With you, I know I'll never win
18 ноября 2023 г., 12:05
Мне всегда нравилась химия, но только не лабораторные работы. В теории все гораздо проще, чем на практике. У меня вечно что-то шло не так, то реактив переборщу, то вещества перепутаю, да еще и из рук все валится. В общем, решать формулы гораздо легче, чем воспроизводить их в жизнь. А сегодня и вовсе мало того, что с Тревор, который достался мне в пару, не отличался умом, так еще и отвлекала парочка рядом. А именно Ноа и Джессика. Девушка буквально вела себя омерзительно, изо всех сил пытаясь флиртовать. Хлопанья глазками, слащавая улыбочка, изображение беспомощности и прочие дешевые приемчики, от которых к горлу ком подкатывал. Жалкое зрелище, учитывая что вся школа знает, что на ней пробу ставить негде, о чем Ноа конечно не догадывается. Сначала парень реагировал нейтрально, его нисколько не смущало столь напористое внимание девушки, при этом сам он не проявлял того же к ней, но к середине урока они уже мило хихикали и обсуждали, кто как любит проводить свободное время.
С нашего «знакомства» прошло два дня, из которых я видел Ноа только раз на литературе и мельком в коридорах на переменах. На удивление на радаре чаще появлялась Кейси, но скорее это я стал больше обращать на нее внимание. Невольно искал глазами высокую фигуру рядом, но безуспешно. Мы так же ни разу не пересеклись в курилке, хотя бываю я там не редко. И так же мне не давал покоя нерешенный вопрос о проекте по биологии, который следовало бы уже начать. Да, мы пожали друг друг руки и вроде все должно быть хорошо, но почему-то я не решался подойти, боясь выглядеть задротом-ботаником. Не скажу, что я им являюсь, но к учебе отношусь серьезно, чтобы держать высокий средний балл и поступить в колледж на стипендию.
Из-за того, что столы стояли впритык друг к другу и места было не так много, я то и дело задевал Ноа локтем. В какой-то момент он нарочно толкнул меня и наградил хмурым взглядом сквозь защитные очки. Я лишь виновато опустил глаза в журнал исследования. К слову, он выглядел весьма забавно, в белом халате не по размеру, который висел на нем как простыня на привидении.
— Ник, — позвал меня напарник, — ты завис?
— А, д-да, прости, — тут же одернул я себя.
— Ты добавил гидроксид меди? Держи, аккуратно, не разлей — он вложил мне в руку небольшую колбу с синей жидкостью и сделал пометку в журнале.
— Давай, — по команде Тревора я перевернул сосуд над склянкой. Реакция, в результате которой должен был образоваться цветной осадок, зашипела, взмывая белым дымом в воздух, а затем густая шипучая пена рванула гейзером через края. Напарник тут же отскочил назад, а я вправо, врезавшись в Ноа так сильно, что остаток жидкости выплеснулся из пробирки прямо на соседний журнал, попав так же на его одежду.
— Какого?! Бля, да ты издеваешься? — воскликнул Ноа несвойственным для него высоким голосом, а секунду спустя вонзился в меня злобным взглядом, заставив все внутренности сжаться.
— И-извини, я нечаянно, — засуетился я, тут же схватив его листы, чтобы стряхнуть перекись и спасти его работу.
— Ага, конечно! Все еще злишься из-за чертовой парты? — язвительно выплюнул он.
— Н-нет… Причем тут парта? Ты что, не видишь? — я возмутился в ответ, указав на шипящее безумие, но ему было абсолютно плевать.
— Вижу, что ты весь урок пытаешь заколоть меня своим локтем!
— Я не специально, тут мало места, — пытаясь оправдаться, я искренне сожалел о своей неуклюжести, однако для него все выглядело иначе.
— Ну да, или у кого-то руки из задницы! — усмехнулся Ноа, а за ним еще несколько ребят поблизости.
Как и в прошлый раз во мне моментально вспыхнула злость, прямо как этот дурацкий реактив.
— У меня хотя бы руки, а у тебя глаза и уши, если понимаешь о чем я, — зачем-то бросил жирный намек в сторону Джессики, не отдавая себе отчет, какое именно чувство говорит во мне.
— Ребята, что у вас случилось? — во время вмешалась учительница.
Пока мы препирались, наш неудачный опыт уже стекал со стола на пол, уничтожая все записи и пропитывая воздух вокруг едким химическим запахом.
— Ничего, просто кое у кого проблемы с различием реактивов и координацией, — также насмешливо произнес Себастиан, глядя мне прямо в глаза.
Пришлось погасить свою злость и заняться объяснением, почему гидроксид меди превратился в пенную вечеринку. Как обычно, большинство только позлорадствовали нашей неудаче. К счастью, я уже научился абстрагироваться в таких ситуациях и воспринимать как глухой шум. Как оказалось, вместо гидроксида мы случайно прилили к перекиси аммиакат меди, чем и вызвали ее бурное разложение с выделением газов и пены.
Естественно, мы с Тревором не получили зачет за лабораторную, и я еле как уговорил миссис Донован дать возможность пересдать на следующей неделе. Учебный год начался не лучшим образом, средний балл и так находится на грани, я не могу позволить ему упасть ниже 3.3.
***
Уроки по психологии, английскому и художественной фотографии прошли без инцидентов и присутствия Ноа. Как бы я не хотел не думать об этой язве, мысли так или иначе возвращались именно к нему, и это уже действительно раздражало. Да и с какой стати я вообще уделяю ему столько времени? В общей сложности мы общались минут десять, в половине из которых чуть не убили друг друга… но ему хватило этого, чтобы вцепиться в мою голову как клещ и впустить свой яд. Последним уроком была ненавистная мной физкультура, и вот тут уже не повезло. Первого, кого я увидел в раздевалке, был именно он. В глаза сразу бросился его оголенный торс и тату. На левой руке и груди красовались «недобитые» узоры, разглядеть которые не было возможности, поскольку переоделся он очень быстро, словно стеснялся своей болезненной худобы. И неудивительно, ведь по нему можно было смело изучать анатомию, кости почти просвечивали сквозь бледную кожу, а на контрасте с парнями из команды по регби и плаванию, так он и вовсе выглядел как двухметровый скелет. Я поймал себя на странной мысли, что при всей своей колючести и уверенности он кажется таким хрупким. Было слышно, как несколько парней с интересом выпытывали у него значение рисунков и задавали серию тупых вопросов по типу «А что сказали предки?», «А больно бить?» «А сколько стоит?» «Я тоже хочу!» и так далее. Вопреки его внешнему виду кстати, я не заметил, чтобы кто-то придирался к нему или пытался посмеяться. Парни относились вполне дружелюбно, а девушки и вовсе пускали слюни. Ему удалось влиться в школьную тусовку так быстро, словно он всегда здесь был. И только я один, кажется, испытывал к нему раздражение. — Эй, Руффило, вытри слюни! — крикнул Эрик со скамейки напротив, который, похоже, подумал, что я смотрю в его сторону. Вокруг сразу разразился ржач в сто децибел. Моментально смутившись и опустив глаза в пол, я сделал вид, что завязываю шнурки, чувствуя, как начинают пылать щеки. — Осторожней, Эрик, а то еще пристроится к тебе в душе, — добавил Джош — лучший друг этого тупицы. — Думаю, его парню это не понравится, — усмехнулся парень, нырнув головой в воротник футболки. — А я слышал, у них обычно полигамия, так что берегите задницы, парни! — подключился еще Нэйт. Но вот это уже кольнуло за живое, потому что «слышал» он это совсем не случайно. Еще одна ошибка в моей жизни. Я отвернулся, чтобы скрыть свое разочарование, продолжая делать вид, что их здесь нет и я ничего не слышу, но на этот раз не сработало. Их мерзкий смех звучал будто из стерео. — Слушай, Ник, а какого это, когда вокруг столько голых парней? Наверное, как натуралу в женской развалке? Я бы не вынес! — не унимался капитан команды по регби. — Ну как-то же ты живешь без мозгов! — выплюнул я как всегда не подумав и напрочь забыв о том, что Эрик — не безобидный Крис. Не успел я опомниться как на меня уже напирал чувак в два раза больше чем я. — Это ты кого тупым назвал? — дыша мне прямо в лицо, грозно прорычал он. — Заметь это не мои слова, — попытаясь сохранить внешнее спокойствие, произнес я, однако внутри уже все стянулось в нервный узел. Поднялась такая паника, что голова пошла кругом, но бежать просто некуда. — Умничать вздумал? — Бро, перестань, нахера тебе эти проблемы? — неожиданно вмешался Нейт, что стало огромным удивлением. Мне показалось, или в его взгляде промелькнула нотка вины прежде чем он отгородил нас друг от друга собой. Эрик задумался и через мгновение с отвращением произнес так громко, чтобы все услышали: — Ты прав, этот жалкий педик того не стоит, — а затем уже тише добавил через плечо Нейта: — лучше держи язык за зубами, если они тебе дороги. Оставив меня в покое, они продолжили переодеваться, а у меня внутри кажется рассыпался стеклянный замок. Эта ситуация наглядно показала, что все серьезней чем я думал. Прикол выходит из-под контроля, а у меня нет даже банального бэкграунда отношений с девушками. Нечем прикрыться. Я превратился в движущуюся мишень для Криса, Эрика и им подобным. Я мельком огляделся не пришел ли Дэвис, но обжегся только о взгляд Себастиана, и, кажется, он считал мою панику. Стало безумно стыдно и мерзко. Судорожно завязав волосы в пучок резинкой, я сунул сумку в шкафчик и хотел покинуть раздевалку, как сюда как раз вошел мой друг. Тревога забила по вискам с новой силой, но к этому моменту тема в помещении уже сменилась на хвастовство перед друг другом о девчонках и никто больше не обратил ни меня, ни на него внимания. Дэвис сразу понял, что что-то не так. Через силу проглотив подступающие удушье, я соврал, что все в порядке и поторопился выйти, пока меня не разорвало от ненависти к себе за дерьмо которое я только что проглотил. Когда прозвенел звонок, я твердо решил не поддаваться больше на провокации и просто дожить уже этот паршивый день с холодной головой и сердцем, а десять кругов бега как раз поспособствовали этому. Я даже не заметил, как пролетело время, чего не скажешь например о Ноа. Парень стал задыхаться еще на третьем круге и кое-как дожил до последнего, рухнув на пол сразу как только пересек финишную черту. Кому-то надо поменьше курить, усмехнулся я про себя. Упражнения и кроссы давались мне легко, а вот командные игры — вообще не про меня. Я плохо запоминаю правила и в целом не понимаю эту беготню за мячом. Единственный плюс, когда ты не ходишь ни в одну спортивную секцию, то и спрос с тебя почти нулевой. Обычно я сидел на скамейке запасных и редко участвовал в матчах. Но так как сезон простуд сейчас в разгаре, сегодня тренер поставил меня нападающим. Этому факту конечно никто не обрадовался, но то было не самое страшное, куда хуже, что Ноа тоже был на точно такой же позиции, а значит мы должны были работать сообща. По свистку тренера Джош отбил мяч в нашу сторону, и я вступил в игру. Почти беспрепятственно добежал до кольца противника, но впереди уже поджидали два защитника. — Эй, я открыт! — крикнул бежавший параллельно со мной Ноа, но я полностью проигнорировал его сигнал и зря, потому что уже через секунду меня окружили с двух сторон. — Дай пасс! Ау! — махал руками парень прямо напротив кольца. Не знаю почему я этого не сделал, Дэвис с радостью перехватил у меня мяч, а с ним и возможность получить очко. Почти тоже самое случилось в следующем раунде, и после него. Я ни за что не хотел отдавать ему передачу и каждый раз когда мяч оказывался у меня, надеялся на собственные силы. В крайний из таких случаев резиновый снаряд просто улетел в аут. — Эй! Ты в курсе, что это командная игра? — с наездом подошел ко мне Ноа. Его грудь вздымалась после бега, а лицо полностью отображало его вопрос. Мокрая от пота челка была закинута назад, так что можно было оценить степень недоумения по высоте бровей. — В курсе! — пробубнил я, поднимая мяч. — Тогда какого черта ты творишь? Я был открыт! — требуя объяснений, он держал меня своим уничтожающим взглядом. — Я не заметил тебя, — прозвучало крайне глупо, ведь его рост только слепой бы не заметил, опустив глаза в пол, я собирался извиниться, но не успел. — Серьезно блять?! — разведя руками в стороны, он кажется охуел еще больше, — слушай, я не понимаю, почему ты все время пытаешься мне подгадить, но это уже начинает раздражать! — Да не пытаюсь я ничего! Угомони свое раздутое Эго! — Я? Это ты тут вообразил себя звездой баскетбола! И знаешь что? У тебя не только руки из задницы, но и голова, раз так сложно догнать, что надо мяч передавать! — Ах так! Хочешь мяч? Лови! — я бросил не целясь, как раз в том момент когда он уже отвернулся и почти сделал шаг. Мяч угодил прямо в затылок, а дальше все случилось очень быстро. Накинувшись друг на друга, мы начали бороться, пока я не споткнулся о его длинную ногу и не упал, потянув его за собой. На долю секунды его лицо оказалось так близко, что губы обожгло рваным дыханием. Свежий запах чего-то мятного и смешанного с марихуаной, исходящий от его волос и кожи, целиком окутал обоняние. И в тот момент, когда он замахнулся на меня с кулаком, каким-то чудом я смог скинуть с себя на удивление тяжелое тело и встать на ноги. Мы успели нанести друг другу еще пару слабых ударов, перед тем как нас тут же растащили в стороны. — Ник, ты чего? Что случилось? — встревожено стал расспрашивать Дэвис, держа меня за плечи. Но я даже слов подобрать не смог. Что это было… Громкий свисток тренера оглушил всех. Мужчина был крайне недоволен происходящем и не даже не попытался выяснить в чем дело, моментально скомандовал: — Вы оба за мной к директору! — и подозвав к себе Эрика добавил: — отработайте пока штрафные броски. Мы покидали спортзал под прицелом неоднозначных взглядов. Кто-то просто не понимал, просто лыбился, а кто-то откровенно ржал как гиена последняя, среди таких был и Нейт.***
По правде говоря, я ожидал худшего, но мы легко отделались. Нас наказали на два часа после уроков, заперев в классе без телефонов. Обычная практика за мелкие проступки. Родителям тоже не стали сообщать, однако директор четко дал понять, что это первое и последнее предупреждение для обоих. И вот в пустой аудитории мы были вынуждены обдумывать свое поведение молча, наблюдая, как на редкость теплый и солнечный ноябрьский день проходит мимо. Тишина была такой, что казалось, все вокруг просто вымерло, если бы не шумное дыхание Себастиана, что переодически напоминало о его присутствии, то я бы решил, что и сам уже мертв. На этом фоне любая мысль в голове звучала словно из громкоговорителя и одна была хуже другой. Я посмотрел на часы. Прошло всего пятнадцать минут заточения, а я уже схожу с ума. Прекрасно. Достав из рюкзака блокнот и карандаш, я решил попробовать перенести свои чувства на бумагу. Вне школы я не особо люблю живопись, но именно сейчас хотелось бы оказаться запертым в студии, где есть краски, чтобы изобразить какое-нибудь теплое, доброе место типа побережья или домика в лесу, куда можно сбегать. Спрятаться. Почувствовать себя в безопасности. Но к сожалению, доступен был только черно-белый мир. Чаще всего я рисовал арты по любимым аниме и эскизы для татуировок. Даже в шутку подумывал заняться этим делом всерьез, если пролечу с колледжем. Нескольким друзьям из нашей компании я уже рисовал эскизы на заказ, а Винсент воспроизводил их на коже. Получалось вполне недурно. Сам я тоже хочу татуировку в ближайшем будущем, но пока не решил какую. Шурша по листу грифелем, я переодически посматривал на Ноа. Он выглядел абсолютно отстраненным. Как обычно раскачивался на стуле, завесившись челкой и капюшоном, без интереса вертел в руках связку ключей на длинном шнурке и беззвучно напевал что-то себе под нос. Говорить совсем не хотелось, да что тут скажешь? Скорее всего он слышал, что говорили в раздевалке обо мне. Я и так выглядел не в лучшем свете, а теперь он скорее всего презирает меня так же, как и все. Вот она, фальшивая толерантность, о которой так кричит мир. Лживая иллюзия, дающая надежды, но на самом деле дерьмовая пародия на правду. На законы школьных джунглей не распространяются радужные сказки. Минут через сорок, повернувшись ко мне лицом, Ноа нарушил мертвую тишину. — Слушай, нам необязательно дружить или типа того, мне жаль, если у тебя осталась на меня обида, но… Похоже нам не удастся поладить, так что давай не будем добавлять проблем друг другу… Ты хотел обсудить проект? Давай сейчас все решим и можем притвориться, что вообще не существуем друг для друга. — Согласен, тебе не следуют со мной общаться, — выдохнул я с глубоким сожалением. Он абсолютно прав, но почему тогда вдруг стало так гадко? Какая то омерзительная горечь расползлась в груди. Как будто я уже успел что-то себе придумать, во что-то поверить. Как будто в глубине души мне импонировал этот мерзавец, и я хотел бы узнать его лучше, но упустил свой шанс. Закопал его прежде, чем успел это осознать. И теперь он выставил меня злодеем, но как будто бы я хотел им быть. Будто я виноват, что все внутри меня вдруг завращалось вокруг него. Будто это был мой, сука, выбор. — Какое растение возьмем на тест? — проглотив досадное чувство, спросил я, после затянувшейся паузы. — Мне без разницы, я только в сухих растениях разбираюсь, — уточнять он не стал, но я и так понял, каких именно. — Тогда спрошу у мамы что лучше. Но тебе нужно будет потом забрать два себе. — Окей, скинь адрес, заеду как будет готово. — У меня нет твоего номера… — да и телефона кстати тоже, вспомнил я. — Тогда добавь потом на фейсбуке. — Ладно. Я могу сам описать исследование и заполнять дневник, просто замеряй линейкой и скидывай мне фотки каждый день. — О таком меня даже девушки не просят, — похабно улыбнулся Себастиан, заставив смущенно опустить глаза. — Я имел в виду растения. — Да я пошутил, будут тебе фотки, не переживай, — радость в голосе от того, что я избавил его от лишней работы, на мгновение сбила привычный ледяной тон. Я слабо улыбнулся, но на самом деле мне хотелось просто дистанцироваться насколько это возможно и потому я решил, что так будет проще. — Хорошо, еще надо поделить жанры, получается рэп, классика, рок, и один «нулевой» испытуемый. Включать надо каждый день по пол часа, — что-то мне подсказывало что мы оба захотим одно и тоже, так и получилось. — Окей, если ты не против, я возьму рок и «ноль», — буквально на секунду опередил меня Себастиан. — Вообще-то против. Раз я делаю большую часть работы, то будет справедливым, если ты возьмешь себе два стиля, например рэп и классику. — Ну нет, я эти симфонии не перевариваю! — с отвращение замотал головой Себастиан, — могу взять рок с рэпом. — А мне значит Моцарт на ежедневной основе? — Тогда забирай рок вместо «нуля». — Нет, так не пойдет, «ноль» по любому мой, а от классической музыки у меня кровь из ушей хлещет, впрочем как и от всего остального, кроме метала. — Но тогда это выбор без выбора получается? Пиздец ты хитрый! — нервно усмехнулся он. — Да. Так будет честно. На секунду он задумался, вытянув губы вперед и просканировал меня хитрым взглядом, ожидая, что я сдамся, но когда понял, что ничего не получится громко выдохнул и выдал: — Похуй! Бери что хочешь! Я могу включать все что угодно, ты все равно не узнаешь, — фыркнул Себастиан, чем привел меня в тихое бешенство. Если ему плевать, то мне нет. От оценки в первую очередь зависит мой общий балл. — А ты думаешь, я такой тупой и не знаю какие результаты должны быть по итогу? Точно такой же проект был в шестом классе, тут суть не в том какой хороший ты ботаник, эта работа учит ответственности и работе в команде. — О, а ты ж у нас самый главный спец в этом! Просто сделай это в команде с самим собой и все, — саркастично ткнул меня в мое же дерьмо. Снова. — Я так не считаю! — Да? Но именно поэтому мы здесь. Из-за тебя! — его голос разлетелся эхом по всей аудитории, вновь заставив чувствовать себя жалким и виноватым. И я в очередной раз убедился, что действительно не могу себя контролировать, когда говорю с ним. Закипаю за минуту. Гораздо лучше когда он молчит. И совсем идеально, когда его нет в моем поле зрения. Никто из нас не сказали больше ни слова, взяв таймаут, чтобы успокоиться. Вопреки нежеланию я понимал, что вопрос нужно закрыть здесь и сейчас, чтобы больше не возвращаться к этому и жить каждый своей жизнью дальше. — Так мы никогда не договоримся…— озвучил я спустя пять минут, а Ноа поддержал кивком, — у меня есть идея! Я оторвал лист из своего блокнота, поделил на четыре части и подписал каждый. Затем скомкал в небольшие бумажные шарики и, перемешав, положил на парту. — Серьезно? — он скептически вкинул бровь. — А у тебя есть лучше? — молчание, — я тоже так думаю. Мы одновременно взяли по одному. Ноа развернул свой первым. — Рэп… мм, годится… Я тоже обрадовался, вытянув контрольный образец, но самую главную интригу предстояло еще узнать. Про себя я несколько раз принёс желаемое и мы одновременно стали разворачивать. — Ураа! — радостно воскликнул я, словно мне десять и я получил заветный подарок на рождество. — Ну бляяять! — расстроенно отозвался мой противник, упустив руки и закинув голову назад. — Не повезло, — хихикнул я, без капли сочувствия. Справедливость восторжествовала. — Давай переиграем! — с детской досадой вдруг предложил Себастиан. Клянусь, я не ожидал увидеть щенячьи глазки и честно, при любом другом раскладе согласился бы, но не в этот раз. — Еще чего! Все было честно. Наслаждайся Бахом и Эминемом. — Да плевать, — его лицо быстро переменилось в привычно похуистичное, а я не стал больше ничего говорить. Как показывает практика, ничем хорошим это не заканчивается. Ровно в четыре часа дверь открыл куратор по воспитательной работе, спросил, как мы, и отдал телефоны, прочитав мини-лекцию о том, что всегда нужно находить компромиссы и далее по списку. Выслушав его с полнейшим равнодушием, мы оба поспешили покинуть бетонные стены. По пути Ноа позвонил кому-то и сообщил, что опаздывает, но скоро будет. Вяло помахав друг другу напоследок, он двинулся в свою сторону, а я в свою. Словами не передать, как я был рад оказаться на свежем воздухе и вдохнуть полной грудью. Словно до этого провел два часа без кислорода. Ноа странно действует на меня. Есть в нем что-то опасно притягательное и отталкивающее одновременно. Я довольно хорошо считываю людей, но он наглухо закрытая книга, залазить в которую кажется себе дороже. Проверив телефон, я первым делом отписался Дэвису, что вышел на свободу, а затем пролистал, что писали в групповых чатах и школьный сплетник в последнюю очередь. К счастью, ни одного комментария о нашей перепалке не оказалось. Домой я пошел через стадион, решив по пути заглянуть в привычное место. Странное чувство, я вроде так хотел вырваться, но сейчас понял, что не хочу идти домой. Вообще ничего. Во мне будто не осталось ни капли сил. Зайдя внутрь обшарпанного здания, я швырнул рюкзак на подоконник, туда же приземлил свой зад и наконец-то закурил. Оперевшись затылком о стену, прикрыл глаза, желая расслабиться, но помешал посторонний шум. Сразу не понял в чем дело, откуда то со стороны кабинок раздался звук похожий на всхлип, а затем еще и еще. Затем я услышал как зазвонил мобильный и женский голос. Сначала она говорила негромко, но эмоции быстро взяли верх. — …Нет, я не хочу больше это слышать! Я сыта по горло этим дерьмом, серьезно! Ты сто раз обещал измениться, ну и где эти перемены?!.. Неужели так сложно позвонить или хотя бы написать?!.. Ага… Ну да… Скажи еще что тебя инопланетяне похитили! Ты издеваешься блять?!.. Нет! Нет с меня хватит! Пиздуй куда душе угодно, мне плевать! По мере того, как ее интонация повышалась, я все больше приходил в замешательство. Вот уж последнее чего я хотел сегодня, так это стать невольным свидетелем чьей-либо ссоры. Наверное, стоило быть более тактичным и свалить из туалета, но я не успел. Из кабинки вышла заплаканная… Кейси?! Картинка быстро сложилась с услышанным до этого, и я похоже догадался, кто был по ту сторону вызова. Увидев меня, девушка смутилась и отвернулась, чтобы вытереть слезы. Я ожидал, что она просто молча уйдет, но вместо этого она подошла ко мне и, шмыгнув носом, спросила: — Не найдется сигареты? Я чуть завис, не зная что сказать, просто протянул ей пачку и зажигалку. — Спасибо… — вытерев еще раз влажные щеки, девушка судорожно щелкнула зажигалкой, подкурив не с первого раза, возможно в силу того, что делала это не часто, а затем вернула мне, — Ты… Николас, верно? — Да, — чуть хрипло произнес я, — но можно просто Ник. — А я Кассандра, но можно просто Кейси или Кэс, — дружелюбно представилась блондинка, хотя это было совсем не обязательно, ведь ее имя знали все. Повернувшись ко мне боком, Кейси облокотилась на подоконник, задумавшись на мгновение, прежде чем сказать: — Прости… Я думала, здесь никого нет. — О, нет, не извиняйся, это я не должен был… В смысле, не то, что бы я подслушивал… Просто не сразу понял… — нервно начал оправдываться я, подумав что ей скорей всего так же неловко быть здесь. — Все в порядке, не переживай, — она мягко улыбнулась и тут же снова поникла, выпуская аккуратные струйки сигаретного дыма перед собой. Я видел что она пытается обуздать свои эмоции, но губы предательски дрожали, а глаза продолжали слезиться. Всегда когда кто-то плачет, мне очень сложно это игнорировать. Я искренне хотел бы поддержать ее, но не знал как, ведь это банально не мое дело. — Вот скажи, почему парни такие мудаки? — не выдержала наконец Кейси, — не принимай на свой счет, я про тех, кто попадается мне. — Я и не думал, — заверил я мысленно добавив, что и сам задаюсь этим вопросом. — Может я не умею выбирать? — выдохнув, на секунду она замолчала, но потом глаза вновь переполнились слезами и ее понесло: — Но неужели так сложно уделить пару часов? Всегда есть что-то или кто-то важнее. Он был таким милым пока не получил, что хотел. Будто я какой-то очередной трофей. А теперь… Конечно, лучше обкуриться в компании недоумков чем провести время со своей девушкой. А потом он прибегает ко мне трахаться среди ночи, будто я какая-то вещь! Бля, я устала вечно быть на вторых ролях. Почему всем плевать на мои чувства? Что, блять, со мной не так? Ситуация более чем странная, я должен был утешить девушку парня, который мне… нравится? — Не знаю даже, что сказать… Уверен этот парень, кем бы он ни был, самый настоящий глупец, — мне вдруг самому стало за нее обидно. Даже не зная всех аспектов их отношений, было достаточно собственного опыта, чтобы примерно представить, каково встречаться с таким сложным человеком, как Ноа. — Боже, прости, что гружу тебя своей ерундой, наверное это лишнее, просто… я… — закрывшись от меня рукой, девушка едва смогла сдержать новый поток слез. — Расстроена. Поверь, я прекрасно понимаю, о чем ты. Один… человек поступил со мной так же в прошлом году. Это ужасно. — тяжело выдохнув, поделился я, посчитав, что это поможет ее как-то ободрить, но вышло сомнительно. Для меня самого в первую очередь. Воспоминания таймлапсом пронеслись в подсознании. Я старался притвориться, что мы никогда не имели ничего общего, но это сложно, когда вы видитесь почти каждый день. Рана, оставшаяся после, все еще не затянулась. Мне до сих пор противно от того, каким слепым я был тогда. Как позволял вытирать об себя ноги и умудряться говорить за это спасибо. Винил себя за то, что недостаточно хорош. Воспринимал как должное, что мною пользуются, ведь большего я не достоин. Я был так окрылен и счастлив, приняв фейковую любовь за чистую монету. — Он такой идиот, — с теплой улыбкой произнесла она, а у меня внутри рухнул мир. — Она… Я не… — нужное слово застряло в горле. Мы посмотрели друг на друга. — О, боже, прости еще раз! Просто я слышала… Черт, клянусь я не хотела тебя обидеть. Я неправильно все поняла. — Все нормально, забей, вся школа об этом шушукается. Извини, мне уже пора идти, было приятно поболтать с тобой… впервые, — я выдавил из себя улыбку и собрался убраться из курилки. Не знаю, что на меня нашло, но как только я отошел на пару метров, из глаз хлынул неудержимый поток слез. Все, что копилось и душило меня эти две недели, все дерьмо вырвалось наружу. Спектр насмешек, неудач и давления весом в тонну проехался по мне, не оставив живого места. Лузер. Фрик. Педик. Никому не сдавшийся кусок дерьма. Хотелось заорать, послать все нахуй, будто больше нет ни сил, ни желания бороться. Головой я понимал, что это минутная слабость и, возможно я излишне драматизирую, но она нужна была как никогда. Я бродил по полупустым улочкам, пока не стемнело, а плейлист с грустными песнями не пошел на третий круг. Я бы мог позвонить Дэвису, но не хотел отвлекать его от свидания, о котором он переживал и трепался целую неделю. Так боялся сглазить, что даже не сказал, кто она. Как назло еще всплывали слова Ноа о том, что нужно за себя бороться. Уверен, будь он на моем месте, то точно не допустил бы такого. Хотел бы и я так же верить в свои идеалы и не бояться. Хотел бы я быть нормальным. Дойдя до дома, я первым делом рухнул на кровать без капли эмоций, желая только одного — раствориться на молекулы. Минут через десять в дверь постучала мама. Она сразу поняла, что что-то не так и не купилась на мою «усталость». — Ники, ты голоден? Давай я разогрею ужин, — зайдя в комнату и посмотрев на меня, заботливо спросила она. — Нет, мам, я поел у Дэвиса, — конечно же соврал я. Даже несмотря на то, что я перекусил только в обед, есть не хотелось от слова совсем. — Хорошо, тогда может, чай? С корицей твой любимый, м? — мама присела на край кровати, погладив слегка по боку. От теплоты ее руки, пошли мурашки. Я так замерз в душе́, что забыл это чувство. — Не хочется, правда. — Милый, тебя что-то тревожит? — аккуратно спросила мама. Ее голос всегда так успокаивает, как бальзам на душу. Порой мне стыдно, что я не искренен с ней до конца. Думаю, она давно догадывается о моей «проблеме», но мы никогда не обсуждали это открыто. Я знал, что всегда могу с ней поделиться и она поддержит, но пока был не готов. — Все хорошо, просто выдался тяжелый день, да и домашки на завтра много, еще проект… Как раз хотел спросить у тебя… — сев в кровати, я вкратце пересказал ей суть и она пообещала помочь мне завтра. Прежде чем уйти, пожелала спокойной ночи и поцеловала в макушку. Мама всегда так делала, вопреки моим протестам и возрасту, но сегодня я по настоящему оценил это. Безумно хотелось спать, но домашнюю работу все-таки пришлось сделать. Я думал еще посмотреть что-нибудь, но так устал, что едва хватило сил на душ. Морфей уже обнял меня за плечи, почти утащив в царство снов, как телефон прожужжал под подушкой. Одно новое уведомление: «Ноа Себастиан хочет добавить вас в друзья.» И тут мое почти безжизненное сердце замерло, пропустив удар, а затем врезалось в грудную клетку с бешеной скоростью.
Примечания:
Терпеть не могу выпрашивать комментарии, но если вам нравится, пожалуйста, дайте мне знать, так проды будут появляться чаще (чем раз в месяц 😁)
