Танцуй, словно завтра никогда не случится

      Рев мотора. Юки прижимается к дяде всем телом, боясь упасть. Впрочем, с племянницей на борту Вакаса водит очень и очень осторожно. После приступа прошло чуть меньше недели, Юки выглядела хорошо, вела себя нормально: врач влил ей пару капельниц лекарств и выписал новые таблетки. Учитывая ситуацию, доктор посчитал ее приступы соответствующими обстоятельствам, обязав приходить раз в месяц.       Вакаса резко затормозил возле ворот школы, ловя на себе любопытные и оценивающие взгляды учеников. Девочка соскочила с сидения, поправила юбку и обернулась к дяде: — Мне не нравится, что ты без шлема ездишь, — нахмурилась она, с нежностью заводя его косички за уши. Вакаса улыбнулся, раньше он никому вольностей со своей прической не позволял, было просто неприятно. Но ласка и улыбка от Юки грела сердце, пусть она и сопровождается недовольным бурчанием. — Волнуешься? — Юки кивнула, дядя стал единственным родным человеком после смерти родителей. Выхаживал ее, заботился, естественно, что она успела к нему привязаться. Боялась за него и переживала. — Ничего, принцесса, — мягко улыбнулся мужчина и потрепал девочку за волосы, — Я непобедим, — мягко засмеялся он. — Ой ли… разве что в соревновании на лень, — закатила девочка глаза. — У Тосвы началась масштабная война с Клинками. А с Коно у меня давний конфликт, после истории с тобой он еще и усугубился… Но в школе должно быть безопасно, пакостники туда не ходят теперь — боятся Тосву. — Мне Кисаки написал, что к ним еще две банды присоединилось, — Вакасе почему-то было приятно, что за него беспокоятся. Теплое, очень домашнее чувство, очень семейное. Хотя вот Кисаки хотелось по голове настучать, чтобы лишний раз девочку не волновал. — Тосву им не победить, — махнул парень рукой, — у нас собрание глав днем. Со школы я тебя заберу, или пришлю парней. Без нас не уходи, поняла, кнопка? — тыкнул он девушку в носик, улыбаясь нежной, усталой улыбкой. — Хорошо, дядя, — чмокнула девушка его в щечку, приподнявшись на носочки. — Давай, иди уже, — нежно оттолкнул Вакаса племянницу от себя. Он ему помахала и летящей походкой направилась ко входу в школу. Вакаса с неприятием отметил, что многие оборачивались ей вслед, шептались. Девчонки — со злобой, парни — окидывали ее оценивающим, а иногда, похотливым взглядом… И что ему не нравилось больше — он пока даже не знал. Отпиздить хотелось всех скопом и сразу. — Кажется, пора поганые метлы покупать, — буркнул он, недовольно оглядывая школьников.

***

      День плавно переходил к своему завершению. Их класс изрядно поредел, отсутствовала примерно треть. Майки и компании, естественно, тоже не наблюдалось. И Юки, каждый раз поворачиваясь к его парте, ощущала какую-то пустоту внутри. Если честно, после инцидента в его доме, точнее даже несмотря на стыд, который тогда испытала, она хотела увидеть его.       Хоть ей и было плохо, пока таблетки не подействовали нормально — она вспоминала обжигающее тепло его рук, заботу в его глазах и ощущение щемящей нежности и благодарности в груди. Юки не знала, что это за чувства. Они были такими странными, непривычными… этакое волнение, смешанное с нежностью и предвкушением.       Юки привыкла к прикосновениям мужчин, еще более откровенным прикосновениям, на самом деле. Все-таки танцы предполагают касания, некоторые кажутся довольно интимными. Но они никогда не были интимными для нее, для Юки человеческое тело скорее было инструментом, вот и воспринимала она его примерно также. Ну… если не брать уж совсем интимные места. Она танцевала с разными партнерами, имитировала любовь и даже страсть, но прикосновения никогда не вызывали шквала эмоций… как сейчас. Или может сказался эффект от панической атаки? Как бы то ни было Юки очень хотелось увидеть Манджиро, хотя бы просто немножечко поболтать, рассыпаться в глупых подколах и посмеяться. По-дружески. Но его нет и, пока она нарезала морковку на уроке домоводства, Юки чувствовала разочарование.       Пиликание телефона «Прижимаем их сегодня, принцесса. Закажи такси и прямо до дома! Номер ты знаешь» Юки со вздохом отложила трубку. Она ждала до самой темноты, последние лучи заката растворялись в деревьях. Красота… Она завороженно наблюдала за заходящим солнцем, за появлением первых звезд прямо из класса. Было настолько красиво, что она сделала вид, что не прочитала последних предложений. Загадочно улыбнулась и вышла из школы.       Созвездия сияли словно россыпь бриллиантов, ночной, прохладный воздух обнимал, кружил в нежном танце. И она напевала мелодию вальса. Легкое па — и аккуратный выход из него. Хотелось кружится-кружится-кружится и не останавливаться никогда. Сердечко взбудоражено билось. Смесь спокойствия и восторга — и в мыслях она летает среди звезд, обнимает Луну, а созвездия оживают и танцуют вместе с ней. Что может быть прекрасней! И она шла дальше, подпевая, пританцовывая и мечтая. Сегодня мир был похож на сказку!       Юки уже подходила к дому, как раздался визг мотора. Она радостно обернулась, рассчитывая увидеть Вакасу. Но нет, это был не он. Впереди ехал высокий мотоциклист, а за ним — еще четверо ребят. В темноте марки мотоциклов не различить, и Юки уставилась на мотоциклистов, может это ее знакомые?       Она не сразу поняла, что что-то пошло не так. Мотоциклисты начали улюлюкать, что-то громко кричали… Самый первые достали монтировку и начал ею крутить, бить окна в стоящих на тротуаре машинах. Это точно была не Тосва. Юки уже знала, что за такие фертели в банде можно схлопотать по самое «не могу», еще и из команды вышвырнут с позором.       Девушку пробрал холодный пот, что если им не только стекла побить охота? Юки поняла, что бежать до дома нет смысла. Слишком далеко. Ее точно заметят, а если заметят то… что сделают? Они бухие? Может вообще под наркотой? И почему она дядю не послушалась, вот дура! Красочно представила собственные похороны и венок с словами «Она погибла, чтобы прогуляться под звездами!» Ну хоть романтично, блин, — мрачно усмехнулась девушка. Юки в панике оглядывалась, спрятаться было негде. Разве что бежать…но… — Эй, смотрите, парнииииии, — указал на девушку парень, — кто это у нас такая красавица, а? — спешился он вместе с товарищами. — Племянница Вакасы, — кивнул второй, мерзко поведя языком по нижней губе. — Бинго! — развеселился человек-монтировка, — А мы несколько часов тебя ждали, дождаться не могли, — подходил он все ближе. Юки заметила шеврон в него на плече: два скрещенных меча. — Что? В равной борьбе Тосву не победить, решили в заложников поиграть? Слабаки! — рыкнула Юки. — А Осанай прав, девка-то с характером, — фыркнул монтировка. Осанай? — а это то кто такой? Но имя знакомое. — Знаешь, девка, как унижать мужчин? Лишать чувство собственного достоинства? А? Не знаешь — скоро продемонстрируем. Уверен, твоему любимому дяде это ой как понравится. — Если ножик есть — могу продемонстрировать и вам, — Юки тянула время, отчаянно пытаясь найти выход из ситуации. Выход-то был, но куда он вел — большой вопрос, девушка плохо знала город. И куда ведет узкая, максимум для одного мотоцикла, дорожка — не имела никакого понятия. Но выход был только один, она стиснула в ручках лямки рюкзаков, готовая сорваться с места в любую минуту. Если ее схватят — дяде она точно этим не поможет. Пусть спокойно размазывают остатки этих чертовых банд по стеночке, не отвлекаясь. Тем более… она сама не послушалась дядю. Ну не привыкла она ни к гопникам, ни к тому, что ночью может быть небезопасно где-то ходить. В Питере она хоть в три ночи могла спокойно шастать по городу, да хоть в четырнадцать лет, хоть в десять. — Ха-ха, продемонстрировать хочет! Ой умора, — человек-монтировка схватился за желудок, взглянул на застывшую девчонку, обернулся к своим и проорал, — схватить дрянь!       Юки дождалась сигнала, быстро метнулась к дорожке и что есть мочи побежала, мысленно умоляя коленку не выделывать фертелей и работать как надо.       За спиной раздавались громкие крики, переходящие в вопли. Взвыли двигатели байков, впереди показался свет от фар, «рыскающих» по тропинке и забором в поисках ее. Они были близко, улюлюкали что есть мочи, загоняя ее словно дикого зверя. Юки зажмурила глаза, страх пробирался в самое сердце, стучало в висках, вырываясь отчаянием. «Танцуй, словно завтра никогда не случится,» — теплый голос папы расколол сознание, вея теплом и надежностью. Из глаз брызнули слезы, и она еще наподдала. Сплошные бетонные заборы мелькали все быстрее, крики бандитов звучали все ближе и громче. Но… папин голос… она снова и снова прокручивала в голове эту фразу, и за вторым дыханием приходило третье. Слева показались высокие кусты, они тянулись дальше по тропе, сколько она могла видеть. А за ними — темнота, сплошная и страшная. Юки зажмурила глаза — и нырнула в темноту, корябаясь от веток. Она чувствовала кровавые порезы на лице, руках и ногах — но продолжала бежать-пробираться сквозь кусты вперед.       Шум моторов стих. Юки слышала, как за ней продираются бандиты, матерясь и понося ее что есть мочи. Ухмыльнулась. Если нога не подведет — без байков им с ней не тягаться. Короткое облегчение — ботинок за что-то зацепился — и Юки падала вниз, будто с обрыва, собирая на себе синяки, ударилась о какое-то дерево головой — и наконец смогла встать. Но толку от этого было ноль без палочки: темно, хоть глаз выколи. Снова оступилась — и покатилась вниз, стараясь расслабить тело. Получилось. Вроде даже без травм. Юки лежала на земле и тяжело дышала. Где-то рядом слышала звук текущей воды, скорее речки, но все равно не могла понять, где она.       Отряхиваясь, прихрамывая, встала и побрела к воде. Большая река, широкая, но мостов, где можно укрыться, не видно. Юки начинала привыкать к темноте, поэтому лучше различала предметы, тем более, что взошла Луна. Она понимала, что особо упертые бандиты могли пойти за ней, поэтому необходимо спрятаться. Она прошла еще километра два вниз по речке, залезла в огромный, пышный куст. Внутри оказалось достаточно просторно и Юки обессиленно рухнула на холодную землю. Она оторвалась, Юки умничка… надо только постараться досидеть до утра и найти дорогу домой, при свете. Или же лучше топать сейчас? Мало ли еще и помощников позовут? И при этом не столкнуться с бандитами. Или же… она поискала в сумке, вытащила телефон и горестно вздохнула: батарея села в ноль. Совсем.

***

      Вакаса лениво пожевал палочку, склоняясь над поверженным врагом. — Ну и зачем это все, Коно? — выдохнул он, — Я привык, что ты говнюк редкостный, но мы вроде мир заключали. — Из-за тебя, хрен собачий! — выплюнул кровь Коно, — Все проблемы от тебя! Если бы не ты… мой брат. — Твой брат на меня с ножом полез — в итоге получил. Сам виноват, давно пора это понять. И вроде твой брат неплохо-то живет: жена, дочка, хуйней не маются. В отличии от тебя! — Сукин ты сын! Он из-за тебя ходить не мог! — Ну ты и сраное отребье, — выплюнул Вакаса… — поэтому и просрал в прошлые разы. Просрал и сейчас. Твой брат доволен своей жизнью, дебил. Мы редко, но общаемся, забудь и забей… — Я… я еще не проиграл. Отплачу за все… ведь и у тебя брат имеется, покойный, — громкоголосно заржал Коно, ехидно глядя на Вакасу. Майки появился внезапно опустился на корточки и за волосы поднял голову Коно к своим глазам. — О чем это ты, гнида? — лучезарно улыбнулся парень, но на душе скребли и завывали кошки. Нехорошее предчувствие душило, а в памяти возникал образ Юки. Она единственная, через которую можно подобраться к Вакасе. — А о том, что своих племянниц лучше оберегать надо! Особенно, если они трахательные куколки. Некоторые из наших на нее так и дрочат без остановки… МХААА… А Вакаса? Как считаешь? — глаза парня неуловимо потемнели. Он громко выдохнул. — Вакаса, не вмешивайся, — прозвучал стальной голос, и сильный удар разнес нос Коно в мясо. Он истошно заорал, разбрызгивая кровь во все стороны. Еще удар, и снова вопль. Снова и снова, но лишь бы оставить ублюдка в сознании. Майки никто не останавливал, предполагая самое худшее. Шиничиро положил руку на плечо Вакасы, мысленно благодаря Майки, что не позволил тому выбивать признание силой. — Я ей звонил, вне зоны доступа, — уведомил Кисаки. — Понял. Ну так мы будем говорить? Или будем молчать? — Майки протянул руку к запястью парня и согнул его, медленно выламывая кость. Старался не торопиться, хоть сейчас зол был настолько, что хотелось перемолоть гаденышу все кости разом. Но так он не найдет Юки. Коно истошно заорал, теряя сознание от боли. — Перебор, — заключил Дракен, доставая из сумки бутылку воды. — Не сдержался. Нам срочно нужно узнать, где Юки… пока… — Манджиро опустил голову, тяжело дыша. Такемучи судорожно сжал пальцы, с Коно и у того были счеты, на месте Юки-чан могла оказаться и Хината. Срочно. Срочно надо что-то делать. — Понимаю, — выдохнул Дракен, выплёскивая воду на Коно, — но тебе лучше тоже побыть в стороне, как и Вакасе. — С чего бы? — рыкнул Майки, окидывая Дракена таким взглядом, что тому стало не по себе. — Я думаю, дальше лучше будет работать мне, — Санзу мягко опустился над Коно, хищно улыбаясь, — Майки, лучше займитесь подготовкой к… поискам. И дайте мне десять минут. Я вычислю, где твоя маленькая принцесса, Вакаса-сан…

***

      Они колесили по трем смежным районам города уже час. Ангар, куда предполагалось привести Юки, был пуст. Дом Вакасы тоже… Баджи был не просто зол, он был пиздецки зол. Каждый понимал, что на месте Юки мог оказаться кто-то из их близких. Смотреть на Вакасу было страшно. Еще страшнее, почему-то, было смотреть на Майки. С ним даже Баджи говорить не рискнул. Майки стальным голосом отдавал команды — никто и шелохнуться не смел, не то, чтобы возражать или перечить. Частично во всем Баджи винил Такемучи с его миролюбивым настроем. И ежу было понятно, что с такими как Коно никаких сделок заключать нельзя, тем более они с Вакасой на ножах! Но нет, Такемучи орал слащавые речи аля «мир до порядок во всем блядском мире», напрочь игнорируя здравый смысл. Идиот! Баджи надеялся, что после этого Майки будет избирателен к тому, что нес их миротворец всея Тосвы.       Саму Юки Баджи не знал — она училась в параллельном классе с Майки. Но видел: девка видная, красивая и явно непростая по характеру. Вляпалась в первый же день да так, что Баджи ухахатывался еще неделю после. Плохо будет, если с ней что-то случится. Они выехали на проселочную дорогу вдоль карьера, вниз резко уходил обрыв. Как вдруг впереди прямо из обрыва кто-то выскочил. Колонна резко тормознула, синхронно направляя свет на фигуру. Ею оказалась хрупкая рыжеволосая девочка. Вся в кровоподтеках, синяках, всклоченная и грязная. Она прищурилась, присматриваясь к форме, потом будто выдохнула от облегчения. — Она, — улыбаясь во все зубы, проинформировал Чифую. Баджи выдохнул от облегчения, а девочка неуверенно топала к ним, озираясь и, боясь. Их самих. Но топала. — Эмм… простите, — робко улыбнулась она, — А вы… ? — Тосва, — буркнул Баджи. — Ты чего так трясешься, свои мы, — улыбнулся Чифую, — уже несколько часов тебя ищем. Ты как сюда попала? — А меня сраные гавнюки подкараулили на улице. Я от них убежала, но куда-то в овраг свалилась. Они вроде тоже в овраг свалились. А попала сюда из кустов, вот тех, — указала девочка дрожащим пальчиком куда-то направо, тараторя.       Баджи не дозвонился до Вакасы, зато попал к Майки. — Нашли, — облегченно выдохнул он, — через полчаса будем у Вакасы.       В это время Юки залезла на байк Чифую: — Дядю наверное инфаркт хватит при виде меня. — Я бы на твоем месте молился, чтобы он не добрался до Коно и его дружков, которые тебя преследовали. Они… ничего не сделали? Выглядишь, будто… — И пальцем не тронули. У них свои заботы появились. Их атаковали злобные кусты с колючками.

***

      Юки так утомилась, что уснула прямо на спине у Чифую. Тот сидел на мотоцикле у дома Вакасы, боясь пошевелиться. Пока проблему не решил подоспевший Майки. Он только бросил Вакасе «Куда?» — аккуратно забрал девушку со спины Чифую и исчез в проеме двери с Юки на руках.