Что слышит Алекс Блэкберри в нирване

      23 декабря 2007 года.       — Ну, за нас! — подняла Лизи бокал с шампанским.       — Что? Опять? — засмеялась Нина, но чокнулась с сестрой. Обе выпили.       — Почему нет? — пожала плечами Лизи, причмокивая губами. — Это наш день! Конечно же мы будем пить за нас и еще раз за нас!       — Мы и так это делаем с самого утра…       — И будем это делать до самой ночи! — воскликнула Лизи, щелкнув сестру по носу.       Нина мило сморщила нос и щелкнула Лизи в ответ.       — Кто бы мог подумать, нам уже восемнадцать, — вздохнула Лизи, улыбнувшись. — Но, как по мне, мне все те же маленькие девочки, какими были пятнадцать, десять лет назад. Ничего у нас с тобой не меняется. Все также близки друг другу, как никто.       — Может ли быть иначе? Мы же двойняшки, — кивнула Нина, пригубив еще шампанского. — И главное, что мы есть друг у друга…       — А все остальное — не важно, — продолжила фразу Лизи, расплывшись в благостной улыбке. — Классно, что дед тогда придумал для нас эту фразу.       — И не говори, — согласилась Нина. — Есть в этом что-то особенное, что-то необычное и лично наше.       Вдруг в дверь постучали.       — Куклы? — заглянула в комнату Лизи Оливия. — Вы что, еще не собрались? — удивленно посмотрела она на дочерей.       — Сейчас, допьем, — подняла Лизи недопитую бутылку шампанского и поболтала ею. — И будем собираться.       — Звезды мои, не налегайте, у вас еще вся ночь впереди, — вздохнула Оливия. — Жалко, конечно, что вы решили отметить вдвоем… Я бы могла устроить такой шикарный раут — все бы обалдели!       — Мааам, — протянула Нина. — Ну хватит, мы же сказали — без всех этих пышных торжеств.       — Это наш день, — сказала Лизи. — Нет, конечно же, и ваш с папой тоже, — положила она ладонь на грудь. — Но все же сегодня такая важная дата — целых восемнадцать лет! Можно же отметить так, как хочется нам.       — Ну конечно же можно, куклы, — отослала им воздушный поцелуй Оливия. — В общем, собирайтесь давайте, папа вас довезет куда надо, — сказала она и закрыла дверь.       Лизи залпом опустошила свой бокал, отставила его на пол и поднялась с кровати.       — Сегодня мы очень классно потусуууем, — пританцовывая, протянула она, направляясь в сторону гардеробной.       — Уж надеюсь, — покрутила бокал с шампанским Нина, уставившись в пузырьковую гладь. Кажется, ее что-то удручало. — Все же вроде это наш день, и отметить мы решили так, как захотели… Вдвоем… А Алекс идет с нами.       — Шутишь? — обернулась к сестре Лизи, рассмеявшись. — Это же Алекс! И почему вообще тебя это волнует, ты же всегда таскаешься с ним! Сейчас-то что не так?       — Да все так, — поспешила оправдаться Нина. — Просто ведь наш день… Может, все же, он еще и передумает. Он не любит ночные клубы и такие вот тусовки…       — Ой, мне без разницы, — отмахнулась Лизи. — Хочет — пусть идет. Нет, так мы и так классно потусуемся… Может, даже, познакомимся с кем-нибудь классным!       — Ага, познакомимся, — недовольно протянула Нина. А как же! Познакомится она с кем-то, когда рядом будет Алекс! Да он точно не позволит такому случиться. Впрочем, а хотелось ли ей самой с кем-то знакомиться?       — Все, давай уже собираться, — заявила Лизи. — А то и правда так накидаемся шампанским и хуй куда попадем.       — Ну, тогда я пошла, — поднялась с кровати Нина и пошла к себе в комнату. — Ты давай тут, не затягивай, — крикнула она сестре, что зашла в гардеробную и принялась ковыряться в тряпках.       — Уж постараюсь! — крикнула оттуда Лизи.       Спустя час.       Нина сидела у трюмо, накручивая на плойку локоны.       — Малышка? — заглянул в комнату Алекс и сразу же зашел.       — Мм? — обернулась Нина.       — Что это ты? Кудри себе делаешь? — усмехнулся он, проведя по своим кудрям.       — Да, а что тут такого? — нахмурилась Нина.       — Да, собственно, ничего. Просто немного непривычно, — подошел он к ней и взялся за накрученный локон. — Но мне нравится, классно смотрится… Собственно, я пришел подарить тебе подарок…       — Подарок? — удивилась Нина. — Ты же уже подарил мне новую сережку в нос и классную футболку. А Лизи сертификат…       — При чем тут вообще Лизи и ваши с ней подарки? — перебил Алекс. — Я хочу подарить еще один. Только для тебя, малышка.       И он достал из-за спины небольшой холст, где красками был изображен портрет Нины.       — Ого! — округлила она глаза. — Как круто, Алекс! — отложила она в сторону плойку, взяла портрет и стала его рассматривать.       — Люблю тебя, малышка, — наклонился к ней Алекс и поцеловал в макушку.       — Спасибо, — поджала губы Нина, подняв на него смущенный взгляд.       — Не коротковато ли платье? — окинул он взглядом прикид сестры.       — Да нет, нормально вроде, — пожала плечами Нина и вновь принялась осматривать портрет, дабы перевести тему, что обещала быть неудобной. — Так красиво… — провела она пальцем по мазкам красок.       — Малышка, ну что за дела? — цокнул Алекс.       — В смысле? — непонимающе уставилась на него Нина.       — Шнурки. Опять развязаны, — покачал головой Алекс, присел на одно колено и принялся завязывать вансы сестры. — Не понимаю, что у тебя с ними за проблема… Внимательнее же надо быть…       — Да просто еще не успела, — ебано оправдалась Нина.       Алекс аккуратно завязал шнурки, убрав под язычок бантики. Но подниматься обратно не спешил.       — Хотя, знаешь… Мне нравится такая длина, — пизданул Алекс, томно улыбнувшись.       — Какая длина? — не поняла Нина, вновь нахмурившись.       — Твоего платья, — положил он ладонь ей на коленку и провел вверх, приподнимая подол.       — Алекс, не надо, — взяла его за пальцы Нина и сжала, как бы останавливая.       Алекс поднял на нее строгий вопросительный взгляд, под которым Нина сразу же почувствовала себя в чем-то виноватой.       — Кто-нибудь может зайти… — пизданула она.       — Ну ладно, — как бы беззаботно пожал плечами Алекс, убрал руку и поднялся.       Нина поспешила отвернуться к зеркалу, отложила в сторону портрет и вновь взялась за утюжок.       — Ты еще долго? — беззаботно спросил Алекс, плюхнувшись на диванчик. — Когда уже поедем-то?       — Ну я еще собираюсь, — пожала плечами Нина. — Потом Лизи еще будет собираться неизвестно сколько… Не знаю, когда мы будем готовы. Скоро… Наверное… — замялась она.       Алекс приподнял бровь, тут же заметив ее замешательство. Что это на нее нашло? Неужели из-за того, что он решил ее погладить? А что, собственно, в этом было странного?       — Чья была вообще идея ехать в тупой клуб? — продолжил Алекс, продолжая строить из себя беззаботного. — Хули там делать? Наверняка Лизи навязала эту тупую идею.       — Нет, почему? Мы обе так решили, — покачала головой Нина. — Это же наш день… Только нас двоих. Вот и решили вместе, где нам будет лучше. Я, вообще-то, тоже, как и Лизи, люблю потанцевать, если ты не знал.       — Только вас двоих? — уточнил Алекс, игнорируя остальной бред сестры. — Зачем же тогда меня с собой позвали?       — Потому что мы с тобой всегда и везде вместе, — не унималась мяться Нина, создавая дюж неуютную атмосферу напряжения.       — Что за ебланская фраза? — перебил Алекс. — Будто я тебе навязываюсь.       — Я такого не говорила… — растерялась Нина.       — Но имела ввиду, — твердо сказала Алекс.       — Нет, не имела. Это ты так сказал.       — Я хуй тебя пойму, — начал подпсиховывать Алекс. — Ты что, не хочешь, чтоб я с вами ехал или что, блять?       — Да нет, конечно хочу! — затараторила Нина. — Просто…       — Просто что? — пожирающим душу взглядом уставился на нее Алекс.       — Просто ты не обидишься, если ты все же не пойдешь? — ляпнула Нина, уставившись на него виноватым взглядом.       — Что, блять? — охуел с ее вопроса Алекс, вмиг разозлившись. — Ты, блять, сейчас прикалываешься?       — Ну ты же просто сам не любишь все эти ночные клубы, такую музыку… Танцевать. Вот я и подумала, что тебе это и не интересно будет. Там с нами тусоваться, — уж слишком ебано стала оправдываться Нина.       — Что за тупые гнилые отмазы? — подскочил с дивана Алекс.       — Ну ведь это правда… Ты же…       — Просто так и скажи, что хочешь, блять, потусоваться со своей рыжей сестрой без меня! — всплеснул руками Алекс.       — Алекс, не правда…       — Еще как правда! Сама же сказала — это ваш день! — дебильно пропищал он, изображая сестру. — В пизду! А раньше ты сообщить не могла? Нужно было протянуть до последнего? Что, блять, за хуйня?       — Алекс, успокойся, ты просто не так понял, — поднялась из-за трюмо Нина, выставив ладони.       — Да все я так понял, — жестом ладони заткнул ее Алекс. — Что, думаешь, не понял, как ты тут со мной разговариваешь, как увиливаешь и мнешься? Просто не хочешь меня видеть рядом и все! Ну и пожалуйста! Иди ты на хуй! — показал ей «фак» и с психом вышел из комнаты, громко хлопнув за собой дверью.       Ну и взбесила его сейчас эта сука! Совсем уже охуела в край! Он перед ней и так, и сяк, а она, видите ли, не хочет с ним тусоваться! Ну и пожалуйста! Пусть пиздрует в свой тупой клуб со своей тупой сестрой! Пусть пляшет там, пусть напиздится, да пусть там хоть поебется с каким-нибудь ебланами, или даже толпой ебланов! И похуй на нее! Алекс сейчас поедет к корешам и тоже напиздится с ними в хуй, а возможно и снимет каких-нибудь блядей! Все назло тупой Нине!       — Алекс! — вскрикнула Нина, когда тот вышел из комнаты.       Но ответа не последовало.       — Блять, — протянула она, плюхнулась за трюмо и закрыла ладонями лицо.       — Что вы тут шумите? — заглянула в комнату сестры Лизи.       — А? — обернулась Нина. — Да нет, ничего. Это все Алекс… Слишком эмоционально рассказывал про какой-то концерт, про который вот только что узнал, — стала сочинять она на ходу. — Спрашивал, не обидемся ли мы, если он пойдет туда, а не с нами.       — Да пусть идет, как бы и похуй, — отмахнулась Лизи. — Главное, что мы-то вдвоем тут и никуда никто не сливается!       — Я так ему и сказала. Все равно он не любит подобные тусовки, — пожала плечами Нина, не унимаясь пиздить, у самой же на душе было пиздец как стремно и тяжело и-за всей это ситуации с Алексом.       — В общем хуй с ним. Ты готова?       — Готова, — тяжело вздохнула Нина.       — Ну, тогда пошли! Пойду скажу отцу, что мы выезжаем! — радостно воскликнула Лизи и поспешила на поиски отца.       Нина, натянув улыбку, удрученно пошла за ней.       Всю дорогу до клуба Нина прокручивала в голове разговор с Алексом. Он явно очень обиделся, что она так его слила. И совершенно точно не из-за того, что ебать как хотел потусить в клубе. Нина понимала, что, собираясь идти с ними, он на самом деле хочет совсем другого. Но почему? Зачем ему это? Подобные вопросы она задавала себе уже не первый раз, но все никак не могла найти вразумительный ответ. Еще больше вопросов у нее было к самой себе. Все мысли и чувства спутывались, и она боялась даже пытаться хоть как-то во всем этом разобраться.       Приехав в клуб, сестры сразу заказали у бара коктейли и продолжили выпивать за себя и за день своего рождения. Нина усилием воли откинула все переживания, решив, что сегодня не подходящее время. Сейчас их с сестрой праздник, и она будет веселиться. К тому же это отличный повод забыться и отложить все свои проблемы на потом.       И поначалу ей это удалось. Выпив несколько коктейлей, Нина не на шутку повеселела, и они с Лизи принялись танцевать. Делали перерывы только, чтобы покурить и выпить еще, каждый раз поднимая бокалы за сестер Блэкберри и за то, что главное, что они есть друг у друга, а все остальное — не важно.       Но уже ближе к ночи, когда Нина была уже совсем пьяная, ее настроение снова сменилось. Веселье и бодрость будто иссякли, и в голову стали снова прокрадываться гнетущие мысли.       — Ну что, еще по коктейлю и дальше танцевать? — подбежала Лизи к столику, где они расположились, и поставила на него два огромных бокала с коктейлями, украшенных взбитыми сливками и тропическими фруктами.       — Я что-то уже устала, — протянула Нина, взяв коктейль и отпив из трубочки. — Может допьем и поедем домой уже?       — Ммм… — надула нижнюю губу Лизи. — Уже? Я думала мы будет тусоваться всю ночь!       — Ну… Что-то как-то уже не хочется… — поморщилась Нина. — Я уже к тому же такая пьяная…       — Так и я! В этом же весь смысл! — не унималась бодриться Лизи.       — Ну, если бы мы не пили с самого утра… — зачерпнула трубочкой немного сливок Нина и облизнула. — Может сейчас я была бы бодрее…       — Такая ты… — цокнула Лизи. — Кидала…       — Да… — промычала Нина, а сама подумала, что, скорее всего, и Алекс о ней точно такого же мнения.       — Ладно уж, сейчас поедем, — разом опустошила половину бокала Лизи и поднялась из-за столика. — Танцую последнюю песню и домой!       — Угу, — кивнула Нина.       Лизи убежала, а Нина уставилась пьяным расфокусированным взглядом на танцпол. А мысли ее мигом устремились совсем в другое русло.       Она до того задумалась, что даже не заметила, что одна песня уже прошла, затем заиграла следующая, а затем еще, а Лизи все не возвращалась. Только допив коктейль, Нина вспомнила, что они собирались домой. Посмотрела на часы — уже было две минуты первого.       Тут как тут нарисовалась и Лизи. Подбежала к столику, кажется еще веселее и бодрее, чем была, и плюхнулась рядом с сестрой.       — Ну что, поехали? — спросила Нина, засовывая телефон в рюкзак.       — Да… Сейчас поедем… — как-то уклончиво ответила Лизи. — Слууушай…       — М? — посмотрела на нее Нина, а лицо сестры уже раздваивалось у нее перед глазами.       — Время ведь уже за полночь… — начала Лизи, крутя пустой бокал за ножку. — День рождения, значит, как бы закончился…       — Ну… — непонимающе нахмурилась Нина.       — Может я посажу тебя в такси, а сама побуду тут еще немного? Совсем не хочется уезжать так рано, — нервно улыбаясь, продолжила Лизи.       — Одна? — изогнула бровь Нина.       — Ну нет… Я тут встретила кое-кого… — отвела взгляд Лизи.       — Кого же? — округлила глаза Нина. — Только не говори, что Нильса! Даже не вздумай…       — Да нет, ты что! Что я, по-твоему, совсем дура? — отмахнулась Лизи.       — Тогда кого? — спросила Нина.       — Помнишь с нами в школе учился Дилан? — похлопала ресницами Лизи. — Дилан Миннет. Такой симпатичный, темненький… Ты с ним, вроде, даже целовалась когда-то…       — Помню… — выдавила Нина. — Это был мой первый поцелуй вообще-то…       — Ну да, может и так… — пожала плечами Лизи. — Так вот, он тоже здесь. Мы встретились с ним на танцполе, он пригласил меня потанцевать…       — Мм… — поджала губы Нина.       — Ну так вот! Я сказала, что мы с тобой тут отмечаем нашу днюху, но скоро собираемся домой, — продолжила Лизи. — А он предложил мне остаться потанцевать еще. А потом… Думаю, я могла бы поехать к нему…       — Понятно… — натянуто улыбнулась Нина.       — Ну так что скажешь? — выжидающе уставилась на нее Лизи. — Ты не против, если я останусь с ним? Ты ведь все равно хотела домой, а я нет.       — Да нет, не против, — пожала плечами Нина.       — Точно? — взяла ее за руку Лизи и заглянула в глаза.       — Точно, — коротко кивнула Нина.       — И… Ну ничего, что он тебе раньше нравился? Ты не обидишься? Это ведь было давным-давно, и у вас не было ничего такого серьезного, так ведь? — продолжила Лизи. — Да и я сама, ты ведь знаешь, никаких планов на него не имею, так — чисто развлечься…       — Без проблем, — замотала головой Нина, торопливо натягивая на себя джинсовку. — Сама ведь сказала — это было давно и не серьезно. Какие могут быть проблемы?       — Ну точно никаких обид? — свела брови домиком Лизи.       Нина закинула рюкзак на плечо и встала из-за стола, попутно кивая и отмахиваясь, всем своим видом пытаясь показать, что ей все равно.       — Давай я тебя провожу до такси, — подскочила за ней и Лизи.       — Да не надо, зачем, — мотнула головой Нина и уже направилась от столика к выходу. — Я сама могу сесть в такси, а ты иди. А то Дилан тебя потеряет.       — Блин… Ну мне все же кажется, будто ты расстроилась, — поспешила за ней Лизи.       — Я сказала, что все нормально, Лизи, — остановилась Нина и повернулась к сестре, нацепив на себя маску беззаботности. — Я просто правда устала и хочу домой, а ты отдыхай.       — Ладно… — вздохнула Лизи. — Главное, что мы есть друг у друга, а все остальное… — произнесла она и замолкла, давая закончить сестре.       — Не важно, — улыбнулась Нина и поспешила к выходу.       Она шла, едва сдерживая слезы. Проходя мимо бара, остановилась и заказала два шота водки и бутылку пива. Быстро, одну за одной опустошила рюмки, тут же зажмурилась и скривилась. Забрала пиво и вышла из клуба.       Как только она оказалась на улице, слезы тут же хлынули из глаз.       Дилан был ее первой подростковой влюбленностью. Она давно уже про него забыла и теперь уже стала равнодушна к нему. Но даже несмотря на это, произошедшая ситуация выбила ее из колеи. Почему он позвал Лизи, а к ней даже и не подошел, хотя знал, что она тоже в клубе? Она не достойна его внимания? Конечно, Лизи ведь куда краше и интереснее. Наверняка любой на его месте сделал бы такой же выбор. Об этом ей вечно твердила мать, а потом и Сьюзен. Они обе то и дело ставили Лизи в пример, убеждали, что и Нина должна быть как сестра, если хочет найти себе кого-то. Выходит, они правы. Куда ей равняться с сестрой? Лизи такая красотка, уверенная в себе, с женственной фигурой, всегда на каблуках и в этих своих обтягивающих платьях мини. Нина совсем не такая и никогда не сможет быть такой. Она всегда будет отставать от сестры, как бы ни хотела быть ей ровней. И как бы Нина ни спорила, как бы ни доказывала обратное маме и бабушке, по итогу они обе правы. Пора уже признать это, смириться и не надеяться на что-то нормальное в своей жизни. Никому она не нужна! Еще и со своим сумасшествием, которое тоже приписывали ей Оливия и Сьюзен.       Нина сунула бутылку пива в рюкзак и стала озираться по сторонам в поисках такси. Хотелось уже скорее вернуться домой, уснуть и забыть все это дерьмо. Хотя неужели Нина думает, что это просто так возьмет и забудется? Конечно нет! Завтра она проснется, и на место нынешней обиде придет опустошение, которое ничем не заполнить.       Она увидела приближающееся такси, подошла к краю тротуара и вскинула руку. Машина остановилась, и Нина села внутрь. Назвала водителю адрес, уткнулась лбом в стекло и уставилась на проплывающий мимо городской пейзаж, все гоняя в голове дурные мысли.       Она была так пьяна, что едва не отрубилась по пути до дома.       — Приехали! — окликнул ее таксист, остановив машину перед особняком Блэкберри.       Нина встрепенулась и огляделась по сторонам.       — Спасибо… — пробормотала она, расплатилась и вылезла из машины.       Через пару минут, шаткой походкой, пару раз споткнувшись на лестнице, она добрела до своей комнаты. Закрыла дверь, стянула кеды и швырнула рюкзак в сторону кровати. Тот долетел только до ее края и соскользнул на пол.       — Вот блядство! — фыркнула Нина, услышав характерный стук и вспомнив про бутылку пива в рюкзаке.       Вот сейчас еще не хватало, чтобы бутылка внутри разбилась и залила нахуй все ее вещи, включая телефон. Нина наклонилась и подняла рюкзак. Заглянула внутрь — повезло, бутылка цела. Тогда почему бы ее не выпить? Зря что ли она ее покупала?       Нина откупорила пиво и сделала пару глотков. Поставила бутылку на косметический столик и села за него, уставившись в зеркало.       Под глазами красовалась растекшаяся от слез тушь, и Нина принялась стирать ее пальцами, при этом пытаясь не заплакать снова.       — Никому ты не нужна… — брезгливо сморщившись, сказала она своему отражению.       А то и не спешило с ней спорить, молчаливо соглашаясь со сказанным.       Нина отпила еще пива и потянулась к стереосистеме. Нажала на кнопку включения и сразу убавила громкость, чтобы никого не разбудить. Из динамиков послышался грубый гитарный риф.       — Я ворвусь в твои мысли… — запела вокалистка Flyleaf Лэси Штурм высоким спокойным голосом.       — С тем, что написано в моем сердце… — одними губами беззвучно подпела Нина, продолжая смотреть в отражение.       — Я ворвусь, я ворвусь! — вдруг перешла Лэси то ли на гроул, то ли на скрим, Нина особо не разбиралась в этом, но встрепенулась от ее голоса.       Нахмурилась и будто непонимающе уставилась в зеркало.       — Я так больна, заражена тем, где я живу, — снова перешла на обычный вокал Лэси, как бы пытаясь намекнуть Нине, что и та может быть разной, и только она сама выбирает какой именно. — Позволь мне жить без этого пустого счастья…       Нина изучающе смотрела на себя и не могла понять, что происходит. То, какой она чувствовала сейчас себя, будто совсем не соответствовало тому, что она видит в отражении. Внутри она ощущала себя никчемной, неказистой, не достойной даже капли чьего-то внимания. Но ее отражение будто не совпадало с этим ее представлением о самой себе. Из зеркала на нее смотрела совсем другая Нина. Да, ее тушь размазана, а аккуратные локоны растрепались. Но она была красива. Милое личико, зеленые глаза с длинными ресницами, чуть вздернутый носик, усыпанный не слишком яркими веснушками, тонкая шея.       Ее отражение ей нравилось, но почему от этого не прибавлялось уверенности? Нина будто не могла поверить собственным глазам, ведь слова, так долго ей внушаемые, были сильнее. И как переубедить себя? Как выкинуть из головы все эти дерьмовые установки?       Но ведь есть тот, кто считает иначе. Тот, кто вечно повторяет, что не стоит слушать тупые чужие мнения. И, кажется, именно он видит Нину именно такой, какая она есть на самом деле. Такой, какой она хотела бы себя чувствовать. Красивой, сексуальной и желанной. Именно такой она себя ощущает рядом с Алексом последнее время.       А ведь он и сам красавчик. Почти настоящая звезда. Все девчонки от него без ума. Любую ему достаточно только пальцем поманить, и она уже готова на все, лишь бы заполучить внимание главного сердцееда Беверли-Хиллс, фронтмена Fucking Doll.       Но ему самому теперь, кажется, это и не надо. Ему не интересны все эти девушки модельной внешности и прочие бляди. Алекс хотел только ее — свою малышку. Это ли не показатель? Нине определенно это льстило. Она, будучи такой, какая она есть, вызывала его желание. Ей не надо было строить из себя не пойми кого, быть той, кем она не является. Алексу она нравилось любой: веселой, грустной, плачущей, злой, со всеми ее миллионами тараканов в голове. Нина чувствовала, как его желание распаляется, когда она просто находится рядом. Она замечала каждый его неоднозначный взгляд, каждое будто бы ненарочное касание, и это наравне с непониманием и страхом вызывало приятное волнение.       А сейчас, когда она была пьяна, страх будто растворился. Вместо него Нина почувствовала самодовольство и даже некую гордость. Она завоевала сердце самого классного парня в Беверли-Хиллс, а может и во всем ЭлЭе!       Сегодня он ужасно взбесился, когда Нина его опрокинула. В психах убежал бухать с корешами и наверняка напиздился. Интересно, он уже дома? Может стоит пойти и поговорить с ним? Станет ли он слушать ее? Захочет ли вообще? Да и сама Нина хотела ли что-то говорить и выяснять?       Нет. Сейчас она хотела другого. Чего же? Даже будучи пьяной в хуй, она все еще не решалась признаться себе в этом. Но тело само давало все ответы. Волнительный трепет, сосредоточившийся где-то в груди, стал расползаться по конечностям, делая ноги и руки ватными, а затем приятной тяжестью опустился в низ живота.       Нина глубоко вдохнула и закусила губу, все глядя на свое отражение. Изображение перед глазами поплыло, а голова закружилась. По телу словно пробежал слабый электрический разряд, заставивший ее подняться с места. Она замешкалась буквально на секунду для того, чтобы взять со столика бутылку с недопитым пивом. Сделала несколько глотков, выключила музыку и пошла к окну. Вылезла на крышу в темноту ночи и двинулась в сторону окна Алекса, в одной руке держа бутылку, другой придерживаясь за стену, чтобы ненароком не пиздануться вниз, ведь ноги еле держали.       Добравшись до его окна, она наклонилась и заглянула под приоткрытую створку. Алекс дома, спит. Нина шумно выдохнула и улыбнулась. Затем взялась за створку и потянула ее вверх, чтобы пролезть внутрь.       Перекинула одну ногу, дотянулась ею до пола, потом перекинула вторую. Разлила пиво по подоконнику и едва не завалилась, запутавшсь в шторе. Наконец полностью залезла и замерла, глядя на Алекса, спящего на боку да так крепко, что даже такое ночное вторжение его не разбудило. В комнате стоял отчетливый запах крепкого алкоголя. Рядом с кроватью валялись его джинсы и футболка, что были на нем сегодня вечером.       — Алекс? — тихо позвала Нина и шагнула к кровати, но Алекс не шелохнулся.       Тогда она присела рядом с ним на край, а бутылку поставила на прикроватную тумбочку.       — Алекс, проснись… — прошептала она и положила ладонь ему на голову.       Запустила пальцы в волосы, и провела от лба к затылку. Его губы дрогнули в легкой улыбке.       — Просыпайся… — наклонилась к нему Нина и прошептала прямо в ухо.       Просунула одну ладонь ему под щеку, лежащую на подушке, и повернула его голову, другой рукой продолжая гладить его по волосам.       Алекс нахмурился, а глаза чуть приоткрылись на короткое мгновение, после чего снова закрылись. Нина склонилась над ним, часто и шумно дыша прямо ему в лицо. Алекс слегка заворочался, сквозь сон не понимая, что происходит. Кажется, будить его бесполезно! Но Нина не собиралась так просто сдаваться.       Она откинула одеяло, кое-как перевернула его на спину, а затем оседлала сверху. Алекс что-то невнятно промычал и снова попытался приоткрыть глаза, но опять не вышло нихуя. Тогда Нина взяла его за щеки, наклонилась и поцеловала.       Тут Алекс резко дернулся и в ахуе и непонимании, попытался вскочить, едва не скинув с себя Нину. Но осознание пришло также быстро, как и улетучился весь сон. Он резко схватил Нину, не дав ей упасть, притянул к себе и поцеловал в ответ.       Через несколько секунд Нина прервала поцелуй, но не отстранилась, оставаясь в максимальной близости.       — Привет… — прошептала она и коротко коснулась губами его губ.       — Привет… — ответил Алекс и снова притянул ее к себе для поцелуя, с напором просовывая язык ей в рот.       Сказать, что Алекс охуел — это ничего не сказать! Он ебанулся! И даже этого слова было мало, чтобы описать его эмоции. О таком пробуждении Алекс даже мечтать не мог. Хоть он вырубился всего около часа назад, пьяным в хуй еле добравшись до кровати, сейчас он вмиг стал бодр и почти свеж. Тут же позабылись все его вечерние психи, до которых его довела сама же Нина. Теперь от недовольства и раздражения не осталось и следа. Алекс был готов хоть каждый день быть сначала опрокинутым ею, если после будет получать вот такое.       От происходящего на него нахлынуло безумное возбуждение, овладевшее им полностью и начисто отключив рассудок. Алекс даже и не задумался хоть на секунду, что вообще случилось, почему Нина пришла к нему среди ночи, и пришла не просто, а с конкретной целью — поебаться. Наверняка ведь что-то стряслось, что побудило ее так поступить. Но Алекса это не волновало совершенно. Какая разница? Что бы там ни было, разве это заставит его остановиться и отказаться от такого предложения? Конечно нет! Тогда и не стоит тратить время на это тупое дерьмо. Лучше насладиться этим моментом, не отвлекаясь ни на что.       Алекс переместил ладони Нине на задницу и крепче прижал к себе, отчего Нина сладко промычала ему в рот, задвигала бедрами и стала тереться о его член в трусах.       Алекс потянул одну руку к прикроватной тумбочке, чтобы включить настольную лампу. Ибо в темноте не было видно нихуя. А он хотел не только чувствовать, но и смотреть на нее.       Раздался грохот, и они оба подскочили, в непонятках глядя в темноту.       Алекс все же нащупал лампу и включил свет. Тут же увидел на полу осколки битого стекла и лужу пива, затекающую под кровать.       — Ой, — пискнула Нина, прикрыв рот ладонью. — Это мое.       — Да похуй, забей, — махнул рукой Алекс и снова повернулся к ней. — Иди ко мне. Дай сниму с тебя тупое платье.       Алекс завел руки ей за спину, нащупал молнию и потянул вниз.       — Блять… — раздраженно прорычал он, дергая замок, который никак не желал поддаваться и заел на середине ее спины.       — Да в пизду это платье, — взялась Нина за край платья и потянула его вверх.       Послышался треск разошедшейся молнии, и в следующий момент Нина уже стянула платье через голову и откинула его в сторону.       Алекс тут же прильнул к ее обнаженным сиськам, сжал их ладонями и стал целовать соски.       — Тебе нравится? — спросила Нина, запустив пальцы ему в волосы.       — Пиздец как… — протянул Алекс и снова откинулся на подушку, продолжая вытянутыми руками ласкать ее грудь.       — Хочешь меня? — томно прошептала Нина, по-блядски посмотрев ему в глаза.       — Сама как думаешь? — ухмыльнулся Алекс и слегка приподнял бедра, сильнее упираясь хуем ей между ног, дабы продемонстрировать свое желание.       — Можно? — опустила Нина голову и взялась за резинку его трусов, как бы спрашивая разрешения спустить их.       — Нужно, — хрипло ответил Алекс.       Нина приспустила резинку до самого основания члена и прикусила губу, глядя на проступившую прозрачную капельку его смазки. Алекс же опустил руку и сдвинул ее трусы в сторону, а затем обеими руками опустил ее бедра так, чтобы она села на член, но не входя при этом внутрь.       — Ммм… — промычал он и приподнял голову с подушки, чтобы рассмотреть эту картину.       Ее половые губы будто бы мягко обняли член, а Нина задвигала бедрами взад-вперед скользя по нему по всей длине.       Алекс шумно задышал, сходя с ума от этого зрелища и ощущений. Она была горячая, влажная и такая нежная, что у Алекса сносило крышу.       — Тебе так приятно? — спросила Нина, продолжая двигать бедрами вдоль его члена.       — Охуенно, — не отрывая взгляда, ответил Алекс. — Сними трусы, малышка.       — Угу… — послушно кивнула Нина и сползла назад, усевшись задницей на кровать у него между ног.       Взялась за край трусов, стянула их откинула прямиков в лужу пива.       — И с меня, — сказал Алекс, когда Нина уже хотела сесть обратно.       — Может ты сам? — неловко хохотнула Нина, глядя на его член, торчащий из-под резинки трусов.       — Чего-то стесняешься? — ухмыльнулся Алекс.       — Мм… Нет, — коротко мотнула головой Нина и стянула трусы и с него, отбросив их на пол к своим.       Алекс перехватил ее руку и положил себе на член, сжав своей ладонью ее ладонь, чтобы она обхватила его.       — А тебе нравится? — спросил он, водя ее руку вверх-вниз.       — Мхм… — промычала Нина, облизывая губы.       Ох, как бы он сейчас хотел, чтобы она взяла в рот. Ну или хотя бы облизнула. Но Нина этого не делала, а Алекс решил не просить. Пока рано для такого, пожалуй. Кто знает, отсасывала ли она вообще уже кому-то? Если сейчас для нее это было бы впервые, то может смутить. А ему не хотелось никаких смущений и заминок. Алексу нравилась как она развязно и по-блядски себя ведет, хотя даже так во всех ее действиях была видна неумелость. Но это возбуждало даже еще сильнее. И Алекс и без того получал сейчас то, о чем и мечтать не мог еще сегодня вечером. Пока можно обойтись и без минета, припасет его на будущее.       — Ну иди уже обратно, малышка, — отпустил он ее руку и поманил к себе.       Нина снова оседлала его, и Алекс тут же своей рукой направил член, медленно войдя внутрь.       — Ах… — выдохнула Нина, опустившись на полную длину.       Алекс приподнялся, сев и уткнувшись лицом ей в сиськи, а руками двигая ее задницу вверх и вниз. Нина обняла его за шею, откинула голову и тоже задвигала бедрами в такт его рукам, тем самым увеличивая амплитуду.       — Ты только не подумай ничего такого… — вдруг взяла она его за щеки и отстранила лицо от груди, посмотрев в глаза и сбавив темп. — Я просто такая пьяная…       — Не подумать чего? — ухмыльнулся Алекс. — Что ты хочешь меня?       — Да, — ответила хуйню Нина.       — Но ты же хочешь, — вздернул бровь Алекс.       — Да… — со стоном выдохнула Нина.       — Хочешь? — с вызовом спросил Алекс и снова прильнул к груди, прикусив ее за сосок.       Нина лишь судорожно промычала, закатив глаза и впившись ногтями ему в плечи.       — Скажи, что хочешь, — продолжал Алекс, с силой прижав ее за бедра к себе.       — Хочу… — простонала Нина.       Алекс обхватил ее руками за талию и одним ловким движением перевернул на спину, оказавшись сверху.       — А я-то как хочу тебя, малышка, — прорычал он.       Одной рукой уперся в матрас, а второй взял ее руки за запястья и завел над головой, крепко прижав к подушке. Нина закусила губу, уставившись не на шутку блядским взглядом ему в глаза, и Алекс стал ее довольно грубо ебать, каждым резким и сильным толчком выбивая из нее то сдержанный стон, то томное мычание, которые наверняка были слышны из соседних комнат. А еще и эти шлепающие звуки, что сопровождали каждую фрикцию, нельзя было расценить никак иначе, кроме как звуки ебли. И если кто из домочадцев сейчас не спит, то наверняка решит, что Алекс привел домой какую-то блядь и нагло ебет ее. Остается надеяться, что никто не признает Нину по стонам.       А стонала она все громче, извиваясь под ним и мотая головой по подушке. Алекс видел и чувствовал, что ей хорошо, но в ее лице и теле все равно сохранялась постоянная напряженность. Будто она изо всех сил пытается на чем-то сконцентрироваться, но никак не выходит. Алекс догадался, что, хоть она и сильно возбуждена, все равно не может кончить. Порой она начинала дышать чаще и глубже, закрывая глаза и прижимаясь к нему бедрами плотнее, будто вот-вот настанет тот самый приятный момент, но в следующую секунду снова открывала глаза, слегка раздраженно выдыхала и продолжала в прежнем темпе.       — Все нормально? — спросил Алекс, слегка замедлившись и ослабив хватку на ее запястьях. Может он слишком груб и напорист?       — Да… — томно протянула Нина. — Поцелуй меня, Алекс… — попросила она, сведя брови.       Обняла его ногами, сцепив ступни у него на пояснице, и слегка дернула руками, как бы прося отпустить.       Алекс расцепил пальцы, и она тут же обвила его обеими руками за шею, потянув к себе.       Алекс растаял в ее объятьях и от прежней грубости не осталось и следа. Он уперся на локти, ладонями стал гладить ее то по щекам, то по волосам, а губами прильнул к ее губам. Нина то нежно поглаживала его по плечам и спине, то запускала пальцы ему в волосы. Ее стоны как будто стали тише, но Алексу при этом не казалось, что ей стало менее приятно. Даже напротив, было ощущение, что еще немного и она все же кончит. Внутри у нее стало до того мокро, что теперь каждый толчок сопровождался хлюпающим звуком. У Алекса кружило голову от такого обилия приятных ощущений. Все эти проникновенные звуки, нежные касания пьянили похлеще всякой водки, и возбуждали до умопомрачения. Еще немного и он кончит. Но нет, так не пойдет. Алекс не хочет завершать так быстро. Предыдущие разы и так были слишком коротки и не дали насладиться по полной. Теперь надо продлить и растянуть кайф. К тому же сама Нина еще не кончила, тоже как-то ебано ее обломать. Поэтому сейчас стоит уделить ей время и прекратить уже таять в ее объятиях как тупое апельсиновое мороженое.       Алекс оторвался от ее губ и спустился к шее, покрывая ее поцелуями, затем еще ниже — к груди. Одну руку он опустил ей между ног, нащупал клитор и стал ласкать его, создавая дополнительную стимуляцию. Второй же рукой скользил по ее телу, очерчивая каждый изгиб. Когда он провел по животу к ребрам, Нина дернулась и засмеялась.       — Щекотно, Алекс, — уткнулась она ему в плечо.       Алекс убрал руку с ее живота и переместил на грудь, чтобы она прекратила. Но Нина не унималась, хоть Алекс уже не делал щекотно. Вскоре ее смех стал слишком громким.       — Бля, малышка, — прорычал он и заткнул рот ей ладонью. — Ты ёбнутая? Хочешь, чтоб нас услышали?       — Неа, — промычала ему в ладонь Нина, пытаясь сдержать смех, но нихуя не выходило.       — Блять, сука… — раздраженно процедил Алекс, понимая, что как только он уберет ладонь, она засмеется во весь голос.       Что это за прикол такой вообще? Нашла время хохотать! Ну надо! Точно ли тут дело в щекотке? Больше похоже на то, что она словила пьяного клина. А такое, как известно, остановить сложно. Стоит как-то переключить ее внимание, дабы она прекратила страдать этим тупым дерьмом. Алексу сейчас было ну вот совсем не до смеха. Все нежные порывы тут же растворились, как и не было.       — Сука! — рявкнул Алекс.       Поднялся на колени, отпустив Нину, что тут же залилась ебланским пьяным смехом. Быстрым движением перевернул ее на живот, приподнял двумя руками за бедра и резко загнал хуй на полную длину.       — Аа! — вскрикнула Нина, прекратив смеяться.       Алекс одной рукой собрал ее волосы и намотал их на кулак, потянув на себя. Навалился на нее всем весом и принялся ебать. Второй рукой снова заткнул ей рот, ведь теперь она придумала слишком громко стонать. Хотя находись они сейчас вне дома, Алекс с удовольствием наслаждался бы ее стонами и вздохами. Но сейчас есть риск быть замеченными, а это повлечет за собой слишком много дерьма. В первую очередь им точно придется прекратить сейчас ебаться, а это совершенно не устраивало Алекса. Остальные последствия в принципе волновали его не так сильно.       Теперь Нина просто мычала ему в ладонь, а он то грубо целовал ее в шею и плечи, то прикусывал за ухо, и сам уже издавая довольно шумные стоны. Через пару минут такой агрессивной ебли в достаточно быстром темпе, Алекс все же понял, что больше сдерживаться не сможет, как бы ни хотел, чтобы кончила и Нина. Но он ведь и так постарался на славу, может она просто слишком пьяна? Ничего, в следующий раз непременно повезет и ей, а сейчас снова черед Алекса.       Он резко отстранился, достал член и приставил к ее заднице, слегка углубив между ягодиц. С шумным стоном выдохнув, кончил, глядя как сперма брызнула ей аж до самой поясницы.       Тяжело дыша, Алекс обессиленно рухнул на кровать рядом с Ниной, развернул ее к себе лицом, положил ладонь на щеку и поцеловал в губы. Нина ответила на поцелуй, обняв его одной рукой за торс, и закинув на него ногу. Алекс убрал ладонь с лица и переместил ей на бедро, нежно поглаживая пальцами кожу, ставшую слегка липкой.       В голове мелькнула мысль, что он хочет выебать ее снова прямо сейчас. Член даже стал опять твердеть, а Алекс провел рукой по заднице и уже коснулся пальцами пизды. Но на этом силы будто резко покинули его, и он перестал быть способен хоть на какое-то движение. Глаза стали закрываться. Вдобавок послышалось и сопение Нины, уже вмиг успевшей вырубиться, что стало убаюкивать еще хлеще. Последнее, что он успел сделать перед тем, как уснуть, это натянуть на них обоих одеяло.              Сквозь сон Алекс услышал тихое страдальческое мычание и почувствовал рядом легкое шевеление. Кое-как разлепил глаза и увидел Нина, что лежала в его объятиях и медленно крутила головой из стороны в сторону. То ли ей было плохо с похмелья, то ли снился плохой сон.       Алекс крепче прижал ее к себе и поцеловал в макушку. Такой вот он — ее защитник, способен даже уберечь от плохого сна!       Впрочем, Алексу было сейчас как-то все равно до всего этого. Главное, что он в это утро ощущал себя самым счастливым человеком на планете! Нина не только вчера пришла к нему сама и ебалась довольно раскованно, но и осталась спать в его объятиях. Ни это ли настоящая любовь?       Губы Алекса растянулись в ебливо довольной улыбке. Будь бы он котом — непременно бы сейчас максимально громко заурчал и потерся головой об руку Нины. Настолько ему сейчас было уютно.       Вдруг ресницы Нины дрогнули, и она медленно стала открывать глаза.       — Ммм… — промычала она, положив ладонь ко лбу.       Все же, видимо, ей было хуево с похмелья.       Силясь, открыла глаза и стеклянным взглядом стала осматривать комнату. Нахмурила брови, видимо, не совсем понимая, где она находится.       — Плохо, малышка? — беззаботно спросил Алекс, поцеловав ее в лоб.       Нина в ахуе посмотрела на него, не понимая, хули он делает рядом с ней?!       — Алекс? Что ты тут делаешь? — спросила хуйню она, все еще не раздуплившись.       — Так-то я у себя в комнате, — дернул он плечом, а его ладонь скользнула ей по талии и устроилась на животе. — Так что логичнее будет спросить у тебя, что ты тут делаешь, — мягко проговорил он.       Нина напряглась, кажется, поняв, что мало того, что находится в комнате брата, так еще и совершенна голая. Какого хуя, спрашивается?!       Алекс же ощутил волну возбуждения от столь чудесного утра. Член моментально встал, а ладонь проскользнула чуть выше и остановилась на груди Нины.       — Хочешь, можем пойти в душ? — промолол милую хуйню Алекс, коротко целуя ее в плечо. — Может, тебе станет легче…       Нина резко распахнула глаза и дернулась, начав вспышками вспоминать обрывки вчерашнего вечера. Щеки налились краской, и она дернулась, намереваясь вскочить с кровати.       — Блять, малышка, стой! — схватил ее Алекс и уложил обратно. — Куда, блять? Там стекло. Поранишься же.       Нина непонимающе вытянула шею и взглянула на пол. Рядом с кроватью, в луже разлитого пива, валялись осколки бутылки. Откуда это тут взялось? Вот же блядство, это же она принесла эту бутылку пива, когда пришла сюда ночью сама!       — Не хватало еще порезать ноги, — не унимался строить из себя героя Алекс, вновь начав коротко ее целовать.       — Алекс… Блять… — замямлила Нина, сгорая от стыда. — Мне надо идти.       Но Алекса такое поведение сестры нихуя не устраивало. Он не позволит ей испортить такое волшебное утро. К тому же, он нехуйственно возбудился. Глупо было бы не воспользоваться моментом, когда они лежат рядом голые. Утренняя ебля, да еще и с похмелья, ведь так прекрасна!       Он прижал ее к себе, продолжая целовать шею и плечи. Одной ладонью сжал грудь, а второй взял за бедро и чуть приподнял, поворачиваю Нину вполоборота спиной к себе.       — Ты такая охуенная, — томно прошептал он, проведя пальцем между половых губ. — И такая… Мокрая…       — Алекс, — с придыханием сказала Нина. — Мне… Мне надо к себе.       — Да ладно, че ты, — усмехнулся он, перехватил ее ногу под коленом, приподнял и приставил хуй к пизде.       Нине было чертовски стремно и неуютно. Тем не менее, кажется, и она ощутила волну возбуждения, рвано выдохнув и закрыв глаза.       — Можно я пойду? — вымолвила она.       — Не, — мотнул головой Алекс и вогнал в нее член.       Нина глухо простонала и поспешила закрыть ладонью рот, дабы ее никто не услышал.       Алекс же, опустив всякие прелюдии и сантименты, принялся ебать ее резкими, быстрыми толчками.       Нина, мямлила, что ей нужно идти, но хуй куда уходила, давая не только себя ебать, но и томно вздыхая от его прикосновений.       — Милая, а рыбки дома? Они вернулись после клуба домой? — вдруг послышался из коридора голос Оливера.       Нина замерла и в ахуе уставилась на дверь. Алекс же проигнорировал этот тупой посторонний шум из коридора, продолжая ебать сестру.       — Не знаю, проверь, дорогой, — раздался голос Оливии.       Послышались шаги. Оливер прошел мимо комнаты Алекса, остановился и постучал, кажется, в комнату к Нине.       — Зайка, ты тут? Дома?       — Бляяя… — простонала Нина, забегав испуганным взглядом по сторонам.       — Да забей ты хуй, — взял ее ладонью за щеки Алекс, притянул к себе и грубо протолкнул ей в рот язык.       — Нина? — не унимался Оливер и послышался звук дергающейся ручки. — Хм… Закрыто…       — Пап, ты чего? — раздался заспанный голос Лизи.       — О, зайка! Вы дома? — приятно изумился Оливер.       — Кажется, это очевидно, — раздраженно ответила Лизи, кажется, нихуя не радуясь такому пробуждению.       — Бля, Алекс, — прервала поцелуй Нина. — Мне нужно к себе. Он сейчас нас спалит, — жалобно пропищала она.       — Не стони так, и не спалит, — сказал Алекс и достаточно грубо заткнул ей ладонью рот, ускорив темп.       — А сестра твоя где? Где Нина? — сходил с ума за дверью Оливер. Вновь подошел в комнату к Нине и стал в нее стучать и дергать за ручку. — Рыбка, спишь? Почему она не отвечает?       — Спит, наверное, — предположила Лизи.       — А вдруг она не дома? Где она? — изумился Оливер.       Вновь послышались шаги, а затем Оливер остановился, кажется, прямо у двери в комнату Алекса. Послышался осторожный стук, и сердце Нины будто остановилось.       — Детка? Ты спишь? — заголосил Оливер.       — Бляяяя… — испуганно простонала Нина в ладонь Алекса и попыталась вырваться.       — Хорош, малышка, — прошептал Алекс, быстро сменил позу и навалился на нее, дабы та не вздумала бежать.       — Блять, это пиздец, — в шоке прошептала Нина, косясь на дверь.       Алекс же сделал еще несколько резких толчков, вгоняя хуй по самое основание. Почувствовал приятное онемение, растекающееся по телу, вытащил член и уперся головкой ей в пупок.       — Ммм, сука… — глухо промычал он, уткнувшись головой Нине в плечо, и кончил ей на живот.       — Я не понимаю! Где все?! — воскликнул за дверью Оливер.       — Милый, может хватит? Спят они! — возмутилась Оливия. — Лучше пошли, поможешь мне с готовкой! Сочельник же!       — Иди, я добужусь ребят, и спущусь, — пизданул Оливер. — Детка?!       Дверная ручка задергалась.       — Детка? Спишь?!       — Блять! — выпалила Нина, уперлась ладонями в плечи Алекса и отпихнула его от себя.       А тот и не сопротивлялся, уж дюже охуенно ему сейчас было. Закрыл глаза и откинулся на спину, тяжело дыша.       Нина же подскочила с кровати и чуть не напоролась на валяющиеся на полу осколки.       — Блядство, — и зашныряла по сторонам испуганным взглядом, ища свою одежду.       Коротко простонала через нос, приметив трусы в пивной луже. Затем отыскала взглядом платье. Быстро схватила его и попыталась натянуть на себя, размазывая по животу сперму. Но платье нихуя не одевалось нормально! Молния была нещадно порвано! Сука!       Кое-как нацепив на себя платье и прижав его ладонями к груди, Нина поспешила к окну и судорожно юркнула в него.       — Ебать ты, — усмехнулся Алекс, провожая ее наглым взглядом и поведя головой.       — Детка? Детка! — хуярил кулаком в дверь Оливер. — Да что же это такое? Он куда делся?       — Я тут, блять! — отозвался Алекс, медленно поднимаясь с кровати.       Отыскал на полу джинсы и натянул их на голое тело. Затем подошел к двери и открыл ее.       — Почему не отзывался? — нахмурился Оливер.       — Я, блять, спал, — расставил ладони в стороны Алекс.       — Ладно, хорошо, — кивнул Оливер. — Ты не видел Нину? Она не отвечает! Вдруг что-то случилось? — придумывал родительскую хуйню он.       — Что, блять, могло случиться? — скривил губы Алекс. — Напилась да захлебнулась во сне блевотой?       — Детка! — возмутился Оливер, но сам от слов сына заметно занервничал. — Думай, что говоришь!       Алекс же вышел в коридор, подошел к двери, ведущей в спальню Нины, и постучал.       — Эй, малышка! Ты там? С тобой все в порядке? — спросил он, нагло улыбнувшись.       Ну конечно же она там! Наверняка стряхивает с себя остатки его спермы и сгорает от стыда, что ебалась с братом прямо под носом родителей, когда те, к тому же, и не спали.        — Господи, а вдруг что-то не так? — побледнел Оливер. — Зайка, — обратился он к Лизи. — Может, пройдешь через окно Алекса по карнизу и заглянешь к сестре в окошко?       — Чего? — скривилась Лизи. — Что за бред?       — Детке нельзя туда, — поджал губы Оливер.       — Малышка, ты в порядке? — вновь позвал Алекс.       — Да, я в порядке, — наконец, послышался из-за двери голос Нины.       — Зайка! — кинулся к двери Оливер, оттолкнул Алекса, схватился за ручку и задергал. — Ты в порядке?       — В порядке, — слабо отозвалась Нина. — Просто… Просто очень болит желудок.       Оливер выпучил глаза и посмотрел на сына, как бы намекая, что его волнение было не напрасным.       — Рыбка, помощь нужна? Лекарства, может, или позвонить врачу? — стал предлагать Оливер.       — Все в порядке. Я справлюсь сама.       — Ну давай там, — крикнул Оливер. — Сегодня сочельник, мама и Макс будут готовить праздничный ужин. Уж постарайся, чтоб к этому времени все прошло!       — Мхм, — промычала из-за двери Нина, так ее и не открыв.       Алекс же усмехнулся и пошел обратно к себе. Хотелось еще немного поваляться, а может даже и подремать. А Нина пусть немного побудет одна, раз ей так надо. Наверняка она в ахуе над тем, что ночью заявилась к Алексу сама и прыгнула ему на член. И Алекс не сомневался в ее чувствах. Просто нужно дать ей время все это принять.