Платформа мира

***

Из-за угла вылетела маленькая бумажная бабочка. Яхико проследил за ней взглядом, а когда та подлетела поближе, поймал ее за крыло и развернул оригами. Пробегаясь глазами по строчкам, написанные аккуратным витиеватым почерком, он улыбнулся. Дышать стало легче. Вечный дождь Амегакуре перестал быть холодным, будто и вовсе пропал. С души упал груз, который он нес все утро. Парень выглядел живее, чем до этого. Шиноби сжал край бумаги и поднял голову к навесу. Улыбка все еще не сходила с лица, становилась только шире. Слова, адресованные точно ему, грели душу. Пропала вечная влажность вокруг. Яхико опомнился спустя пару мгновений. Он суетливо засунул бумажку в карман штанов под плащом и рванул внутрь башни, попутно чуть не спотыкаясь о порог. Сердце забилось сильнее, глаза мечтательно засияли, а ноги несли стремительно вперед. —Братец Яхико, ты куда? Что-то случилось? Тебе нужна наша помощь? —обеспокоено крикнул Кюске, догоняя лидера. —А? —Яхико на секунду остановился, слегка отрешенно косясь на напарника. —Нет, Кюске, все хорошо, отдыхайте, —кивнул он и уже ровным шагом направился к месту встречи, стыдясь своей чрезмерной эмоциональности. Кюске лишь озадаченно кивнул, гадая, что так могло взволновать лидера, но все же просто пожал плечами.

***

Холодные капли дождя стекали по лицу, падая с кончика носа на землю. Мокрые пряди волос неприятно прилипали ко лбу. Ее голова была поднята прямо навстречу отрезвляющему ливню; закрывая глаза, она оказывалась в глубинах своего подсознания, отдаваясь мыслям. Она находила это занятие полезным, ведь постоянно находясь в реальном мире, можно потеряться. Но были лишь два человека, способные ее найти. Из мыслей Конан вывел звук всплеска лужи позади. Она тихо ухмыльнулась, не способная сдержать порыв чувств. —Яхико, —куноичи обернулась. Сердце сделало один большой удар, что разошелся волной по телу. Она ждала его. Верила, знала, что придет. На лице Яхико отражался весь спектр счастливых эмоций, что поглощали его все больше, особенно при ней. Его улыбка всегда озаряла дорогу вокруг организации, даря надежду о мире без войны, где их деревня наконец перестанет лить слезы отчаяния. Но сейчас эта улыбка была предназначена только для Конан. Сейчас они были вдвоем. И больше ничего не нужно. —Конан, —с придыханием, будто они впервые виделись после долго разлуки, сказал Яхико. Тело двигалось само. Парень снова проскочил под ливнем, оказываясь рядом с девушкой. Его руки крепко обвили ее талию, так, словно она сейчас исчезнет в тумане дождя, лоб уткнулся в плечо. Он закрыл глаза. Конан задержала дыхание и приобняла его в ответ. Стало теплее. Руки девушки аккуратно сомкнулись за его спиной. Торчащие ежиком рыжие волосы уже почти полностью намокли, свисая вниз. Куноичи расслабленно выдохнула, прислоняясь к ним. —Я знала, что ты придешь, —тихо сказала девушка. —Не могло быть иначе. —вторил ей Яхико. Звуки вокруг будто стихли, вправду оставляя их наедине. Мир может подождать, пока на душе так спокойно. Пока сердце ритмично скоро бьется. —Нагато беспокоится, что ты так поздно возвращаешься с дежурств, —успокаивающим голосом отметила Конан, проводясь рукой по мокрой копне волос. —ты все еще не расчесываешь их? —вопрос был скорее риторический. —Ничего, я ведь уже вернулся, —Яхико медленно поглаживал большим пальцем спину девушки. Можно достичь мира, имея при этом свои идеалы, но стоит ли их навязывать другим, или же отплатить за это слишком большую цену?

***

Конан упала на колени. Ханзо крепко держал ее связанные руки за спиной. Униформа Акацуки испачкалась грязью от луж. Янтарные глаза беспокойно бегали, перемещаясь то на Яхико, то на Нагато. В ушах стоял звон. Все казалось нереальным сном, который забудется при пробуждении. —Яхико, ты их возглавляешь, —противный голос Ханзо прозвучал над головой. —следовательно, ты должен умереть. Слова отозвались болью в душе Конан. Она не могла поверить. —Твоя жизнь, —острое лезвие куная оказалось возле шеи куноичи. Она напряглась, предполагая последующие слова. —или же жизнь этой девчонки? Яхико был зол; брови сведены к переносице, глаза с узкими зрачками устремлены к Ханзо, а кулаки сжаты до побелевших костяшек. Кунай, что до этого был у ее шеи, прилетел в землю около Яхико и Нагато. Конан беспокойнее задышала, наблюдая за взглядом Яхико. —Эй, ты, рыжий, —Нагато взглянул на оружие. —возьми кунай и прикончи Яхико. Дождь усилился. Фиолетовые волосы девушки выбились из пучка, застилая обзор. Но одно она видела точно; как уверено смотрит Яхико на друга. Будто уже принял решение. То решение, которое Конан не сможет принять никогда. Кажется, Ханзо снова что-то сказал. Глаза Нагато, словно круговая рябь на воде, тоже уставились на него. —Не надо, Нагато! —крикнула Конан, чувствуя горечь во рту. —Бросьте меня и уходите как можно скорее! Она видела, как губы Нагато затряслись. Его глаза расширились, участилось дыхание. Брови Конан изогнулись в немой мольбе о том, чтобы это прекратилось, и друзья быстро ушли отсюда, потеряв ее. —Нагато, —позвал Яхико. Его голос был тверд и спокоен. —убей меня. —он стоял непоколебимой уверенной скалой. Мир не должен быть таким жестоким снова. Они ведь вместе хотели достичь понимая, хотели объединить все страны, раз и навсегда позабыв о войне. А сейчас эта война происходила у нее на глазах. Все воспоминания пронеслись ветром перед глазами. Ураганом, что вскоре унесет их навсегда, оставив лишь обломки домов. Дышать стало трудно. —Нагато! —Не делай этого! Голос Ханзо заставил Нагато отмереть. Он на негнущихся ногах подошел к кунаю. Взял его. Лезвие будто угрожающи смотрело на шиноби, поблескивая под каплями дождя. Воздуха стало катастрофически не хватать. Что-то перегородило дыхательные пути. В горле образовался ком. —Конан…—оружие в его руке сейчас смотрелось крайне неуклюже, будто вот-вот выронит. —Яхи- Он не договорил. Все произошло быстро и молниеносно. Растеклась лужа бордовой крови, что перемешивалась с грязью на земле. Еще живое лицо Яхико было рядом, но в паре минутах от смерти. Он прислонился настолько близко к Нагато, чтобы оружие вошло по самую рукоять. Улыбка. Через боль, но настоящая. В карих глазах, где свет погасал с каждой секундой, читалось умиротворение. А в риннегане напротив непонимание и отчаяние. Лицо Конан исказилось болью. Она лишь смогла судорожно громко вдохнуть. Нет, это не могло быть правдой, но картина перед ней говорила иначе. Реальность начала плыть; Конан казалось, что она теряет себя. Но когда ступор прошел, и едва живой Яхико слегка навалился на Нагато, сердце девушки сжалось, будто выжимая всю печаль. —Яхико! —ее голос сорвался на последних гласных, страдальчески протягивая их. Дождь начал застилать образы двух шиноби перед глазами Конан, а может, вовсе не он.

***

Темная комната озарилась светом, пропуская человека в маске. В тишине эхо от шагов было слишком громким. Он сел на кресло напротив, одаривая присутствующих взглядом одного глаза из отверстия в маске. —Ты справился? —его голос звучал холодно. Он не терпел неудач. —Да, я смог уговорить его пойти, применив грубую силу. —непривычно безэмоциональный ответ от него. —Конан? —шаринган устремился к ней. Насторожился. Думает, что она хуже. —Все пришло успешно. Сасори красных песков довольно силен. —Но ты справилась, —человек в маске усмехнулся. Пейн мимолетно кинул ничего не значащий взгляд на Конан, после чего снова посмотрел мужчину. —Ты нашел следующих? —Да, есть парочка. Куноичи плохо вслушивалась в разговор, ведь Пейн позже все повторит. Она устала. У нее затекла шея, но двигаться она не стала. Не хотела, под взором этого человека. Конан скорее хотелось покинуть прохладное помещение и вернуться к настоящем Нагато, а не подобию, что сидело слева от нее. Может, она бы приняла его, если бы не тело ее возлюбленного, что стало прототипом. Она могла тяжело вздыхать, говорить, что не верит Мадаре; но те цели, что хотели достичь старые Акацуки бесконфликтным путем, оказались изначально провальны. Ведь мир, поглощенный войной, где всегда будут герои и злодеи, где всегда будут неудачи — не может решить все должным образом. Только радикальные меры способным изменить его. Так думает Нагато, а значит, теперь так думает и Конан.