В свете фонарей.

Чимин — главная загадка и разгадка. Он вырос в обычной на вид семье, да, с братом и сестрой которых любили чуть больше, но разве плохо иногда наказывать хоть одного ребенка? Так и думал отец мальчика, каждый раз закрывая комнату на дверь и начиная истязания на юным теле. Не было ни разу, что бы мальчишка вышел сам, нет, его оставляли на полу. Лишь мать изредка помогала ему встать и уйти в ванну, видите ли он пугает сестренку. А то что именно она иногда скидывала все свои пакости на него так это ничего.  Чимин — надолбленный? А может нарцисс? Нет, наверно он просто яркая личность, да. Конечно, он просто любит выпить и это никому не вредит. Он ведь такой хороший! И не важно, что страдают другие — пока Пак чувствует себя хорошо он не прекратит, а если станет плохо то попадает непутевому мужу раз не догадался помочь раньше чем нужно было. А если пытался то вдвойне, ведь лез. Жизнь с геймером — страшная вещь. Его пассиям на ночь не попадает, конечно, ведь их тело Чим изуродовать не может, а то попадет от сутенера и это плохо кончится. Юноша — тяжелый характером и за внешность его фанаты прощают даже это. Харизма тяжело дается — произносит очередной омега на соревнованиях и Мин еле сдерживает дабы не ударить его. Харизма — это пить? А может бить? Или совмещать?! Боже, злит до невозможности. Никакая внешность не сгладит это.  Ничего не дает право так мучать собственную семью. Юнги не простит супруга ни за какие деньги и подарки, ведь даже этот конфетно-букетный период они прошли. Сейчас лишь сплошные крики, слёзы и побои.  Проснувшись впервые за год не от выламывания двери, криков или будильника парень удивляется. В доме Хо пахнет уютом. Альфа на кухне что-то готовит, слышится топот босых ног по лестнице и детский смех, брюнет счастлив. Юноша лениво тянется на кровати с легкой улыбкой, садиться и распахивает глаза начиная надевать мягкие тапочки. То самое счастье о котором пишут в романах которые любил читать Мин пока был беременный. Заботливый альфа, любимый ребенок и спокойный омега. Сейчас он будто сам в строках этих книг, распахивает тюль и выходит из комнаты подхватывая дочку на руки и спускаясь на первый этаж. Даже если это не на долго, Юн не хочет выходить из этой роли. Просто быть любимым. Хоть раз в жизни после совершеннолетия оказаться любимым. Вот его реальная мечта спустя три года замужества. И он её частично видит находясь в стенах этого коттеджа.  — доброе утро. — сонным голосом произносит старший и ворует один блинчик, сразу давая ребенку половину. — доброе, Юнги - хён! — радостно произносит Чон, засматриваясь на такого растрепанного молодого человека. Просто великолепен и божественен. В глазах блондина это уже самый любимый вид предмета его воздыхания. Выспавшийся и счастливый Юн – новая его любовь.  — вкусно готовишь. — беря ещё один проговаривает кареглазый, продолжая жевать и засматриваясь в ответ. Хосок сейчас по истине комфортный. Он так старательно готовит и видно, что не от желания просто поесть, а с любовью. Его глаза, руки, утренняя небрежность, поза…всё в нём так завораживает парнишку, но не долго песенка играла. Енни подавилась едой и футболка альфы теперь грязная, а вместе с ней ещё и девочка переживает.  — простите пожалуйста…— испуганно шепчет ребенок боясь реакции взрослого от чего старается прижаться к папе как можно ближе. — ничего страшного, просто не торопись. — вновь улыбаясь, парень поглаживает малышку по голове, а после скидывает футболку в грязное белье продолжая готовить с голым торсом. Впервые маленькая оплошность дочери так радует Юна. А как иначе? Тут только отходить и любоваться на накаченное тело блондина, другого не дано. Судьба, если уж такое оправление будет не вуалировать.