Анатомия твоего сердца

С той встречи у ночного клуба прошла неделя. С Арсением Сергеевичем Антон за это время не встретился ни разу — анатомии в расписании не было, да и сам преподаватель не часто разгуливал по территории университета. Шастун усердно учил все предметы, при этом тщательно игнорируя анатомию. Нет, даже не так. Он честно открывал учебник, читал конспекты, старался выучить, но… ничего толком не выходило. Информация мгновенно вылетала из головы, термины не запоминались, а названия на латинском (о господи!) превращались в непонятный набор звуков. Дима как мог старался помочь Антону, но у него и самого было куча заданий. — Димааааа… Когда у нас стипендия? — М? Это которая чуть больше двух тысяч? — Позов с усмешкой выгнул бровь — 25 сентября, а что? Решил, что хочешь перестать питаться дошираком? Антон закатил глаза. Лапша быстрого приготовления его вполне устраивала. — Я на пары, пока. — Сколько пар? — Латинский и анатомия. Латинский у Антона вёл добрый и очень позитивный (каких встретить было редкостью в медицинском университете) преподаватель. — Здравствуйте, Павел Алексеевич! — О, Тоша, заходи. Не бойся, ты не опоздал. — Запыхавшийся Антон плюхнулся на своё место. Через пару минут Воля начал занятие. Слушать этого преподавателя было настоящим наслаждением. Такой классный. Не то что этот… Арсений Сергеевич. Чёрт, следуюшая пара с ним. Интересно, а… — Шастун! Проснись и пой! Чего ты там завис? Влюбился что-ли? Давай, как это слово читается? После окончания пары и небольшого перерыва наступила она… Анатомия! Попов стоял возле больно стола, поторапливая студентов, которые мешкались в дверях. — Что ж, дорогие студенты. С сегодняшнего дня у вас начинаются семинары по анатомии. До этого момента вы сидели на лекциях всем первым курсом. Сейчас же у нас будут занятия лично с каждой группой. И сегодня эта группа счастливчиков вы. Готовьте двойные листочки, занятие начнётся через 10 минут. Арсений вышел из аудитории под изумленные взгляды студентов. — Да ну, уже какая-то проверочная? — У нас только первый семинар. — Вобще-то, — вмешалось староста, нужно смотреть на сайте университета задания. Сегодня у нас диктант по основным латинским терминам. Зоя Яровицина, староста группы, протянула Антону словарь, в который аккуратным почерком были выписаны все слова с переводом. — Сколько их тут?! — Ровно 58. Кажется, только двое парней из группы не знали о наличии домашнего задания, ведь все остальные начали повторять материал: кто в телефоне, кто со словарём. Арсений зашел в аудиторию точно ко времени начала пары. — Халаты должны быть выглажены и застёгнуты. У вас должна быть сменная обувь, тетрадь и ручка. Я не желаю видеть у вас телефоны во время моих занятий, поэтому их нужно убрать, предварительно выключив. Насчет опозданий я придерживаюсь футбольной системы. Одно опоздание — жёлтая карточка. Второе — красная, тоесть на занятие я вас не пускаю. А теперь закройте все сторонние источники информации и готовьтесь писать диктант по латинским терминам. Послышалось шуршание — все закрывали тетради и выключали телефоны. Все, кроме Антона и его соседа. — Шастун, Лазарев, я как-то непонятно выразился? Так, я буду диктовать по русски, а вы писать на латинском. Начинаем. Глубокий. Антон с Сережей переглянулись. — Я помню, вроде… Там профундус. Антон аж прыснул со смеху. Почему-то это слово показалось для него невероятно смешным. Его смех подхватил Лазарев. Арсений недовольно посмотрел на обоих, что-то отмечая себе в журнале. В конце пары Арсений подозвал к себе Сергея и Антона. — Вы оба просто невыносимы. Особенно вы, Антон. Мало того, что вы не готовы к занятию, — он протянул парням их работы с пометкой «0 быллов» — так ещё и срываете занятия! — Арс…сений Сергеевич, — в кабинет расслабленно вошёл Воля — за что вы так с бедными студентами? Тош, ты как умудрился нашего анатома разозлить? — Павел Алексеевич, вы не представляете! Вы как преподаватель латинского языка должны меня понять! Они смеялись со слова Profundus! Воля тоже хихикнул, прикрывая это кашлем, на что Арсений строго окинул взглядом всех присутствующих. — Антон, с вами я буду беседовать лично потом. Сергей, вы свободны. И советую вам внимательнее относиться к выбору компании. Когда студенты ушли, Воля обратился к Попову. — За что ты его так? Антона все преподаватели хвалят: умный, вежливый, не опаздывает, выполняет все работы на отлично. И только ты не доволен. — Паш, ну ты серьёзно? Я не знаю, кого он там из себя строит на других дисциплинах, но у меня он не делает ничего! Невыносимый подросток. Таких даже на кассы в Бургер Кинг нельзя ставить, не то, что подпускать лечить людей. — Арс, вспомни себя в его годы. Я тогда тебя за что.... — Всё, Паш, хватит. Это я вспоминать не хочу. Что было, то прошло. Я не хамил преподавателям. — Правда? А я помню, что… — ладно, ладно, — перебил Арсений — но я должен научить этого обнаглевшего придурка жизни. — Как знаешь, Арс. Занятия закончились уже 40 минут назад, на улице лил сильный дождь. Лазарев уехал на машине с личным водителем, а Антон с надежной смотрел на затянутое тучами небо: вдруг дождь скоро закончится? Арсений вальяжно вышел из дверей. Проходя мимо, он немного издевательски толкнул Антона плечом. Шастун лишь недовольно посмотрел в след и продолжил ждать. — Ждёшь чуда? Чудес не бывает. — Не ваше дело. — Опять хамишь? Антон тяжело вздохнул. Он уже устал, да и погода вгоняли в апатию. — Извините. Арсений что-то долго разглядывал на своих ботинках, а потом раскрыли зонт и сделал пару шагов к выходу. — Пойдём, подвезу тебя. А то до утра так стоять будешь. — А? Но вы же… — Антон, вы эгоистичный, ленивый и безответнный. Да, я считаю что в медицине вам не место. Таких как вы я отчислял десятки, и вы окажетесь в их рядах совсем скоро. Такого идиота, не умеющего работать мозгами, ещё поискать надо. Антон слушал, стиснув зубы, борясь с желанием либо врезать Арсению, либо сбежать. — Но несмотря на моё отношение к вам, я не оставлю студента одного под дождём. Вы далеко живёте? Антон назвал адрес. — Постой, это не адрес общежития? Антон кивнул. Арсений вспомнил себя в молодости. Да, он сам жил в том самом общежитии. Наверное, не было ни одного жильца, кто не знал бы Арсения: то на кухне поможет, то тяжести дотащит за девчонок… То маркером кого-то ночью разрисует, то клей бесячему соседу в замочную скважину зальёт… Вобщем, популярен был Арсений. А сейчас и вспоминать стыдно. Тишина в салоне нарушалась только тихонько играющим радио и звуками сигналов из пробки. От нечего делать Антон начал разглядывать преподавателя. Тёмные волосы и голубые глаза создавали вид серьезного, но азартного в душе человека. Глаза — зеркало души. Вот толко в глаза Арсений можно было и увидеть только льдинки. Кажется, такой человека как он не способен на сочувствие, понимание или эмпатию. — Антон, долго вы будете на меня пялиться? — Простите. — Лучше бы в конспект смотрел и учил. — Я учил. Честно. — Не заметно. Если бы вы учили, то давно бы смогли написать диктант и ответить без ошибок на устные вопросы. — Да не могу я! Я учу, правда! Арсений закатил глаза и тяжело вздохнул. — Ладно, давайте попробуем. Расскажите мне про образование костей. — Ну. Они образуются… Там, где нужны эмбриону… И… Поняв, что студент ничего не может нормально ответить, Арсений начал объяснять тему заново — времени в пробке было предостаточно. Хотя делал он это, иногда вставляя оскорбления и недовольства, но объяснял действительно понятнее, чем на лекциях, отвечая на все вопросы Антона. Высадив Антона у общежития, Попов строго посмотрел на него. — Чтобы к следующему занятию знал всё идеально. Не стоит говорить, что Шастун сразу сел учить материал, заварив себе чаю. Дима безумно этому удивился: у Антона получается выучить анатомию?