first love

лето в этом году выдалось неспокойное и тёплыми лучами солнца радовало довольно редко. чаще всего над лесами стягивались густые тёмные тучи, которые иногда превращают лес в целое болото, не успевающее просохнуть за пару дней в компании яркого солнца. такие погодные условия могут обрадовать какую-нибудь меланхоличную личность, любящую сидеть дома, но оборотни зачастую такими не являются, да и проблемы у них другие. ливни портят поля и грядки, разгоняют дичь, и многие волки начинают использовать запасы, которые хранились на чёрный день, потому что не всегда охотники возвращаются из глубинок леса с добычей, или приносят в зубах какого-нибудь кролика, которого можно скормить только одному волчонку на завтрак. чонгук наслаждался столь редкими лучами солнца, когда решил выйти на прогулку. он как можно скорее преодолел путь от поселения до ближайшей полянки, петляя между деревьями счастливым щенком, чтобы наконец оказаться под палящим солнцем и ощутить, как оно стремительно нагревает его смоляную густую шерсть. возможность посидеть в тишине юноша бы никогда не упустил, потому что, как ему кажется, дома на него оказывается слишком большое давление. высокий, крепкий, ангельски красивый доминантный альфа, ещё и сын вожака - такой парень ожидаемо будет самым завидным и желанным в стае, многие молодые омеги хотят, чтобы именно он заклеймил их в ночь судьбы и повязал в первую брачную ночь, хотят, чтобы именно с ним у них была большая семья с двадцатью маленькими волчатами. только вот чонгук, вопреки чужому мнению и догадкам, самый настоящий романтик. он мечтает обо всех этих свиданиях, о которых рассказывают взрослые, мечтает о поцелуях под луной и прогулках за ручки, о любви, которая будет одна на всю жизнь, но до блаженной дрожи в теле и пылающего в страсти сердца. когда он встретит того самого - поймёт, влюбится в него с первого взгляда и вцепится клещом, но никто из его стаи так и не вызвал в нём такого желания. альфа тихо вдыхает свежий воздух полной грудью и наблюдает за тем, как его пальцы творят маленькое чудо: тонкие стебельки пышных васильков и ромашек переплетаются между собой, образуя красивый венок. чонгук не знает, кому его подарит. может быть маме, может папе или младшему братишке, возможно, им будет приятно. совершенно неожиданно пальцы перестают слушаться, дыхание учащается и становится тяжёлым, а зрачки расширяются. чонгук откидывает венок и задирает голову высоко-высоко, пытаясь понять, не показалось ли ему, но улавливаемый аромат чужой крови и вой охраны отрезвляет. альфа подрывается с места и на ходу перекидывается в волка, набирая скорость и грозно стуча тяжёлыми лапами по земле, лишь бы успеть к границам. скорее всего отец уже там, спешит на помощь своим верным воинам, которые схватили чужаков, проникнувших на границы, но чонгук чувствует, что готов разорвать их за это: он ощущает аромат только омежьей крови. он добирается до места вторжения очень скоро, не помня, чтобы хоть раз в жизни бегал настолько быстро, но в тот же момент глаза будто застилает пелена. несколько крупных волков, грозно рыча, окружили кучку испуганных, раненых омег, однако один из них, возможно, самый главный, прикрывает остальных своих телом, держась на дрожащих лапах из последних сил. не рычит, не скулит, только тяжело и хрипло дышит, смотря в глаза так пронзительно и жалостливо, что у чонгука щемит сердце. не помня себя, альфа делает выпад вперёд и заслоняет чужаков своим большим телом, тихо, предупреждающе рыча, ведь он понимает, что слабые, беззащитные и маленькие омеги ничего им не сделают, и за себя постоять не смогут. среди них чонгук насчитал трёх взрослых особей и двух маленьких волчат, и осознание, что на них рычали огромные слюнявые животные выводит его из себя. воины ожидаемо расступились перед сыном вожака, не понимая такого рвения к защите, но гука в любом случае дома будет ждать серьёзный разговор с отцом, который сейчас смотрит на него взглядом, не предвещающим ничего хорошего. в деревню волки возвращаются под конвоем: самым первым их ведёт вожак, чужаки бегут в окружении воинов, а всё строение замыкает чонгук, то и дело возвращающий свой взгляд на белоснежную, испачканную кровью шерсть того самого омеги, что закрывал собой своих сородичей. такая отдача вызывает в нём неподдельный восторг и восхищение, и ему очень хочется поскорее познакомиться с волком поближе, желательно, когда оба они обратятся. по прибытие в поселение раненых волков первым делом отводят к лекарю, а желающего последовать за ними чонгука хватают за хвост, утягивая в сторону дома. - в чём дело, отец? - уже обратившийся и переодевшийся, чонгук скрещивает руки на груди, не скрывая своего недовольства от родителя. - послушай.. - мужчина тяжело вздыхает и трёт виски, - я вижу, что ты переживаешь, сын. и я вижу, что это беспомощные, не жалющие нам зла омеги - это читалось в их глазах. пойми, что они всё ещё чужаки, и что у наших воинов есть голова на плечах, они бы не напали - это что касается твоего выпада. чонгук слушает и внимает, пристально смотря на отца, однако душой и мыслями он совсем не здесь - а там, в домике у лекаря, помогает белому волку обрабатывать его рваные раны. - я ещё не решил, что с ними делать. - продолжает вожак, расхаживая по едва скрипучим половицам, - свободные дома есть, но едва ли мы потянем ещё пять голодных ртов, только если они не будут добывать себе пропитание сами, однако, это в корне неправильно. - я готов помогать им, отец, я.. я помогу им, правда, только позволь им остаться, пожалуйста! - мальчишка хватает отца за обе руки, прижимая их к своей груди, и смотрит самыми жалобными глазами, какими только возможно. ради того омеги он, кажется, уже готов на всё. - сынок.. - альфа качает головой и тихо смеётся, ласково устраивая на голове младшего гнездо, - я подумаю, хорошо? но.. скорее всего мой ответ тебе будет положительным. чонгук весь от этого разговора будто расцвел. крепко обняв отца, он пулей выбежал из дома и понёсся в сторону домика лекаря - второго самого крупного в поселении строения, куда увели чужих волков. - сокджин! хосок! - волк резко распахивает дверь, чуть не снеся её с петель, и сталкивается со множеством глаз, смотрящих на него. взгляды испуганные и заинтересованные принадлежат чужакам, недовольные - двум лекарям, что обитают в этом доме. смутившись, чонгук отворачивается и прячет лицо, пробубнив скомканные извинения, а после вовсе выходит, присаживаясь на ступеньку. он прикрывает глаза, ощущая, как пунцовые щеки обдает прохладным ветром, и шумно втягивает воздух, улавливая в нём нотки уже полюбившегося аромата. следом за принесённым сладким ароматом открывается дверь, и альфа вздрагивает, когда рядом с ним кто-то тяжело опускается, шипя сквозь зубы тихие ругательства. - простите пожалуйста, я не хотел, я просто.. - всё в порядке. спасибо за помощь и за то, что защитил там, в лесу, - чонгука перебивает тихий, но до мурашек красивый голос, и тот снова смущается, взглянув на его обладателя. - я просто почувствовал, что должен сделать это.. - он улыбается, столкнувшись взглядами с, кажется, самым невероятным омегой в его жизни, - меня зовут чонгук. - тэхён, - омега протягивает руку для рукопожатия с мягкой улыбкой, тронувшей его губы. чонгука словно прошибает током, когда они касаются рук друг друга в дружелюбном рукопожатии, и если бы он был в своей волчьей форме, то его хвост точно бы напомнил метёлку. - я.. - сын вожака прокашливается, пытаясь вернуть голосу былую уверенность, - я буду помогать тебе и твоим друзьям, чтобы отец оставил вас здесь. я бы.. очень сильно хотел этого. вот.. тэхён тихо смеётся, и чонгук готов поклясться, что это самый волшебный звук, который когда-либо доходил до его ушей. - ты очень милый, чонгуки. спасибо за заботу, я ценю её, - омега накрывает своей ладошкой чужую, чтобы выразить благодарность, но тут же вздрагивает, стоит двери позади снова громко хлопнуть. - чон чонгук! - в младшего альфу прилетает влажное полотенце, а сокджин недовольно хмурится, ставя руки в боки, - а ну перестань охмурять омег, между прочим тэхён тяжело ранен! - вообще-то мы просто разговаривали! - чонгук обиженно надувает губы, потирая ушибленное место, и недовольно косится на старшего, затаивая на него страшную обиду за то, что тот позорит его прямо на глазах у потенциального будущего мужа и папы его волчат. хотя если этот милый тихий смех никогда не прервется, чонгук готов терпеть все побои от главного лекаря. - тэ, тебе нужен покой, а ты прохлаждаешься на холодных ступеньках, ну что это такое, - омега недовольно ворчит, протягивая руку помощи, но его перебивает чонгук. - я помогу. могу я?.. альфа поднимается с нагретого места и, получив утвердительный кивок, бережно придерживает тэхёна чуть выше, помогая ему встать. он ощущает тепло чужого тела и сладкий пленительный аромат, от которого ноги становятся ватными, но старается взять себя в руки, чтобы помочь раненому дойти до второго этажа. чонгук провожает его до уютной, насколько это было возможно осуществить, спальни, и аккуратно укладывает тэ на мягкую постель, накрывая его тёплым одеялом. - пожалуйста, поправляйся скорее.. - чонгук смотрит так жалобно, осторожно сжимая омежью кисть, и уже собирается уходить, как вдруг его окликают. - чонгук.. - тэ приоткрывает потяжелевшие веки и слабо улыбается - спасибо. ради этого альфа готов стараться.