Немезида / Nemesis

[Эмма]

— Спасибо! — воскликнула я, улыбаясь и махая рукой большой толпе счастливых детей. Взмахнув рукой над головой, я вызвала длинную нить кристалла, а затем разбила ее так, что осколки заискрились, переливаясь на свету. — Всем пока! Звоните, если увидите суперзлодеев! — До свидания, дети! — сказал Стояк. Он тоже помахал рукой, и мы развернулись и направились к выходу. Пиар-акция закончилась. К сожалению, мы не могли оставаться дольше запланированного. Наши офицеры СКП повели нас по задним коридорам торгового центра через дверь аварийного выхода. — Удивительно, что тебе это так понравилось, — сказал Деннис, когда дверь захлопнулась за нами, и мы вышли на крышу гаража. Фургон СКП был припаркован прямо перед выходом, скрывая нас от посторонних глаз. Его большая раздвижная дверь автоматически открылась при нашем появлении. — Я имею в виду, что раньше ты никогда не казалась большим любителем пиара, — я поморщилась. Видимо, Имиджмейкер начал болтать: эта маленькая сплетня разлетелась за последние несколько дней. — Или ты просто такая хорошая актриса? — Да ладно, Стояк, эти дети нас обожают! Как я могу не любить подобные пиар-акции? — Я улыбнулась ему, но внутри уже начала немного раздражаться. — Конечно, мне не нравится иметь дело с имиджмейкером. Не хочу, чтобы мне указывали, как выглядеть, как вести себя или как драться. И это не имеет ничего общего с сегодняшним днем. Сегодня всё было замечательно. Как это может не нравиться? — Не знаю, но Призрачный Сталкер терпеть не может такие вещи, — сказал он. — Общение с гражданскими выводит её из себя. Я думал, что ты больше похожа на неё, — мы вошли в фургон и закрыли за собой дверь. Деннис мгновенно снял шлем, провел рукой по волосам и слегка отдышался. У него был шлем, полностью закрывающий голову, и он постоянно жаловался, что в нем было жарковато. — У вас неправильное представление о Софии, — начала я, устраиваясь на своем сиденье. В фургонах СКП, действительно, были очень хорошие, супермягкие кресла. И снова повернулась к Деннису. — Думайте о ней, как об Оружейнике, который так любит технарить, что больше ничего не замечает. София во многом похожа на него. Она точно так же обожает драться и всё, что связано с физической подготовкой вроде бега, и не хочет утруждать себя ничем другим типа визитов к пиарщикам. Не то чтобы она это ненавидела или что-то в роде того. Для неё это просто пустая трата времени. И я её понимаю. Я тоже люблю драться, но это не единственное, что меня волнует. Деннис приподнял бровь, когда фургон пришел в движение и покатился по поворотам гаража. — Хех, — произнёс он — Знаешь, в этом есть смысл: София как разъяренная девушка-боец, боевая версия Оружейника. Не знаю, почему я сам не придумал это, — по его лицу начала расползаться ухмылка, — интересно, смогу ли я заставить всю команду называть её… — Я не хочу и не буду нести ответственность, если она тебя побьёт, — ухмыльнулась я. — Но я не могу упустить такую возможность, верно? — Он театрально подмигнул мне, и мы оба рассмеялись.

[Тейлор]

Я мчалась по воздуху на гигантском шмеле, и ветер трепал мой белокурый парик. Кататься на шмеле было не очень весело. Они и себя-то с трудом поднимают. Стоило больших трудов, чтобы создать такого, который был бы способен нести целого человека. Но даже так лететь было крайне неудобно и неприятно. Больше всего мне нравится кататься на гигантских стрекозах, но это не совсем в тему: ведь мне нужно как можно дольше скрывать телепортацию роя. Я пронеслась над небольшим лесом и попала в пункт назначения: большое травянистое поле городского парка, неподалеку от старого дома Эммы. В приятную летнюю субботу здесь было многолюдно: все играли в игры, дурачились или отдыхали и просто радовались погоде. Люди стали показывать пальцем и смотреть на меня, когда я пролетала над их головами. Неудивительно: не каждый день увидишь суперзлодея, и, хотя моё представление прошло удачно и без жертв, вероятно, еще какое-то время меня будут побаиваться. Надеюсь, сегодняшний день поможет это исправить. Я с грохотом приземлилась на траву, и моё человеческое тело отлетело в сторону, а шмель взлетел обратно в воздух, разделившись на четыре шмеля поменьше (но все равно довольно огромных). Один из них держал что-то в лапках: белый пластиковый диск, на поверхности которого вручную был нарисован шмель очень причудливого вида. Я-шмель подбросила его в свои человеческие руки и усмехнулась. — Ну что, девочки! — воскликнула я. — Пора поиграть во фрисБи!. Мои шмели разлетелись по кругу, нетерпеливо подпрыгивая. Я подбрасывала шмеля слева, и он должен был броситься к диску, показывая живот и хватая его лапками. Затем он должен был закрутиться и раскрутиться, после чего бросить диск шмелю напротив себя. Оказалось, что заставить шмелей бросать и ловить предметы очень сложно. Я тренировалась несколько дней. Фрисби был размером примерно с их голову, так что с ним было неудобно обращаться, но еще хуже было то, что фрисби нужно было бросать с вращением. У шмелей нет рук, поэтому, чтобы правильно бросить фрисби, им приходилось вращаться в воздухе. Конечно, они выглядели нелепо, но именно этого я и добивалась. Конечно, вокруг начали собираться люди. Вскоре ко мне подошел один особенно смелый ребенок. — Привет, — спросила она. — Можно мне поиграть? — Конечно! Но, пожалуйста, зови меня Бамблби! И поаккуратнее с шмелями, — я понизила голос до сценического шепота, — они еще не очень хорошо играют в фрисби! Какое же коварное дело я надеялась совершить, играя с детьми в фрисби в общественном парке? Всё просто: никакое. Я уже провела свое обязательное мероприятие на эту неделю, и подобные трюки позволяли мне укреплять свою репутацию без надобности совершать настоящее преступление. Появления на публике без преступлений — отличный способ выглядеть максимально безобидно. Лишь немногие злодеи так поступали. Вскоре вокруг меня собрался большой круг игроков, а ещё больше людей стояло снаружи и снимало всё на видео. Потом на стоянку позади нас въехала машина, и я только и смогла, что удержать свою челюсть от отвисания. Я ожидала чего-угодно, и, конечно, проработала разные сценарии. Но я никогда не думала, что Рыцарь приедет на фургоне СКП в полном вооружении и подойдет к нашей маленькой компании. Он ведь не собирается прямо сейчас драться, правда? Особенно после того, как Стражам сказали быть полегче со мной? Я бросила фрисби, и её поймал шмель. А после повернулась к нему лицом. — Привет! — сказала я. — Рыцарь, верно? Мне ещё никогда не доводилось разговаривать с настоящим героем! Рыцарь был лидером команды Стражей. Предполагалось, что он был Технарём, но подслушанные мной разговоры показали, что на самом деле он был кем-то вроде Умника. Не такой могущественный, как Сплетница, но все же достаточно опасный. Он мог читать меня, читать мои эмоции. И это… тревожило. — Мне же не нужно сейчас убегать, да? Или драться? — Я наклонила голову, стараясь выглядеть обеспокоенной. — Я знаю, что я суперзлодей, но я не очень хорошо дерусь, и не хочу, чтобы кто-то пострадал… — С чего бы это? — спросил он. — Ты ведь не совершаешь здесь никакого преступления? — Конечно нет! — сказала я, нервно улыбаясь ему. Но внутри я торжествовала. Он не собирался ничего предпринимать. Отлично. — Вообще-то я хотел бы поиграть, — сказал он, и под его маской показалась озорная улыбка. — Конечно! — сказала я. — Но… можно сначала взять автограф? Пожалуйста? Прилетел шмель, только в несколько раз больше обычного, держа в лапках маркер, который был больше, чем он сам. Я забрала маркер и протянула вместе с фрисби Рыцарю. — Я ваш большой фанат. — О, э-э… — Он заколебался. Очевидно, его не учили, что суперзлодеи могут просить автографы. — Конечно, — наконец, ответил он и с размаху подписался, добавив в конце «Бамблби». А его было не так просто сбить с толку. Он попытался вернуть мне фрисби, но я отстранилась, подняла руки и усмехнулась. Он уловил мою мысль и бросил её. Я бросила фрисби следующему, и Рыцарь присоединился к кругу, встав чуть левее меня. Некоторое время мы молча играли вместе. Я подумала, что когда-нибудь ему придётся заняться чем-то другим, героическим, и он, бросив фрисби одному из моих шмелей, наконец повернулся ко мне. — Итак, Бамблби, — мягко сказал он, — ты когда-нибудь думала о том, чтобы вступить в ряды Стражей? — Что? — Я повернулась к нему с удивлённым и обиженным видом. — Я не могу вступить в Стражи, я опасный суперзлодей! Я очень страшная! Я заставлю шмеля ужалить тебя, если ты мне не веришь! — Я действительно была удивлена. Я знала, что они дали согласие на мою вербовку, но делать это публично, на видео, было удивительно. Раньше они проворачивали подобное всего несколько раз, и то только в отношении очень молодых или очень безобидных суперзлодеев. Видимо, я подхожу под это определение. Жалко, что я не подслушала совещание, на котором они это утверждали. — Да, ты очень грозная, — согласился он, вежливо улыбаясь. — Но если ты не хочешь сражаться и не хочешь, чтобы кто-то пострадал, то самый простой способ — стать героем. Я уверен, что у тебя добрые намерения, но слишком уж легко люди могут пострадать в таком случае. — Это как? — спросила я, перейдя на спокойный, созерцательный тон. — Ты боишься, что я попаду в кого-нибудь фрисби? — Ты знаешь, что я не это имел в виду, — с улыбкой сказал Рыцарь. — Ограбление магазина мороженого — это нехорошо, Бамблби, но это всего лишь одна ошибка. Многие люди думают, что после одного преступления ты навсегда останешься суперзлодеем, но это не так. Мы все равно примем тебя, если ты этого захочешь. — Простите, я просто… Я так не думаю. — Я неловко улыбнулась. — Я просто… Я люблю суперзлодейство. Это так весело. Я даже не представляла, что это может быть так весело. Я большой фанат Стражей, но я всё равно буду тебя часто видеть, да? И, я хочу сказать, я уверена, что когда-нибудь вы поймаете меня, и, возможно, тогда я смогу присоединиться к героям. Но пока… Я приняла вызывающую позу, ткнув пальцем прямо в маску Рыцаря. — Вы увидите, что победить ужасную Бамблби не так-то просто! Поймай меня, если сможешь, супергерой! Рыцарь уставился на меня, не зная, как реагировать. А я начала смеяться, трясясь, дрожа и выгибаясь. — Боже мой, это было так здорово! Не могу поверить, всё прошло именно так, как я себе и представляла… — Наконец я подняла глаза, и тут у меня отвисла челюсть. Рыцарь подошел ближе и стоял прямо передо мной. Я сделала поспешный, неловкий шаг назад. Конечно, это было запланировано: все мои жуки видели, что он приближается. Но выглядело это нелепо. — Э-э… Ой, извините, мне пора! Мои шмели снова слились воедино и полетели за мной, у одного из них был фрисби, так что я смогу забрать его с собой. — Всем пока! — сказала я, когда шмель начал взлетать, а Рыцарь не полетел за мной. — Обещаю, что как-нибудь приду еще поиграть во фрисби, согласны? — Большинство собравшихся улыбнулись и помахали мне на прощание, когда я улетала вдаль. Я не ожидала такого, но все прошло довольно хорошо, как мне показалось.

[Эмма]

Стоя на балконе, я наслаждалась видом, а мои волосы развевались на летнем ветерке как в кино. Я провозилась со своим нарядом по меньшей мере час, но, кажется, наконец-то выбрала, в чем пойти. Сегодня у меня будет первое свидание с Софией. Неудивительно, что я нервничаю. Но до того, как за ней заедут, оставалось ещё время, так что… Я села, достала из кармана телефон и набрала номер «Котёл». — Алло? — спросила доктор. — Здравствуйте, — ответила я. — Это Клеопатра. Я хотела бы устроить свой первый бой с Немезидой. — Уже? — спросила она. — Первая неделя ещё даже не закончилась. — Да, я знаю, но Бамблби была очень активна. Сначала вчерашнее мероприятие, а теперь эта нелепая затея с фрисби. Я думаю, она уже достаточно прославилась, чтобы устроить наш первый бой, и, честно говоря, я устала ждать. Кроме того, мне придётся предупредить её за неделю, верно? Этого времени достаточно. — Разумно. О чем вы хотите договориться? — Э-э… Вообще-то я надеялась получить совет по этому поводу, — сказала я. — Какой должна быть первая встреча и как лучше с ней бороться. Я не уверена, что понимаю, в чем её сила. СКП говорит, что она, возможно, очень сильно сдерживается. — О? Я думала, что вас не интересуют её способности. Вы бросили трубку, когда я в последний раз поднимала эту тему, — она звучала явно раздраженной. Что было нехорошо. — Точно… — Я так и сделала, да? Черт. — Слушай, мне очень, очень жаль, вы просто застали меня в неподходящий момент! — сказала я. — Я только что столкнулась со своей лучшей подругой, самым важным для меня человеком на свете, и я не видела ее несколько месяцев… Мне очень нужно было с ней поговорить, понимаете? Доктор молчала на другом конце линии. — В контракте ведь не сказано, что вы можете сказать мне только один раз? Я ведь могу спросить ещё? — Да, можете, — согласилась доктор, ее голос немного потеплел. — И я благодарна за извинения. Что вы хотите узнать? — Ну, я хотела бы еще раз узнать все подробности, и еще: сила Бамблби, кажется, не совсем такая, как вы говорили в прошлый раз, — что происходит? — Хорошо, — сказала доктор. — Но помните, что по вашему контракту мы можем поделиться только результатами анализа сил, полученными в ходе первоначального тестирования. Всё, что мы могли узнать после них — передать не можем. Однако мы можем попытаться помочь вам связать её публичные выступления с нашими наблюдениями. — Хорошо, я понимаю, вы не можете рассказать всё, — сказала я. — Но, я имею в виду, здесь довольно большое несоответствие, верно? Бамблби — это Властелин с придурковатыми гигантскими шмелями, которые только вроде как слушают её. Это больше похоже на Адскую Гончую, чем на что-либо другое. Почему же вы сказали мне, что она — Излом? — Наиболее вероятный ответ заключается в том, что она вовсе не Властелин, а что она действительно насекомое-Излом, как и показали результаты её тестов, а шутовство гигантских шмелей — это просто игра. — Понятно. — Я нахмурилась. Умнее, чем я ожидала от Тейлор. — Итак, сколько таких гигантских шмелей она может сделать? — В наших первоначальных испытаниях она не смогла увеличить свой размер, — сказала доктор. — Закон сохранения массы тоже не нарушался. Из этих данных неясно, как она получила достаточно дополнительной массы для создания своих шмелей, сохранив при этом человеческое тело. — Хм… — Я откинулась в своем шезлонге — хорошем металлическом кресле-качалке, в котором я любила проводить время. Нужно было подумать. — Может ли она сделать себя тоньше, чтобы производить больше жуков? — Да, она демонстрировала нечто подобное, — сказал доктор. — Тогда я поняла! — сказала я. — Она толстеет, а потом «сжигает лишнее» превращая в жуков! — Это возможно. — Ха, она, должно быть, съела тонну, чтобы сделать все это. Так вот почему она украла всё это мороженое? О, это становится все лучше и лучше. У Тейлор появились супер толстые способности. Я бы не смогла до такого додуматься, даже если бы попыталась. — Затем я откинулась на спинку кресла и на мгновение задумалась. — И как далеко это может зайти? — спросила я, мой голос стал немного более приглушенным. — Увеличение ее размеров? — Это зависит от того, насколько большим может стать её рой. К сожалению, мы не можем поделиться какой-либо информацией на этот счёт. Однако в худшем случае можно представить себе насекомых размером со здание или, возможно, библейски большие рои. — Но не может же она использовать всё это как юмористический злодей? Не испортив себе репутацию. — Да, это правда, — сказала доктор. — Вряд ли она сделает что-то, что повлияет на ее репутацию. Однако это усложняет задачу при разработке первой встречи. Не хотите ли поработать над этим? — Именно для этого я и позвонила, — сказала я. — Что, по-вашему, я должна делать? — Наша типичная рекомендация для ненасильственной первой встречи — попросить ее украсть что-то значимое, что вы могли бы потом отобрать, позволив ей скрыться. В такой ситуации вы будете явно выступать в роли героя, несмотря на присущие злодеям преимущества. Вам придется бороться с реальным преступлением, избегая видимости избиения незадачливого и безобидного злодея. Осторожность все равно потребуется, но это стандартная первая миссия. Она должна сработать. — Хорошо, допустим, что это сработает. А что будет, если она просто бросит все, что взяла, и убежит? — Этому препятствует пункт о запрете на отступление: она не может убежать или отдать украденные вещи в течение десяти минут после запланированного времени начала или пяти минут после того, как вы вступите в бой, в зависимости от того, что наступит раньше. — Точно, я забыла, что это относится и к награбленному, — согласилась я. — Что же мы заставим её украсть? — Контракт не позволяет вам требовать кражи конкретного предмета. Но он позволяет указать место. Может быть, местный художественный музей? Я усмехнулась: — Да. Да, это звучит идеально. — Хорошо. Вы хотите перезвонить нам с более подробным планом или… — Зачем ждать? Я хочу, чтобы вы организовали бой прямо сейчас.

[Эмма]

Я сидела рядом с Софией на скамейке, прижавшись друг к другу под тёмным небом, держась за руки, и смотрела, как волны разбиваются о берег. Солнце только-только начало садиться, всю набережную заливало сумрачное оранжевое сияние, но было еще очень тепло, и приятный морской бриз обдувал нашу кожу. Мы доели свои гамбургеры, и я все еще допивала свой молочный коктейль: густой и вкусный, приготовленный из мороженого и шоколадного сиропа. Все говорят о гамбургерах на набережной, но кому нужны эти гамбургеры, молочные коктейли, как будто туда за этим все приходят. — О, привет, Эмма! — позвал знакомый голос. Кто-то из школы. Кристи, подумала я. — О, и София! Я думала, вы поссорились! — Я… Я же говорила тебе, — заикаясь, ответила София, — это была небольшая ссора, и мы помирились… Она не успела закончить фразу, как я перегнулась через скамейку и поцеловала ее прямо в губы. — Ну, наверное, даже больше, чем помирились, — исправилась София, смущенно глядя на меня, когда Кристи начала визжать. — Боже мой! — сказала она, широко улыбаясь. — Вы двое такие милые вместе. Вы словно королевы. Королевская парочка! Вау, это так круто! Мне пора идти, но я так рада за вас! — Она убежала, на ходу доставая телефон. Я была уверена, что она будет писать смс, сообщая новости всем нашим друзьям. Но мне было все равно. — Ну, и каково это — быть королевой? — спросила я дразняще. — Как будто это что-то новое? — София усмехнулась, и я усмехнулась в ответ. — Уже поздно. У меня сегодня нет патрулей, но я устала… Думаешь, пора идти? — Д-да, — сказала я. — Куда? — Давай домой, — прошептала София. Она встала, и я последовала за ней. Мы шли к небольшой парковке с цепным ограждением, расположенной недалеко от набережной. Я заплатила за неё, затем повела Софию к своей машине: темно-серебристому седану, стоявшему на краю стоянки. Да, я наконец-то перестала таскаться пешком и купила машину, Volvo. Мне она правда была нужна, раз я живу теперь одна. Она была дорогой, но дешевле тех, что были у моей семьи, и не такой красивой. Однако она была очень безопасной, а после того, что случилось, это было крайне важно для меня. Сама я в этом не нуждалась, я ведь Бугай, я могу разбить машину и уйти без последствий. Но как насчет людей, с которыми я бы ехала? Как насчет Софии или Мэдисон? Нет, мне нужна была безопасная машина. И, судя по всему, СКП помогала со страховкой. Работать с ними было действительно удобно. — Как всё прошло? — спросила я, когда мы зашли внутрь. — Наше первое свидание. — Мне понравилось, — ответила София. — Провести время с тобой снова. Я чувствую себя… ближе к тебе, и мне это нравится. Но… это не так уж сильно отличалось от того, что мы делали до того, как начали встречаться, верно? Тусовки на набережной, в центре города или в торговом центре, только мы вдвоем… — К чему ты клонишь? — сказала я с ухмылкой, снова заводя машину. Она вздохнула. — Наверное, мне действительно следовало раньше это понять, — сказала она, когда машина выехала на главную дорогу, направляясь к докам. По мере того, как я вела машину, во мне зарождалась тихая неловкость. Мне казалось, я знаю, почему. Между нами все еще оставалось что-то неразрешенное после той ссоры. Я знала, что Софию что-то беспокоит. Она не говорила об этом раньше, но, может быть, теперь я смогу ее убедить… — Так, ты так и не сказала мне, почему не разговаривала со мной после того, как я поступила на службу. Я знаю, что ты нервничала, но… — Я думала, что ты будешь сердиться на меня после того, что случилось, — сказала она, глядя на приборную панель. — Я никогда не злилась на тебя, — сказала я. — Я люблю тебя. Я злилась… что не была достаточно сильной. Не только для тебя. Я не была достаточно сильной для себя. Я хотела быть сильнее, но не стала. — Ты для меня самый важный человек в мире, — сказала София. — И всегда была. Я была опустошена, когда ты перестала со мной разговаривать. Я скучала по тебе. Я… Я думаю, что если бы ты пришла ко мне за эти два месяца, я бы сделала для тебя все, что угодно. — Я знаю, — прошептала я. — Я просто… не могла. София покачала головой. — Я чувствовала то же самое, когда ты появилась в штабе в тот первый раз. Я думала, что ты больше никогда не захочешь со мной разговаривать, после того как я… я… — Её голос понизился до шепота даже в уединении моей машины. — После того, как я заставила тебя триггернуть. При мысли об этом у меня в животе образовалась яма. Это объясняет такую реакцию. Мне было немного противно представлять, что она думает обо мне таким образом, но в этом был смысл. Так могла бы подумать и я, если бы не знала, что купила свои способности. А поскольку София не могла этого знать, то и я не могла ей сказать, и она бы очень разозлилась, если бы я это сделала. Мне, вероятно, лучше было бы просто придерживаться этой истории, как бы сильно она меня ни расстраивала. — Это не твоя вина, — сказала я. — Ты не отталкивала меня. Это сделала я. Я… Я думаю, что на какое-то время я немного сошла с ума. После смерти родителей, после того, как я перестала с тобой общаться, я была так изолирована… То есть, у меня были другие друзья, но никто не был похож на тебя. Никто и никогда не был такой… Я люблю тебя, София. София кивнула, застенчиво улыбаясь. Но потом она посмотрела в окно: я как раз свернула на ее улицу. — Ты уверена, что не хочешь поехать со мной домой? — предложила я, припарковав машину у дома Софии. — Посетить мою новую квартиру? Ты можешь даже остаться на ночь, если захочешь. Мой новый диван превращается в кровать, или… ты также можешь… — Мои щёки разгорелись, когда я поняла, что мне едва удалось не проболтаться. Я не могла сказать ничего подобного, вдруг снова ее напугаю? Но София только улыбнулась. Она отстегнула ремень безопасности… а потом наклонилась вперед и поцеловала меня в губы. Я целовала её и раньше — конечно, целовала, — но она никогда не начинала сама, и… — Скоро, — прошептала она, отстраняясь от поцелуя. Я не знала, что мой румянец может стать еще горячее, но каким-то образом это произошло. — Я люблю тебя, Эмма. Спокойной ночи. — Спокойной ночи, София! — пролепетала я, не в силах пошевелить языком. Она выглядела немного самодовольной, когда выходила из машины, мягко закрыв за собой дверь. Я смотрела, как она поднимается по ступенькам и входит в свой дом. Я подождала несколько мгновений, пока внутри включится свет, прежде чем, наконец, развернулась и направилась домой.