raining sunshine.

Мышка переодически щелкает. Никита устало потер переносицу и порезал на стуле из-за затекшей пятой точки. Двенадцатичасовой ролик для подписчиков. Это все о чем Берг сейчас может думать. Это он делает ради подписчиков, которым он пообещал невероятный выпуск мистики, как блондин сам же выразился. Он не должен облажаться. Летсплейщик смотрит на компьютер в другом конце комнаты. Давид, его возлюбленный, тоже монтирует, но, в отличии от младшего, он чаще делает перерывы. Например, сейчас он стоит на балконе и смотрит на улицу. На барабанящий по крышам дождик. Никита вздохнул. Ролик ждёт. Он развернулся на кресле, продолжая монтировать, обрезая кадры, соединяя, делая переходы и при этом щелкая мышкой. — Никита! Подойди сюда! — позвал его Давид через какое-то время. Блондин оглянулся на шатена, улыбающегося ему по ту сторону окна. И невольно тоже заулыбался. Берг подошел к Роменскому. — Что такое? — спросил он. — Посмотри, как красиво! — старший мифоискатель улыбался как ребенок, когда узнал что-то радостное. Из-за серых туч выглянуло солнце, сверкающее, как драгоценный камень. Причем дождь все ещё лил. Никита завороженно смотрел на небо, и тут ему вспомнилась песня… Он не помнил, как она называлась, но он помнил только слова… — It’s raining sunshine, It’s raining sunshine, All over mankind It’s raining sunshine… — As real as it can be, Believe in what you see, It’s not in just your mind… — подхватил Давид, обнимая своего парня за талию. — It’s raining sunshine… — протянули оба синхронно. А потом они оба поглядели друг на друга. Роменский продолжал улыбаться. Берг тоже невольно заулыбался. Он никак не мог понять, почему у его шатена такая заразительная улыбка, на которую только смотришь и тебе тоже хочется улыбнуться. Младший притянул старшего к себе и нежно поцеловал. Давид стал отвечать на поцелуй, давая понять, что ему нравится. А за окном все ещё с неба капал дождь, сверкало солнце. А потом на небе ещё появилась радуга. Никита стал водить пальцем по небу: — Смотри, это я, — он показал на дождь, — это ты, — на солнце, затем на радугу, — а это мы вместе. Прозвучало это двусмысленно, поэтому Давид промолчал и покраснел. — Ты ж мое солнце… — серо-голубые глаза Никиты блестели, отражая солнечный свет. — Спасибо, что отвлек меня от монтажа… я реально забыл насколько может быть красивым этот мир. — Пожалуйста. Роменский снова накрыл своими губами губы младшего. Сейчас они просто наслаждались друг другом. Ничто не могло им помешать сейчас. Только они и солнечный свет с дождем. raining sunshine.