Три подката Джоны Маршалла

      С того раза на вечеринке прошло относительно немного времени, но даже недели не хватило Адаму разобраться в своих чувствах, спросить «Какого хера, Адам?» у самого себя и перестать думать о Джоне. Зато он сумел вырвать пару клок волос, когда злость захлестывала его, как тот самый розоватый пунш на вечеринке, и содрать ногти на руках от нервозности.       Неделя прошла нервозно до чертиков и блондин понимал, что в воскресенье придется встретиться с Сарой и Эвелин в колледже, особенно с последней, которая крутила шашни за его спиной, и с Маршаллом. С ним уж точно.       Когда Мюррей заявился на порог колледжа, половину людей кидали на него взгляды, изучая его, а после прибежала впопыхах младшая Хитклифф, тыча ему в морду экраном телефона, где на фотке он и Джона Маршалл — занятный хулиган, которых еще поисках нужно, целуются в толпе под звуки вальса в доме Торресов.       — И че? — блондин засовывает руки в карман черной толстовки, пытаясь скрыть подрагивание конечностей.       — Что «че»?! — от резкого голоса и вскрика Сары пару студентов оборачиваются на них и начинают шушукаться, завидя Адама, — Как же Эвелин?!       Мюррей оглядывается по сторонам, злобно зыркая на окружающих, по мыслительной связи передавая им, чтобы убрались восвояси. Звенит трель звонка и люди сами начинают рассасываться.       — Мы расстались и она знает об этом, — он огибает шатенку и открывает свой шкафчик для предметов, вытягивая оттуда свои конспекты и проекты, — Вероятно, — дополняет он, почесывая щеку и закусывая губу.       Сарино лицо вытягивается, а на лице застывает шок, который сходит под гримасу злости, но потом снова натягивает шок, когда Адам разворачивается и шлет ее, показывая средний палец через плечо. Девушка задыхается от возмущения и громко шагает по коридору в противоположное направление.       Отдохнуть Мюррею в спокойствие не дали. Прямо за поворотом выруливает Джона с широченной улыбкой на лице и рукой за спиной. Маршалл комкает сигарету между губ, шагая точно по направлению к Мюррею.       «Господи, пожалуйста, просто пройди мимо,» — крашенный блондин ухмыляется и машет ему, — «Пройди мимо, блять.»       — Нищеброд, здорова, давай по быстрому, а то меня ждут пацаны, — Адам выгибает бровь и косится тому за спину, пытаясь увидеть, что тот прячет, но другой лишь кусает губу и выплевывает сигарету прямо на пол в сторону от Мюррея, — Пойдешь со мной в кино?       Блондин замирает на месте, когда ему в лицо тычат букетом, который хулиган благополучно достал из-за спины. Красивые красные розы, чуть-чуть помятые ромашки и колокольчики смешливо смотрели на оторопевшего Адама в ответ. Все мысли о том, что за спиной Маршалла нож, просто улетучиваются. Сейчас хотелось и вправду, чтобы тот вытащил нож, а не букет, и просто прикончил его парочкой проникающих ранений в живот, заявляя что тот поцелуй — ошибка, а не вот это все.       Краснота на бледных щеках блондина вспыхивает, как мигалки у полицейской машины, а брови дрожат, когда в его руки впихивают букет. Рот немеет и ноги тоже.       — Я тебе что, — он говорит сквозь зубы, строя гримасу отвращения, — Какая-то девка, пидорас несчастный?!       Джона с хихиканьем уносится прочь, не желая отхватить тумаков от своего же букета в руках Мюррея.       Цветы живут ровно до следующей мусорки, в которую он и выкидывает этот злосчастный букет.       «А все же, красивые…» — думает он, сидя на очередной паре по психологии.       Этот «пидорас несчастный» все же реально подкараулил его возле общаги утром на следующий день и, практически за ручку, ибо Адам упирался как мог, потащил его в кинотеатр. Хотелось врезать этому хулиганью прямо в лоб, опрокинуть на пол и лупить его, пока рыло не превратится в кашицу. Всю дорогу до торгового центра они молчали, предпочитая тишину, чем ругачки.       — Че цветы-то выкинул? — застает его врасплох вопросом Джона, когда они занимают места в кинотеатре. Причем самые последние, куда сначала уместил жопу крашенный блондин и больше не сдвинулся с места.       — Захотелось, — и понимает, что ведет себя, как та самая недоступная и ломающаяся девушка, — Пошел нахуй. — он краснеет и натягивает капюшон ниже обычного.       Маршалл хмыкает, пожимает плечам, и чертыхается, понимая, что закурить тут не получится.       Фильм встречает их красивой заставкой и Адам клянется, что проспал все это время, мирно посапывая у Джоны на плече. Когда тот открыл глаза и пришел в себя, то ощутил руку другого у себя на макушке. Капюшон снят, а его волосы треплют и взлохмачивают. Мюррей даже не помнит когда они вышли из кино, пробывая в прострации.       — Фильм дерьмо был, хорошо, что заснул, нищеброд, — блондин лишь кивает, не желая говорить что-то в ответ на обидное прозвище, — Пошли в фудкорт.       Возражений Адам не высказывает, но когда ему покупают гамбургер, огромную картошку фри, большой стакан напитка и целое ведро куриных крылышек, то вопросы сами возникают:       — Ты пытаешься прокормить роту солдат?       — Нет, всего лишь тебя, — Маршалл хватает парочку картошки и отправляет их в рот, громко жуя, — Ты же у нас бедный студент.       — Я не бедный, — Мюррей поджимает губу и на пробу кусает бургер, косясь на другого, припоминая, как в прошлый раз над ним издевались в кафетерии, — Слушай, Джон, — его перебивают:       — Я Джона, а не Джон.       — Хорошо, Джона, — Маршалл больше заинтересованно поглощает еду, чем слушает другого парня, — Слушай, то что было на вечеринке… Просто забудь об этом. — Мюррей говорит на выдохе, — Ты полный козел, раз захотел поцеловать меня прямо на вечеринке на виду у всех, пользуясь тем, что я был под кайфом. — пару зевак косятся на них, — А сейчас ты че, типа, решил загладить вину передо мной за ту фотку, которая уже облетела весь колледж?       Джона вытягивается и облокачивается на спинку стула, вытягивает ноги и скрещивает руки на груди, задумчиво глядя все время на блондина.       — Ну, во-первых я не жалею, а во-вторых, — он улыбается, пока Адам сжимает кулаки, пытаясь не накинуться на того прямо в фудкорте, — Я не заглаживаю вину, а подкатываю, нищеброд.       В итоге их выпернули из торгового центра за драку, инициатором которой был Мюррей, и пообещали, что больше пускать туда не будут, а ведь это был практически единственный центр в этом замшелом округе.       — У тебя нет шансов. — шипит он и уходит в общагу, чтобы всю ночь таращиться на ту фотографию с вечеринки.       «Джона, какого хуя?» — пишет Адам хулигану, номер которого он раздобыл у Сары, просто стащив телефон и полазив в контактах. Их вдвоем опять отстранили от пар, когда блондин разбил нос другому. Но причина была.       Этот ублюдок тарахтел направо и налево о том, что они с Адамом встречаются, когда же сам блондин был не в курсе и тихо-мирно посапывал в подушку, видя сон о том, как убивает Маршалла. Проснулся он от трели звонка от младшей Хитклифф и ее криков: «Как ты мог начать встречаться с ним?!» или «Неужели Джона лучше Эвелин?!», захотелось ответит что да, всяко лучше чем Миллер, но он просто скинул звонок, не забыв написать той в личку пару средних пальцев и заблокировать номер, не желая слышать ее криков.       «Что такое, нищеброд?» — Маршалл приписывает пару улыбающихся смайликов.       Мюррей сжимает в руках телефон, искренне сожалея о том, что невозможно ударить собеседника на расстоянии.       «А то ты не знаешь!»       «Нет, просвяти меня,»       «Какого хрена ты пиздишь о том, что мы встречаемся?» — Адам откидывает телефон, увидя следующее сообщение:       «А мы не?»       Блондин шлет его на три веселые буквы и блокирует, не желая ему разъяснять что-то, и искренне надеясь, что тот не заявится к нему в комнату, потому что объяснять почему он весь красный и с довольной улыбкой на роже не очень хочется. Он признается, что полюбил их взаимоотношения. Эти драки и обидные слова нашли место в его сердце рядом с тем же букетом цветов и походом в кинотеатр. Захотелось разблокировать Джону и написать ему парочку гадких слов, чтобы сложить диалог между ними.       В дверь стучат и блондин открывает, увидя коробку дорогущих конфет и приписку: «Надеюсь шансы у меня все же есть, мистер блондинистый педик» и накаляканное сердечко в конце.       Блондин ставит конфеты на стол и берет в руки телефон, сразу же разблокировав контакт под названием «Придурок» и написав Маршаллу:       «Шансы есть, ты знаешь где меня искать.» — Мюррей даже не удивляется, когда сообщение прочитывают моментально. Он не будет удивлен даже если Джона уже за его дверью с огромным букетом и его фирменным: «Здорова, нищеброд!»