Дилюк | AU Сборник

Дилюк приложил ладонь к каменной глыбе, занесенной снегом. Прикосновения было достаточно, чтобы камень осыпался песком, открыв проход в небольшую каменную пещеру, где находилось их убежище. — Эола? Фишль? — негромко позвал он, зайдя внутрь. Иллюзия каменной стены за ним восстановилась. Никто не ответил. Дилюк сделал еще несколько шагов внутрь и вышел из-за угла. Спальное место Эолы было пусто, но Фишль дремала там, где и ожидалось. — Фишль? Она не проснулась. Дилюк бросил в угол сумку и подошел ближе. Опустившись рядом с ней на колени, он поправил ей одеяло. Фишль дернулась во сне и всхлипнула, но не продолжила спать. Дилюк тихо вздохнул и перевел взгляд на почти потухшую печку. Сил злиться на Эолу, которая должна была за ней следить, но куда-то пропала, не было. Дилюк поднялся и щелчком пальцев оживил огонь в тлеющих дровах. Эола раньше не вела себя так безрассудно, и уж точно не бросила бы Фишль одну, рискуя ее жизнью. В нынешнем холоде, обрушившемся на Тейват, для смерти достаточно всего лишь нескольких часов без источника тепла. Дилюк вернулся к сумке и достал оттуда карту, которую пытался восстановить уже несколько дней. Ландшафт Мондштадта на севере, откуда пришел холод, изменился до неузнаваемости. Даже на сегодняшней вылазке Дилюк наткнулся на абсолютно незнакомую скалу высотой с собор Барбатоса, и, несмотря на то, что скала была всего лишь огромным куском льда, на карту ее он занес. Собор Барбатоса… Дилюк невесело усмехнулся. Они застряли в снежных пустошах в горах Светлой короны, и было неясно, смогут ли вообще дойти до города. Они даже не знали, что случилось с городом. Они не знали, выдержал ли он внезапный губительный холод. Эола оказалась здесь, на северо-западе Мондштадта, потому что ее отряд проводил здесь разведку. Дилюк пытался выследить отряд Фатуи, который, если верить его информаторам, был связан с Панталоне. Фишль была на задании. Каждый из них был окружен как минимум парой человек, а Эола и вовсе целым отрядом, но после белой вспышки вдалеке и стремительно несущейся на них голубой волны, они оказались одни среди бесконечных снегов. Дилюк смог найти тело одного из своих напарников, но куда делся второй, он узнать не смог. Эола очнулась среди нескольких ледяных статуй, но тоже не смогла отыскать всех своих подчиненных. Фишль не рассказала, что с ней случилось. Они не знали, как выжили, и не знали, что делать дальше. — Господин Дилюк? — раздался сзади голос. Дилюк обернулся. — А где Эола? — Я надеялся, что ты мне скажешь, — ответил он и снова отвернулся к карте. — Я вернулся всего несколько минут назад. И не называй меня господином, пожалуйста. — Я не видела, как она уходила, — ответила Фишль. Дилюк сложил карту и обернулся. Фишль дрожала от холода. — Ты долго спала? Фишль кивнула, обхватив себя руками. Ее зеленые глаза были тусклыми и безжизненными. — Мне снился Беннет, — тихо сказала она. — И Мона с Рэйзором. Дилюк вздохнул, сунул карту в сумку и подошел к Фишль. Сняв с нее шерстяное одеяло, он сел на лежанку рядом и завернулся в него, приобняв ее за плечо. Фишль тут же прижалась к нему в поисках тепла. — Мы найдем их, — попытался приободрить ее он, хоть и знал, что выйдет это у него плохо. — Я слышала, как вы говорили Эоле, что просто хотите вернуть меня в город, — возразила Фишль, снова по привычке обратившись к нему на «вы». — Не нужно держать меня за ничего не понимающего ребенка. Дилюк с досадой вздохнул. — Я не… — Держите! — воскликнула Фишль. На глазах у нее выступили слезы. — Мне почти семнадцать, не надо думать, что раз я вас младше, я тупая! Если вам обоим плевать на моих друзей, то мне нет! Не хотите со мной возиться — я хоть сейчас уйду! Дилюк не знал, что ответить, да и не хотел знать. Надо отдать Фишль должное, это была первая истерика за десять дней, которые они провели вместе в этом заброшенном убежище, принадлежащем неизвестно кому, но у него просто не было на нее сил. Не после того, как он ходил по метели несколько часов, пытаясь найти хоть какую-то подсказку, куда идти. Из-за вечной вьюги и затянутого серыми облаками неба было трудно даже ориентироваться по сторонам света, не говоря уже об окружении. Они не видели солнца уже две недели, не видели ни разу с момента, когда наступил холод. Дилюк вздохнул и вылез из-под одеяла. Эоле с Фишль повезло, что он владеет пиро элементом, потому что как добыть огонь, когда вокруг только снежные пустоши с редкими обледенелыми деревьями, было неясно. Дилюку с Эолой повезло, что Фишль случайно увидела их, когда выглянула из этого убежища, скрытого за иллюзией камня, потому что иначе они не смогли бы его обнаружить. Фишль с Дилюком повезло, что Эола с помощью своего Глаза Бога была способна найти их, когда их заносило снегом. Дилюк достал из небольшой кладовой жестяную коробку с сухарями. Им повезло, что здесь были запасы долго не портящейся еды, которых должно было хватить почти на месяц, если экономить. — Как вы думаете, они живы? — тихо спросила Фишль, успокоившаяся слишком быстро. Настолько быстро, что это казалось ненормальным. — Если они добрались до города, то да, — ответил Дилюк, садясь рядом. Фишль не ответила, не глядя на него. Дилюк протянул ей сухари, но она никак не отреагировала. — Я даже не могу призвать Оза, чтобы он провел разведку, он просто пропал, — сказала она, пустым взглядом смотря в огонь. — И вам с Эолой приходится бродить по снегам и подвергать себя опасности. Я бесполезная. Дилюк промолчал. У него не было ни сил утешать ее, ни понимания, как это делать. Все, что он мог — положить ей руку на спину, чтобы она не мерзла. Он уже несколько раз думал об этом, но до сих пор не привык к тому, как часто его теперь обнимали. Он вообще не помнил, когда до всех этих событий с кем-то обнимался. Он случайно услышал, как Эола в разговоре с Фишль назвала его живой грелкой, и не мог не усмехнуться, понимая, насколько точно этого замечание. Вдруг они услышали какой-то шум. Дилюк понимал, что это вряд ли кто-то, кроме Эолы, но все равно медленно поднялся на ноги, настороженно глядя на проход. Фишль тоже напряглась, замерев. Опасения не сбылись, и это действительно оказалась Эола, но она шла, пятясь и волоча что-то по полу. Дилюк сначала подумал, что это какой-то мешок, но когда она втащила его в убежище целиком, это оказалось бессознательным человеком в форме застрельщика Фатуи. Эола выпустила его связанные ноги, за которые его тащила, отряхнула руки и повернулась к ним. Она выглядела непривычно мрачной. — Зачем ты его притащила? — спросил Дилюк. — Кое-что узнала, — ответила Эола и ткнула пленника носком сапога. — Он попытался напасть со спины, но когда убить меня не вышло, заговорил по-другому. — Что ты узнала? — спросила Фишль с оттенком надежды. Нахождение в информационном вакууме сказалось на ней сильнее всех. — Почему все это, — неопределенно обвела рукой пространство Эола, — происходит. Повисла пауза. Эола не сдержала нервную усмешку. — Если совсем коротко — Снежная превратилась во второй Драконий хребет. — А почему Мондштадт тоже… — Потому что кара Селестии в виде небесного шипа была сброшена на Заполярный дворец, — перебила Эола Фишль. — Прямо на голову Крио Архонта. И если верить этому, — она снова пихнула ногой бессознательного застрельщика, — в момент ее смерти вся ее сила вырвалась наружу. Дилюк закрыл глаза и глубоко вдохнул. — И получается, что из-за прекрасного сочетания этих двух событий во второй Драконий хребет рискует превратиться весть Тейват, — договорил он без вопросительной интонации, посмотрев на Эолу. Та молча кивнула. Дилюк беззвучно выругался, запустив руку в волосы. Они в дерьме.