Рассвет зори небесной

****

— Знаешь, Джесс, я ненавижу тебя на самом деле... — Барнс словно машина смерти пафосно подошел ко мне и ворвался внутрь своим языком параллельно сжимая мои бока в своих ладонях, — ненавижу то, что ты делаешь со мной, принцесса! — его горячее дыхание бродило по моему телу в поисках нового места для поцелуев, — мне мешает это, — в один момент он стянул с себя галстук и отбросив меня на кровать привязал мои руки к перилам. Я невольно пустила похотливый смешок. Баки ловко сняв с себя рубашку, штаны и узкие боксеры приляг сверху. Он начал нежно целовать мои щеки, потом переходил плавно на шею и торчащие ключицы. На них он особо задержался, облизывая каждый сантиметр линии плеч, а я все так же пыталась выпутаться из узла. Подметив его осторожность я неожиданно вслух произнесла: — Мне всегда мама говорила, что выпирающие костяшки созданы чтоб парни целовали, — Бак слегка приподнялся над моим телом и расплылся в довольной улыбке. — Я знаю еще одно место с выпирающими костяшками, — мужчина плавно перешел на грудь, затем на живот, оставляя свои следы, пока не добрался до кружевного украшения, что мешал насладиться другим интимным местом. Аккуратно стягивая ткань зубами он поглаживал бедра и талию. Осознав, что я была все же не до конца морально готова к происходящему я невольно подтянулась на руках, тем самым помогая Барнсу быстрее стянуть оставшуюся одежду. Откинув нижнее белье в сторону, мужчина на коленях подошел к быльцам постели, где слегка испугавшаяся я тщетно старалась избавиться от галстука. Слегка поласкав языком место, где виднелись выступающие чресла и услышав мой истощенный от ожидания стон мужчина мягко начал водить своими пальчиками вокруг клитора. Он шел по спирали, и каждый раз доходя до заветного места снова начинал сверху, будто дразнил меня. Затем начал вводить поочередности пальцы, не глубже, чем до расстояния ногтя. Так продолжалось около 5 минут, я была настолько взвинчена от его назойливо-сладких, но кратковременных действий, что не выдержала и выпалила сквозь собственный скулеж: — Ааах... Баки, черт бы тебя побрал... ааа... ты либо перестань, либо... ууу-ах... либо нормально делай коль взялся! — на что мужчина только рассмеялся. — Слушаюсь и повинуюсь, моя принцесса! Барнс сразу же вынул свой язык з-за белёсых зубов и завел его прямо во влагалище. От неожиданности я аж прогнулась в пояснице. А мужчина только крепче обхватил меня вокруг таза, блокируя любые мои телодвижения. Он искусно будоражил каждый нерв внутри меня и снаружи, от накативших волн возбуждения мое лоно начало рваться вверх-вниз, но цепкие руки все так же удерживали меня в мертвой хватке, тем самым поднимая восприимчивость к ощущениям. На мгновение мне показалось, что я уже и сама будто насаживалась на язычок Баки, дабы почувствовать его внутри себя больше. Пара интимных поцелуев, ловких покачиваний и несколько мужских хитростей, и девичья плоть крайне быстро пошла на пик. Из меня все чаще вырывался блаженный томный крик, пока я не испытала сам момент наслаждения — мышцы сжимались изнутри, а тело слегка начало трясти. Из вагины начала течь жидкость удовольствия. Мужчина еще несколько секунд продолжил ласки, а затем поднялся надо мной и впился своими устами в страстном поцелуе, ища теперь себе место среди моих зубов и языка-собрата. Этот киллер-убийца невероятных размеров выглядел рядом словно медведь с маленькой куклой. Он наклонился ко мне и шепнул на ушко своим сладостно-томным голосом: — Даже не пытайся, — на нем была кокетливая улыбка, но энергетически я понимала, что брюнет все еще сдерживается, — эти узлы меня учили вязать в Гидре, тебе не выбраться принцесса! — Но ты забыл, солдатик, — я смогла вытянуть сначала одну, а затем и вторую руку, и обняла голову Баки, — что я тоже была там! Вначале он рассмеялся с того, что я смогла обхитрить его, но потом лицо мужчины высказывало встревожено-любопытную эмоцию: — Ты мне никогда не рассказывала как ты туда попала, что произошло? — Ох, Барнс, это слишком длинная история, может расскажу как-нибудь потом... — Расскажи сейчас, — взяв меня под ляжки, бывший киллер сел на колени и посадил меня сверху, — я готов тебя слушать хоть до утра! — Ну уж нет, Барнс, мы тут не для этого собрались, так сказать, — я накинулась на него с поцелуями. Мужчина рассмеялся в ответ, — дай волю чувствам, Джеймс! Не смотри на меня так, я знаю, что ты все еще держишь все в себе. Если не разрешишь быть внутреннему "я" до конца собой, то разрядки не получишь! Будешь все так же обеспокоен и напряжен! — Ты же знаешь, Джесс, — и снова этот виноватый взгляд, — я не могу! — Ну, не можешь ты — смогу я, — дотронувшись до лба Баки рука начала приобретать бордово-серый оттенок, — дай себе волю, Барнс! — Джесс, что ты делаешь?! — Помогаю тебе избавиться от установок в голове! — Это так не работает! Прекрати, ты не знаешь, — он убрал мою ладонь от себя и пристыженно произнес, — до конца какой я человек! Не нужно, прошу! Не хочу делать тебе больно! — Джеймс, я тебя люблю таким какой ты есть, со всеми закидонами. К тому же, если я не видела тебя с какой-то стороны то пора увидеть!... Дай себе волю, Барнс! — Нет, прошу, принцесса, не нужно! — брюнет пытался заткнуть мне рот поцелуями, но меня уже было не остановить. Пару секунд обоюдного обмена слюной и я снова пустила в расход силы. Нежные объятья меня не удерживали, но отвлечь и расслабить Баки как-то надо было. Если он будет возбужден но вместе с тем и неспокоен, вполне вероятно что я не только не помогу, но и наврежу. Поэтому решение облокотить мужчину о спинку кровати, а самой спуститься чуть пониже его пупка была самой удачной в тот момент. — Расслабься, солдатик! — после этих слов я аккуратно помассировала его член, чтоб Баки привык, а затем облизав головку начала заглатывать все глубже и глубже. С каждым моим движениям бывший наемник Гидры издавал приглушенный стон, дыхание значительно участилось. Его голова откинулась назад, а ладоши со всей силы сжимали одеяло. Его достоинство было устойчивым и твердым, максимально увеличенным, так как до отказа наполнено кровью, видно — он готов кончить. Но с последних сил держится. Конечно, для столетнего дедули это дикость, что девушка вот так, с первых минут готова отсосать, без предварительного полноценного секса. Протянув свои пальцы между его рукой, я медленно поднесла их к своей голове, давая понять, что хочу чтобы он управлял процессом. Поначалу нехотя, но все же бывший Зимний взялся за волосы. — Ах... ааа... принцесса... не... не стоит!... — чтобы он не пытался говорить между стонами, но все так же сжимал мои золотавые пряди в правой руке. Семь секунд и я ощутила, как его пятерня потихоньку расшатывается, словно невзначай, в такт с моими перемещениями. Еще пару мгновений и ритм уже начал задавать мужчина. Он морщил нос, вздыхал все громче, и все меньше сдерживался. Было заметно, что ему это жутко нравиться. Каждое его движение играло по нарастающей, в горле уже не было места. Теперь терпеть начала уже я. Сделав пару толчков по полной, он отпустил мою копну и я почувствовала как по рту разливалась семенная горячая жидкость, что выходила словно лава из заряженного вулкана. Проглотив ее и отпустив уже расслабленный член я поднялась с коленей и уже хотела была усесться сверху Баки, но он взял меня за подбородок и притянул к себе: — Принцесса, ты невероятна! Иди ко мне! Но смутившись я отстранилась, и словно ребенок, что разбил чью-то любимую вазу, растеряно прошептала: — Тебе не противно? — Что, целовать тебя? — Целовать после того что ты сделал?.. На моих губах твой вкус... Барнс лишь сам придвинулся поближе и с развратной улыбкой говорил так близко, что воздух выходящий из его рта буквально залетал в мой: — Ну тебе же не было противно меня целовать когда на моих губах был твой вкус... Мои невольно раскрытые все это время губки задрожали в ожидании дальнейших действий солдата. Живот начали вновь переполнять бабочки. Посадив меня на себя, Джемс только обхватил мои бедра и начал медленно двигать поясницей вперед. Его половой орган нежно и протяжно то соединялся со мной, то полностью выходил, но наличие оргазма это не отменяло. Я обняла его шею одной рукой и хваталась ногтями за широкую спину другой, оставляя белые шрамики на плотной мужской коже. Интимные вопли обоих стали выходить из под контроля. — Джессика... я конечно все понимаю, но... аа-а... потише, дорогая, нас ведь могут и услышать! — Плевать, я хочу чтобы все знали... ааах, Баки, я хочу, чтоб все знали что ты со мной делаешь! — Ахах, никогда бы не подумал что ты такая похотливая сучка у меня! Случайно перейдя границу я снова забрела в энергетическое поле Баки и поняла, что хоть он и не напряжен больше, но все еще сдерживает и себя и свои мысли: — Баки..? Будь собой пожалуйста до конца... я хочу чтобы ты был со мной собой, слышишь! — Принцесса... боюсь я тебе не понравлюсь тогда! — Чушь, я же люблю тебя!.. — глаза залились синим цветом. Я приблизилась к брюнету чтобы подарить еще один ошеломительный поцелуй, но перед этим произнесла, — Дай себе волю, Джемс "Баки" Барнс! — Джесс, прошу тебя... Я не сразу поняла что изменилось в моем мужчине, но со временем его движения головой во время слияния и обменом, как говориться, ротовых ферментов стали более рваные и грубые. После пары мгновений синеглазый резко перевернул меня, положив на живот, и буквально вдавив меня в кровать начал заводить назад мои руки, прямо-таки заламывая их. Я опешила от такой реакции, но еще больше меня удивило, что его действия и вправду приносили дискомфорт: — Что ты делаешь, Баки?.. ааай, мне больно! — Я предупреждал, что этого не стоило делать. Теперь будешь терпеть заслуженное наказание! — Боже Баки, я ведь... Не дав мне закончить фразу бывший киллер схватил меня за сведенные предплечья и приподнял к себе, да так, что аж позвонки прохрустели. Он поставил меня на колени и завязал вновь галстук на мох ладонях, но на этот раз настолько туго, что казалось десяти минут хватит чтобы они онемели и начали отмирать ткани. Закончив свое дело солдат начал сжимать мою грудь своей живой рукой прижимаясь корпусом ко мне. Дыхание в этот раз участилось не от накала страстей между нами, а потому что я действительно испугалась. В попытках понять его действия у себя в голове, я повернула лицо в его сторону и с ужасом осознала, что... это был уже не тот человек, которому я признавалась в любви всего-то вчера. В глазах уже не было былого трепета. Мужчина, что стоял позади меня больше походил на того самого Зимнего солдата, что я встретила десять лет назад в отеле. В нем все еще чувствовалась любовь, но уже какая-то другая, будто ласковый и нежный Барнс ушел, а вместо него появился огрубелый, слегка дерзкий. Каждая мышца его лица излучала по-настоящему мужскую брутальность, щепотку строгости; обладатель стальной конечности крепко сцепливал челюсти, от чего его скулы и венка на лбу сексуально пульсировали. Он крепко схватил мой образ железкой рукой, продолжая забористо изучать мое тело другой, и прислонившись устами к уху, закрыв глаза, томно, сквозь зубы, шептал своим бархатным голосом: — Я хочу чтобы завтра каждое твое движение напоминало об этой ночи, обо мне..! Потому что ты моя! Сказав это, мужчина вновь небрежно кинул меня на постель и обхватив мои ягодицы руками жестко вломился во всю длину. Мое тело дрожало, когда он вошел в меня, его твердый член глубоко проник в мою узкую, влажную киску. Он поднес руку к моему рту, как будто заткнув импровизированный кляп в рот. И приказал перестать стонать иначе я буду наказана. Я очень старалась молчать, но его большой член так хорошо входил в меня! Тогда он вытащил его из влагалища и протолкнул пенис в тугую попку. Это была борьба, чтобы полностью погрузиться в меня. В итоге он сделал это, и я почувствовала взрыв экстаза, когда он вставил его в мою задницу. Когда Джеймс вошел, его свободная рука стала коварно играть с моим клитором, заставляя меня хотеть стонать еще громче. Он стянул с рядом стоящей тумбы тканевую салфетку и сунул мне в рот, сделав из этого своеобразный кляп. Я была совершенно беспомощна, и он мог делать со мной все, что хотел. Как только я начала издавать слишком много шума, он вытащил член из задницы и сильно потянул за мои соски, приказывая мне не издавать звуки. Но это заставило стонать меня еще больше. Его рука сильно сжала мой клитор, из-за чего даже за кляпом можно было услышать мой крик. Затем он опустил руку на мои соски, и резко шлепнул их, доставляя удовольствие через боль. Моя киска просила, чтобы он снова трахнул меня. Он это понимал, поэтому решил немного поиграть с ней, проводя головкой члена между моими ногами. Я была на грани, но при этом не могла двигаться. Оргазм накалывался внутри меня, и прежде чем я поняла, что он пытается вырваться наружу, моя природная смазка полностью заполнилась, каплями стекая на простынь. Я не могла ничего контролировать, моё тело выдавало много соков, при этом дрожа от удовольствия. Брюнет развязал галстук и заставил перевернуться на спину, снова фиксируя руки и ноги. Возня продолжалась ровно до того момента пока Барнс снова не кончил. Потом он поставил на четвереньки, и продолжал жестко входить в меня, будто добывал алмазы в каменоломне с помощью секиры и грубой силы. Вся моя киска блестела от выделений после очередного пика удовольствий. Видимо решив, что этого недостаточно Баки тут же вонзился глубоко в мою задницу, хватаясь за бедра и трахая меня так сильно, что я чувствовала себя тряпичной куклой. Моё тело не принадлежало мне. Он потянул меня за волосы железной рукой и отшлепал по заднице. Вскоре я ощутила, как его сперма заполняет мою попку. Я была на небесах. Однако, в ответ я ничего не могла поделать, так как была полностью обездвижена. Все, что мне оставалось – ждать, пока меня освободят. Обоих возбуждало мое израненное тело, спина и ягодицы, покрытые вздутыми полосами ударов, затянутые поволокой извращенной похоти, глаза. Первый удар я приняла недвижима, но последующие заставляли содрогаться и выгибаться все мое тело. Я металась по постели, насколько позволяли мне путы. Мой любовник все хлестал и хлестал меня, каждый раз с новой силой, меняя места ударов. Вскоре на спине и бедрах не осталось буквально, ни дюйма свободного от алых полос места. Обычно, я заводилась всегда только от длительной ласки. А тут: мне было стыдно и сладко одновременно. Я не знала, чего больше в моих ощущениях, да это и не было важно. А важным было лишь то, что я лежу сейчас здесь, перед ним, а он — мой строгий покровитель. В очередной раз слившись телами, но уже без былых ограничений, мы двигались в унисон аж пока Барнс не кончил внутрь моего влагалища одновременно со мной. Мы лежали на кровати, истощенные и довольные. Хотя Джеймс, было видно по лицу, все же корил себя за подобное поведение. А мне почему-то так стало смешно с этой ситуации, смешно и стыдно за это. Я смущенно лежала с горой положительных эмоций и полна его спермы. Первых пару минут, пока восстановилось дыхание, никто не решился издать хотя бы звук. И конечно же, будучи особой крайне инфантильной, слегка дурашкой, и по-детскому смешливой я не удержалась и пустила легкий смешок, буквально на две секунды, что был похож больше на "шмыг" носом. В этот момент Баки повернул полуозадачено, полуобеспокоено голову и вопросительно поднял бровь; на его лице все же виднелась удовлетворительная ухмылка. — Ахаха, ничего, просто... Ахахах, я не могу... ты думал, что поступаешь неправильно когда так себя ставишь? — Что ты имеешь ввиду? — Ну ты сказал, что не понравишься мне... — Я причинил тебе боль... — брюнет снова отвел мятежно взгляд, — Принцесса, прости меня, прошу! Как мне искупить свою вину перед тобой? — Прежде всего перестать себя винить! Да, да. Солдатик смотрел на меня с непониманием и капелькой надежды. Теперь он не просто повернул голову, мужчина привстал и лег на бок, чтобы видеть мое лицо полностью. — Я не шучу, Барнс, эта ночь была ошеломительная, просто лучшая! Ну, не считая вечера второго воскресенья месяца, конечно же. Мужчина поморщился, пафосно закатив глаза, прикрыл их до половины, а потом начал растягивать рот в широкую улыбку, вначале правый уголок, а почти в тот же час и левый. Словно чеширский кот из сказки. Думаю, теперь это будет для нас значимой датой. — Ну, сегодня конечно уже понедельник, — его темные пряди, цвета весенней земли после пробуждения, спадали вниз словно маленькие водопады, а глаза светились от небывалого счастья, — но еще с час назад было воскресенье! — Погоди, что? Да не может быть... о господи, я в днях совсем потерялась, представляешь! — я потянулась за поцелуем, обхватив шею друга задницы Америки, — я люблю тебя солдатик! Я до последнего ждала, что он скажет в ответ что-то, хотя бы усталое: "я тоже", но нет. Броня Гидры держалась крепко. Ну ничего я подожду. Мои чары все же сломят эту стену... — Ты кажется хотел искупить вину? — я полностью поднялась с подушки и села перед мужчиной на сложенные колени, — так вот, можно я... ахахах, это так странно... можно я дотронусь до твоего лица, как тогда? Я хочу изучить его по-новому.

***

Баки пришел в недоумение и умиление от этой просьбы, но все же дал свое согласие и, принял позу максимально удобную для подобного занятия девушки. Она закрыла свои глаза и расплывались в яркой улыбке от подобной шалости принялась "разглядывать" руками лицо мужчины. Блондинка начала со скул; плавными движениями она изучала каждый миллиметр кожи, пробуя на ощупь каждую царапинку и ямку. Она потрогала также нос, проведя по нему четкую линию, он был геометрично идеальным. Все так же сидя не открывая веки девушка не стала щупать глаза, а лишь провела по густым бровям и складкам вокруг, она понимала, что солдат не смел даже менять эмоции на лике, только бы не убить удовольствие от процесса для нее самой. От этого на сердце становилось только теплее. Она еще долго сидела тыкая, пробуя, щупая шею, волосы и облик брюнета, пока не пришло осознание, что накатившая волна жуткой сонливости берет верх.

***

Джеймс накрыл меня одеялком, чтобы мне было максимально комфортно и лег рядом со мной. Он предоставил свою живую руку в качестве подушки, а железной обнял. Даже будучи из стали, она все равно грела душу и тело, ведь она была его... — Думаю, это был не зря прожитый день, теперь если я умру в бою завтра, не буду хотя бы не о чем жалеть. В честности потому что очень люблю тебяя! — Эй, не смей так думать, принцесса! Мы победим! Мы же пережили тот жуткий эксперимент. Пережили вместе! Значит все будет отлично! — ... ну да, пережили... — Нам еще нужно отдохнуть хорошенько, так что, — Баки нежно поцеловал меня сзади в шею, — сладких снов, моя принцесса! — Сладких снов, солдатик! — я только больше спиной прижалась к мужскому, излучающему тепло, телу. Надо сказать я еще долго не могла заснуть. Хоть глаза и жутко болели, а в голове гудело эхо. Но я все лежала и слушала сердцебиение Баки, то как он дышал. Ощущала как его грудь двигается при вдохе, туда-сюда. Слушала его томный голос который прорывался сквозь сон. *Интересно, что ему сниться?* — Ммммм... Ты моя принцесса... — его голос был таким тихим и смятым. Я понимала что он спит, но понимание что я даже в голове у него, было приятным.