fragments of my anxious thoughts

жизнь в Австралии была довольно тяжёлой. когда ты не вписываешься в определенные рамки и выглядишь не так, как остальные, то к тебе относятся предвзято, часто опуская нелепые шутки. повод для шуток над Чаном — стала его внешность. в детстве он был немного пухлее чем все остальные дети, но мама всегда говорила ему, что это просто детская припухлость, а также он был азиатом, среди среднестатистических европейцев и это было абсолютно нормально для него, но почему-то не для других. тяжелее всего было в средней школе, ведь в таком возрасте дети очень злые, они вроде уже начинают понимать мир и как всё устроено, но при этом многого не понимают в моральном плане. делают лишь то, что считают весёлым, могут начать травить кого-то, устраивать бардак, что-то ломать, чтобы показаться старше и круче, не задумываясь о последствиях. а последствия были. годы насмешек и отвратительного отношения к себе снизили самооценку парня до нуля, что в дальнейшем очень мешало жить. когда в старшей школе всех ребят волновали отношения, Бан боялся их словно огня, старался даже рядом с девушками не дышать, ведь понимал, что его могли просто высмеять, хотя он уже и не был гадким утёнком, но сам этого не понимал. весь вес ушел в рост, участие в спортивных кружках сделали из него человека с крепкой фигурой, но каждый раз, когда на проклятых весах он видел изменение в положительную сторону хоть на один килограмм, в нем начиналась борьба с самим собой. и даже сейчас, когда он вырос, поступил в очень хороший университет в Сеуле, где были люди исключительно азиатской внешности, его всё ещё мучает неполноценность. все его сверстники выглядели безумно красиво, он с восхищением смотрел на каждого знакомого и хотел быть как они, таким же счастливым человеком, который мог без проблем надевать то, что ему нравится, выглядеть как хочешь. он очень завидовал. мечтал выбраться из своей ужасной шкуры и больше никогда не видеть её в зеркале, не видеть этого лица, большого носа, ужасных узких глаз, своего живота, широких плеч и некрасивых кудрей на голове. все в нем вызывало отвращение, хотелось выколоть глаза, так было бы намного проще жить. без всех этих мыслей, которые душили изнутри. было ужасно трудно вставать с кровати по утрам. и нет, вовсе не из-за того, что Чан тратил время для сна на какие-то глупости, или просто всегда не высыпался, трудность заключалась в том, что он просто не хотел просыпаться. во сне он чувствовал себя защищённым, чувствовал себя в комфорте и уюте, а как только открывал глаза, то все вокруг словно пугало его. вставать все же нужно было, поэтому с горем пополам он побрел в душ. утренняя рутина была самой ненавистной частью дня, нужно было выглядеть хоть немного прилично, поэтому как минимум час он тратил на свой внешний вид, выпрямляя волосы и решая, что ему сегодня надеть. как всегда выбор пал на чёрную толстовку, в капюшоне которой можно было спрятаться от любых монстров на свете, в том числе и от себя. утро в университете — довольно забавное зрелище. сонные одногруппники, которые мечтают наконец-то обрести покой после того, как всю ночь писали конспекты, тревожные ребята, которым сегодня сдавать важные проекты. все это очень веселило с одной стороны, а с другой он понимал их настроение и желание прямо сейчас выстрелить себе в голову с дробовика, чтобы мозги растеклись по белой стене в кабинете мистера Чхве. может хоть тогда этот тиран поймет, до чего доводит своих учеников и станет в конце концов человеком, а не жалким ублюдком. — вы прикиньте! — чуть ли не кричит, подошедший к парте Чанбин. его глаза непонятно светятся и бегают то на Чана, то на Джисона, сидящего рядом и залипающего в телефон над какой-то новой аниме игрой, в которой ты должен спасти нарисованную девушку с огромными сиськами, едва прикрываемую одеждой. все как любит Хан. — я сейчас шёл по коридору и случайно заметил, как у Ли Феликса с хореографического из кармана бумажник выпал. ну, я поднял и вернул его, а он предложил мне вместе с его друзьями пообедать на большой перемене. короче, парни. пойдёмте со мной, а? — он смотрел обречённо на парней. да, Чанбин, несмотря на свою устрашающую внешность, огромные мускулы и очень мужественный характер, был тем ещё любителем мужчин. какого было удивление Чана, когда он только познакомился с этим парнем и когда к ним подошла очень красивая девушка, то он довольно грубо её отшил, по причине того, что между ног у неё нет члена. но общаться с ним не перестал, он же не гомофоб, да и в его вкусе явно не такие парни, как Бан. а вот Ли Феликс с хореографического — явно в его вкусе. парни, если честно, уже и устали о нем слышать или видеть Со, когда Ли проходит мимо, ведь это значит, что Чанбин теряется из жизни на некоторое время. и это было очень забавно. крепкий парень, а влюблен как маленький мальчишка. — опять этот Ли Феликс. — Джисон цокает языком, продолжая играть в игру, но прямо всем нутром чувствует, с каким осуждением на него смотрит Чанбин. — вот влюбишься — я на тебя посмотрю. и буду дразнить тебя сильнее, чтобы повадно тебе не было, понял? — Со фыркает и наконец-то садится на свое место, наблюдая за улыбчивым Чаном, который с трудом сдерживается, чтобы не начать смеяться. — ну вот, брал бы пример с Чана, он всегда радуется за меня. — Чанбин улыбается старшему и строит ему глазки до того момента, пока он все же не сдерживается и не начинает смеяться. впрочем, его друзья очень смешные и он действительно их любит. но есть в присутствии каких-то незнакомых людей — это ужасно и он не может согласиться на предложение Чанбина, да и отказаться очень стыдно, ведь он не сможет толком сформулировать причину или придумать другую, чтобы не звучать так по-идиотски. по итогу к большой перемене, он не придумывает ничего толкового, и ему приходится идти. Джисон очень шумно рассказывал им о чем-то, пока они покупали в буфете какую-то еду и чай, чем даже разозлил буфетчицу, которая сказала ему поскорее засунуть что-нибудь в рот и молчать. как только покупка была совершена, то Чанбин повел их к столику, за которым сидел Феликс и два его друга. Феликс и правда был очень красивым, ангельское лицо, можно даже сказать, что он был слишком смазливым, хорошая фигура и очень приятный голос, который немного не подходил концепту ангела, ибо был очень низким и басистым, но ему очень даже шло. первый друг Феликса был знаком Чану, они пару раз пересекались в библиотеке и даже заводили короткие разговоры, конечно же инициатором их не был Чан. это был Хван Хенджин, довольно популярный парень в их университете, хотя он так не считает. хороший парень, добрый, общительный, прекрасная внешность и подтянутое тело. с таким хотелось иметь дело, слушать звонкий смех и самому смеяться. был он ну уж очень приятным парнем. а вот второго друга Феликса он не знал, но Ли позаботился об этом и заранее им представил всех двоих друзей, в том числе и сам представился, как будто они не знают его имя, которое очень часто произносит Чанбин. Ли Минхо. имя было столь же красивым, как и сам обладатель этого имени. роскошные кошачьи глаза, пухлые губы и этот прекрасный нос с родинкой на нем. он был более подтянутым чем Хван, было видно, что следит за собой в этом плане, или всей душой отдается своему делу. смотреть на него — было чем-то до жути приятным, ещё и судьба словно помогла в этом, он сидел прямо напротив и мог нагло рассматривать парня. по крайней мере до тех пор, пока Ли старший не перевёл на него взгляд, а Чану пришлось уткнуться чуть ли не носом в свой контейнер с салатом. Чанбин и Джисон очень быстро сдружились с этими тремя и уже шутили с ними на разные темы, обсуждали преподавателей, как самые натуральные крыски и очень громко смеялись, пока Бан смотрел на салат с ненавистью и лишь ковырялся в нем вилкой. ему до безумия хотелось есть, но он просто не мог. в голове всплывали картинки из прошлого, когда он ел в школьном буфете, а над ним постоянно смеялись, мол полный ещё и ест. он боялся осуждения. боялся, что хоть вилку съест и вся эта троица посмотрит на него как на грязь, с отвращением и тихими злобными смешками. а что если к ним присоединятся и Чанбин с Джисоном? они бросят его, отсядут и подговорят всех, чтобы никто с ним не общался и это будет… — ты чего не ешь? — слышится голос прямо и Чан поднимает голову на задумчивого Минхо, под взглядом этих глаз он немного робеет, и замечает как на него уже пялятся абсолютно все ребята за столом. боже, какая стыдоба. — все хорошо, я не голоден. — Бан лишь натягивает на себя улыбку и закрывает контейнер, отодвигая его подальше от себя, чтобы не было соблазна. черт, зря только деньги потратил. он слышит голоса парней, которые начинают снова что-то шумно обсуждать. — ох, ну раз Чан вернулся к нам из страны раздумий, то вопрос к тебе. мы обсуждали, кто бы что сделал, если бы их дом горел, но при этом в доме был бы твой любимый человек, ваш ребенок и ваш кот. при этом спасти ты можешь только одного человека.- Хенджин с улыбкой посмотрел на парня, будто говорил ему о чем-то позитивном. ребята вновь начали активно спорить. — ребята, лучше всего спастись самому в первую очередь, потому что ты у себя один, понимаете? вы можете найти другую любовь, родить другого ребенка и даже найти другого кота. почему я должен жертвовать собой и спасать кого-то? если я могу спасти себя, то и мой любимый человек может это сделать. — возмущался Джисон, вскидывая руками в стороны. — ну Чан, ну подтверди же. ты же так же бы поступил? — и тут все взгляды снова вернулись на него. он задумчиво смотрел куда-то в потолок, прежде чем собраться с мыслями и сказать. — я бы никого не спас. в том числе и себя. смысл мне жить, если я буду всю жизнь испытывать вину? если мой любимый человек захочет, он может сам спастись или спасти ребенка, кота, да хоть червя. как посчитает нужным. лично я считаю, что лучшим вариантом будет сгореть. — Хенджин словно ужаснулся словам Бана, смотря на него круглыми от удивления глазами. — один эгоист, второй спасает только кота, хотя чего ещё ожидать от Минхо, у которого никогда никого не будет кроме кошек. а третий вообще самоубийца… с кем я сижу за одним столом? — Хван качает головой в стороны, а после смотрит на часы, замечая что до конца обеденного перерыва осталось всего десять минут. — ладно, ребята. думаю нам уже пора, если мы опоздаем, то нас препод съест. не забывайте про пятницу! — они все втроём встают и собираются уходить. Чан сталкивается со взглядом Минхо, который тут же начинает улыбаться. это его пугает. весь Ли Минхо до жути его пугает. — а что в пятницу? — неловко спрашивает Чан, который пропустил почти весь разговор парней мимо ушей. в принципе, как и всегда. — ребята позвали нас в гости к Феликсу в эту пятницу. дружеская посиделка, не больше. алкоголь, музыка и очень мало людей. это ли не мечта? — Чанбин смеётся, закидывая руку на плечо старшего. это выглядит очень нелепо и забавно, учитывая тот факт, что Чан выше Со. — и ты должен пойти с нами. обязательно. — он не может отказать, как бы не хотел. всегда идёт на поводу у этих двоих и ничего не может с собой поделать, они все же его друзья. единственные друзья.