Изо всех сил

На проверку дома ушло не очень много времени. Это был не большой одноэтажный дом из сруба. В доме была большая гостиная с камином и одной спальней, и кухней. Убедившись, что дом не таит в себе никакой опасности. Я подхватила Джоэля и помогла доползти ему до дивана в гостиной. — Я соберу дров, — и вышла на улицу. Мне повезло за домом был сарай, полон сухих дров. Натаскав в дом дров и воды из колодца, пошарила на кухне по полкам, нашла свечи. Обстановка в доме сразу стала уютней и светлее. Только Джоэлю было все равно он провалился сон. Я нашла таблетки от простуды и антибиотики правда просроченные. — Хуже не будет, — сказала сама себе. Мне пришлось разбудить Джоэля. — Эй, ты спишь, — подергала его за плечо. — Джоэль открой глаза. — Что-то случилось? — он резко подорвался, но тут же рухнул на подушку. — Моя голова. — Тихо-тихо! Все хорошо. Выпей, — я протянула ему таблетку он покорно ее принял. — Элли не уходи, — Джоэль схватил меня за руку, и так пронзительно смотрит в мои глаза, что сердце защемило. — Я никуда не уйду! — присела на край дивана и провела большим пальцем по его лбу, убирая седую прядь. — Ответь честно! Я обуза для тебя! — он протянул свою ладонь и переплел наши пальцы. — Что? Нет? Как вообще тебе могло прийти такое в голову. — Надо было найти тебя парня! — он злился, я чувствовала, как его ладонь слегка сжала мои пальцы. — Чтоб ты не таскалась со мной по лесу в поисках лучшей жизни. — Давай я буду решать с кем мне таскаться, Джоэль! — я злилась на него, этот бесчувственный чурбан думает, что мне будет лучше с каким-то мальчишкой. Он глубоко ошибается. — Ты возишься со мной как с ребёнком. — Ты и есть мой большой ребенок! — улыбнулась я, подталкивая одеяло. — Эй, я старше тебя! — Джоэль смешно надул губы и нахмурил брови. Мы рассмеялись, и в мгновение замолчали, с нежностью смотря друг на друга. — Отдыхай, — я наклонилась над его лбом, и оставила лёгкий поцелуй. Немного отстранившись, я посмотрела в глаза мужчины, почувствовав рваный вздох и заметив странный взгляд, переходящий с глаз на губы. — Амм… — я немного растерялась. Чтоб как-то развеять обстановку я засуетилась, ставя мужчине градусник под мышку. Выйдя на улицу, я прислонилась лбом к горячей стене дома. — И что это только что было? Черт возьми, Джоэль! Я ведь не железная! Я стала ссылать все на высокую температуры, усталость, на мужской голод. Все-таки столько времени без женщины наверно тяжело. Умыв лицо теплой водой, вернулась в дом, вовремя, было пора проверять температуру. — Ну что зайка давай посмотрим на твою температуру! — он послушно протянул мне градусник и я свистнула. — Ну ничего себе! Неудивительно что тебя так колбасит. — Не уходи, — он поймал меня за руку. — Джоэль, мне нужно сходить на кухню за лекарством, и я вернусь. Но мужчина никак не унимался. Пришлось идти на хитрости. — Джоэль, посмотри на меня, — я приблизила свое лицо к его. — Ты же знаешь, что я не могу тебя оставить как бы мне не хотелось. Я провела рукой по его слегка вьющимся и отросшим с сединой волосам потом спустилась на щеку и положила руку на грудь там, где колотилось бешено его сердце. И сделала то, что он обычно делал когда хотел меня успокоить. Я поцеловала его лоб, висок, щеку и немного добавила от себя так на память чтоб было о чем подумать, пока я хожу на кухню. Поцелуй в уголок губ. Это было не обычно, внутри все взволновалось и растеклось приятным теплом. Этот мужчина меня возбуждал и манил. Как самый вкусный шоколад в мире. Мне очень хотелось продолжить пробовать его губы на вкус, на твердость и ощутить его теплое дыхание на своих губах. Вот мы и попали! Потому что он замер и наслаждался моими недолгим чмоком, я видела, что он хотел того же, что и я. — Я сейчас, — голос предательски дрожал от возбуждения и желания. Оказавшись на кухне, я прижалась лбом к холодному металлу холодильника. Даже в таком состояние я была готова отдаться ему на задумываясь! Что со мной? Неужели я влюблена в него по самые уши? Взяв все нужно с кухни. Я вернулась в гостиную, где спокойно и задумчиво лежал Джоэль, раскрыла мужчину чтоб сделать компресс. — Элли, что ты делаешь! — Джоэль у нас есть одна маленькая проблемка! — Какая? — он лукаво улыбнулся. — Во-первых тебе нужно сесть и выпить таблетки. А второе, раздеться до трусов, — он сильно удивился, а потом протяжно произнес. — Компресс! Вот я старый болван. Я улыбнулась, поставив таз на пол. — В точку! — щелкнула я пальцами. — Сейчас, — он засуетился. Джоэль неуклюжа поднялся проглотил все, что я впихнула ему в рот. Он доверял мне как самому себе, потому что сам меня учил. А затем стал раздеваться. Его бедного так потряхивало, что мне пришлось помогать. Это было не обычно раздевать Джоэля, но мне понравилось. Он даже не стал распускать руки. Просто лег, не прикрываясь одеялом и стал ждать. — Элли мне очень холодно оторвав взгляд от его накачено и сухого тела я приступила к компрессу. Мужчина не довольно бухтел, но знал, что по-другому ни как. Таблетки, кажется, подействовали и он провалился в глубокий сон. Еще раз сменив компресс, я стала рассматривать его труселя. Они были красные с Санта Клаусом. Я улыбнулась, но взгляд прилип к небольшому бугорку. Я, конечно, видела Джоэля в трусах. Но вот так явно никогда не рассматривала. Конечно, мне было стыдно. Но думаю, сейчас ему все равно. Он был очень красивый во всех частях тела. Очень конечно хотело заглянуть, а что же там за резинкой. Моя рука потянулась к заветной резинке, но я резко ее отдернула. — Вот дура! — отругала себя и отсела как можно дальше от желаемого объекта. Через час Джоэль стал дышать тише. Жар спал. Чему я, конечно, была рада. Хотелось безумно спать и есть. Устроившись в кресле, поняла, что сил на готовку вообще нет и заснула. Проснулась я от того, что меня кто-то гладил очень нежно по руке и целовал шею. От такого пробуждения я дернулась и свалилась с кровати. На меня смотрели большие глаза Джоэля. — Джоэль… — я же засыпала в кресле, как я оказалась лежащей рядом с Джоэлем. Сидя на полу и потирая ушибленную голову, пыталась вспомнить. Но, увы, не получалось. Джоэль схватил меня и затащил на кровать, так что я оказалась с верху. — Поцелуй меня, детка! — и тут мой мир перевернулся. — Я не могу отказать больному, — и поцеловала его в щёку. — Не так, — насупился Джоэль. — А как? — прикинулась дурочкой. — Вот так! — он схватил меня за футболку и притянул к себе. Его горячие губы будоражили, влекли и заставали отдаваться полностью. Его поцелуи становились все жаднее и жарче. Его язык проник, захватив мой. Его руки оставляли ожоги на моем теле. Я горела, тонула. А он меня спасал. И толь так. — Элли… — обеспокоенный голос мужчины вернул меня из царства Морфея в реальную жизнь. — Что… — очень груба рявкнула я. — Тебе плохо? — мужчина нисколько не обиделся. Джоэль сидел на корточках перед креслом, в котором я уснула и обеспокоенно смотрел на меня держа за руку. — Элли, посмотри на меня, — тихим голосом попросил Джоэль. Я смутилась, опустив голову. — Что происходит? — он поймал меня за подбородок и повернул себе. — Ты так стонала. Я подумал, что тебе больно. Ох, Джоэль, если бы ты знал, как мне БОЛЬНО! — У тебя высокий пульс, детка! Я беспокоюсь за тебя, — он по-отцовски прижал меня к себе. А, я, как натянутая струна, словно ждала, когда ее перетянут. Я наслаждалась, его руками, его теплом. Он так сильно сжал меня, вдавив в свою голую грудь. Мои губы впились в его горячую кожу. Я чувствовала жар, исходящий от Джоэля. И струна лопнула, я сделала еще один поцелуй вверх, по коже, прямо по дорожке к шее. Я выкладывала эту дорожку, и дрожала от возбуждения. Джоэль не шевелился, только его сердце выдавало с потрохами. Он закрыл глаза и наслаждался моими поцелуями. Похоже его струна раньше моей лопнула. И все он понял, что мне снилось, точнее кто снился. Его руки, пробрались, под мою футболку. Он был похож на вора, который осторожно и незаметно хочет украсть самою дорогую в мире вещь. Джоэль наслаждался прикосновениями к моей коже. Я отстранилась, и посмотрела на Джоэля. — Элли… еще не поздно остановится… — Поздно, Джоэль, поздно. Наша песенка спета. И кроме тебя мне никто не нужен У Джоэля словно развязались руки от моих слов. Он впился в мои губы с такой страстью, что мои трусики окончательно промокли.