Разбуженный ястреб

Двери покоев закрываются... Уютная тёплая комната в башне замка короля, не самое ли это приятное место, где может отдыхать простолюдин? Обычный командир отряда наëмников. Командир, именуемый "Ястреб", зажëг свечи в комнате, озарив еë тëплым светом. Сегодня путь был долог, и даже он, тот, кто никогда не показывает усталость на лице, решил отправиться в царство грëз пораньше. Медленно оголяя своë израненное в боях тело, Ястреб глядел в окно, вниз... В такие же спальни во дворце, где служанки и прочие гости сегодняшнего вечернего банкета готовились ко сну. Отсюда они были словно маленькие мышки полëвки... Самонадеянно полагающие, что они в безопасности в своих маленьких комнатушках. Сняв с себя всю одежду, Ястреб, полностью оголëнный, в свете свечей представлял собой страшную картину. Раны на теле, шрамы, забинтованные части тела. Но самое страшное было не тело, а лицо. На молодом лице не виднелось эмоций. Сделав один шаг, а потом второй, сокол улегся в кровать. Под дорогое одеяло, на дорогой кровати, в дорогой комнате, в дорогом замке. Мысли ястреба летали где-то то там, в небесах, сколько людей пало? Сколько ещё падёт? Скольких он лично погубит за свою цель? Вопросы навязчиво, словно стая ворон, летали в голове, а ветер из приоткрытого окна лишь, медленно обдувая комнату, задувал свечи, погружая покои во мрак. В этом мраке был живым лишь сокол. В темноте закрытых очей казалось, будто он плывёт в ней, словно в бескрайнем море... И вот берег... Совсем близко, но... Скрип. Скрип старых половиц, он вырвал из омута сна. В темной комнате был кто-то ещё... Если приглядеться, то антураж изменился... В темноте находился человек. В чëрном одеянии... Под тихий скрип половиц он подходил всë ближе и ближе к жертве. И когда он подошёл почти в упор, то, вытащив кинжал, бросил взгляд на цель и остолбенел от ужаса. В темноте на него смотрели два глаза. В них не читалось ничего человеческого, такой взгляд может быть только у птиц, которые увидели свою жертву и ждут часа, чтобы напасть, полный пугающей тишины хищный взгляд. Без гнева, без злости, без страха... Но убийца, осознав, что его раскрыли, понял, что бежать некуда, и, взмахнув кинжалом, направил лезвие в глотку Ястреба. Мгновение... и вот подушка разорвана и из неë сыплется перля, а сокол, пролетев под ножом сильным рывком, схватил своего убийцу за глотку так, что тот выронил кинжал. Сокол медленно шёл на него, сжимая одной рукой глотку жертвы и смотря ему прямо в глаза. -Ты решил таким подлым путëм отобрать мою жизнь? Полностью оголëнный и безоружный сокол внушал страх даже убийце, его голос был спокойным и бесчувственным, таким же, как и взгляд. Рука сжимала глотку жертвы, которая пыталась вырваться, но у неё не получалось: каждое движение делало только больнее... Убийца стоит уже рядом с окном, и наконец-то тëмное лицо Сокола озарилось светом луны. Это только ухудшило ситуацию, ведь на красивых, молодых мужских чертах лица, которое могло принадлежать какому-то графу или же королю, но не наëмнику, всë так же не было никаких эмоций. -Ответь мне на вопрос... Я внушаю страх? Произнесли уста Сокола. Но убийца лишь корчился и задыхался в попытках что-то сказать. Один сильный толчок, и окна распахнулись, из них вниз с криком полетел человек. А Ястреб глядел на это с высоты птичьего полëта. Через другие окна замка виднелся лишь тëмный силуэт в окне башни: мужской оголëнный торс и лик, обращённый куда-то в пустоту.