Мой любимый враг

– Господин эпистат, что будем делать? – спросил Тизиан у своего начальника. Брюнет очень переживал по этому поводу, ведь с Аменом они успели сдружиться, а его друг был децствительно счастлив рядом с девушкой черномагом. – Пока никому не говори, я должен сам во всем разобраться, – Амен почесал затылок. Душа и сердце его были не спокойны. Он должен был принять решение, от которого зависит не одна жизнь. *тем временем* Сердце девушки будто бы выпрыгивало из груди. Она уже сутки находилась дома, не ела и не пила. К ней заходили все ее друзья, но никто не получил от нее ответа. – Я говорил! Я предупреждал, что этим все и закончится. Нет! Кто будет слушать своего наставника? Вы же все такие умные, что решились на эти игры прямо перед эпистатом. – Реммао ходил и ворчал, повторяя одни и те же слова из раза в раз. Черномаг догадывался, что эпистат уже все понял. – Хватит! Мы все сходим с ума, – произнес Рэймсс, у которого голова шла кругом от происходящего. Все с самого начала знали, что до добра подобная связь не доведет. У шезму были проблемы еще в самом начале, когда они только приехали в Фивы и должны были скрываться, ведь вокруг куча охотников и сам эпистат, у которого нюх на черномагов, а как вскрылось то, что Амен и Эвтида влюблены друг в друга, все происходящее стало в разы опаснее. Реммао был не в себя от ярости в начале, но со временем ему пришлось смириться, так что он просто временами ходил и ворчал. Единственное, что он так молил у Эвы – это быть осторожной, но она опять посчитала себя умнее всех. *** Амен с тяжелым сердцем постучал в деревянную дверь. Придти через день в этот дом было для него испытанием. Эпистат решал свои дела, а ночами думал, как же ему поступить. Спустя даже пять минут дверь не отворилась, поэтому парень постучал еще раз, но ответа не было, тогда Амен решил зайти внутрь, дабы убедиться, что все в порядке. Он отворил дверь и прошел в спальню. Осмотрев помещение, парень увидел возлюбленную, спящую на своей кровати. Ее лицо было красным и опухшим, а на щеках еще виднелись свежие дорожки от слез. Темные волосы были заплетены в неаккуратный пучок, который уже почти развалился. Сама же девушка спала, завернувшись в одеяло, калачиком. Эпистат присел на краешек кровати, чтобы не разбудить Эву, и осторлжно погладил ее по голове. Казалось, что решение уже было принято им, но сердце твердило обратное. Долг и любовь – две несовместимые вещи. Он должен думать своей головой, а не бежать за чувствами и эмоциями. – Спи, моя Непокорная Неферут.. – он встал и хотел было уйти, но девушка со всей нежностью и аккуратностью взяла его за руку. – Не уходи.. – еле слышно прошептала она. – Останься со мной, прошу.. Сердце Амена пропустило удар. Как он может убить такого родного и милого сердцу человека? Эпистат лег рядом с шезму и посмотрел в ее глаза. Девушка придвинулась ближе к нему. – Ты уже решил, как поступишь? – с дрожью в голосе спросила Эвтида. Она понимала, что Амен должен убить ее, но все же надеялась на обратное. – Эва, я люблю тебя, – прошептал мужчина и, не дожидаясь ответа, прильнул своими гуюами к ее. Юная шезму опешила, от чего ее глаза широко раскрылись, но осознав, что таким образом Амен дал понять ей свой выбор, закрыла глаза и ответила на поцелуй. Она прильнула к нему ближе, боясь, что он сейчас ее оттолкнет, но эпистат лишь прижал ее к себе сильнее. Поцелуй получился горьким и отчаянным со вкусом слез. Когда им перестало хватать воздуха, они отпрянули друг от друга. Еще раз взглянув в любимые глаза, Амен произнес: – Моя Неферут, я сделал свой выбор, и надеюсь, что я об этом не пожалею, – он поцеловал ее в лоб, после чего оба провалились в сон.