Глухая зона

      Другу следовало бы переносить недостатки друга.

Уильям Шекспир

***

      Оказалось, что мужик на обочине — просто их галлюцинации, которые неслабо так ударили по психике Джоны. Тот забился внутри себя, вжался в сиденье и был таков, пока Адам судорожно пытался уловить сеть с помощью телефона. Он прыгал, тянул гаджет к небу, но все было бестолку, звонить Саре, или кому угодно, тупой кусок металла не хотел.       Мюррея все бесило. Он кусал губы и сжимал руки в кулаки, яростно пиная камни на асфальте возле машины, которая остановилась прямо посередине автомагистрали и прямо под теми злосчастными указателями.       Он еще раз читает текст с них и прогоняет последние воспоминания в голове, проясняя все до деталей:       — А ты чего вообще затормозил? — спрашивает он у Маршалла, испугав того открытием двери и голосом.       — Когда…? А, — лицо Джоны вспыхивает, когда тот понимает вопрос. На его лице застыл страх, после перешло в отвращение, а после снова в страх, — А… Ну, я того… Этого…       — Не мямли, емае!       — Я человека сбил! — выкрикивает он, а после добавляет, — Случайно, — Блондин застывает. Он ожидал услышать что угодно: хоть блядское НЛО, хоть кит с размером с Австралию на дороге, но не это. Джона, похоже, заметив заторможенную реакцию другого, спешит оправдаться, — Ну, я ехал, ехал, а потом: бабах! И этот мужик прямо под колесами такой: вжух! А я такой: «А-а-а-а-а!» и все… Наехал… — язык крашенного блондина заплетается об свои же зубы.       — Это пиздец, — шепчет одними губами Мюррей. Он еще хочет вставить парочку лестных слов, но телефон пиликает в кармане, объявляя, что сеть все-таки нашлась.       Не скрывая своего счастья, блондин открывает интерфейс телефона под заинтересованный взгляд Джоны рядышком, и ему сразу же приходит около ста сообщений от Сары в духе: «Вы где?», «Скиньте координаты» и еще столько же подобных сообщений.       Прикидывая в голове кому бы можно позвонить, память резко цепляется за Тэтчера — сотрудника-детектива ФБР, который должен был вернуть должок ему и Джоне за прикрывшейся наркопритон, ориентировку на который и дали сами преступники. Вот так Дэвис и попался на крючок блондина.       — Алло, — холодный голос детектива встречает уже порядков уставшего и вымотанного Адама, но тот рад даже такому, — Чем могу служить?       — Йоу, Тэтч, это Адам, — не успевает он произнести даже такое теплое приветствие, как его перебивают самым наглым образом:       — Не-ет, нет-нет-нет, не-а, — Дэвис тяжело вздыхает в трубку, — Я вернул вам свой должок, ребятки, еще тогда, когда выручил для вас поддельные номера для машин. Так что все, с меня песенка спета, даже не думайте.       Маршалл рядом отчаянно гундит через нос, высказывая свое недовольство.       — Тэтч, мы попали в беду, — блондин кусает губу, — В большую беду. Нам очень срочно нужна твоя помощь, — хочется добавить еще, что это вопрос жизни и смерти, но рядом сидящий крашенный блондин снова заходится в кашле и он протягивает ему снова блистеры с активированным углем.       — Нет. — сказал, как отрезал. Тэтчер бросает трубку и блокирует Адама без зазрений совести.       В салоне, на удивление, становится слишком тихо, словно они в глухой зоне, где ничего не слышно. Кроме, разве что, мирного сопения Маршалла под боком, тот будто и не боялся вовсе, а просто мирно сидел рядом с другим.       — Иногда я жалею, что мы преступники… — вздыхает он, а блондин лишь кивает, согласившись.       Джона соврал бы, если бы сказал, что не мечтает об нормальной жизни. В той, где можно ходить в кинотеатры не надевая парик и солнцезащитные очки на лицо. Где можно не проводить свою жизнь то в мотелях, то в машине. Его иногда все это достает просто до чертиков и коликов в животе. Хотелось как-то подойти к Адаму и Саре, заявить, мол, «Ухожу — не ищите» и свалить, но мысль, чтобы оставить его лучшего друга одного в этой зловонной и тошнотной машине — была отвратительной.       Да и как он без него? Адам стухнет практически сразу, попавшись на глаза полиции со своими аморальными и помешанными хотелками на съемку чего-то паранормального. Чего в природе, как крашенный блондин уверен, точно не существует. Он всегда был скептиком, что не нравилось Адаму.       Да и Джона без Мюррея тоже пойдет ко дну, как утопленник.       Лучшие друзья на то и лучшие друзья, правда?       — Джона, слуш, — выдергивает того из мыслей блондин, — Помнишь заброшенный военный пост перед нами? — он угукает, — Надо бы сходить посмотреть, что там есть, а то мало ли, найдем че-нибудь, а?       Маршалла передергивает. Он до усрачки боится выходить из безопасной машины на встречу радиации в воздухе, а блондина, похоже, это не заботит: вот как уже с готовностью дверь открывает.       — Я пас, чувак, — он складывает руки в замок, точно решив, что лучше остаться тут, в обнимку с таблетками и остатками Кока-Колы на донышке.       — Ты боишься, — резонно подмечает Адам и захлопывает дверь, начиная ковылять в темноте, не забыв включить фонарик на телефоне.       — Я не боюсь, просто, — Джона хмурит брови, сводит их домиком к переносице, — Просто у меня аллергия на пыль.       Блондин встает на заляпанное чем-то красным крыльцо и заинтересованно вглядывается в округу, свеча фонариком. Он бы сам нагло напиздел, если бы не боялся этого всего, но для выживания приходилось делать и не такое. Так что провести время в затхлой заброшке не самое пугающее и ужасное, что ему приходилось делать. А вот быть в затхлой заброшке только с радиацией — не приходилось никогда.       В самом доме все скрипело и шуршало, обдавая нос Мюррея запахом гнильца и пыли, от чего чихать хотелось неимоверно сильно. Он осторожно шагает по прогнившем половицам и высматривает что-то, что помогло бы им, когда его взору примечательно выглядывает листок прямо на рабочем столике в углу комнаты.       Адам берет его в руки, разворачивает, и принимается читать, подсвечивая каждую строчку светом:       «Принято решение огородить округ Манделы после неизвестной вспышки эпидемии внутри самого округа. По небольшим данным, число погибших превысило пол сотни, а зараженных стало в два раза больше.»       «Примерное количество зараженных варьируется от двух тысяч до пяти.»       «Принято решение распространить радиацию в радиусе ста километров, включая сам округ Манделы, чтобы бороться с болезнью.»       «Первые симптомы болезни: тошнота, головокружение, галлюцинации. Вторая стадия знаменуется кровотечением из носа, глаз или ушей. Финал болезни достигается мутацией, в ходе которой…»       Дочитать ему не дали.       Сзади на него бросается кричащая и визжащая тварина, которая намертво вцепилась в его плечо когтями, сдирая там кожу до крови. Адам сам визжит, словно девчонка. Телефон выпадает из рук и падает куда-то под рядом стоящего ящика, сразу погрузив помещение в состояние полумрака.       Эта бестия на плече ревет и так норовит укусить блондина, как громкий выстрел разрезает ночную тишину, заставляя стыть кровь в жилах.       Тварь падает с Адама, грузным мешком бухаясь об пол.       — Адам! Чувак, что это за херня?! — слышит он голос Маршалла, а после уже и видит его: взлохмаченного, с глазами по пять копеек и с пистолетом в руках. С тем самым, который они прятали в самом дальнем углу бардачка, — Она тебя чуть не сожрала!       Мюррей, оклемавшись, поднимает телефон и светит на безжизненно лежащую тварь, мысленно ставя заметку с тем, чтобы слезно поблагодарить Джону за спасение его задницы. Уже в который раз.       — А ты чего вышел? — тварина та не шевелится, скрючившись на полу, пока из башки той валится клуб дыма и вытекает черная склизкая жижа заместо крови. Все туловище грязно-болотного оттенка, а черные волосы отрасли так, что больше за ними ничего не было видно, — Сидел бы там, колу попивал, дурак.       — Та я подумал, что ты придурок, раз один тащишься, — Джона опускает момент, что сам не согласился пойти с ним, — Вот и пошел спасать, типа, как видишь, не зря. — крашенного блондина передергивает, смотря на нечто под их ногами, — Что это, мать твою? На зомби похож…       — Реально, — хмыкает Адам, — Заснять нужно…       — Какой…?! А ну-ка тащи свою задницу обратно в машину.       Пришлось подчиниться и ввалиться в машину снова.