Мой личный эндорфин

Только ты один, только ты нужен,

Без тебя мое сердце замрет.

Я так долго искал и нашел тебя,

И теперь пусть весь мир подождёт…

Арсений закончил с работой только к 5 вечера. Как бы он не хотел отпроситься пораньше, его не отпускали. Нужно было сделать отчёты об успеваемости учеников, благо, Павел Алексеевич тоже остался, и в компании друга было не так скучно. — Ну что, как у вас обстоят дела? — Ты о чем? — Арсений отвлекся от бумаг и поднял непонимающий взгляд. — Всмысле о чем? О тебе и об Антоне конечно, — на его лице расцвела хитрая улыбка. — А… Да он приболел немного, и я оставил его у себя дома под наблюдение, — Арсений сказал это обычным будничным голосом, а у Павла глаза стали с пяти рублевую монету. — Чего?! И ты все это время молчал?! — Паша смял какой-то ненужный листок и кинул его в Арсения. Тот ахуел был в шоке от такого поворота событий. Потом Паша обиженно добавил, — Тоже мне, коллега называется. — Да ладно тебе, — в Пашу тоже прилетела бумажка. — Ну давай, — Паша сложил руки и положил на них голову. Со стороны он был похож на даму, которая собирается перемыть все кости и обсудить все, что движется. А что не движется, она подвинет и тоже начнет обсуждать. — Я тебе не давалка, — сказал Арсений ухмыльнувшись. Видимо, он не понял, к чему клонит друг. А может и понял, просто не подал виду. — Я имел ввиду рассказывай, как так вышло, что он теперь у тебя дома. — А… Ну, слушай, — Арсений отложил документы в сторону и принялся в красках описывать поход в лес, простуду, грозу и… Сегодняшнее утро. — Ну, смотри, — подытожил Паша попивая свой кофе. — У вас уже есть прогресс, ты назвал его любимым человеком. — Он скорее всего не заметил, — с какой-то печалью в голосе проговорил Арсений собирая документы по папкам. Все было готово и он мог быть свободен. — Да ну, как это не заметил? Шастунишка точно заметил, я тебе зуб даю! — Да хватит уже зубами раскидываться, беззубым скоро станешь, — подстебнул его Арсений. — А если ты будешь ворчать, то превратишься в старого деда, — Пашка подстебнул его в ответ. — Ещё он в последнее время стал себя странно вести. — Это как? — Павел напрягся. — Ну, не знаю как объяснить, глаза у него какие-то замученные что-ли. А может мне просто кажется… — Попробуй закомфортить его, а сам понаблюдай за ним. Предложи там киношку посмотреть, а сам иногда на него поглядывай, может что-нибудь заметишь. — Ладно, спасибо за совет. Я наверно пойду, удачи. — Ага, давай. Пиши потом, как у вас там дела, — Павел на прощание улыбнулся, а Арсений вернул ему улыбку. Закрыв дверь в кабинет, он обдумывал план действий на сегодняшний день. Недавно вышел новый фильм, и Арсений хотел его посмотреть, но так как он живёт не один, то ему составят компанию, поэтому надо бы закупиться чем-нибудь вкусным. Арсений, недолго думая, решил заехать в ближайший магазин. Накупив всякого разного, он наконец-то поехал домой.

***

— Антошааа, — протянул Арсений с порога. Русая макушка парня через пару секунд показалась из комнаты. — Привет, — парень неловко улыбнулся. — Ого, мы уже окончательно на «ты» перешли? — Арсений был рад, что Антон смог вопреки своим воспитаниям начать разговаривать с ним на «ты». Так ведь намного проще, не правда ли? — Ты вообще то сам говорил к тебе так обращаться, — Антон окончательно вышел в коридор и стоял привалившись к стене, стараясь не показывать запястья. — Молодец, — Арсений улыбнулся и повесил пальто на вешалку. — Ты как себя чувствуешь? — Уже лучше, — Арсений подошёл ближе и, прижавшись губами ко лбу парнишки, проверил температуру. — Лоб все равно горячий немного, — сказал Арсений отстранившись от школьника. — Короче, — на его лице вновь расцвела улыбка. — Сегодня мы будем смотреть фильм. Я там набрал немного вкусняшек, поможешь разобрать? — Окей, — Антона такой расклад событий очень даже устраивал. Парни принялись раскладывать все по тарелкам и по полкам. Арсений набрал шоколадок, чипсов и взял ещё попкорна. Но оба решили, что обойдутся зелёным чаем с мелиссой и попкорном. Приготовив все, они пошли в комнату. Расположившись удобно на диване, Арсений типо выбирал фильм, но на самом деле он старался изучить каждое движение юноши. Начался собственно говоря сам просмотр фильма, и в какой-то момент, Антон решил снять браслеты, так как спать с ними не очень удобно. Вот Антон тянется к попкорну, обнажая часть запястья, сейчас свободную от браслетов. Арсений переводит взгляд на запястье и видит… Порезы? Но откуда? — Антош, — Арсений мягко перехватывает руку подростка и поворачивает ее к свету. Только тогда Антон понимает, что снимать браслеты было очень плохой затеей. — Что. Это. Такое? — Чеканит каждое слово Попов. Он не зол, он по большей степени напуган. — Это… Ничего, забей, — младший попытался натянуть рукав кофты. — Ну уж нет. Я давно заметил, что с тобой что-то не так. Зачем и почему ты это делаешь? Тебя кто-то обидел? — Арсений держал себя в руках, вспоминая, что давить на него нельзя, он и так много настрадался. Кажется, голубые глаза-океаны напротив проникают в самые потайные уголки души, заставляя сказать правду. — Арс… — Не заставляй меня срываться, Тош. — Окей, — парень надеется, что высказавшись ему станет легче. — Я себя ненавижу. Я виноват в смерти своих родителей, так ещё и к тому же отнимаю твое время и вообще стал обузой для тебя. Доволен? — Тош, — в глазах у Арса читаются разного вида эмоции, но в конечном итоге они наполняются такой любовью, что дыхание спирает. — Ну ты чего… Ты же никак не влияешь на судьбу. Если она так распорядилась это не значит, что ты плохой и во всем виноват. Нет, это не так работает. — Он подносит руку младшего к губам оставляя невесомый поцелуй-касание. У Антона сердце чертыхнулось. — И в моей жизни у тебя большая роль. Ты не представляешь, насколько ты мне дорог. И мне очень жаль, что так сложилась твоя жизнь. Ты рано повзрослел, но это не значит, что во всем виноват ты, — в глазах Антона заблестели хрусталики слез. — Ну, иди сюда. Арсений прижал Антона к себе, насколько это было возможно. Тот держался, не давал волю эмоциям. Обидно конечно, что его вот так легко раскрыли, но… Ничего не поделаешь. Арсений выключил фильм и отложил в сторону тарелку с попкорном. Единственными источниками света были фонари на улице и полная луна, освещающая комнату. — Арс, я… Люблю… Тебя… Слова как раскаты грома в ночной тишине. Арсений не верит, что Антон это произнес, да и Антон тоже не особо поверил. Антон сказал это прижавшись к Арсению, в надежде, что тот не услышит. Но он услышал. — И я тебя, и я… — Нет, ты не понял, не в этом смысле… — Антон посмотрел в голубе глаза напротив, пытаясь отмахнуться и свести стрелки на нет. — Тшшш, — прозвучало успокаивающего над ухом, Арсений прижал Антона обратно к себе и успокаивающе начал гладить его по лопаткам. Кажется, он находился на грани истерики. — Я все правильно понял, — сказал он улыбаясь самому факту того, что они наконец расставили все точки над и. Затем, не сдержавшись, он чмокнул Антона в макушку. Тот поднял на него свои глаза цвета зелёной летней травы. Он опустил взгляд на губы Арсения, потом снова встретился с глазами и, немного поддался корпусом вперёд. Арсений понял, к чему клонит младший и накрыл его губы своими. Поцелуй был нежным и без напора. Потом он мягко перевернул Антона на спину, а сам навис над ним, не разрывая поцелуя. Одну руку он завел ему за ушко и запустил в кудрявые волосы, а другая покоилась на талии Антона, оглаживая то ребра, то тазовые косточки. И Антон неумолимо таял от этой нежности. Серьезно, к нему ещё никогда так трепетно не относились, если конечно не считать родителей. Бабочки в животе запорхали так сильно, что стало трудно дышать. Эндорфин и окситоцин вдарили в голову и сердце. Перед глазами плыли белые звёзды. Пульс стал бешеным. Разряд тока прошёлся по всему телу. Арсений спустился к шее Антона, оставляя на ней дорожку из поцелуев, но он вовремя опомнился и снова навис над лицом Антона. — Пожалуйста, пообещай, что больше не будешь причинять себе боль, — Арсений нервно сглотнул. Одна мысль о том, что Антон резал себя специально заставляла что-то сильно сжаться внутри. — Обещаю, — ответил Антон заглядывая в глаза Арсению. Он тонул в этих голубых океанах. Арсений вновь поцеловал Антона в губы, но уже более легко и мягко, после чего отстранился и поцеловал в лобик. Антон выглядел по-настоящему счастливым. Арсений, честно сказать, тоже. Он долго ждал этого момента, и наконец, он настал. — Знал бы ты, как давно я хотел тебя поцеловать, — сказал он ложась рядом с Антоном. Сейчас им нужны только они. А мир пусть подождёт. Антон положил голову Арсению на грудь и обнял его рукой поперек живота. Арсений запустил руку в пшеничные кудрявые волосы. — Люблю тебя. — И я тебя, — сказал Антон сильнее прижимаясь к Арсению. Тот убрал руку с волос и начал гладить Антона по лопаткам. Тот постепенно успокаивался и, в какой-то момент, провалился в сон. Арсений же напротив ещё долго думал о случившемся. Кто они теперь друг другу? Ограничение учитель/ученик они уже давно откинули в сторону. Ещё с самой первой встречи. Плевать на то, что скажут остальные. Они любят друг друга, и это главное. Как там говорится? Любите, несмотря ни на что. Следуя этому правилу они и полюбили друг друга. Вскоре Арсений тоже погрузился в царство Морфея, убаюканный едва уловимым сопением под боком.