Дилюк | AU Сборник

Ночь в лесу Тиндзю была необычайно тихой. С наступлением осени насекомых и птиц стало меньше, но животные обычно все равно так или иначе нарушали лесное безмолвие. Дилюк сидел на толстой ветке дерева, росшего рядом с узкой дорогой, стараясь не издавать ни звука. Эмблема Пиро, которую он всегда носил на бедре, в этот раз была спрятана во внутренний карман. Ему не нужны были проблемы на чужой территории. Дилюк усмехнулся. Это было даже в какой-то степени глупо — прятать эмблему, ведя при этом за собой целый вооруженный отряд с алыми цветами в форме, но вне своих владений так ему было спокойнее. Дилюк перехватил оружие, жалея, что решил залезть на дерево. С двуручным мечом сидеть здесь было не очень удобно, но когда его отряд устраивал засаду, ему это показалось хорошей идеей: с этого конкретного положения ему было очень хорошо видно дорогу, даже ту ее часть, которая скрывалась за пологим подъемом. А поскольку они ждали кое-каких гостей, это было им на руку. Как действующий лидер Пиро фракции он не был обязан непосредственно участвовать в боевых действиях, но он не хотел, чтобы его умения пропадали зря. Особенно теперь, когда его отец Крепус, прошлый глава клана Рагнвиндров, тот, при ком народ Пиро расцвел, был жестоко убит наемниками только зарождающейся тогда Крио фракции. Пальцы непроизвольно сжались на рукояти меча, и кожа черной перчатки скрипнула. Дилюк сжал зубы, чувствуя, как ярость наполняет его, как и каждый раз, когда он думал об этом. Символ его народа — огонь, и если раньше в его сердце горело лишь алое пламя жизни и желания служить своему народу, то теперь оно почернело, превратившись в жар ненависти, питаемый лишь желанием отомстить. Вдалеке сверкнуло и скрылось за ветвями и стволами несколько огней, и Дилюк напрягся, вглядываясь в ту сторону. Огни появились снова. Дилюк чиркнул спичкой и бросил ее с ветки вниз, на грунтовую дорогу. Огонек погас, как только коснулся земли, но сигнал был замечен. Напряжение сгустилось в воздухе, и место засады погрузилось в мертвую тишину. Скоро слух уловил и звуки, которые не могли принадлежать ночному лесу. Тихий приглушенный стук копыт, едва слышный скрип колес, потрескивание факелов и приглушенная человеческая речь. К ним приближалось несколько повозок. Дилюк нахмурился. Это не было похоже на охраняемую вооруженными до зубов наемниками дипломатическую делегацию Анемо, которую они поджидали. Скорее, это было похоже на торговый караван, да и то, слово «караван», пожалуй, было слишком громким для двух телег с товаром и кареты с купцом внутри, охраняемой всего-то четырьмя всадниками, тройкой кучеров да парочкой-другой носильщиков. Дела Анемо фракции шли плохо, об этом знали все на Наруками, но для своего лучшего дипломата, известного как просто «Джон», они бы точно выделили больше охраны. Карета приближалась. Дилюк медлил, не давая сигнал к атаке. Что-то здесь было не так. Вдруг раздался короткий едва различимый свист клинка, и ствол дерева, который был подвешен над дорогой, шумно и тяжело упал на землю. Дилюк резко вскинулся. Он не отдавал никаких приказов! Какого черта?! Первая телега резко вильнула в сторону, чтобы избежать столкновения с внезапной преградой, и следующая за ней едва не врезалась в нее. Лошади забеспокоились. Четыре всадника обнажили мечи, озираясь по сторонам. Карета, замыкавшая шествие, тоже остановилась. Повисла мучительно долгая тишина, и Дилюк хотел уже спрыгнуть с дерева, чтобы разобраться с ситуацией словесно, но один из его подчиненных бросил первую колбу с взрывчатой смесью. Вспыхнуло пламя. Дилюк не сразу понял, что оно охватило одного из всадников, но когда тот издал душераздирающий крик, а его воины покинули свои укрытия, чтобы устроить бойню, понял, что пора вмешаться. Карета, замыкавшая колонну, начала неуклюже разворачиваться, чтобы покинуть опасное место, и чуть не повалилась при этом на бок. Дилюк спрыгнул с дерева, собираясь догнать ее, пока она не успела разогнаться, и захватить купца в плен. Он не хотел допускать слишком большого количества ненужных смертей и излишней жестокости, но сейчас было важнее не дать уйти карете. Перепуганные лошади отказывались слушаться кучера, и карета на достаточно долгое время застряла на месте, чтобы Дилюк смог сократить расстояние втрое, а потом и вовсе догнать ее. Когда она, наконец, тронулась, кто-то снова швырнул колбу. Дилюк вовремя заметил ее и успел рвануть в сторону. Огонь полыхнул буквально в паре метров от того места, где он находился. Лошади, запряженные в карету, заржали и шарахнулись в сторону от пламени, кучер не справился с управлением, карета сошла с дороги и врезалась в дерево. Ее заднее колесо загорелось. Дилюк опустил меч и приблизился. Кучер, заметив его, спрыгнул с облучка и поднял руки, показывая, что сдается. Его лицо выражало страх. Вблизи он оказался совсем молодым, наверное, еще подростком. Дилюк сделал еще несколько шагов к карете, собираясь пройти мимо него, так как был уверен, что этот хилый мальчишка не представляет для него угрозы. Сзади доносились звуки битвы. Видимо, наемники были хорошими, раз кто-то из них до сих пор остался в живых при таком количественном перевесе. Вдруг послышался едва уловимый шорох одежды. Рефлексы сработали быстрее, чем сознание, и Дилюк резко развернулся, выставив свой двуручник в блок. Спустя мгновение раздался лязг металла о металл, и он успел заметить удивленно-испуганные глаза мальчишки, прежде чем руки сами продолжили движение. Тяжелый клинок почти не встретил на своем пути сопротивления, когда вошел в плоть. Брызнула кровь. Дилюк увидел краем глаза, как отрубленная рука мальчишки, сжимавшая кинжал, упала на землю. Молодой кучер широко раскрыл глаза и рот, но так и не издал ни звука, только рухнул на колени, неверяще смотря на обрубок. Дилюк почувствовал слабую жалость к нему, но его взгляд остался равнодушным. Он всего лишь хотел защитить своего господина, а в итоге лишился рабочей руки и, возможно, скоро лишиться и жизни от кровопотери. Жаль, что это не его проблема. Со стороны кареты раздался тихий кашель, и Дилюк резко повернулся туда. Заднее колесо уже почти сгорело, и огонь постепенно перекидывался на кабину, но пассажира видно не было. Видимо, он вышел с другой стороны. Дилюк обошел горящую повозку, держа меч наготове, но, увидев, кто все это время сидел внутри, непроизвольно опустил его. На земле возле открытой дверцы кареты лежала светловолосая девушка в темном платье, точный цвет которого разглядеть было трудно. Она опиралась на локоть и тяжело дышала, опустив голову так, что ее волосы закрывали лицо. Почувствовав его приближение, она вскинулась, и Дилюк встретился взглядом с ее светлыми глазами. Они смотрели друг на друга всего долю секунды, и казалось, что наступила полная тишина, но потом ее глаза наполнились такой ненавистью, что Дилюк непроизвольно замер. Девушка попыталась вскочить с земли, но стоило ей опереться на ногу, как та подвела, и Дилюк выпустил меч и инстинктивно рванул вперед, чтобы поймать ее прежде, чем она упадет. Он успел подхватить ее, но девушка извернулась и со всей силы ударила ему кулаком в нос. Дилюк не ожидал этого и выпустил ее, отчего она снова упала. Губ коснулось что-то теплое и соленое. — Я не собираюсь причинять вам вред, — успокаивающе произнес он, подняв раскрытые ладони. Нос пульсировал болью. Оставалось надеяться, что он не сломан. — Так же, как ваши люди не собирались убивать моих?! — процедила девушка, отползая назад и сверля его полным ярости взглядом. — Я не убиваю безоружных, — отчеканил Дилюк и вытер кровь. Он чувствовал злость на своих подчиненных. По сути, он вообще не собирался атаковать ее караван, но самоуправство его старшего офицера, единственного, кто кроме него мог отдать подобный приказ, все испортило. У них была только одна попытка на засаду, и теперь Джон, вероятно, отправится по другой дороге, которых в этом лесу множество. Ему придется провести серьезный разговор с этим упрямым высокомерным стариком, который даже четыре года спустя после смерти Крепуса не признал Дилюка своим новым начальником. — Я не верю ни одному слову тех, кто носит красное, — выплюнула девушка. — Ваш народ несет только разрушения и смерть. — Тем не менее, я не хочу вредить вам, — снова повторил Дилюк, в этот раз более жестко. — Позвольте оказать вам помощь, у вас явно повреждена нога. Вы не сможете идти. — Я никуда не пойду. — У вас нет выбора. Нам нужно установить вашу личность. К тому же, — Дилюк позволил себе жесткую усмешку, — вы посреди огромного леса, и если мы уйдем, то вряд ли выживите здесь в одиночку с травмой. Как мне к вам обращаться? Девушка зло смотрела на него несколько секунд. В ней явственно боролись эмоции и разум, и в конце концов последний победил. — Джинн, — наконец разлепила она губы. — Дочь купца в первом поколении. Гидро фракция. — Дилюк Рагнвиндр, Пиро фракция, — представился он в ответ и протянул ей руку. — Позвольте вам помочь, Джинн. Та взялась за нее и сжала так сильно, как только могла, словно хотела переломать ему кости. Впрочем, кроме слабого дискомфорта Дилюк ничего не ощутил. Подняв ее на руки (при этом Джинн пыталась отстраниться от него настолько, насколько возможно), он вышел из-за уже полностью охваченной пламенем кареты. Сначала они вернуться в лагерь и он предоставит ей там место, а потом ему придется созвать дисциплинарное слушание. Дилюк сжал зубы. Этот старик перешел все границы.