Отдых в тюрьме

— Какие у нас сегодня планы? — спросила Паймон, мельтешащая перед глазами. Компаньонша заметно надоедала в последние дни. Пребывание в Фонтейне и навалившиеся проблемы давили тяжелым грузом на плечи Люмин, а ее разговорчивая напарница нервировала своими бесконечными речами. Сбежать от нее не получалось — она везде следовала за путешественницей, казалась несамостоятельной, даже зависимой от нее. — Наведаемся к Тарталье в Крепость Меропид, — произнесла с недовольным вздохом, складывая вещи в сумку. Паймон затрещала в ответ, взволнованно рассуждала о местной тюрьме и законах, взвешивала имеющуюся у них информацию. Как оказалось, исходя из настороженных выводов компаньонши, подробностями о Меропид они не располагали. Люмин бесконечно хмурилась. Чувствовала нарастающую головную боль, буквально сверлящую виски. Не дожидаясь Паймон, она вышла из арендованного жилья. Зашагала к ближайшей остановке аквабуса, попутно рассматривала оживающий утром город. К самой Крепости пришлось добираться на своих двоих — сюда не ходил общественный транспорт, а территория оказалась чересчур закрытой, охранялся каждый миллиметр. Неприступные стены грозно возвышались над путешественницей, давили, внушали свое величие. По ее коже вдруг пробежал холодок. Она поежилась, оглядываясь по сторонам. Перед ней выросло несколько силуэтов, явно недобро настроенных. Заозиралась. Люди окружали ее. — Смотри! Это за нами! Что же делать? Мы же пришли с миром! — Паймон запаниковала, хватаясь за голову. Перепуганная летала из стороны в сторону. — Уймись, — прошипела напряженная Люмин. Выпрямилась, расправила плечи. Уверенная в своей невиновности и неприкосновенности. Гвардейцы обступали со всех сторон. Среди них путешественница различила главного. Молодого мужчину с безразличными серыми глазами, в плаще с темным мехом на воротнике, и цепями, как элементами одежды, а не кандалами. Необычный. Весь его вид кого-то напоминает. — Кто вы такие? — начал он. Взгляд его холодных глаз исподлобья едва не заставлял дрожать от страха. — Паймон — это Паймон. А это — Люмин. Мы путешественницы. Пришли навестить друга, — затараторила компаньонша. Активно жестикулировала и неловко смеялась. — Мы не хотели ничего нарушать, очень извиняемся, если сделали что-то не так… — продолжала она. Но тирада Паймон совсем не интересовала начальника тюрьмы. Его взгляд был прикован к девушке рядом с ней. То, с каким вызовом и твердостью она смотрела на него, не могло остаться незамеченным. — Арестовать, — скомандовал мужчина своим подопечным, — летающую штуку под стражу, вторую в мой кабинет. — Развернулся бесцеремонно, а гвардейцы нацепили наручники и увели незваных гостей согласно приказу. Паймон очень сопротивлялась, хваталась за руки подруги, а ее рот все никак не затыкался. Путешественница закипала. Уж очень хотелось прикрикнуть на компаньоншу, чтобы та наконец умолкла. Благо, ее увели совершенно в другую сторону. Внутри Крепости оказалось довольно мрачно. Чего и следовало ожидать от тюрьмы, разумеется. Сыро и прохладно. Если бы не механизмы и мелкие детали, соответствующие всему остальному образу Фонтейна, Люмин бы никогда не подумала, что Меропид правда находится в стране Гидро. Слишком уж здесь все развито, причем в каждой сфере. Путешественница на секунду представила, что Фонтейну больше подошла бы тюрьма, где вместо клеток большие пузыри, из которых нельзя выбраться. Как у магов Бездны. Было бы забавно. Погруженная в свои мысли девушка и не заметила, как стража привела ее в кабинет своего начальника. Гвардейцы отдали честь и покинули помещение. Комната показалась куда более уютной, чем остальное здание. Все еще в темных тонах, без роскоши. Несколько массивных шкафов с книгами и документами. Большой бордовый ковер, на котором расположен стол, кресло и пара стульев для посетителей. Очень сдержанно, под стать хозяину кабинета. Люмин застыла посреди комнаты, осматривала каждую деталь. — Садитесь, — скучающе произнес мужчина, устроившийся в кресле. Он сцепил пальцы в замок перед собой и не сводил взгляда с девушки. Люмин осторожно села. Наручники брякнули, а она хмыкнула — ей хватит малейшего усилия, чтобы разорвать их. Если они, конечно, не зачарованы. — Как я могу к вам обращаться? — спросил мужчина. — Люмин, — он сделал пометку в своем блокноте. — А как могу обращаться к вам я? — девушка поерзала на стуле, чтобы устроиться поудобнее. Тишина и спокойствие в кабинете расслабляли ее загруженную голову. — Герцог, начальник Крепости Меропид, Ризли, — перечислил он, — как пожелаете, — подпер голову одной рукой, а второй выводил нечеткие линии в воздухе. — Ризли, — протянула путешественница, будто оценивая, насколько ему подходит это имя. Кивнула, — так в чем же причина нашего ареста? — Еще немного и вы бы вторглись на государственную охраняемую территорию, — мужчина постучал пальцами по поверхности стола, — полагаю, у вас были на то причины. Я спишу все на неосведомленность, но, все-таки, незнание правил не освобождает от ответственности. Люмин вздрогнула. Клеймо преступницы ее никак не радовало. — Да, здесь заточили нашего… друга, — называть Чайльда «другом» было крайне тяжело. Он был, скорее, хорошим врагом. — Я сожалею, что не изучила местные законы и обычаи. Ризли продолжал смотреть на нее. В его взгляде, правда, не было ничего кроме скуки. Эта ситуация его настолько не интересовала, что он даже разочаровался. — Ладно, — мужчина оперся ладонями о стол, чтобы подняться, — нет смысла держать вас здесь. Прощу вас в этот раз. Но и к другу попасть вы не сможете, пока не пересмотрят его дело и результаты Оратрис. Позвольте, — он подошел к путешественнице, протянул раскрытую ладонь к наручникам на ее запястьях. Какое-то неясное движение пальцами и оковы спали даже без ключа. Ризли подхватил их, бросил в ящик своего стола. Девушка невольно потерла руки, вставая с места. — Прошу прощения, могу ли я озвучить одну просьбу? — спросила она, предвкушая насмешку или холодный отказ. — Попробуйте, а я подумаю, — уставился на нее снова. Ожидал чего-то неординарного от такого гостя. — Понимаете, в последнее время много всего произошло, а под ухом всегда находится Паймон, которая разговаривает без умолку. Голова не выдерживает. А у Вас тут так спокойно. В общем, могу я немного посидеть где-нибудь тихо? Постараюсь не мешать, — Люмин замялась. Кажется, ее щек коснулся румянец. Скорее от стыда. Но попытаться ведь стоило? Уголок губ Ризли дрогнул, поднялся вверх. Мужчина удивленно вскинул брови — такого пожелания он совсем не ожидал. — Хорошо, — ответил он, кивая на круглый стол с креслом подле книжного шкафа, — можете отдохнуть там. А я пока займусь работой. — Благодарю! — на лице путешественницы расплылась улыбка. Она засомневалась на долю секунды, будто совсем не была готова к такому простому согласию начальника Крепости. Но усталость брала свое. Люмин подвинула кресло так, чтоб его спинка смотрела в сторону стола мужчины — так им бы не пришлось пересекаться взглядами. Устроилась на мягком сидении, блаженно откинула голову назад и прикрыла глаза. Звук перелистывания страниц и аккомпанемент пера, скользящего по бумаге, скорее убаюкивал, а не раздражал, как это бывает обычно. Неужели события так давили на Люмин, что она нашла спокойствие в тюрьме? Фактически девушка не за решёткой, но, все-таки, в Крепости Меропид. Кто знает, каких преступников тут держат? Да и насколько на самом деле жесток герцог? Или, скорее, справедлив? Путешественница и не заметила, как провалилась в сон. Устроилась головой на столе, используя собственные руки вместо подушки. Ризли поглядывал на спинку ее кресла — больше ничего не было видно — и не верил своим нарушенным принципам. Они раскололись о твердую уверенность девушки, которая вдруг попросила о незначительном одолжении, потому что ей надоел ее компаньон. Всего-то. А Ризли, не жалующий общество чужаков, отчего-то согласился. Странно. В дверь постучали. — Кто? — спросил мужчина вполголоса. Не заметив движения в кресле подле шкафа, поднялся с места. — Винс, господин, — отозвались из коридора. Герцог подошел к двери, скользнул взглядом по девушке. Спит? Усмехнулся, тут же принял серьёзное выражение лица. Открыл дверь. Перед ним стоял гвардеец и, кажется, он очень боялся своего начальника. — Говори, — приказал Ризли, скрещивая руки на груди. — Поймали преступника, замешанного в нескольких крупных инцидентах. Господин Верховный Судья просил немедленно провести допрос. Мужчина вздохнул, задумался о чем-то на мгновение. — Стой здесь, никого не впускай, — указал на дверь, ведущую в его кабинет, — скоро вернусь. Ризли освободился через двадцать минут. Шел по коридору и показался чуть более задумчивым, чем обычно. — Никто не входил, не выходил? — гвардеец встрепенулся, завидев начальника. — Нет, господин! — Отлично, свободен, — Винс поспешил ретироваться, иначе его нервы просто не выдержали бы. Ризли шагнул внутрь кабинета, прикрыл за собой дверь. Девушка будто и не сдвинулась с места — так хорошо спала. Но дела не требовали отлагательств. — Мисс Люмин, — позвал он, но не получил в ответ никакой реакции. Попробовал снова, но уже слегка потрепал ее по плечу. Путешественница вздрогнула, подняла голову, оглядываясь. Сонными глазами уставилась на мужчину, кажется, пыталась вспомнить. — Прошу прощения, мисс, работа не ждет, я должен уехать. — Ризли старался быть мягким, хотя, кажется, очень спешил. — Ой, — Люмин наконец поняла, что происходит, — это я должна извиняться. Спасибо за Вашу доброту, — встала с кресла, потерла глаза, чтобы скорее прийти в себя. — Не стоит благодарности, — Ризли помахал ладонями перед собой, — Ваш компаньон должен быть у гвардейцев на выходе. Девушка поморщилась. — Бездна ее дери, — выругалась полушепотом, растирая пальцами висок. Хмурая направилась к двери. — На самом деле, — вдруг подал голос Ризли, — я бы мог предложить услуги Крепости Меропид. Выделить Вам «комфортабельные» зарешеченные покои. На время. По крайней мере, здесь Вас не потревожат, мисс Люмин, — он был серьезен, хотя в его голосе прослеживались нотки иронии и сарказма. — Только если это не повлияет на мою репутацию, — путешественница повеселела. Сомнительное предложение казалось очень привлекательным. — Ни в коем случае, — Ризли отрицательно помотал головой. — Идите за мной, — поманил ее рукой к выходу. Мужчина привел ее к камере. Она выглядела опрятнее и уютнее некоторых номеров, в которых останавливалась Люмин во время путешествий. Здесь и кровать, и книжные полки, и стол с письменными принадлежностями, и даже полноценная уборная. Что еще нужно для счастья? — Простите, у Вас каждая камера выглядит так? Если да, то я готова на пожизненное, — девушка наблюдала за лицом Ризли, украшенным улыбкой. Теперь поняла. Он похож на большого пёсика. — Что Вы, таких всего пять. Эти камеры для особо важных, скорее даже высокопоставленных лиц. — Сочту за честь, — мужчина пропустил Люмин внутрь, запирая за ней замок. Она скользнула к кровати, оглянулась, благодарно кивнув. — Загляну к Вам позже, — Ризли откланялся, постепенно погружаясь из беспечного диалога в суровую рабочую атмосферу. Застал ее поздно вечером читающей книгу на кровати при свете лампы. Ее безмятежное лицо не шло ни в какое сравнение с тем хмурым выражением после пробуждения. Блаженно перелистывала страницы, улыбалась — увлечена. — Добрый вечер, — Ризли нарушил тишину, выходя из темноты коридора. — О, — девушка вздрогнула от неожиданности, отложила книгу в сторону, — добрый. Вы меня напугали. — Думал, прославленного воина испугать не так-то просто, — мужчина уже успел нарыть на нее информацию. Похвально. — Да, я слишком расслабилась, — подтвердила она, — в другое время вы бы уже корчились от боли на полу темницы, — хитро улыбнулась, — шучу. — Угрожаете начальнику тюрьмы? Рискованно, — покачал головой, рассматривая ее пальцы, обхватывающие металлические прутья решетки, — впервые вижу, чтобы кто-то так радовался пребыванию в Крепости Меропид. — Фактически я не осуждена и не заточена здесь, не так ли? — путешественница улыбнулась. Развернулась спиной к мужчине, элегантно вышагивая по каменным плитам так, чтобы не задевать стыки. В окно пробивался яркий лунный свет, напоминающий о том, что уже далеко за полночь. — Вы правы, — Ризли кивнул, сцепил пальцы в замок за спиной, — что ж, день выдался насыщенным. Позвольте откланяться. — Доброй ночи, господин начальник, — бросила девушка, не оборачиваясь. Вернулась к книге, как только звук шагов в коридоре стих. Он пришел к ней вечером следующего дня. Люмин сидела за столом и что-то тщательно выводила пером на бумаге. Перед ней лежали три книги в раскрытом виде. Она обернулась, услышав шаги, и тут же оторвалась от своего занятия. — Здравствуйте, — снова улыбалась. Пребывание в тюрьме шло ей на пользу? — Добрый вечер, — Ризли кивнул, бросив взгляд на письменные принадлежности, — чем занимаетесь? — Записываю свои мысли о прочитанном, — девушка заметила, как его брови приподнялись, и поспешила объяснить, — свободная минутка появляется крайне редко, поэтому сейчас есть хорошая возможность заняться саморазвитием. Интеллектуальным, разумеется, с физическим у меня все в порядке. — Занятно. Путешественники тоже обременены заботами не меньше моего, — протянул задумчиво. — А как же, — Люмин не переставала улыбаться, переминаясь с ноги на ногу. — Я, собственно, зачем пришел, — вдруг сказал мужчина, зарываясь в карман брюк пальцами, — не составите мне компанию за чашечкой чая? Девушка замерла на мгновение. Не обдумывала — вовсе нет. Скорее удивилась. — А Вы со всеми заключенными чай пьете? — ехидничала, заглядывая в его глаза. — Нет. Только с невиновными и интересными, — склонил голову набок, — так что это будет впервые. — Что ж, звучит заманчиво, — она приложила указательный палец к подбородку. — Так уж и быть, стану Вашей «первой». Люмин помнила, кто перед ней стоит, и даже запереживала, что прямо сейчас он скажет не перегибать палку. Или вышвырнет отсюда. Или, наоборот, засудит за оскорбление чувств госслужащих и заточит в самой ужасной камере Меропид. Но мужчина рассмеялся. Так приятно и беззаботно. Его голосу и внешнему виду больше шел смех и непринужденность, чем скучная строгость. Таким он был живее, привлекательнее. Ризли открыл замок, выпустил девушку наружу. Она следовала за ним, разглядывая длинные коридоры. Невольно вздрагивала от прохлады. Да, чай был бы как никогда кстати. Мужчина любезно пропустил Люмин в кабинет, запер за ними дверь. Указал на уже знакомое кресло, в котором она вчера уснула, а сам перенес к столу свое. Девушка села, подперла рукой подбородок и искоса рассматривала Ризли. Взгляд цеплялся за черные повязки на его шее, на его руках. На брошь в виде волка, закрепленную на груди. Кажется, это было своеобразное удостоверение начальника Крепости Меропид. Но это были лишь предположения. Стоило бы спросить напрямую у владельца. В дверь постучали. Мужчина впустил внутрь гвардейца с подносом. Тот постарался не вступать в зрительный контакт с девушкой и, оставив посуду на столе, быстро удалился. Ризли выдохнул с облегчением, подошел к столу, чтобы разлить чай по чашкам. Путешественница только сейчас заметила шрамы под его правым глазом и на шее. Они шли ему до безобразия. Сразу давали понять, что этот человек — военный, привыкший к тяжелым непредвиденным ситуациям. А его должность и титул говорили о его влиянии, уважении в обществе. Но сейчас он любезно придвинул девушке чашку с горячей ароматной жидкостью золотистого цвета. Подцепил длинными пальцами песочное печенье с ягодным джемом в центре и с наслаждением положил в рот. — Вам такое нравится? — Люмин заинтересованно изучала лакомство, улыбалась. Опять. — Нравится, — уголки его губ дрогнули и поднялись вверх. Глянул так озадаченно, ждал. — Не подумайте неправильно, я тоже люблю их. Просто почему-то подумала, что вас интересует что-то более изысканное, — путешественница отрицательно замотала головой, выставив раскрытые ладони вперед, мол не имела ввиду ничего плохого. — Я вполне обычный человек, — Ризли пожал плечами. Девушка едва не подавилась от такого заявления, вызывая легкий смешок мужчины. — Ну, наделённый некоторой властью, — закивал, пожимая плечами. — Кстати, Ваш компаньон помещен в отделение для буйных. Люмин прыснула. — Простите, — прикрыла рот ладонью, — что? — Она сводила с ума гвардейцев своими истериками, устраивала беспорядки, — Ризли задумчиво сделал глоток, — на нее наложена печать молчания. Она не может говорить больше десяти слов в день, — пояснил он, — это продлится около двух недель. — Потрясающе, — глаза путешественницы заблестели, — а можно поставить печать навсегда? — девушка прокашлялась, — то есть, забудьте, — мужчина отвернул голову в сторону, чтобы скрыть свой смех. — Десяти маловато, наверное. Как только мы выйдем отсюда, она исчерпает лимит простым: «Люмин, я так скучала, что они там с тобой делали?» — путешественница загибала пальцы после каждого сказанного слова. — Хотя довольно удобно. Они разговаривали о чем-то, постоянно находили новые темы, делились историями из жизни. Дружба между ними завязалась слишком быстро, слишком спонтанно. Интерес разгорался с каждой встречей. А они проводили за разговорами почти каждый вечер на протяжении недели. Даже договорились на тренировочный бой, в котором не оказалось победителя, но оба удостоверились в силе оппонента; пообещали дать друг другу пару уроков. И вот пришло время уходить. Путешественница и так задержалась здесь дольше, чем нужно, но ни о чем не жалела. — Подвиги ждут, — она неловко переминалась с ноги на ногу, — спасибо за все, мистер Ризли. Я перед Вами в долгу. — Не хотите на «ты»? Думаю, мы уже не совсем чужие люди, — предложил мужчина, облокачиваясь о свой письменный стол. — Давай, — согласилась почти сразу. Их взгляды встретились. — Тогда, Люмин, — он шагнул к ней навстречу, — позволишь мне сразу списать твой долг? Брови девушки вопросительно изогнулись. Неуверенно кивнула, не в силах прервать зрительный контакт. А Ризли подошел совсем близко, вплотную. Смотрел на нее сверху вниз, изучал каждый миллиметр ее лица. А путешественница застыла, даже затаила дыхание. Поняла все по его взгляду. Теплому, совсем не такому, как раньше. Мужчина наклонился к ней ближе. Увидел лёгкую улыбку и одобрение в золотистых глазах. Прикоснулся к ее губам своими так мягко, почти невесомо. А она обвила его ладонь пальцами, сжимая. По телу пробежала волна мурашек, в груди расплывалось щекочущее приятное чувство. Его бархатное дыхание обжигало губы. Она прильнула к ним последний раз, прежде чем оба отстранились. Щеки девушки залились краской. — Я провожу тебя, — смущенный мужчина распахнул двери. Не отпускал ее руку вплоть до выхода. Завидев гвардейцев, Люмин сама разжала пальцы, одергивая ладонь за спину. — Сохраним твой имидж, — проговорила полушепотом, отвела взгляд. Неловко. — Поверь, с этим точно не возникнет проблем, — заверил ее Ризли, остановившийся перед ступенями. Нервничал, не хотел отпускать так просто. Но по-другому нельзя. — Ну, до встречи? — путешественница спускалась по лестнице, боясь оборачиваться. Печаль въедалась в грудь. Успела привыкнуть, привязаться. Сильнее, чем когда-либо. — До встречи, — мужчина смотрел ей вслед, глупо улыбаясь. Эта девушка за такой короткий срок завоевала отдельное место в его сердце. Невероятная. — Господин, вы выглядите счастливым, — гвардеец, стоявший неподалеку, озвучил то, о чем думали все окружающие их солдаты. — С чего бы?