будет отличный вечер. Всю оставшуюся часть ужина Чан не поднимает эту тему, и Минхо очень, очень ненавидит его за это, но тоже переключается на что-то другое. В конце концов, он и не хотел говорить о том немаленьком интересе, который вызвал у него Хан Джисон, и с радостью хватается за возможность изменить ход беседы, хотя в глубине души не перестает думать о словах Чана. Что ж, есть только один способ узнать, верна ли его догадка, не так ли? //// Минхо обычно не наряжается на вечеринки, особенно если их устраивает Чан, у которого в шкафу только черная мешковатая одежда «для удобства», как он говорит, но он не может побороть странное желание нарядиться на эту вечеринку. Всю прошлую неделю он анализировал каждое замечание Джисона во время вечернего шоу, когда ему удавалось его послушать, и, возможно, это немного жутковато, но ведь это не его вина, что Джисон вел себя подозрительно. Все стало предельно ясно, когда после тонких, шутливых расспросов о его планах после каждого рассказа Минхо, Джисон в пятницу объявил темой вечера праздники и сообщил, что на следующий день идет на день рождения. Если раньше Минхо сомневался в своей догадке, то это дало ему все карты в руки и все объяснило: оказывается, все это время Джисон знал, кто он такой, либо от Феликса (точнее, его парня), либо от Чана, а Минхо и не подозревал, что они близкие друзья. Все это время Джисон был в пределах его досягаемости, но поскольку это не значит, что Джисон был заинтересован в общении с ним и не просто выполнял свою работу, не значит, что Минхо был для него чем-то особенным. (что вполне объяснимо, ведь жизнь — не кино), Минхо хочет произвести хорошее первое впечатление в реальной жизни. Может быть, если он не опозорится при первой же встрече, то они со временем станут друзьями, кто знает? Именно поэтому он решает одеться гораздо лучше, чем обычно, тщательно подбирает наряд, укладывает свои упрямые волосы и даже наносит макияж, стараясь, чтобы подводка для глаз выглядела хорошо. Несколько недель назад был вечер, когда Джисон увидел очередную фотографию Суни, Дуни и Дори, обнимающихся на диване, и спросил, можно ли ему тоже увидеть хозяина этих милашек. Сегодня, похоже, этот день наступил, независимо от того, чем все закончится. Минхо хочет прийти пораньше, потому что так же не любит извиняться за опоздания как и спешить, но удача не на его стороне, и, даже выйдя из дома вовремя, он все равно опаздывает на автобус и оказывается вынужден ждать еще двадцать минут. От этого у него потеют ладони, как это всегда бывает, когда он нервничает, но ему как-то удается успокоиться и даже натянуть лучшую улыбку, когда он наконец добирается до квартиры Чана. — С днем рождения, — обнимает он Чана и шутит, что это единственный подарок, который получит его друг, что вызывает у Чана смех. — Извини, я немного опоздал, автобус решил уехать без меня. — Ничего страшного, — пожимает плечами Чан, закрывает за ним дверь и говорит, чтобы он пока отложил пакет с подарком в сторону на время. — Ребята хотят, чтобы я открыл все подарки сразу, так что, думаю, мы оставим это на потом. Ты сегодня отлично выглядишь, стоит ли мне беспокоиться, что ты украдешь мою вечеринку? Это просто дружеское поддразнивание, но Минхо знает, что Чан действительно хочет сделать комплимент, и это заставляет его застенчиво улыбнуться против воли — впрочем, улыбка исчезает до того, как Чан приводит его в гостиную, ведь он бы не стал так улыбаться из-за крошечного комплимента. Боже, ему действительно нужно поработать над своей самооценкой, потому что сейчас это уже граничит со смущением, особенно когда он знает, что в этой одежде правда выглядит хорошо. — Кое-кто очень хотел с тобой познакомиться, — говорит Чан, подмигивая, и да, в итоге Минхо входит в комнату, краснея, что, по его мнению, еще хуже. — А, вот и он! И правда, вот он. Минхо не был настолько жутким, чтобы искать какие-либо фотографии или даже просто социальные сети радиостанции, но что-то в парне, на которого указывает Чан, подсказывает ему, что это и есть тот самый Хан Джисон. Это просто не может быть кто-то другой, не с той энергией, которую он излучает, даже просто стоя и смеясь над чем-то с Чанбином, с голубым коктейлем в руке и болтающейся серебряной подвеской на шее. Наконец-то имя и голос обрели лицо, что совсем не способствует внутреннему смятению Минхо по этому поводу, потому что, когда Джисон оборачивается на зов Чана, Минхо понимает, что этот человек в какой-то степени и его идеальный тип тоже. Дело в том, что до этого момента он даже не подозревал, что у него есть свой тип, но, изучая лицо Джисона в те несколько секунд, пока Чан не представляет их друг другу, он понимает, что поцеловал бы этого человека в одно мгновение, если бы ему позволили. А ведь за всю свою жизнь он ни разу никого не поцеловал — не было человека, который бы вызвал в нем хоть какое-то романтическое желание, и после нескольких месяцев сомнений он просто смирился с этим. Как такое вообще возможно сейчас? — Эй, Джи, познакомься с моим другом, — Чан похлопал его по плечу и улыбнулся. — Итак, Минхо, это Джисон, он мой старый друг и работает диджеем и ведущим вечернего шоу на радио Haven. А это Минхо, который также иногда пишет под именем… — Ли Ноу, — почти шепотом говорит Минхо, не в силах контролировать свой голос. — Можно сказать, что я поклонник твоего шоу. Приятно встретить тебя в реальной жизни. — Ну, если ты так говоришь, то я должен признать, что я большой поклонник тех историй, которые ты присылаешь, — дружелюбно усмехается Джисон и протягивает свою руку Минхо. — И, конечно же, я фанат твоих кошек, я даже выучил их имена. Минхо не сомневался, что у Джисона невероятная память, он запоминает даже мельчайшие детали о своих слушателях, но услышать это вот так, когда Джисон стоит прямо перед ним и нежно держит его за руку, заставляет его снова краснеть. О боже, он должен найти хотя бы один недостаток в этом человеке и сделать это немедленно, иначе он не сможет поймать себя, прежде чем упадёт. Должно быть, эта мысль каким-то образом нашла отражение на его лице, а может быть, Джисон еще и умеет читать мысли людей, но независимо от того, что заставило его сказать это, он вдруг добавляет, что его память не так хороша, как может показаться на первый взгляд. — Я постоянно забываю слова песен, — говорит Джисон с неловкой улыбкой и делает глоток коктейля прежде чем продолжить. — Был один очень неловкий случай, когда я… — О, он расскажет тебе как минимум десять подобных историй, так что приготовься, — смеется Чан, а затем подмигивает Минхо. — Я оставлю вас наедине, приходите к нам, если вам надоест друг с другом. Однако, как выясняется в следующие десять минут, Минхо вряд ли сможет надоесть Джисон. Он уже заметил это, слушая его шоу, но это еще одно отличное доказательство того, насколько харизматичен и крут Джисон как личность. Они сидят на диване в углу, Минхо даже осмеливается взять коктейль из кучи напитков, которые Чан купил для сегодняшнего вечера, а Джисон рассказывает историю о том, как он забыл слова песни, когда брал интервью у группы, исполняющей эту песню. По словам Джисона, это было ужасно, но он все равно разражается хохотом, когда Минхо не может удержаться и хихикает, и этот момент действительно растапливает первоначальный лед неловкости между ними. После этого Джисон начинает рассказывать другие забавные эпизоды из своей карьеры, чтобы рассмешить Минхо, и чем больше он узнает о Джисоне, тем более потрясающим и близким к идеалу начинает казаться Джисон — когда на самом деле все должно быть иначе. — По-моему, это забавно, — говорит Джисон, откинувшись на спинку дивана, и эта поза делает его еще более привлекательным. — Что именно? — спрашивает Минхо с едва заметной улыбкой, потому что Джисон не продолжает, а просто смотрит на него ласковым взглядом, что совершенно точно не смущает Минхо. — Чан никогда не говорил тебе, что мы друзья, — пожимает плечами Джисон. — Я веду себя дружелюбно со всеми своими слушателями, потому что мне искренне нравится то, что они мне рассказывают, но Чан написал мне сразу же после того, как включил радио и впервые узнал, что ты делишься со мной своими историями. Он сказал, что ты его друг, и что ему интересно, что ты слушаешь мое шоу, потому что тебе не нравится рок, но он никогда не говорил тебе об этом. Как и Феликс, который тоже об этом знал. Минхо, конечно, соврал бы, если бы сказал, что не думал и об этом, но сейчас, сидя вместе с Джисоном на дне рождения Чана (где уже час никто не видел именинника) и болтая обо всем и ни о чем одновременно, он не уверен, что это имеет значение. Он не любит сюрпризы, это правда, но в то же время он чувствует себя комфортно от того, как все происходит сейчас, поэтому не считает справедливым возлагать вину на Чана или Феликса. Однако есть один вопрос, который неожиданно приходит ему в голову, и Минхо не может его сдержать, хотя поначалу пытается — глаза выдают его, и он сдается после того, как Джисон спрашивает, все ли в порядке. — Ты… Ты ведь не был так добр ко мне только из-за Чана? — вздыхает он, понимая, как глупо это звучит. И все же ему нужно знать, потому что впервые за долгое время он почувствовал, что кому-то за пределами его круга друзей интересно услышать то, что он хочет рассказать, и он боится узнать, что все это было простым проявлением доброты. Он прекрасно понимал, что Джисон лишь выполняет свою работу. Минхо и не думал, что они друзья, но даже когда ты на работе, не так-то просто притворяться и симулировать такой интерес, какой звучал в голосе Джисона — а может, так оно и есть? Лицо Джисона меняется, как только он слышит вопрос, и, должно быть, это вспышка уязвимости Минхо, которая так огорчила его, но он тут же отставляет свой бокал и наклоняется ближе, хотя и достаточно уважительно, чтобы не нарушать его личное пространство. Черт, Минхо познакомился с ним всего несколько часов назад, а уже показывает слабые стороны перед этим парнем, не глупо ли это? — О, дорогой, — шепчет Джисон, но тут же закрывает рот руками и извиняется. — Это привычка, прости. Конечно, это не из-за Чана! Да, это правда, что я помню подробности о многих слушателях, потому что мне очень нравится общаться с ними, и я хочу, чтобы мое шоу было весёлым и в то же время успокаивающим. Я хочу, чтобы уставшие люди находили в нем временное пристанище, и поэтому я стараюсь всегда быть веселым, шутить и рассказывать о том, что я запомнил о них. Но когда ты стал присылать рассказы несколько раз в неделю, я как-то сразу понял, что хочу узнать о тебе побольше, и если бы Чан не упомянул, что вы были друзьями, клянусь, я бы все равно как-нибудь написал тебе. Мне просто нужно было… больше смелости, чтобы сделать это, потому что я думал, что сообщение от меня ни с того ни с сего напугает тебя, потому что я понятия не имел, нужен ли тебе просто кто-то, кто выслушает тебя, или тебе тоже нравятся наши маленькие разговоры. — Я… рад это слышать, — это все, что Минхо может сказать после такого искреннего признания, потому что оно заставляет его по-настоящему расчувствоваться. История их первой встречи, возможно, действительно покажется кому-то жуткой, но разве это имеет какое-то значение, когда они оба этого хотели? На сердце Минхо становится намного легче, когда он узнает, что Джисону тоже интересно узнать о нем больше, что Джисон любит читать его истории так же, как и он любит делиться ими. И он хочет, чтобы это продолжалось, чтобы они стали ближе — в конце концов, когда это будет ощущаться правильным. Для него, впрочем, это уже правильно, и он беззвучно ругает себя, сжимая кулаки так сильно, что становится больно, потому что неожиданные, но очень яркие образы его поцелуя с Джисоном никак не хотят уходить из головы. Он не может точно сказать, когда это началось, но это было с ним уже давно, хотя до сегодняшнего дня Джисон был для него лишь размытым силуэтом с самым привлекательным голосом, и это то, что должно оставаться в тайне, возможно, навсегда. Они еще даже не друзья. Возможно, они никогда не станут друзьями. Минхо слишком поздно осознает, что уже не менее тридцати секунд смотрит на губы Джисона и думает о том, что не прочь разрушить хрупкую нить их связи прямо сейчас, только для того, чтобы хоть раз поцеловать его. Он трясет головой и заставляет себя улыбнуться, но любопытный взгляд Джисона не двигается с его лица даже после того, как он встает с дивана и отставляет свой бокал. — Здесь так душно, думаю, мне нужен свежий воздух, — он пытается сохранить улыбку, но морщится, чувствуя, как щеки начинают гореть от смущения. — Если кто-нибудь спросит обо мне, скажи, что я скоро вернусь. Он тут же убегает, краснея, потому что уверен, что еще минута нахождения рядом с Джисоном приведет к тому, что он потеряет рассудок и переползет к Джисону на колени, а этого он себе позволить не может. Он никогда не испытывал ничего подобного, никогда не был влюблен, тем более настолько сильно, что это похоже на первую любовь, и вместо того, чтобы разобраться с этим, Минхо выбирает самый простой способ справиться с чувствами. Вот только знаменитая идея «с глаз долой — из сердца вон» ему совсем не подходит, и тому есть как минимум три причины. Причина номер один заключается в том, что он начал испытывать эту совершенно неожиданную влюбленность еще до того, как он узнал имя и голос Джисона. Причина номер два в том, что даже когда он продолжает бродить по району, уходить и возвращаться к дому Чана, в его сознании все равно остается лицо Джисона — его прекрасная улыбка, сияющие глаза и самые милые щечки, все, что с ним связано. Третья причина… еще более ощутима, ведь сам Джисон находит его сидящим на скамейке тихой, пустой детской площадки, и нет никакого смысла пытаться бежать снова, поэтому Минхо только вздыхает, когда Джисон присаживается рядом с ним. — Никто не просил искать тебя, это был мой собственный выбор, — первое, что говорит Джисон, прежде чем Минхо успевает открыть рот. — Я тебя как-то обидел? Я не хотел, я просто… — Нет, — тут же перебивает его Минхо, но, заметив, что его слова прозвучали резче, чем он хотел, улыбается и старается говорить мягче. — Мне очень понравилось с тобой общаться. Он хочет сказать, что его побег никак не связан с Джисоном, но это было бы ложью, потому что это так, но не в том смысле, которым он мог бы с гордостью поделиться, поэтому он держит эту часть при себе. Джисон смотрит с облегчением, но все равно хмурится. Минхо не успевает додумать эту мысль, потому что Джисон неожиданно удивляет его тем, что говорит дальше. — Я волновался, что напугал тебя своими словами, — говорит он, на секунду отводя взгляд. Он возится со своими браслетами. — Вообще-то я должен был быть диджеем на вечеринке Чана, у него было разрешение от всех соседей, но… Когда он рассказал мне, что ты тоже придешь, то сказал, что я могу просто сделать ему классный плейлист, потому что он видел, как сильно я хочу поговорить с тобой. — Но почему? — Минхо не уверен, что хочет услышать, но замечает, как нервничает Джисон от его вопроса, и на секунду задумывается, не думает ли он о том же, и эта тонкая, хрупкая возможность почти пугает его. — Я не знаю, как это объяснить, — вздыхает Джисон. — Понимаешь, быть диджеем и ведущим на радио — это гораздо больше, чем многие думают. Для меня это также хороший способ пообщаться. И я… возможно, в какой-то момент я понял, что очень привязался к тебе. Это странно слышать, я знаю! Но я подумал, что лучше сказать тебе сейчас, чем скрывать это и притворяться, что я не… увлечен тобой. Разговор с тобой в реальной жизни только усилил мое желание узнать тебя получше. — На самом деле, я чувствую то же самое, — слова вырываются быстрее, чем Минхо успевает сдержать их. Джисон моргает, явно ошеломленный этим неожиданным открытием, но что-то меняется в его лице: едва ощутимо, но Минхо догадывается, что в нем появилась надежда. — Думаю, я взорвусь, если не скажу это сейчас, — пробормотал Джисон, в конце концов, не очень уверенно, но и не отводя взгляда. — Надеюсь, ты не возненавидишь меня за это, но я, честно говоря, умираю от желания поцеловать тебя. Минхо считает, что это просто очаровательно: Джисон чуть ли не заикается от того, как стесняется, в отличие от того, каким бесстрашным и даже дерзким он кажется во время своего радиошоу. Но вот слова, наконец, доходят до его мозга, и тогда он снова краснеет: это нереальное ощущение, когда слышишь нечто подобное из уст Джисона, когда он сам весь этот вечер (а может, и дольше) думал об этом. — Я не целуюсь с малознакомыми людьми, — он сам не знает, почему так говорит, ведь не то чтобы он целовал много людей в своей жизни или хорошо их знал. — Но сейчас мне все равно. Вот так он и оказывается на коленях у Джисона, удивляя их обоих этим неожиданным смелым поступком. И ощущение рук Джисона на его талии может стать одним из самых любимых ощущений в мире — он точно сможет к этому привыкнуть. Поцелуй Джисона не меняет его жизнь за секунду, не вызывает фейерверка в его сознании, и даже нет ощущения, что это мгновение принадлежит только им, а весь остальной мир замер. Минхо продолжает осознавать, что любой может увидеть их здесь, он замечает слабый аромат парфюма Джисона, которого он не чувствовал раньше, и на секунду смущается из-за того, что их носы соприкасаются. Но в то же время ему кажется, что это правильное решение, и все его тело реагирует на это самым положительным образом, вызывая желание продлить этот момент и никогда не видеть, как он закончится. Поцелуй с Джисоном похож на кружку теплого чая в холодный вечер — он успокаивает, он медленный и по вкусу напоминает сладкие напитки, которые они пили, что почему-то напомнило Минхо один вечер, когда он сказал Чану, что, наверное, у него никогда не получится поцеловать человека, к которому он испытывает настоящие чувства. — Пожалуйста, давай поженимся, — выдыхает Джисон с яркой улыбкой, когда они наконец отстраняются друг от друга после еще нескольких украденных поцелуев. — Сначала тебе придется получить благословение от моих кошек, — усмехается Минхо и целует его в щеку. — Но я пойду с тобой на свидание, если хочешь. — Думаю, нам пора возвращаться, пока все не начали надумывать о нас странные вещи, но я с удовольствием приглашу тебя на свидание. — говорит Джисон, подмигивая. — Ты… по-прежнему будешь присылать мне свои рассказы на радио? Минхо только хихикает в ответ и снова целует его.