Километры лажи

       Здравствуйте, Ангелина Юрьевна!        Я и подумать не могла, Гель, что когда-нибудь мне придётся вновь обращаться к тебе так же, как в начале проекта. Я в ебучих кошмарах не могла представить, что ты кинешь меня и сбежишь от трудностей. Я никогда не думала, что ты — ёбаная трусиха.        Ты прекрасно знала, как я хотела победить в Битве, ты обещала, что будешь рядом, несмотря ни на что, но оказалось, что ты пиздишь точно так же, как и все. Ты не смогла вынести того, что я обошла тебя по процентам. Серьёзно? Взрослая и умная женщина взбесилась, как маленький ребёнок. Ты материла всех, кто писал тебе со словами поддержки, ты, блять, послала меня, когда я приехала к тебе… Ты сбежала, как ёбаная трусиха!

Переживая сознание о тебе, Думаю рвано и ранено о тебе И убедительно в роли себя Для других существую.

       Я совершенно искренне делаю вид, что со мной всё в порядке, улыбаюсь на камеру, стараюсь всем помочь, даже сдружилась с ебучими Шепсами и Матвеевым. И всё это, чтобы доказать себе, что после всей хуйни, что я получила от тебя перед расставанием, я могу быть собой.        Но это нихуя не так, Ангелин. Я без тебя и я с тобой — это два совершенно разных человека. Второй — счастливый и любящий, первый — разбитый и ничтожный. Изосимова, ты превратила меня в хлюпика. Ты сотворила с моей психикой такой пиздец, какого не было даже после смерти отца.

Набери мое имя в гугле, Прочитай километры лажи, Что еще в этом чертовом мире Тебе про меня расскажут?

       Я всё ещё не могу понять, как ты, блять, повелась на эту хуету про оператора?! Как ты, любящий и любимый человек, могла поверить в то, что я тебе изменила?! Ангелин, надо быть ебанутой, чтобы бросить того, кого любишь, из-за пары статеек в интернете. Ты — ебанутая на всю голову. Впрочем, с ебанутых спросу нет…        Но, пожалуйста, скажи, почему после статей про нашу связь со Светой ты молчала? Почему после фото с Череватым была рядом? Что случилось? Может, не так уж сильно ты меня и любила?

Если открылся, не смей ни о чем жалеть, Пусть будет небо ближе ко мне на треть, Пусть будет солнце, И лучше на нем сгореть, Чем задохнуться.

       Я ни капли не жалею о наших отношениях. Я неебически сильно тебя любила: любила твои странные старинные словечки, твои волшебные кошачьи стрелки на охуенно красивых глазах, твои холодные руки и горячие губы, твои жаркие объятия и хриплые стоны… Гель, я любила тебя каждый день и каждую секунду, а ты это всё проебала…        Я задыхалась в твоей мнимой любви как в облаке ваты. Ваты, которую, судя по всему, ты засовывала мне в уши! Ты так красиво говорила, что любишь. Пела колыбельные нам с Луной, а потом просто поверила в какой-то бред и ушла. Ты хоть подумала о том, какого ребёнку? Изосимова, ты — худшее из зол, произошедших со мной в жизни, но я, блять, всё равно ни о чём не жалею!

Но пожалуйста, слышишь, пожалуйста, Согласись на последнюю встречу, Я не могу, не могу, не могу больше, Весна по щекам поцелуи хлещет.

       Но как бы сильно я ни была обижена, сколько бы не твердила, что ненавижу, я неебически сильно скучаю по тебе, Гель! Скучаю по твоим непрошенным советам, по ромашковому чаю на ночь, по колыбельным и, главное — скучаю по ощущению счастья рядом с тобой.        Я не должна просить прощения за те слова, что спизданули другие люди, сами того не зная, но я прошу простить меня за всё, что я сделала тебе: за ссоры от усталости, за дурацкую ревность с моей стороны и за то, что не смогла сделать тебя счастливой…        Я не прошу тебя вернуться ко мне, знаю, что это невозможно. Я прошу тебя о встрече, о ебаном часе в твоём плотном графике. Я очень хочу отдать тебе то фамильное кольцо, что ты мне подарила, и обнять тебя в последний раз. Завтра в восемь вечера в нашем любимом кафе.

Жду и надеюсь на встречу… Всё ещё люблю, уже не твоя, Лина