Единственный, кто по-настоящему понимает.

22 августа Миша сидел на кровати в своей палате. Хоть он и находился здесь не так долго, белые больничные стены давили на мозг. Казалось, помещение с каждым днём становилось всё теснее и теснее, всё больше угнетало парня и так в не очень хорошем физическом и психическом состоянии. А за окном кипела жизнь. Без Миши. Конечно, кому там, с наружи, есть дело до него? Уж точно не прохожим или весело кричащим детям. Они не виноваты в его неудачах, но это не мешало Мише ненавидеть их за то, что они счастливы. Невозможно делать видео, когда у тебя в голове столько мрачных мыслей. Но надо стараться, подписчики ждут. Наверное, только лайки и добрые комментарии привносили в его жизнь краски. До случайной встречи с французом... "Так, нет! Если я буду думать о нём, то вообще ничего сделать не смогу," - подумал Миша, слегка покраснев. - "Хватит отвлекаться. Пора за работу." Помяни чёрта, и он тут как тут. В дверь постучали. Парень, как и сказал себе, не стал отвлекаться, думая, что это медсестра. Гость, не услышав возражений, открыл дверь. – Привет! - прозвучал картавый голос. Он всё же отвлёкся от монтажа очередного ролика и увидел на пороге высокого кудрявого парня. Его парня. – Снова ты? - вместо приветствия будто безразлично спросил Миша. – Как чувствуешь себя? - с улыбкой поинтересовался посетитель. Он не очень хорошо знал русский, но немного говорить всё же умел. Говорил он не без акцента, конечно, но понять его слова можно. – Живой, - получил он саркастичный ответ, и, приняв его за шутку, усмехнулся. – Чё у тебя за пакет? Вместо сумки носишь, что ли? - указал парень на белый пакет, с которым Жан пришёл. – Je t'ai apporté des auberges! – Чего? - с раздражением спросил Миша. – Ты же знаешь, я не понимаю! Жан достал из пакета апельсины и шоколадные конфеты и положил их на тумбочку рядом с кроватью. – А, еду принёс, - спокойнее ответил парень. – Ты ешь это? "Мда. Я не люблю ни цитрусы, ни шоколад. Просто скажу ему об этом. Стоп. Он купил это специально... для меня? Не припомню, чтобы кто - то ещё приносил мне еду в больницу..." – Спасибо, - протараторил он, отводя взгляд в сторону и немного краснея – нечасто он говорит такие слова. Если бы он повернулся к Жану, то наткнулся бы на его лучезарную улыбку. Кажется, она никогда не сходит с лица этого парня. Иногда он улыбается потому, что не понимает Мишу, но от этого его улыбка не становится менее искренней. Его улыбка кажется такой родной, такой желанной. Миша никогда не находил улыбки чем-то особенным. До встречи с этим парнем. Каждая его улыбка особенная. Жан присел на край кровати, как он обычно и делает. Реакцию Миши он нашёл забавной, потому издал еле заметный смешок, наклонив голову немного вниз. Открыв глаза он заметил бледную руку, сжимающую почти того же цвета простыню. Подумав, что его партнёр напряжён, он накрыл его руку своей. Как только это случилось, Миша вздрогнул, словно его ударило током, и притянул свою руку к груди. Жан неловко смотрел в испуганные и даже злые глаза. Он не до конца понял, почему Миша так остро отреагировал, но всё же чувствовал свою вину. – Прости. Я не буду больше, - стыдливо сказал он, притягивая свою руку ближе к себе. – Я, эм... Это... просто было неожиданно, - неуверенно протараторил он, будто его самого удивило собственное поведение. Он задумался, опустив голову вниз. "Почему я так резко отдёрнул руку? Теперь в его глазах я, наверняка, выгляжу, как зашуганный ребёнок! Я поставил его в неловкое положение, даже заставил извиниться. Хотя он ничего плохого не сделал, просто дотронулся. Может я просто давно такого не ощущал? Может это правда было просто неожиданно? Хм, парочкам свойственно держаться за руки. А ведь мы тоже парочка. Хотел бы я подержаться за руки с ним? Думаю, можно попробовать... Если он вообще согласится после такой моей реакции." Миша посмотрел на грустное выражение лица парня, в котором читались вина и сожаление. Не хотя видеть такое лицо вечно улыбающегося Жана, он отвёл взгляд в сторону. Видя периферийным зрением чужую руку, прижатую к бедру, он медленно придвинул к ней свою. Невесомое соприкосновение пальцами заставило француза удивлённо посмотреть на красное от смущения лицо Миши. Жан, не торопясь, словно боялся спугнуть то ли парня, то ли сам момент, начал сплетать свои пальцы с Мишиными. Он посмотрел на всё также красного парня, который с удивлением разглядывал их руки, как нечто неземное. Слегка подождав, он начал аккуратно поглаживать большой палец Миши своим. На это парень лишь сильнее сжал его руку, отчётливее ощущая твёрдые костяшки пальцев партнёра. "Его руки такие горячие. Моё сердце так быстро бьётся. Щёки горят. В животе бабочки. Мы ведь просто держимся за руки, почему меня это так смущает?!" - злясь на себя, думал Миша, краснея ещё сильнее. – Ты в порядке? - увидев милое замешательство своего парня, поинтересовался Жан. – Да, - на удивление уверенно ответил он. "Не хочу, чтобы это заканчивалось..." - признался Миша себе. Он поднял голову и увидел очередную улыбку. Она всегда греет его зачерствевшую душу. Уголки его губ приподнялись. Жан редко видит искреннюю улыбку парня, поэтому ценит и хранит в сердце каждый такой момент. – Волнуешься? – Чего? С хера ты взял? "Неужели так заметно?" - разозлился Миша на себя. – Холодные, - произнёс француз, указав взглядом на руки. – Хм? Хочешь сказать, если у человека холодные руки, значит он волнуется? - получив в ответ кивок, Миша закатил глаза. - Херня это. Жан не понял слов, но понял смысл сказанного по интонации. Он пожал плечами и улыбнулся шире. Так прошёл час. Парни болтали о разном. Миша рассказывал про сюжет мини - фильма, который он делает. Хоть собеседник его и не понимал, Мише было весело делиться мыслями насчёт дальнейших отношений Пика и Вару. В ответ Жан рассказывал про свою семью. Хоть он и старался говорить на русском, иногда в речи проскакивали французские слова, а иногда он и вовсе переходил на свой родной язык. Тогда Миша его останавливал, и напоминал про переводчик на телефоне. Чересчур спокойный Жан и чересчур вспыльчивый Миша не всегда понимали друг друга. Но они всё равно стараются. Они не говорят это вслух, но каждый из них считает, что они понимают друг друга лучше, когда их пальцы переплетены. *** – И что мне делать с угощениями? - спросил у пустоты Миша, когда Жан ушёл. - Выбросить? Жалко... Но и есть я это не буду. Отдать? Но кому? Аргх! Почему я просто не сказал ему, что не люблю это?! Он начал ругать себя. Но когда в голове всплыл образ лучезарной улыбки Жана, он вспомнил, почему не сказал. – Отдам медсестре, - спокойно проговорил Миша, немного краснея.