Снова...

Антон сидит в центре кровати уже около шести минут, не зная что с собой сделать, ведь только что Арсений ушëл в душ, оставив его со стояком и сказав ничего с собой не делать. В штанах давно стало тесно, а налитый кровью орган так и молит о прикосновениях. Антон давно не занимался с Арсением сексом, ведь тот постоянно был на работе. Единственное чем занимался Антон в отсутствии старшего, это дрочил и пихал в себя дилдо разной длины, которые лежат где-то в шкафу, в красной коробочке. О которой Арсений даже не догадывается. Мысль об этом ещё больше заводит Антона, и возбуждение накатывает всë в большей мере. Сюжеты того, что бы с ним сделал Арс, узнав о секрете, так и прокручивались в голове один за другим. Парень начинает непроизвольно ëрзать, наконец, услышав шаги по направлению в комнату, в которой сидел и ждал. Словно Хатико. – Ну что? Заждался? – голос вошедшего был слегка хриплым, а с волос на тело падали капли, что заставляло выглядеть его ещё сексуальнее и горячее. Арсений попросил встать младшего, но тот не мог и пошевелиться, – внизу живота образовался узел, что приятно тянул в предвкушении того, что же сейчас будут делать Попов. – О чëм ты думал, пока меня не было? – старший наклонился к чужому лицу, уселся напротив. Пальцем провëл по подбородку, немного приподнимая его и жадно ухмыляясь, посмотрел прямо в зелëные глаза с расширенными зрачками. – Чего молчишь? – мог ли Антон сейчас сказать о своей розовой коробке в шкафу и о том, что ему уже просто не терпится? О том, каким сексуальным кажется доминантный мужчина напротив. Он хочет. Хочет, чтобы брюнет взял его прямо сейчас. Взял не думая о том, что Антону будет больно или неприятно. Но нет. Антон не может этого сказать, ему слишком стыдно. Даже не смотря на то, что между ними было, ему всë равно стыдно. Арсений смотрел на парня вопрошающим взглядом, видя что тот что-то задумал. – Молчишь? – голубоглазый хотел продолжить, но Антон, не выдержав, поддался вперëд, тем самым прервав слова и касаясь своими губами губ напротив. Как же он давно хотел коснуться этих желанных губ. Таких мягких по ощущениям и сладких на вкус. Поцелуй углубился, их языки сплелись, воздуха быстро стало не хватать, от чего голова начала кружиться. Сделав упор на грудь Арсения, младший оседлал его, оказываясь сверху. Теперь он выиграл время для того, чтобы сделать глоток воздуха. Шастуна усадили на колени поудобнее. Теперь на Антона пристально смотрели голубые, как покрытое облаками небо, глаза. Готовые поглотить тебя прямо сейчас. Забрать на те небеса. Арсений долго ждал этого. Он бы сделал это раньше, если бы не приходил каждый вечер уставшим, если бы не заваливался сразу в кровать, погружаясь в глубокий сон, если бы он просто уделял чуть меньше времени работе, и чуть больше времени Антону, это бы не стало такой редкостью. Тем временем руки шатена сами потянулись к бугорку в штанах брюнета, тот лишь ухмыльнулся, давая понять, что не против. Штаны быстро улетают в угол, за ними и вся другая одежда. Перед глазами Арсения открылась приятная картина: его кудрявое чудо лежит абсолютно голое, и такое невинное, кожа бархатная и светлая, словно как у младенца, так и хочется всего расцеловать, найти заветные зоны, от которых младший будет стонать ещё больше, выкрикивая имя брюнета. Руки Арсения скользили по оголëнному животу, а губы легонько касались тонких ключиц. Антон приподнял челюсть, открывая Попову больше места на своей коже для поцелуев. Голова Попова поднимается выше к шее, расцеловывая всë и там, после переходя на плечи. – Арс.. Я больше не могу. – руки старшего перемещаются на розовые затвердевшие бусинки, начиная их крутить, а после вбирать в рот и водить по ним языком, от чего Антон стонет ещё громче, выгибаясь в спине до хруста позвонков. Поцелуи давно превратились в укусы и засосы, словно Арсений жадно пытается присвоить мальчишку себе, не оставляя на нëм живого места и не показывая никому больше. Одна рука брюнета скользнула к ноющему органу младшего, который уже стоял колом, растирая предэякулят по головке, а вторая оглаживала спину. Антон хотел больше, больше чем простая дрочка и прикосновения. – Арс... пожалуйста, я хочу.. кончить, – Арсений опустил голову к члену шатена, проведя языком по всей длине, погрузил головку в рот, младший вздрогнул, громко застонав, брюнету нравилось когда его мальчик стонет и кончает от его прикосновений. Антон был близок к разрядке, стоны участились, а дыхание сбилось. Арсений обхватил член младшего и начал размеренно надрачивать. Антону было приятно. Настолько приятно, что глаза закатывались, бëдра толкались навстречу руке, и вот Антон издал протяжный стон, после чего из уретры на живот брызнула вязкая жидкость. Арсений поцеловал своë чудо в лоб. – Малыш, ты умница, развернись пожалуйста. Антон хоть и кончил, но не насытился, ему хотелось большего, ведь дрочил он себе много раз. – Вставь его, пожал.. – младший вздрагивает от неожиданно появившегося в нëм пальца, так и не договорив, но думаю, его поняли. Арс целует чужое, покрасневшее плечо, начиная рычать от возбуждения, то и дело прокручивая палец внутри Антона. – Скажи если будет больно – брюнет начинает вводить второй палец. На что младший начинает скулить и вилять бëдрами, моля о том чтоб Арсений скорее вставил в него свой член. Старший начинает ускоряться, подливая смазку на пальцы, – Я тоже тебя хочу, но подготовиться надо. Руки шатена впились в простыни, ноги дрожали, а из уст вырвался громкий стон, когда брюнет находит чувствительный комок нервов, начиная его безжалостно массировать. От удовольствия в глазах начинают скапливаться слëзы, а тело дрожать. Арсений, подумав что этого достаточно, достаëт пальцы. Антон лишь смотрит жалостливыми и заплаканными глазами в глаза напротив, поняв что внутри него ничего нет. – Арс.. – упомянутый приставляет головку ко входу. – Потерпи немного. – он достаëт из тумбочки презерватив, разрывая серебристый квадратик зубами, и раскатывая по члену. Шастун начинает от нетерпения насаживаться на такой большой и долгожданный член. Полностью наслаждаясь длиной. Дилдо ему было мало.. – Можешь не медлить. – тем временем член пропал в нëм уже на половину. – Зря ты это сказал – рвано выдохнув, прошептал на ушко Арсений, погружая оставшуюся длину в младшего за один толчок. В ответ он получает скулëж. Внутри Антона так горячо и одновременно узко, хоть он сейчас и растягивал его. – Больно? Я могу выйти. – Только попробуй – на выдохе произносит шатен. Он так долго этого ждал. Антон сильнее сжал в себе орган, чтобы тот точно никуда не делся. Арсений до сих пор удивлëн, как не кончил ещё с первого толчка. Он переворачивает своë чудо на спину, закидывая чужую ногу на своë плечо, желая лучше рассмотреть все эмоции на его лице. Антону хорошо. Он не знает как же развратно выглядит его лицо, Арсения это возбуждает и заводит, из-за чего он начинает грубо вбиваться в фарфоровое тело мальчишки, то и дело касаясь комочка нервов. – Блять, Арс. – он обнимает старшего, царапая ноготками спину. – Что такое? – старший прикусывает мочку уха, из-за чего тело Антона покрывается мурашками, а рот открывается в немом стоне. – Мне так хорошо. – Шастун притягивает к себе брюнета, целуя его, вместе с тем кусая нижнюю губу. – Быстрее. Арс ускоряется, вбивая нижнего в кровать. В соседней квартире наверняка слышны стоны и шлепки кожи о кожу. – А-арс... – он выкрикивает имя возлюбленного, сильнее притягивая того к себе. Тело задрожало в сильном оргазме, сжимая брюнета в себе. Антон кончил. Арсений сбился с темпа, рвано двигаясь в обессиленное тельце. Попов кончает следом, изливаяясь в презерватив, после чего снимает его, и затягивая в узел, выбрасывает в урну. Шастун целует старшего и уходит в душ, второй лишь закуривает сигарету, думая о том, что выходные скоро кончаются, работы будет много, и всë повторится снова...