Запрет на счастье

И как за такое короткое время в жизни может поменяться абсолютно все с ног на голову. Сначала Дима попал каким-то образом в прошлое, в котором оказался конюхом, теперь же он стал, по случайному стечению обстоятельств, прислугой в усадьбе Душновых. К лошадям он особой симпатии не питал, да и терять ему было уже нечего, кроме новых знакомых, но он все-таки дал согласие на предложение Михаила стать дворней, это намного лучше чем убирать лошадиный навоз. Ему дали должность камердинера. В его обязанности входила уборка в комнатах и слежка за опрятностью костюмов того человека, которому он будет прислуживать, а вот кому он будет «верной» слугой, ему не говорили. И вот сейчас он стоит в большом зале, крутя головой из стороны в сторону и поражаясь красоте этой комнаты, красивая фарфоровая ваза с белыми в углу комнаты, картины, книжный шкаф, диван, стол, а на нем подсвечник, раскрытая книга и кресло качалка рядом, очень уютно и завораживающе. И пока Шашлык все подробно рассматривал, в комнату вошли двое парней, и он обратил внимание на то, что чувствует взгляд кого-то на своей спине, повернувшись, Дима уловил удивленный взгляд голубых глаз и изучающий янтарно-желтых. -Это Дмитрий, новый работник в нашем доме, Антон наш дворецкий,- рукой Михаил указывал на статного брюнета, выше самого Димы на пол головы, волосы прилизаны назад, стеклянные глаза пожирали Побрацкого с ног до головы. Одет дворецкий был очень солидно, прямо «с иголочки», фрак с лакейскими пуговицами и туфли. Диме стало очень неуютно под прицелом этого взгляда, что-то в нем ему сразу не понравилось, вот только что, он не мог понять. Шашлыку хоть и было неприятно находиться в поле зрения Антона, и контактировать с ним тоже особо не хотелось, но руку для рукопожатия он все же протянул, быстро ответив на него, Антон ретировал руку обратно.- А это мой сын Олегсей, ему ты и будешь прислуживать. Повернув голову чуть вправо и протянув руку по инерции новоиспеченному хозяину, Дима ответного движения от него не дождался. -У нас не жмут руки дворне, запомни это,- а с виду казался таким неженкой, холодный и ровный голос прямо как у отца, сильно удивил Дмитрия, голубые глаза смотрели с какой-то брезгливостью, как будто он самый противный человек на земле. -Антон проведи небольшую экскурсию нашей новой дворне, объясни подробно его обязанности и познакомь с остальными,- из шокового состояния Диму вывел приказ Душнова старшего. Антон, показав кивком головы, что нужно следовать за ним, ушел чуть вперед, оставляя Олега, а Дима поспешил догнать дворецкого. От красоты этого поместья дух захватывало, темные тона, картины на половину стен, различные цветы в красивых вазах с узорами, ковры различных цветов, множество комнат, двери из различного дерева. Другие слуги оказались довольно милы, но пока что Шашлык близко с ними не общался. И вот они остановились напротив одной из дверей. -Итак, это комната Олеж..гсея. Ты должен будешь убираться в ней, и следить за костюмами, чтобы они были чистыми и без дырок. Я буду проверять, как ты выполнил уборку в комнате, спать будешь прямо тут, возле комнаты,- после быстрого монолога, он отворил дверь, и они прошли в довольно светлую комнату. Резкая смена тонов рябила в глазах, пришлось зажмурить их и прикрыть рукой, чтобы не ослепнуть, но через секунд десять все встало на свои места и он мог спокойно рассматривать комнату. Двуспальная кровать прямо посередине стены, шкаф с зеркалом на двух дверцах с правой стороны, у левой стены стол из темного дерева, на нем кипа бумаг, подсвечник, книги и перо с чернильницей, картины над столом, рядом часовой шкаф, большое окно и красные занавески, ковер на полу.- К работе можешь приступать прямо сейчас, я покажу, где хранится рабочий инвентарь, лишь один раз, дальше будешь ходить один. -Ладно,- с памятью у Побрацкого было не очень, но он постарался запомнить каждый коридор, который они проходили. Взяв то, что нужно и набрав воды в ведро, Антон оставил Диму одного, он должен был сам найти комнату, что его радовало (ведь ходить с этим любимчиком Душновых не хотелось), но память подвела его. С этой задачей Шашлык с горем пополам справился. Осталось дело за малым, уборка, он ее очень не любил, но спина иногда напоминала ему о том, что тут лучше делать то, что говорят. Ну, хотя бы тут была очень домашняя и уютная атмосфера, в комнате витал запах чего-то нежного, Дима не мог точно разобрать что это, но ему определенно он нравился. Что ж меньше мыслей, больше дела. Для начала нужно подмести пол, а после сделать влажную уборку, протереть окна, проверить костюмы и какие-то из них постирать. -Мда, работы куча. С «позитивным» мышлением Дмитрий начал уборку. Для начала самое простое, протереть зеркала. Смочив тряпку водой, он подошел к шкафу и посмотрел в свое отражение. Каштановые волосы стали длиннее и теперь челка закрывала глаза, а сзади можно было завязать смешной хвостик, зеленые глаза все такие же яркие, только с синяками и мешками под глазами. -Ну и чучело. Сделав половину работы через минут тридцать и перейдя к столу, он краем глаза заметил надпись на верхнем листе бумаги. Нельзя читать чужое и Дима это прекрасно понимал, но любопытство и интерес взяли верх над совестью, да и не было никого, так что терять было нечего и, взяв лист в руки начал изучать написанное. «Глаза цвета изумруда, я запомню их на всю ж…». Дочитать ему не дал резко раздавшийся хлопок двери, от неожиданности он выронил листок и тот медленно и плавно полетел на пол. Повернув голову в сторону звука Шашлык увидел своего нового хозяина, который с удивлением смотрел и осмыслял всю картину, которая предстала перед ним. До сознания начало доходить, что к чему, и тут у Олежи снесло все предохранители. -Кто разрешал тебе это брать, думаешь, спас человека стал героем и теперь можно все?!- разъяренный Олег вмиг подлетел к листку и подобрал его, сминая в руке и пряча руку за спиной, как будто там что-то ценное, в глазах горел огонь чистой ярости.- Я еще раз спрашиваю, кто тебе разрешал? -Извините, я выполнял свою работу, а тут.. просто любопытство,- оправдание вышло абсурдным и слишком нелепым, чует его спина, не долго, осталось, потому что резкая волна боли заставила голос дрогнуть на последнем слове. В глазах встала пелена слез, заставляя их заблестеть от солнечных лучей, попадающих в них из окна. От Олежи это естественно не утаилось, гнев в глазах начал потихоньку угасать, отрезвляя голову. Он стал думать, что переборщил и вообще сам виноват, что не объяснил какие тут правила заведены и оставил в своей комнате незнакомца. -Еще раз такое повториться и ты вылетишь отсюда немедля. А и еще, запомни, смотреть мои записи строго настрого запрещено. Надеюсь, ты услышал меня. А теперь уходи. -А..Я еще не доде… -УХОДИ! После этого слова Дима пулей собрал инвентарь и убежал, сверкая пятками, оставив после себя лишь мелкий ветерок, который быстро прошел. Упав на стул, Олежа потер виски пальцами, ему нужно было срочно отдохнуть, но для начала было бы неплохо дописать хотя бы лист его произведения. Взяв в руки перо и выводя красивые буквы, которые после превращались в слова, Олежа не заметил, как начал расслабляться, почерк стал не особо разборчивым, а после перо совсем выпало из рук юного писателя, и мозг перестал думать. Сам он клюнул носом в стол, моментально засыпая на неудобном стуле. -Я облажался, черт,- сидя под дверью комнаты, Дима, недовольно фырча на себя самого и слушая чирканье пера по бумаге, что тихими звуками доносились до его слуха через щель между полом и дверью. Этот звук как-то успокаивал, он был не таким навязчивым и противным, а легким и атмосферным. К Диме пришло осознание содеянного и ему стало противно от самого себя, что он позволил себе совершить такой поступок. Все же ему не следовало лезть в чужие рукописи, нужно будет извиниться. Им все-таки не следует быть во враждебных отношениях, ведь Диме тут еще не понятно, сколько находиться осталось. -Ты чего тут сидишь, всю работу сделал?- ну нет, только не он, подняв зеленые глаза, Побрацкий наткнулся на янтарно-желтые, которые смотрели на него вопросительно и недоверчиво. -Нет, у нас с Олегсеем случился некий конфликт, он выгнал меня, и я не доделал работу,- кратко объяснив ситуацию, Дима надеялся, что расспросов про подробности ссоры не будет. Антон лишь быстро кивнул, сверкнув глазами больше себе, чем Дмитрию и ушел по своим делам, бросив на последок, что бы Побрацкий закончил работу, но позже. Слушая отдаляющиеся шаги, которые иногда дополняли скрип половиц, Шашлык заметил, что перестал слышать чирканье пера, встав с прохладного пола и оттряхнув штаны, Шашлык постучал в дверь, ответа не последовало, послышался только грохот и какое-то невнятное бормотание с той стороны. Подождав еще секунд пятнадцать, Дима решил приоткрыть дверь на несколько сантиметров, и посмотреть в образовавшуюся щель. Там Дмитрий увидел Олежу, повернутого боком к нему. Он лежал на столе, чернила с листка перекочевали к нему на щеку, руки были под столом и свисали, как только что сваренные макаронины, чернильница перевернута, сами чернила капали на пол въедаясь в ковер, а перо лежало на столе, делаясь синим. Дима резко распахнул дверь и быстро подскачил к чернильнице, ставя ее в вертикальное положение и надеясь, что на ковер вытекло не все содержимое, которое там было, но в этот раз надежды разбились в пух и прах, когда он увидел, что чернила остались только на стенках сосуда. Со стороны послышались движения, а потом протяжный стон и громкий хруст, по всей видимости, спины. В одну и ту же секунду они повернули головы друг на друга, и изо рта Димы стал вырываться смех. Перед ним предстала одновременно милая и смешная картина. Олег сидит и недоуменно смотрит на Побрацкого с заспанными и красными глазами, волосами во все стороны, чернилами на щеках и костюме, которые недавно были словами, но сейчас это были просто полоски и пятна. -Ты чего хохотом так заливаешься?- ответом был продолжавшийся смех, тот в скором времени заразил и Душнова, который даже не подозревал, что смеются над ним, нет, это был не злорадный и не издевательский смех, а просто добрый и от чистого сердца. Сейчас двое парней смеются во все горло и никак не могут остановиться, один с чернильницей в руках, другой с чернилами из этого же сосуда. На душе у двоих сразу стало спокойно и легко, странное чувство, но не хотелось, чтобы оно заканчивалось. Но такое «детское» веселье прервало покашливание со стороны двери, резко опомнившись, Олежа повернул голову почти до хруста и увидел Антона, облокотившегося на косяк, сложившего руки на груди в скрещенном виде и с не особо довольным лицом. -Быстро приведите себя в порядок, через,- не закончив фразу, он достал из пиджака карманные часы и стал высчитывать время.- Через час приедут многоуважаемые гости, надеюсь, вы, успеете к их приходу сделать из себя человека, и не будете выглядеть, как поросенок, который выкупался в грязи. Развернувшись, Антон поспешил удалиться по своим делам. Душнов вскочил на ноги и подбежал к зеркалу, увидев свой внешний вид, он округлил глаза так сильно, что глаза так и норовили выкатиться из глазниц. -Собери мне наряд и уберись тут, когда я выйду, все должно быть готово,- отдав приказы, след Олегсея простыл, Дима даже понять ничего толком не успел. Он стоял посреди комнаты и улыбался, как придурок, производя раз за разом момент, который произошел не так давно. Дима понял, что будет всеми силами налаживать контакт с Душновым.