Подарок на Новый Год.

— Здравствуйте, проходите и присаживайтесь на любое место. Сейчас я всё подготовлю и начнём.        Оттряхнув пальто от снега, Юнги повесил его на вешалку вместе с шарфом, так как шапку он не носит, у выхода и прошёл в зал. Выбрав рандомное место, он плюхнулся на кресло и, тяжело вздохнув, принялся рассматривать своё отражение.        — Если уж и здесь мне не понравится, то я точно перееду и даже Намджун меня не переубедит, — на грани слышимости произнёс Мин, рассматривая помещение и интерьер.        На улице была метель, поэтому даже пробегала мысль, что он не сможет дойти до места или же опоздает. И почему то, когда за окном такая погода и ему нужно идти в парикмахерскую, то его машина ломается. Просто не заводится. Хотя он прекрасно знает, что это сделал Намджун, но тот даже под дулом пистолета не признается, ибо нервы Юнги просто не выдержат. Уж слишком много Ким начал в последнее время всё ломать. Но не суть. Сейчас он находится в месте, которое не должно его подвести, иначе он начнёт думать, что весь мир направлен против него. Почему он так категоричен? Да просто уже сил нет. Он побывал уже в каждой парикмахерской, и в каждой ему испортили волосы. То подстригут слишком коротко, то осветление пойдёт коту под хвост, то краску перепутают. К слову, из-за этого Хосок и Намджун звали его «Сладкой Ватой», потому что он был розовый. Не спрашивайте. Но именно ребята успокаивали его и не давали писать жалобы. Что ж, хорошо. Но это не отменяет того факта, что 2-3 месяца он уже боялся искать себе другого мастера. В Тэгу было легче. На кой чёрт он переехал в Сеул? Он продюсер, а его друзья очень убедительные. Пак Чимин. Так звали мастера, которого он нашёл буквально чудом. Хотя он слишком сомневался в нём, ибо отзывов было слишком мало, несмотря на просторы города. Но не суть важно. Он написал, спросив, можно ли прийти к нему. Ему ответили сразу, но у Пака всё было забито, так как к Новому Году, видимо, все готовятся заранее, и он не исключение. Поэтому Чимин предложил прийти в понедельник, но это выходной день, потому записей и других мастеров сегодня не было. Юнги сразу в переписке уточнил, можно ли сделать ему причёску, что была на фото, которое он прислал. Пак ответил без проблем, но Юнги уже слышал такие ответы. Так что он не особо поверил.        — Вы не против лёгкой музыки? — Нет.        Чимин, появившись за спиной, настроил под себя высоту кресла и, закрепив пеньюар на шее клиента, начал замешивать краску. Решили они начать с этого, но Юнги без разницы, главное закрасить этот тихий ужас на голове. Он выбрал чёрный. Давно он не красился в него, да и некому это было делать. Даже себе он не доверяет. Он уже любил это место. Тихо, спокойно. Приятный запах свежести, мягкий и тёплый свет. Ненадоедающий мастер. Он уже готов поставить этому месту пять звёзд. Даже вид из окна завораживает. Обычно, когда он приходил к новым мастерам, то им обязательно нужно было о чём-то поболтать. Но Юнги называет это чесанием языка. Не судите строго, просто Юнги по душе тишина и спокойствие, а не когда тебе прямо над ухом болтают на те темы, которые тебе как минимум неинтересны или не нравится. Но и слова против он тоже сказать не мог, потому что те сразу начинали таить обиду, а тишина становилась напряжённой. Но это для них, для Юнги же было нормально и не стыдно даже. Закончив с покраской, мастер сообщает, что нужно посидеть некоторое время, а потом можно и смывать. Юнги, кивнув ему, ненадолго прикрыл глаза. И всё же любопытство победило, и он захотел задать несколько вопросов.        — Почему понедельник?        Чимин, отвлёкшись от телефона, посмотрел на своего клиента, приподнимая одну бровь.        — О чём вы, Юнги-щи? — Почему именно в понедельник выходной? — А, вы про это. Просто в понедельник чаще всего никто не ходит. Но и не удивительно, ведь это рабочий день, да и в начале недели мало кто ходит.        Пока Пак говорил, Юнги через отражение засмотрелся на его губы. Чёрт.        — Понятно. Значит, вам с ребятами так легче. — Что, простите? — Ну, вашим коллегам тоже от этого решения легче.        Чимин несколько секунд смотрел на клиента, а после выпустил маленький смешок.        — На самом деле мы с моим другом, Тэхёном, только вдвоём здесь работаем. С самого основания.        Теперь очередь Юнги заинтересованно поднимать бровь.        — Сколько вы так работаете? — Три года. Но помимо этого, каждый из нас занимается чем-то своим. Поэтому чтобы уделять больше времени самим себе, мы заканчиваем работу в пять. Но сегодня исключение, ибо вам нужно было срочно. А я как посмотрю на ваши волосы… Вы точно к мастерам ходили?        Юнги, усмехнувшись, с пониманием посмотрел на парня, так как задавал себе этот вопрос после каждого неудачного мастера.        — Я в Сеуле с начала лета и так не нашёл нормального мастера. Либо кто-то портит мне волосы, либо кто-то без умолку трещит на протяжении всего сеанса.        Чимин на этакое откровение коротко посмеялся.        — Могу вас понять. Мы с Тэхёном сами себе делаем причёски и остаёмся довольными. Помню, меня один раз чуть лысым не сделали, но я вовремя окликнул мастера. Как видите, я жив и мои нервы тоже.        Юнги, покачав головой, подумал: неужели он нашёл нормального мастера? Или он просто в Раю? Может, вообще два в одном?        — Так, пойдёмте смывать краску.        Начиная процедуру мытья, Мин думал, что так и уснёт, ибо маленькие пальчики приятно массировали голову. Интересно, а как бы они смотрелись на… кхм, опять он не о том думает. Смыв всё тёплой водой, они прошли обратно к зеркалу.        — Виски убираем или оставляем? — Убираем.        Высушив волосы, Пак начал стричь. Вот тут и начался момент, которого Юнги боялся. Но почему-то именно Паку он доверял, смотря на его умелые и уверенные движения.        — И всё же, — начал Пак, — Вам повезло, что именно я ответил. Иначе, Тэхён, как вы говорите, без умолку трещал бы весь сеанс, — сказал он, ухмыльнувшись в конце.        Юнги, представив это, скривился.        — Да, мне и правда повезло, — хрипло проговорил клиент, снова засматриваясь на Чимина.        А это нормально, что мастер такой красивый? Юнги понял, что слишком долго на него смотрит, поймав ответный взгляд Пака на себе. Смутившись, Мин поднял взгляд и больше старался не смотреть на мастера. С каждой минутой Юнги убеждался в своих словах всё больше и больше. Закончив со стрижкой, Чимин начал подсушивать волосы и делать укладку с ровным пробором на голове. Всё? Никаких внутренних истерик из-за ужасных волос? Никакого выматанного настроения из-за лишних разговоров? Серьёзно? Видимо, он и правда в Рай попал.        — Вот и всё, Юнги-щи. Вы довольны? — Скажите честно, у вас руки из золота сделаны?        Чимин, улыбнувшись от своеобразного комплимента, начал убирать пеньюар.        — Ну, давайте по честному. Будь они из золота, то я бы вообще ничего не сделал, — посмеявшись, сказал мастер. — Да и совести не хватило бы повторить то безобразие, что было на вашей голове. — Как мне вас отблагодарить? — Так вы уже перевел… — Я не про деньги. Спасая мои волосы, вы мне буквально сделали подарок на Новый год. Я должен что-то сделать.        Чимин, покраснев от смущения, начал убираться, чтобы не смотреть Мину в глаза.        — Юнги-щи… — Хён. — Юнги-хён, мне правда ничего не нужно, это ведь моя работа. — Но что-то же я должен сделать. — Нет, не нужно. Мне было просто приятно с тобой разговаривать, поэтому не беспокойся. Удачи дойти до дома.        Чимин, поклонившись, удалился в комнату для персонала. Юнги смотрел ему вслед и, решив оставить чаевые на столе, быстро достал несколько тысяч вон и, положив их у зеркала, быстро пошёл к выходу. Он обязательно что-нибудь придумает для подарка Паку. А пока, идя по белому снегу, он звонил Намджуну.        — Хён, — сразу начал Ким. — Если причина твоего звонка не столь важна, то… — Что подарить человеку на Новый год, который сделал тебе приятно и понравился одновременно?        Молчание на той стороне затянулось.        — Намджун? — Жди меня через двадцать минут.