Футбольный алфавит

— Завидуй молча, Жора. — Да было бы чему.       Селихов с гордо поднятой головой выходит из актового зала. Он совершенно не хотел участвовать во всей этой ерунде, но когда кто-то из знакомых сказал ему, что Джикия будет одним из организаторов конкурса «Лучший студент», подал заявку. Даже такая реакция этого парня в ответ на какую-то глупость его очень радовала.       Не то чтобы он был лучшим студентом на свете, но милая мордашка и неплохая успеваемость подкреплялись игрой за университетскую сборную по футболу и огромным количеством знакомств. Он был обязан посветить личиком перед этим парнем.       Он давненько заглядывался на этого тихого парнишу. Их компания не пересекалась никаким образом, хоть Саша и пытался всеми силами начать с ним общение. Даже грешным делом после очередной тусовки думал выпросить у коменды перевести его в комнату парня. Ничего не получалось, хоть он и знал о нём почти всё, что можно было узнать, живя социально активной жизнью популярного студента.       Георгий Джикия. Студент третьего курса юридического факультета. Уголовное право. Активно участвует в жизни ВУЗа, но не отсвечивает особо, оставаясь всегда за кулисами. Общается с двумя одногруппниками: Зобнин и Соболев. Данных о девушке нет. Комната номер 14. Один из соседей — странный одногруппник Селихова, заобщаться с которым он не может второй год. Не курит, в пьянках не замечен. Не ходит по клубам, не участвует в общажных тусовках. Ходит в зал. Не нарывается на конфликты.       Он бы мог продолжать перебирать заученные факты, но не видел смысла, потому что это никак не помогало ему сблизиться с ним. Возможно проблема была в том, что они были с разных факультетов. Может быть потому что Саша учился на втором курсе. Он понятия не имел что с этим делать. И в итоге этот идиотский конкурс стал для него ещё одной надеждой. — В общем, — Джикия смотрел на листы у себя в руках, пока все участники на очередной репитиции сидели и ждали информации по дальнейшим действиям, — так как конкурс через три месяца, то сразу предупрежу, что у каждого будет стрижка и подбор костюмов. Это бесплатно, мы договорились с прокатом и барберами в городе. Также нужно ставить вам номера и снимать видеовизитки. Участников много, поэтому мы делим вас на 4 группы, чтобы нам проще было организовывать всё. Когда всё будет готово, будем прогонять всё вместе. Сейчас называю фамилии, вы подходите к своему организатору. Начнём с тех, кто под покровительством Светы.       Саша лениво слушал список фамилий, задумавшись о том во что вляпался. Это уже переставало казаться забавным приключением, всё было как-то слишком серьёзно для простого университетского конкурса. Когда в зале раздалась его фамилия, то он отреагировал не сразу. Георгий произнёс её ещё раз. — А? — Саша встал, поняв, что прослушал кто будет работать с их группой, — Мне куда? — Сюда, дорогуша, — Джикия показал ладонью на 4 парней рядом с ним, — и попробуй только меня ещё раз назвать Жора. Я попрошу, чтоб тебя налысо постригли.       Он ликовал. Маленький шажок к тому, чтобы начать общение с ним. — Селихов! Где тебя носило? — Джикия начал орать на Сашу, как только тот зашёл в зал. — Где носило, там уже нет, — пожал он плечами, садясь одно из мест на первом ряду. — Ты давай тут не остри, иначе будешь на раунде талантов стендап показывать, а не спортивный номер. — Да я ваще всё что хочешь могу, — он игриво дёргает бровями, — ты только попроси, дорогой.       Джикия лишь закатывает глаза и гонит его за кулисы для отработки выхода на сцену и самопрезентации. Их общение забавляло видимо всех, кроме Георгия. Он вечно цокал в ответ на любые шутки Саши и даже не пытался ответить на них.       Репетиция закончилась только в одиннадцатом часу, когда охранник начал выгонять всех из здания. Парни попрощались друг с другом и направились по домам. Трое шли в общагу. Одним из них был Саша. Он болтал с другим участником конкурса, периодически поглядывая как Джикия плетётся позади них, молча разглядывая асфальт. — А ты чё молчишь? — Саша притормозил, чтобы поравняться с ним и пихнуть в плечо. — А что говорить? Нам разве есть о чём? — парень вопросительно смотрел на Сашу.       Действительно. О чём? Спросить как дела? Банально. Узнать как на личном фронте? Идиотизм. Подколоть его в очередногй раз? Не, не стоит. Селихов быстро перебирал всевозможные варианты у себя в голове, пока не подскользнулся и не начал лететь на землю. — Блять, — он ощутимо ударился пятой точкой, но это было минимальной травмой, которорую можно было получить в данной ситуации. Джикия держал его за ворот куртки как бездомного котенка, пытаясь поднять с земли, — спасибо что-ли. А то бы башкой ударился. А мне нельзя, сессия через месяц, — он улыбался, глядя на парня снизу вверх. — Не за что что-ли, — перекривлял его Георгий, — мне тоже нельзя. Придётся иначе на твоё место ещё кого-то искать. А вас таких смелых не много. — Сам бы выступил, — произнес Саша, отряхивая штаны и руки от снега. — Ты меня видел вообще? Мне на сцене появляться противопоказано, — безэмоционально говорил Джикия, продолжив идти к общаге. — А по-моему всё нормально, — догнал его парень, искренне радуясь тому, что нашёлся повод начать хоть какой-то диалог.       Следующая репетиция проходила вяло. Может потому что началась в восемь, а может потому что Селихов приполз на неё сразу после тренировки. Он мог бы плюнуть на это всё, но терять призрачную надежду на общение ему не хотелось. Особенно надежду, заработанную таким подлым ударом судьбы под зад. В зале полным ходом шёл прогон номеров другой группы участников. Значит придётся ждать. Саша тихонько прошёл на третий ряд и развалился на сиденье. Мышцы ныли, а желудок призывно урчал. Делать было нечего. Стипендия заканчивалась, а дешёвая столовская еда уже была вне зоны доступа из-за позднего времени. — Ты чего такой хмурый?       Джикия сел рядом, разнося вокруг сногсшибательный аромат. Селихов даже приоткрыл один глаз, чтобы понять что может так вкусно пахнуть. Шаурма. Святое. Слюни наполнили рот, а желудок грустно напомнил о себе. — Жрать хочу, — честно признался он. — А… Ну на, кусни, — парень протянул ему надкусанный ролл, который пах так, что кружилась голова. — Можно? — он сел нормально и удивленно смотрел на парня. — Ну да. Ты же с тренировки небось? Только чур половина моя.       Лучшая еда, которую Саша ел в своей жизни. Особенно радовала мысль, что это Джикия сам предложил ему. Свою еду. СВОЮ. Можно ли это считать почти поцелуем?       В тот день, когда Селихов стоял перед дверью 14 комнаты, его разрывало на части от желания убежать, но делать было нечего. Сессия была в самом разгаре, а лекций по правоведению не было. Одногруппник, живший с Джикией в одной комнате, хвастался тем, что у того остались записи с прошлых лет и он точно сможет всё сдать. А у них ведь уже достаточно хорошие отношения?       Он поднял руку, чтобы постучать, но та резко открылась и из комнаты выглянул Георгий с чайником в руке. — Привет, ты чего тут? — он остановился в проходе, оглядывая парня с головы до ног. — А. Привет. У меня просьба есть, — Саша судорожно соображал как бы поаккуратнее попросить нужное ему. — Ну ты заходи. Я щас вернусь. Чай попьём.       Парень ушёл, а у Селихова было время осмотреться. Аккуратная комната со свежим ремонтом. Редкость. Видимо, сами делали. Было видно, что в комнате на четырёх человек жили только двое. Верхние ярусы кроватей были пустыми. — Так что хотел? — Дверь в комнату неожиданно открылась, — Тебе черный или зелёный? — Джикия включил чайник и достал две кружки. — Чёрный, — Саша сел за стол, — я хотел попросить лекции по правоведению. — Эх, прогульщик, — было слышно как парень усмехнулся, стоя спиной к нему, — да без проблем. — Я вообще не понимаю зачем нам это. Я ж экономист, — раздражённо пробубнил Саша. — Именно за этим и надо. Как же ты работать будешь, не зная прав и обязанностей?       Чайник вскипел, и Джикия поставил перед Селиховым кружку с чаем. Просто забрать лекции и уйти — это, конечно, неплохо, но в голове резко возникла ещё одна, чудесная идея. — А сможешь мне помочь подготовиться к зачёту?       Он не расчитывал на положительный ответ, но попробовать стоило. В этот момент он решил применить запрещённое оружие: щенячий взгляд и грустная мордочка. Это работало всегда. Парень задумался, а после улыбнулся. — Эх, оболтус, — он протянул руку к его голове и потрепал волосы, — помогу. А то отчислят и придётся замену тебе искать. — А я уже говорил тебе, можешь сам выступать за меня.       Саша ликовал, предвкушая, насколько много его ждёт общения с этим парнем, ведь корчить из себя дурачка он умел. И в своём решении он не усомнился ни на секунду. Георгий оказался неплохим преподавателем. Правда немного вспыльчивым. — Ещё раз, — устало повторил он. — Брак — это признанная обществом форма отношений между мужчиной и женщиной с целью создания семьи. Повтори. — Брак — это признанная обществом форма отношений между людьми с целью создания семьи, — также устало перекривлял его Селихов. — Да блять, — Джикия закрыл лицо руками, — повторяю пятый раз. Между. Мужчиной. И. Женщиной. — Так они что, не люди? — Саша рассматривал парня, ожидая его реакции на эту провокацию. — Ты помнишь где мы живём? — Допустим. И? — Они конечно люди, но тут важна формулировка. — Так а что, остальные не могут создавать семьи? — он приподнял брови, продолжая выводить парня на скользкую тему. — Да ёб твою мать! — он вскинул руки и повернулся к нему, — могут, могут, но ФОРМУЛИРОВКА! Давай оставим нашу толерантность и сексуальные предпочтения для личной жизни, а для зачёта ты должен быть гетеросексуальным зайкой. — Я и так зайка, — он игриво опустил глаза, — а вот со вторым будет сложно.       Сбоку раздался шлепок. Ладонь и лоб Джикии встретились в молчаливом фейпалме.       Через неделю мучений, правда не до конца понятно чьих, Селихов влетел в актовый зал и с порога начал орать во всю глотку, кидаясь на шею Джикии. — Сдал! Я сдал! — он повис на нем, продолжая радостно кричать, — это было что-то с чем-то. Мне попался билет про брак! Ты прикинь! — Реально? Я знал! — георгий подхватил его за талию и начал кружить на месте, пока они радостно орали что-то еще про то, что напьются по такому поводу. — Кхм, — за спиной раздался неловкий кашель, — ребятки, я бы не хотела отвлекать вас, но зал наш только до шести. Джик, щас твои начнут репетировать. Я своих птенчиков забираю. — Да, — он поставил Сашу на ноги, отпуская его, — конечно.       Неловко, но приятно, чёрт побери. Селихов был доволен своей выходкой, поэтому без раздумий завалился в комнату Джикии этим же вечером, гремя бутылками в рюкзаке. — А где сосед твой? — он осмотрел комнату и увидел заправленную постель. — Домой свалил. Завтра же выходной. Ты чего тут? — Я конспекты вернуть. И… — он достал их рюкзака тетрадь, а вслед за ней на столе появилась бутылка колы и коньяк, — я же обещал, что мы напьёмся!       Часа через два, когда от алкоголя в бутылке почти не осталось ничего, Саша возмущённо тыкал в сидящего рядом парня пальцем. — Чё это ты такой трезвый, — тяжелый вздох, — а я, — пауза, чтобы собрать слова в единое предложение, — нет, — не вышло. — Завидуй молча, — весело усмехается Джикия, припомнив ему его же слова. — Слушай, — медленно моргает, внимательно рассматривая лицо напротив, — а давай встречаться. — У-у-у, — Георгий встаёт со стула и подхватывает тяжёлое тело за руку, заставляя принять горизонтальное положение, — давай-ка ты выспишься, — немного подумав, укладывает парня на свою кровать и накрывает одеялом прямо поверх одежды. — Не, ну а чё? — Саша смотрит за тем как Джикия достаёт из шкафа плед и ловко забирается на верхнюю полку соседней кровати, — ты мне нравишься. Прикольный такой. Честно. — Сань, спи, — отвораячивается к стене, пряча грустную улыбку. Было бы это правдой…       Говорить о брошенных по пьяни словах не хотелось. Оба делали вид, что всё также, как и было. Сухо поздравили друг друга на новый год, написав пару слов в мессенджере, хоть и хотелось позвонить и часами обсуждать салюты, салатики и концерты по телеку. Да не важно что. Просто говорить. Саше уж точно хотелось. Единственное, что его радовало, неизменно дружелюбное отношение парня. — Так, карапузы, — громко произнёс Джикия, стоя перед сценой, обращаясь к участникам конкурса. — Сам ты карапуз, — отозвался парень с четвертоно курса. — Окей, дед, — усмехнулся в ответ, вызвав улыбку у Селихова, — у нас полтора месяца. У многих осталась подготовка визиток и после склеить всё в одну кучу. Так что собираемся, доделываем и отрабатываем все до идеала, — он внимательно осмотрел зал, ища глазами Сашу, — а теперь рассосались по группам и работаем.       Он хлопнул в ладоши и в зале зазвучали разговоры, смех и парни начали расходиться в разные углы. Кто-то обсуждал что-то друг с другом, другие спорили с наставниками. Георгий отмечал в телефоне, кто из участников будет работать над видеовизиткой сам, а кому нужна помощь, некоторым отвешивал мысленные пинки, кому-то достался увесистый подзатыльник, но каждый теперь знал свою задачу. — Привет, — Саша тихонько подошёл к парню, когда толпа вокруг него разошлась, — ты мне поможешь снять визитку? — Привет, конечно, — весело отозвался он, закидывая руку ему на плечо, — рассказывай что там. Придумал что-то?       Неловкая тишина нарушалась тихими матами Джикии, пытавшегося прикрепить телефон на штатив перед сидящим на стуле Селиховым. Он выбрал очень своеобразный путь для съёмки визитки, но Георгий не лез с советами. Это его дело, тем более советов не просили.       Пустая аудитория, в которой было решено снимать видео, освещалась только закатным солнцем. Единственным источником искусственного света была лампа на том же штативе, где держался телефон. Выбор одежды оказался для Саши самым сложным из этапов. Ощущения были сравнимы со сборами на первое свидание. В итоге он надел простую серую рубашку и зауженные брюки. — Давай быстрее, солнце уйдёт, — нервничает, — видно в полный рост? — Угу. Ща, — Георгий нажимает что-то на экране телефона, через пару секунд машет рукой, отдав сигнал к началу записи. — Привет. Многие, кто сидит в зале, скорее всего знакомы со мной. Для всех остальных позвольте представиться. Александр Селихов. Студент второго курса экономического факультета. Я буду краток, поэтому как обычно: спортсмен, хорошист, активист и просто прекрасный человек. А чтобы вы узнали меня чуть лучше, позвольте кое-что прочитать вам.       Он сел чуть вперед, чтобы опереться локтями на колени и сцепил руки в замок. Ноги чуть раздвинуты, а лицо повернуто на три четверти к камере так, что при желании можно рассмотреть подсвеченные закатными лучами золотистые ресницы.

Я бегу за тобой, но ты всё дальше. Обними, позвволь раствориться. И смотря на чужие лица, Я вижу лишь тонну фальши, Но не в тебе. Поверь мне, позволь прикоснуться. Я бы хотел рядом проснуться У тебя на плече. И я совсем не романтик, не умею писать, Но ты заставляешь смеяться, Любить, мечтать и смущаться. Я бы хотел с тобой засыпать. Скажи, прерви моё ожидание. Люби меня, ненавидь, Попробуй меня не разбить, Но окончи это страдание.

      Они сидят в тишине ещё минуту или две. Саша думает о чём-то своём, глядя в сторону, а Георгий ошарашенно пялится на парня, забыв про то, что стоит выключить запись. — Сань, — охрипшим голосом произносит он из полутьмы, — ты же понимаешь, что тебя из зала не выпустят девки? На кусочки разорвут после этого. — И? Мне то что, если ты не обращаешь на меня внимания, — не отрываясь от разглядывания стены, говорит он.       Джикия нажимает на кнопку остановки записи и подходит к парню. Присаживается на корточки, чтобы посмотреть в глаза, блестящие от накопившихся слёз, которые вот-вот сорвутся вниз. — Я то тебе зачем? — почти шёпотом произносит он, беря его за руки. — А нужны причины? — большая капля катится по щеке.       В этой истории всё шло к этому поцелую и к этим отношениям. Всё кричало о зараждающейся симпатии, а может и любви. И плевать на всех, кто очень хотел общаться с Сашей после фееричного выступления и показанной визитки, именно той, отснятой с первого дубля, ведь за сценой его обнимал и поздравлял с заслуженной победой человек, которого он так сильно хотел видеть в своей жизни. — Думаю, они бы умерли от зависти, если бы узнали, что обнимаю тебя я, а не кто-то из них, — слышится над ухом.