My Boy Smells Like Weed

                                                            ***       Я позвонил домой, сказал, что останусь у Дэвиса с ночевкой доделать доклад, которого, конечно же, не существует, да и вообще ни о какой домашней работе и речи быть не может. Вечер испорчен абсолютно для всех. Дейв хотя бы не показывал свое недовольство, а вот Аманда психовала, что ее планы обломались. Девушка не отрываясь сверлила меня полупьяным взглядом пока мы искали, что постелить для меня в гостиной. Я предпочел лечь на полу рядом с Кесси, чем занять его или родительскую спальню.       Наверное, мне должно было быть неловко перед ним, что я ворвался без предупреждения, но не перед ней. Если сначала я относился к Аманде нейтрально, то сейчас больше с отвращением. Алкоголь выставил ее не в лучшем свете. Какие цели бы она не преследовала и под каким бы предлогом это ни было — у меня нет ни сил, ни желания искать ей оправдания.       К одиннадцати часам я уже занял свою «койку», желая только одного — отключиться от реальности, но как назло Морфей не спешил забрать меня отсюда.       Примерно через полчаса Ноа прислал сообщение: «Все в порядке?», я ответил, что да, еще раз отметив про себя заботу о близких ему людях, круг которых, к сожалению, крайне мал. Найдется ли там когда — нибудь место для меня?       Всю ночь я ворочался с одного бока на другой, насильно заставляя себя уснуть. Поверхностный полудрем с натяжкой можно назвать сном. Одна и та же волна крутилась на повторе, отчего было перманентно тошно. Бесполезные рассуждения, поиски скрытых смыслов, его застывший перед глазами облик. Не спрятаться, не убежать. Я просто заперт с ним в своей голове.       К утру с дивана послышалось активное вошканье, а затем резкий вздох от испуга. Я скинул одеяло, приподнялся и негромко позвал:       — Эй, Кейси, — девушка ни сразу меня заметила в полумраке, отчего кажется испугалась еще больше, — все хорошо, это я — Ник.       — Ник? — полное непонимание плескалось в перепуганных глазах напротив, — что случилось? Где мы?       — У моего друга. Все хорошо. Ты в безопасности, — пояснил я.       — А Ноа?       — Уехал к Мэтту, не переживай, он прикрыл тебя.       Она судорожно начала ощупывать себя, потом огляделась еще раз и спросила:       — А где мои вещи? Телефон, сумочка?       — Не знаю… Наверное, остались на вечеринке, — предположил я, потому что не видел ни того ни другого при ней, когда мы приехали.       — Ну заебись, — удрученно выдохнула Кэс, поджав под себя ноги, упав лбом в колени от безысходности.       — Если тебе нужно позвонить, возьми мой, — она лишь отрицательно мотнула головой на мое предложение.       Не став настаивать, решил лучше пойти на кухню, налить ей воды, и себе заодно. Спина затекла дико. Уже желаю об этой дурацкой идее спать на тонком одеяле.       Пять утра. Самое время выпить что покрепче, но греметь посудой было бы слишком нагло. Хотя, клянусь, все бы отдал сейчас за чашку кофе. В глаза словно песка насыпали.       Пока я возился со стаканами, поймал себя на мысли, что за одни только сутки пережил событий на год вперед. Мой маленький привычный мирок вдруг перестал быть таким по-детски наивным. Раньше я винил себя за все что со мной происходит, считал, что заслуживаю дерьмо, в котором задыхался, радовался, живя в своей собственной тени и был благодарен за то, что я лишь невидимка в обществе. И как же теперь все изменилось. Впервые, за долгое время, я ощутил себя реально полезным. Обе ситуации, сначала с Ноа, теперь с Кейси, позволили переосмыслить многие вещи, включая собственную значимость. Я не понимал, что вредил лишь сам себе, закрывшись от внешнего мира в безопасной капсуле. Загнал себя в рамки страхов, лишая себя малейшей возможности это изменить. На самом же деле, я всегда мог бороться, просто не хотел по-настоящему.       Вернувшись, я отдал ей стакан и сел на пол, облокотившись спиной на диван, чтобы не смущать и без того расстроенную подругу.       — Спасибо, — шепот в звенящей тишине, — боже, как голова трещит.       — Неудивительно, ты неслабо напугала нас.       — Знаю… это было глупо, мне очень жаль…       Спиной ощущалось сожаление, пронизывающие каждую ее фразу. Хотелось как-то разбавить тяжелую атмосферу.       — Не вини себя, мы все делаем глупости, когда не можем справиться с чувствами.       — Мне так стыдно перед тобой, Ник, ты наверное думаешь, я полная дура… — продолжала сокрушаться девушка.       — Я плохо тебя знаю, но ты точно не дура.       — Ноа бы с тобой поспорил, — усмехнувшись сама себе, она сделала глоток воды.       — Даже не сомневаюсь, в этом он мастер, — да и я не лучше, к слову.       — Он был прав, мне не следовало туда соваться. Не знаю зачем вообще пошла, думала, там будет он…       Меня все еще терзал вопрос, если это не Ноа, то кто настолько сильно ее обидел и раз уж подвернулся шанс спросить, грех им не воспользоваться.       — Не хочу показаться излишне любопытным, но можно спросить, кто был тем парнем?       Она тяжело вздохнула, раздумывая отвечать или нет, а затем в тишине равнодушно прогремело самое неочевидное имя.       — Эрик Росс.       — Что?! — вырвалось с хрипом, я обернулся чтобы убедиться, не обманывают ли меня собственные уши. Она повторила еще раз и моя челюсть полетела вниз, — серьезно?! Этот козел?       — Понимаю, как это выглядит… — оторопела Кейси, нервно сжав пустой стакан в руках.       — Нет-нет, извини за бурную реакцию, просто это слегка… неожиданно.       — Мда, это сложно обьяснить. Эрик не хотел афишировать отношения, знали немногие…       — Прости, но я совсем запутался. У него же вроде есть девушка, или я что-то не догоняю?       Внимательно взглянув в мои глаза, она начала рассказывать свою историю.       — Он давно ко мне подкатывал, но я не воспринимала всерьез. Странно, учитывая, что полшколы только и мечтает, чтобы на них обратил внимание такой «красавчик». В прошлом году подруга уговорила дать ему шанс и как-то само закрутилось. Мы повстречались недолго, потом он предложил взять паузу, уехал на лето в спортивный лагерь, конечно, это был лишь предлог, чтобы свободно крутить с другими девчонками. Было обидно, но не то чтобы я была влюблена по уши. Недостатком внимания от парней, как ты понимаешь, я никогда не страдала, в отличии от их верности. Мое лето прошло ничуть не хуже. А осенью Эрик предложил начать сначала, клялся что в этот раз все будет иначе.       — Извини, что снова перебиваю, но если он не так уж сильно тебе нравился, зачем ты согласилась?       — Наверное, просто хотелось, чтобы кто-то заботился обо мне. Как я уже говорила, сначала он был очень мил, ухаживал и проводил со мной все свободное время, а потом стал посредственно относиться, думаю, я просто перестала быть ему интересна. И я ушла. Решила, с меня хватит. Он же не последний парень на планете.       — Почему тогда ты так убиваешься?       — Дело не только в нем, — тяжело вздохнула Кейси, потупив глаза в пустоту. — Я всегда стараюсь видеть хорошее в людях, а взамен они пользуются и вытирают ноги. Я догадывалась, что у него есть кто-то еще, не хотела признавать себя запасным вариантом. Когда я его послала, первым же делом подтвердились мои худшие догадки. Но знаешь, что дерьмовее всего? Узнать, что «кем-то еще» окажется твоя лучшая подруга! Та самая, которая когда уговорила закрутить с ним. Они оба улыбались мне в лицо и трахались за моей спиной. И… Я даже не знаю кто из них хуже.       До этого момента, она говорила спокойно и монотонно, но упомянув подругу, глаза покраснели, а губы задрожали. Ее действительно задел и ранил ее подлый поступок. Думаю, нам обоим понятно, кто хуже. Кейси смахнула подступающие слезы и продолжила.       — Дом, который ты видел, принадлежит старшему брату Эрика. Я хотела закрутить с ним, назло Тиффани, ведь она без ума от него, но он старше, а это уже совсем другая лига, понимаешь? Ну или с кем-то, кто близок Эрику. Короче, сделать им так же больно. Сейчас уже понимаю как это низко. Где мои мозги только были?       Снова упав лицом в ладони, она запустила пальцы в корни волос и с силой сжала, громко выдыхая свое огорчение.       Быстро соединив кусочки пазла, я обнаружил существенный пробел в истории.       — Получается, вы решили вдвоем устроить им вендетту?       — Что значит «вдвоем»? — перешел на меня ее непонимающий взгляд.       — Ну ты и Ноа…       — Теперь я не догоняю, объясни.       — Подожди, а ты что, не в курсе, почему Ноа избили?       — Не совсем. Он не вдавался в подробности, сказал только, что заступился за какого-то парня в школе, началась драка и вроде как конфликт замяли.       — За парня? Ты ничего не путаешь?       — Нет, но по правде, мне показалось странным такое совпадение, а потом Нейт проболтался Ванессе что была драка с какими-то цитирую — «лузерами». Увидев твой синяк я сложила два плюс два.       — Но все было не так! Ноа не заступался за меня, его самого спасать надо было!       — О чем ты говоришь? — тревога выраженная на ее лице, заставила меня пожалеть о сказанном, но отступать уже поздно.       — Ноа специально переспал с той самой девушкой на вечеринке в субботу, за что и получил от Эрика и его дружков.       — Ты шутишь? Скажи что шутишь, Ник.       — Разве это похоже на шутку? — предельно серьезно переспросил я.       Под ребрами заскребла совесть, за то, что я выболтал чужой как оказалось секрет и похоже Кэсс совсем не рада этому.       — Получается, я дважды его подставила. Боже, какой отстой!       — Ты не злишься, что он соврал тебе? — удивился я, ожидая от нее немного другой реакции.       — Нет… Наоборот, теперь я чувствую свою вину. Я просила его не вмешиваться. Глупо было думать, что он послушает. Наверное, мне не стоило превращать это в трагедию, тогда никто бы не пострадал.       — Это не отменяет того, что он сделал. Как бы там ни было, его поступок тоже далеко не самый благородный.       — Он волновался, его можно понять.       — Может и так, но методы у него, конечно, сомнительны с моральной точки зрения. Да и его взрывная реакция, честно говоря, напугала до чертиков.       — Да, он импульсивен, иногда груб, даже слишком, но тебе нечего бояться, если он на твоей стороне. Поверь. Я доверила бы ему свою жизнь.       В голове начал вторить голос Себастиана в порыве ярости и сразу вспомнились те бешеные глаза, вселяющие ужас. Казалось, он едва мог совладать с собой. Все это шло вразрез с тем, что описывала Кейси, если не знать, какая тревога была скрыта под железной маской плохого парня.       — У вас необычная дружба. Я имею в виду, что я впервые вижу такие искренние отношения без романтики, ну ты поняла.       — Да-да, дружба между парнем и девушкой — миф, я знаю. Но тут другое… мы будто связаны с детства, родственные души, которые нашли друг друга в темноте и мраке. Они сплотили нас, и после того, что мы прошли, сегодняшняя ночь — просто безобидная шалость.       — Могу представить.       — Вряд ли, — отсекла сразу девушка, — если только тебе не приходилось шестнадцать лет жить чужой жизнью, не имея никаких прав на свое собственное «я». Когда за тебя все решили и контролируют каждый шаг, а твой собственный дом не место любви и тепла, а холодная тюремная камера со строгим режимом. Я слегка утрирую, но суть, надеюсь, ясна.       — Извини, если задел за живое… Но если честно, то по тебе или Ноа так не скажешь. У него так собственное «я» вообще через край.       Она усмехнулась.       — Да… Наверное, я не должна говорить этого, просто… он не любит показывать свои чувства. Стесняется, но на самом деле он очень чуткий, добрый парень. Просто с ним, как и со мной, случилось много плохого.       — Добрый парень, который ведет себя как козел.       — Не вини его слишком. Он вырос в несладких условиях. Воспитанием занимались либо строго, либо не занимались вообще. Постоянные эмоциональные качели, метания из одного дома в другой. И непонятно который из них был хуже: где на тебя плевать или где ты раб Божий, который живет по расписанию, — заключив последнее в воображаемые кавычки, пояснила Кейси.       — Его бабушка чудесная женщина, тяжело поверить, что она может быть строгой.       — У нас очень набожные семьи. Воскресная школа была худшим адом. Это только на публике доброе безопасное место, освященное самим Богом. На самом деле за любой малейших проступок жестоко наказывали. Дисциплина там, добавь к этому еще такую же дисциплину дома, и я посмотрю каким ты станешь.       Не то чтобы она хотела пристыдить меня, но у нее это получилось. Я действительно не могу до конца понять, что пришлось пережить им двоим. Моя семья, хоть и не идеальна, но мама всегда делает все возможное для нашего с сестрой комфорта.       — Застал сегодня случайно их ссору дома. Это было ужасно.       — С мамой? — я кивнул в ответ. — Не знала, что она вернулась.       — Ну как я понял, у них давно не ладится.       — О, я бы сказала — никогда. Но сейчас она уже не представляет угрозы, да и он не ребенок, может дать отпор, в отличии от меня.       — Считаешь себя ребенком?       — В какой-то степени. Мне не хватит духу пойти против семьи. До сих пор хожу по струнке и отчитываюсь за каждый шаг. Я должна быть идеальной дочерью, а в будущем идеальной женой и матерью. Ходить в церковь по воскресениям и благодарить за все как Ноа говорит — чувака наверху, а не собственный труд и ум. Жду не дождусь свалить уже в колледж и как можно дальше отсюда.       — Мда уж. Теперь мне стыдно за свои глупые проблемы.       — Они не глупые, просто другие, — мягко улыбнулась подруга, а затем призадумалась, — можно задать тебе встречный вопрос?       — Конечно, спрашивай, что угодно.       — Что между вами?       Все тело моментально напряглось. Не ожидал, что получу такой вопрос, тем более, что однозначного ответа у меня на него нет. А учитывая формулировку, так и вовсе, оказался сбит с толку.       — В каком смысле «между нами»?       — Ну вы вроде недавно дружите, а у меня такое чувство, что ты обижен на него за что-то, я права?       — Мы не дружим. То есть, я не знаю. Если вкратце, то мы вроде как враги, которым пришлось стать приятелями.       — Хм, интересно, продолжай.       — Проект по биологии заставил нас общаться, после не очень теплого знакомства, а потом эта драка с Эриком… И мы вроде как перестали ненавидеть друг друга. Я не знаю как обьяснить, все так быстро происходит. Наверное, ты права, где-то в подсознании я все еще враждебно настроен, хотя уже ни раз убедился, что первое впечатление обманчиво.       Только она хотела что-то сказать, как наша идиллия, если можно так назвать, была нарушена появлением Дэвиса. Друг выглядел невыспавшимся и недовольным. Широко зевнув он лишь вяло кивнул нам обоим.       За ним точно так же вышла Аманда. Мы холодно перебросились «добрым утром», которое на самом деле было далеким от правды. Парочка проследовала на кухню, а Кэйси — в ванную комнату.       Завтраком как всегда руководил Дэвис, но я по привычке начал помогать. Пока поджаривались тосты, достал из холодильника арахисовую пасту, Нутеллу, ветчину, сыр и все что попалось под руку. Желудок заурчал как только почувствовался запах горячего хлеба и свежего кофе. Сухой сэндвич был последним, что я ел вчера за обедом в школе.       — Мда уж, у Ноа вкус совсем испортился. Опять связался с этой шмарой белобрысой, — без стеснения сказала Аманда, не взирая на мое присутствие рядом, — еще и сюда притащил, вот наглость. Рекомендую продезинфицировать диван.       — Выбирай выражения, ты понятия не имеешь, что случилось! — сразу же огрызнулся я в ответ на ее ядовитый комментарий.       — Да какая разница, по этой девице давно лечебница плачет, — хихикнув продолжила она. — М-м-м, очень вкусно! Котик, а где у тебя сахар?       Не знаю отчего я больше выпал в осадок, от ее ядовитых речей или того, что Дэвис даже глазом не повел, разливая кофе по кружкам, вместо того, чтобы хоть как-то пресечь это.       — Ты ее не знаешь и не тебе судить! — я подошел ближе, чтобы попасть в ее поле зрения и отвлечь от абсурдных лепетаний во внезапно оглохшее ухо друга. Аманда же и не думала прекращать, ее прям распирало от удовольствия поливать подругу дерьмом.       — Знаю и достаточно. Ее интересуют только крепкая выпивка, большие члены и как бы найти проблем на свою тощую задницу!       — Закрой рот, идиотка!       — Ник! Полегче, ты с моей девушкой говоришь вообще то! — наконец проснулся Дэйв.       — Твоя девушка, кажется, забыла тебе кое-что рассказать.       — О чем?       — Да Боже, чувак, сними очки, ты что, не видишь? Она же тебя использует! — Аманда сразу ахнула, прикрыв рот ладонью, не хватало только театрально расплакаться чтоб превратить себя в невинную и оскорбленную, а меня — в монстра. — Не можешь забыть его так и скажи, зачем это всё? — обратился я снова к ней.       В этот момент очень некстати вышла Кейси.       — Ты про меня говорила, дорогуша?       Она, кажется, все прекрасно слышала, но ни для одной из них это не стало большим удивлением. С обеих сторон полетели зрительные молнии. Ну супер. Не хватало еще девичьих разборок.       — А что, я разве неправду сказала? Ты та самая шлюшка, которая передознулась на рок концерте в прошлом году. Все это знают! — в прежней слащавой манере продолжила Аманда.       Мои глаза округлились от услышанного. Я испугался за Кейси, подумав, что это добьет ее, но зря. Ее лица не коснулась даже тень растерянности.       — А ты та самая психопатка, которая таскалась везде за Ноа? Из кожи вон лезла лишь бы он тебя трахнул, не так ли? Помню твои розовые сопливые записочки. Может еще напишешь, чтоб нам было о чем в следующий раз посмеяться после секса?       — Ах ты дрянь!       Аманда ринулась вперед, обезумев от злости. Я успел заслонить собой Кэс, а Дэвис перехватил вторую девушку сзади и оттащил назад.       — Прекратите!       Мы переглянулись с Дэвисом и поняли друг друга. Надо уносить ноги, пока хрупкие с виду создания не разнесли здесь все к чертовой матери.       — Жалкая лгунья! Я тебе язык вырву! Дэвис, отпусти!       — Ну давай попробуй, — с усмешкой в голове продолжала злить противницу подруга.       — Кейси, пошли отсюда, — схватив под локоть, я потянул ее за собой в прихожую. Последним ее «словом» стал адресованный Аманде средний палец.       Я слышал, как Аманда начала оправдываться перед Дэвисом, что все это неправда. Надеюсь, он примет правильное решение.       Мы быстро забрали свои вещи и покинули дом. Не на такое утро я рассчитывал, конечно.       — Стой! Давай помедленней, за нами никто не гонится, — окликнула Кейси, едва успевая идти рядом.       — Да. Точно, прости, — я сбавил шаг, ловя себя на мысли, что попал в какую-то дешевую мыльную оперу.       Мы дошли до небольшого сквера между моим домом и дорогой в школу. Я еще успевал зайти переодеться, но что делать с Кейси.       — Давай тут покурим, — внезапно предложила она.       — Я бы с огромной радостью, но у меня нет сигарет.       — Зато у меня есть! — она вынула из заднего кармана смятую вусмерть пачку, на которую даже смотреть было страшно, но как же я обрадовался этому.       — Ого! Стесняюсь спросить откуда.       — С вечеринки. Какая то девушка любезно подарила, вроде, а может я сама так решила не помню, — засмеялась блондинка, достав оттуда две надломанные трубочки.       Мы сели на лавочку, закурили и выдохнули совместный ахуй.       — Ты как? — аккуратно начал я.       — Если ты про Эмму или как там ее зовут, то мне абсолютно плевать. Было даже весело. Ее лицо… она чуть не лопнула от злости, видел?       — Ахах, да-а, это было безумие, — согласился я, вспомнив покрасневшую от стыда и ярости девчонку.       — И кстати, то, что я сказала ей — это неправда. Мы с Ноа не…       — … Да я знаю. Он уже объяснил вашу схему.       — Фух! Супер. Надеюсь, теперь она успокоится и отстанет.       — Я слышал ее версию истории. Не подумай, что я жаден до сплетен или вроде того, наверное, это не правильно вот так обсуждать, но тогда она показалась мне вполне адекватной.       — Уж не знаю, что она тебе наплела, но девочка живет в своем мире. У них была интрижка, ничего особенного, но потом она будто стала одержима им. Ревновала ко всем, даже к друзьям. С одной стороны, я могу это понять, но-о-о с другой — это ненормально. Ноа, конечно, тот еще сердцеед, но не настолько же, чтобы с ума сходить.       — Теперь я, кажется, понял смысл фразы потерять голову от любви.       — Именно. Но в одном эта девка права — он совершенно не умеет выбирать. Все его подружки какие-то чокнутые.       — Так пусть найдет себе парня, — недодумав ляпнул я.       — Да я ему уже говорила, — усмехнулась она в ответ, — но он меня послал.       Пока мы начали разгонять эту тему, я предпочел промолчать. И так слишком много наболтал за сегодня. Мы докурили, я взглянул на часы и спросил:       — Что дальше?       — Хороший вопрос. Мои уже ушли на работу, надо успеть домой зайти до первого урока и попытаться привести себя в человеческий вид.       Я хотел сказать, что подумал ровно о том же, но внезапно разорвавшийся воплем телефон в кармане, чуть не убил меня. Надо сменить этот чертов звонок.       Номер был неизвестный, но я догадывался кто это мог быть.       — Алло.       — Ник, ты там жив вообще? — беспардонный наезд обескуражил, но уже не удивил как раньше.       — А хотя бы «привет» не хочешь сказать?       — Да. Привет. Кесси с тобой? Дай ей трубку.       Я передал подруге телефон, пока абонент на другом конце не сошел с ума от нетерпения.       — Да… Да, Ноа все в порядке. Нет, мой телефон хрен знает где вообще. Нет, мы уже ушли оттуда…       Пока она объясняла, где мы находимся, я докурил и выбросил фильтр. Оглянувшись, я отметил про себя: как прекрасно выглядит город без людей в это время суток. Такая тишина, спокойствие. Холодное солнце, в лучах которого остановилось время. Хотелось остаться в этом моменте навсегда.       Закончив звонок, Кэйси вернула телефон и сообщила, что Ноа заберет ее возле моего дома минут через пятнадцать и мы направились прямиком туда.       Я больше ничего не спрашивал, да и она не пожелала ничего добавить. Наши ночные секретики негласно остались в гостиной Дэвиса. Я был бесконечно благодарен, что она решилась поделиться их историей и позволить мне чуточку лучше понять с виду наглого, закрытого парня.       Ноа приехал даже раньше, чем обещал. Скорее всего, он был уже на полпути, когда позвонил. Машина остановилась на другой стороне улицы. Парень даже не вышел, лишь поморгал фарами, чтобы подруга поторопилась. Я смог уловить только его короткий взгляд сквозь лобовое стекло.       Попрощавшись с Кейси, я двинулся к дому. Вынув связку ключей из бокового кармана рюкзака, я никак не ожидал что дверь распахнется сама собой.       — Никки?! — так же удивилась мама, не ожидая обнаружить меня на пороге.       Я мысленно хлопнул себя в лоб, забыв о том, что обычно она уходит позже по… а какой сегодня день недели вообще? Неважно.       — Привет, мам.       — Солнышко, ты почему здесь? — подозрительно посмотрела мама, ведь обычно мы с Дэвисом сразу шли в школу, когда я оставался у него.       — Да, я просто забыл… нотную тетрадь. У меня сегодня сольфеджио по расписанию.       Я поторопился пройти внутрь, максимально задержав дыхание, чтобы она не почуяла запах табака, которым скорее всего разило за версту.       — Может тебя тогда подвезти? Я подожду.       — Нет! — слишком резко отсек я, но сразу себя исправил, — в смысле, не стоит, у меня еще час до занятий.       — Ну ладно, как хочешь. Хорошего дня, милый.       — Спасибо. И тебе тоже, мам.       Было видно, что у нее осталась тень сомнения, но она не стала больше расспрашивать в отличии от сестры, которая нарисовалась тут как тут, едва закрылась входная дверь.       — У тебя нет сольфеджио по четвергам, — словно голос правосудия раздался за спиной.       — Черт возьми, ты напугала меня!       Сложив руки на груди, она стояла в проеме между гостиной и смотрела так будто я преступник.       — Так и? — притопывая ножкой, сестра требовала пояснений.       — Что «и»? Тебе какое дело есть оно или нет?       Я разулся и скинул вещи, желая быстрей добраться до своей комнаты.       — Никакого. Интересно, где ты был и кто та милая девушка, что проводила тебя до дома, а затем уехала с твоим новым другом.       Я остановился на середине лестницы, удивившись ее осведомлённости, к которой я никак не могу привыкнуть.       — Знаешь, твоя наблюдательность начинает напрягать.       — Я младшая сестра, шпионить — моя работа, — она непринужденно вкинула руки в стороны, а затем хитро улыбнулась, — Ну так что, расскажешь?       — Нет, Дэнни, иди в школу.       — Фу, зануда! — фыркнул маленький инспектор не своих собачьих дел и скрылся на кухне.                                                             ***       Следующие два дня в школе на удивление не стали кошмаром, которого я ожидал. Да, я все еще жил от звонка до звонка, и с Дэвисом не сказать чтобы все было гладко. Он был все еще обижен в какой-то степени, но мы оба пытались сгладить углы в общении. Я не рисковал пока заводить разговор об Аманде, словно того утра не было, но мы оба понимали что это нужно будет обсудить, когда придет время. Я уже высказал ему свое мнение, а что делать дальше, решать ему. В прошлом году он пытался уберечь меня, но это не сработало. Как я позже понял, не имеет смысла даже пытаться убедить влюбленного человека в том, что он ошибается. Только собственный опыт расставит все на места. Поэтому я занял позицию наблюдателя и сам перестал загоняться.       На переменах я часто встречал Кейси. В основном наше общение касалось уроков, выяснилось что у нее ровно такие же «хвосты» как и у меня по общеобразовательным предметам. И пару раз нам даже удалось слинять на перекур. Эта несчастная постройка, где все началось, теперь официально стала нашей тайной комнатой для сплетен. Ее история с подругой и бывшим парнем постепенно превратилась в объект наших шуток. В какой-то момент мне начало казаться, что я знаю Кейси всю жизнь. Девушка буквально понимала меня с полуслова. Именно этого мне не хватала в Дэвисе последнее время, но я больше не винил его и не обижался. Просто принял, что мы взрослеем и это нормально, что наши взгляды разняться. И уж тем более я не могу требовать от кого-то внимания, учитывая, что сам не в состоянии пока дать что-либо взамен.       Но самая главная причина моего хорошего настроения была не обстановка в школе, а то, что происходило в цифровом пространстве. Все эти дни я почти непрерывно трепался с Ноа в сети, не заметив, как мы начали обсуждать все что угодно. От аниме до всемирных теорий заговора. Несмотря на то, что он обещал вернуться в школу к концу недели, а по факту его больничный продлили до понедельника, я ни разу не ощущал его нехватки в своей жизни. И приятно удивился, когда он позвал меня на репетицию своей группы в субботу. Казалось, все начало налаживаться. Даже шайка Эрика оставила меня в покое, хотя я не раз попадал на их радар. Неужели им наскучило?       В пятницу я остался в художественном классе после уроков. Хотел закончить работу по графике. К тому же теперь у меня было полно свободного времени.       Из-за музыки в наушниках я не услышал, как кто-то вошел, и вздрогнул, почувствовав неожиданную тяжесть на плече.       — Что за черт! — вылетело изо рта раньше, чем я обернулся.       — Извини, не хотел тебя напугать.       Вот кого-кого, а этого человека я точно не ожидал увидеть. Непонятно только, что он забыл в классе, к которому имеет нулевое отношение, да еще и после уроков.       — Что ты здесь делаешь? — спросил я спокойным голосом.       — Я просто… проходил мимо. Увидел тебя, решил поинтересоваться, как дела.       — Великолепно. Все? Можешь идти дальше, — не думая о том, насколько грубо прозвучал мой ответ, я отвернулся и взялся вновь за грифель.       Но, к моему большому раздражению, он не спешил уходить. Начал делать вид, что разглядывает другие работы, то и дело бросая пристальный взгляд в мою сторону. Какого хрена ему вдруг нужно?       — Хм, неплохо, — остановившись напротив одного холста, прокомментировал Нейт, будто что-то понимает, — но твоя гораздо лучше.       Я молчал, давая понять, что ему тут не рады, но его это нисколько не смущало. Измерив студию шагами, он вернулся ко мне. Загородил весь свет и гипсовую голову Давида, которую как раз нужно было изобразить.       — Я из-за тебя ничего не вижу.       На его тонких губах заиграла ухмылка, а в темно-синих глазах промелькнул хорошо знакомый блеск.       — Может тогда нарисуешь меня, как раньше? М?       — Бля, ты издеваешься? Что тебе надо, черт возьми? — не выдержал я.       — Как я уже сказал, просто хочу знать как ты? Особенно после… ну ты понял.       Он слегка виновато потупил глаза в пол, но это никак не помогло понять истинный мотив его присутствия. Почему сейчас?       — А какая тебе разница вообще? Особенно после… всего?! Думаешь, можешь вот так прийти, сделать вид, что ничего не было и я на радостях буду тебе свои дела рассказывать?       Удушливый комок эмоций начал подниматься из самых темных глубин подсознания, где были похоронены все воспоминания о нем, о нас, и своей собственной глупости.       — Ник, я понимаю, ты все еще злишься. Но давай оставим все плохое в прошлом.       — Не знаю как ты, но я уже давно это сделал. Оставил это, как ты назвал, «недоразумение» в прошлом. Не понимаю, чего ты сейчас добиваешься, но мне это неинтересно.       — Послушай, Ник, — его руки вновь обняли меня за плечи, а голова склонилась над ухом, — может, мои слова прозвучат как бред, но мне реально жаль, что у нас так все закончилось. Я испугался. Ты должен понять.       — Я должен? — сбросив его руки с себя, я вскочил с места. — Назови хоть одну причину, почему я «должен» тебя понять, а не послать на хуй?       — Клянусь, я пытался выкинуть тебя из головы. Забыть. Стереть. Но не могу. Я не могу перестать думать о тебе.       В глазах напротив поднялась паника. И я почти поверил ему, благо здравый рассудок в этот раз меня не покинул.       — О, нет. Стоп стоп. Не продолжай, я не хочу знать.       — Пожалуйста, Ник, выслушай. Я ошибся. Сотню раз уже пожалел, что оттолкнул тебя тогда. Но ты знаешь, как я рисковал. Если бы кто-то узнал о нас после той ночи, я бы все потерял.       — А я, блять, типа не в счет? Я по твоему горел желанием, чтоб все узнали? Мало мне дурацких подколов? От твоих дружков по большей части, между прочим. Даже сейчас ты ставишь себя выше, будто я должен тебе посочувствовать. А какого мне, ты хоть подумал?       — Да, я поступил как мудак, не отрицаю. Но я многое понял и хочу все исправить. Дай мне шанс.       — Шанс? — нервный смешок вылетел изо рта, — у тебя была куча шансов и десяток вариантов, как можно было поступить, но ты выбрал самый ублюдский. А теперь просишь меня начать это дерьмо сначала? Нет уж, увольте.       — Перестань, мы же не чужие люди. Никки, я же вижу, ты тоже этого хочешь.       Он сократил расстояния между нами до минимума, рука коснулась моей щеки, а затем в губы врезался самый беспардонный поцелуй на свете. Оттолкнув от себя эту сволочь со всей что было силы, я сам чуть не потерял равновесие налетев спиной на стеллаж позади себя от шока. С громким шорохом на пол посыпались карандаши и кисти.       — Ты совсем охуел? Я сказал — нет!       Он видимо расценил мои слова как торги, не желая принимать реальность.       — Кого ты обманываешь? Думаешь, я не замечаю, как ты смотришь? Думаешь, я бы стал впрягаться за тебя перед Эриком, будь мне плевать? Пришел бы сейчас? И не смей отрицать факт, как нам было хорошо. Я не поверю. Зачем от этого отказывать, если мы все еще можем вернуть эти чувства, а не мучить друг друга.       — Я не просил тебя ни о чем! И хорошо было только тебе! Очень удобно играть за две команды — всегда есть с кем потрахаться, а в случае чего сбежать и прикрыть свою задницу. Меня так не устраивает. Больше нет.       — Ты ошибаешься. И я докажу, что ты не прав.       Его кулаки сжались, а лицо из виновато-умоляющего превратилось в озлобленное и обиженное. Принимать отказы или достойно проигрывать никогда не вписывалось в картину мира Нейта. И прямо сейчас это пугало до глубины души.       Схватив свою сумку с пола, он вышел из класса, хлопнув дверью так, что стекло в деревянной раме задрожало, норовив выпасть и разбиться в дребезги, так же как и мое отпизженное сердце.       Ноги подкосились, заставив сползти вниз. Старые раны будто начали расходиться по швам, кровоточить в груди, заполняя собой трезвое сознание. Я думал, что ему уже никогда не удастся задеть меня. Думал, что выковал достаточно прочную броню, что слезам не пробиться сквозь равнодушную маску. Но она растаяла как сахарная вата, вновь обличив того наивного идиота, которым я был и остаюсь до сих пор.