Немезида / Nemesis

[Тейлор]

Я уставилась на отца, глубоко вздохнув. Не знаю, что делать и как на это отвечать. На всякий случай я проверила периметр, но всё было чисто. Поблизости никого не было. Отец что-то узнал — но я пока не знаю, что именно. Лучше ничего не раскрывать первой. Я осторожно опустилась на соседний кухонный стул. — Ты… не хочешь, чтобы я встречалась с Джесс? — спросила я, скорее, для того, чтобы прервать неловкое молчание. Как я и надеялась, это заставило его слегка улыбнуться. — Нет. Тейлор, я рад за тебя. И в этом, и… во многом другом. В последние несколько месяцев у тебя все было так хорошо. С тех пор как ты поступила в старшую школу, я не знал, что делать, но, похоже, ты самостоятельно со всем разобралась. Ты такая счастливая, у тебя хорошие оценки, первая девушка… Я не хочу верить, что у тебя есть проблемы. — Тогда что тебя беспокоит? — Я получил электронное письмо без подписи, в котором говорилось, что ты оплачиваешь обучение в новой школе из бандитских средств. Это… было нехорошо. А ещё он не мог это сам узнать. — Это от Эммы. — Возможно, — признал он. — Или какого-нибудь другого хулигана. Я решил, что это ерунда… но также я в курсе, что многие дети твоего возраста попадают в банды. Поэтому я уточнил в школе по поводу оплаты. О, черт. Я и не пыталась замести следы. Не думала, что он будет проверять. — Они сказали мне, что у тебя нет стипендии и что твоё обучение было полностью оплачено со счета в банке, открытого на твоё имя, и про который я не знаю. — Он сделал паузу, пристально посмотрев на меня почти с мольбой. — Это правда? Он уже поверил школьной администрации, и не собирался менять свое мнение, чтобы я ни сказала. Он просто хочет знать, совру ли я снова. — Да. — Пятизначные суммы не берутся из ниоткуда. Платил не я. Твоя работа в кафе даже близко настолько не оплачивается. И поскольку ты не сказала мне правду о деньгах, а я не знаю, откуда они взялись, можно предположить только то, что ты получаешь их незаконно. — В его взгляде было что-то зловещее, и он смотрел прямо на меня. — Это так? — Ты ведь не записываешь это, да? — нервно спросила я. Кажется, я придумала, что хочу ему сказать, но не было никакого желания раскрываться, и нужно было убедиться, что нас не подслушивают… — И никому не говорил? Папа усмехнулся. — Конечно, нет. Я же не идиот. А теперь скажи мне: ты получаешь деньги незаконно? — Да, — ответила я. — Технически. Но не в том смысле, о котором ты думаешь. — Это будет немного сложно. — Что ты знаешь о кейпах? Его лицо стало еще бледнее, а взгляд переместился на мои туфли. — О, Боже. Скажи мне хотя бы, что ты не в Империи. Я вздохнула и улыбнулась. Всегда думает о худшем варианте. Конечно, думает — папа ведь волнуется за меня. Наверное, никогда не была так рада, как сейчас, что не стала настоящей злодейкой. Если бы я была тем ужасающим роем, которым могла бы стать — и даже подумывала так сделать, — то просто разбила бы ему сердце. Вот почему я так упорно готовилась — чтобы в итоге преподнести ему приятный сюрприз. — Папа… Посмотри на меня, — он так и сделал. Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох — а затем превратилась в свою версию с париком и костюмом. Я посмотрела ему прямо в глаза и ухмыльнулась. — Я — Бамблби. Секунду он смотрел на меня, а потом просто расхохотался — напряжение разрядилось столь неожиданным образом, думаю, он просто не смог сдержаться. Наблюдая за ним, я тоже улыбнулась. Глядя на него, я поняла, что все будет хорошо. — Ты шутишь, — вздохнул он, в голосе все еще слышался хрип. — Я часто шучу, но не сейчас, — сказала я. Мне потребовалось усилие, чтобы использовать свой обычный голос в роли Бамблби. Завершая образ, несколько гигантских пчел неуклюже спускались по лестнице. Я обняла одну из них, а остальные собрались на столе между нами. Одна устроилась у папы на коленях, и он стал гладить ее почти машинально. — Это я. Возможно, ты не узнаешь меня в новостях, — Я усмехнулась. — Ну что? Как тебе? — Я рад, — сказал он, все еще переводя дыхание. — Я… наверное, я действительно переборщил, да? — Немного, — я подмигнула. — Я даже не думал… Бамблби, серьёзно… — Он покачал головой, видимо, пытаясь вернуть себе самообладание. — Ты знаешь, что я фанат — и не знаю, кто нынче не фанат. Я просто… Почему ты не рассказала мне? — Потому что это незаконно, — ответила я. — Даже если это просто пение и танцы, технически. Я же суперзлодей, в конце концов. — Но у тебя ведь никогда не будет неприятностей из-за этого, правда? — спросил папа. — Нет, не будет. СКП очень любит хорошую рекламу, а я — самый популярный кейп в городе. Даже если им удастся меня арестовать, я просто попаду в Стражи, — он кивнул. — Но у тебя нет такой защиты. Ты просто человек. Именно поэтому… я никогда не рассказывала тебе. — Потому что ты не хочешь, чтобы я был замешан в криминале, ведь я, возможно, не смогу выпутаться. — Именно. — Я была в полном костюме, поэтому глаза были прикрыты — я смущенно отвернула голову, вместо того чтобы просто разорвать зрительный контакт. — Безопаснее всего ничего не знать. Даже если это просто пчелиные шалости. — Ладно, — он глубоко вздохнул. Из того, во что они с мамой были втянуты в последние годы, он, вероятно, слышал подобное не впервые. — Но это не объясняет, как ты оплачиваешь свою школу. Я не думал, что «Бамблби» зарабатывает так много денег. — Официально нет, — согласилась я. — Я не стану объяснять… но честное слово, я никого не обижаю, ни у кого не краду, и, наверное, у меня никогда не будет проблем из-за этого. — И ты уверена, что тебе не причинят вреда? — Совершенно точно, — ответила я, стараясь не показаться слишком самодовольной. — Моя сила намного лучше, чем может показаться на первый взгляд. Я практически не могу пострадать. — Что… ты тогда можешь? — Я полностью контролирую всех насекомых в радиусе нескольких кварталов от меня — всех насекомых, а не только пчел. Я могу превращать их в других насекомых, менять их размер, менять части тела, комбинировать и даже создавать копии себя, — Я собрала несколько гигантских пчел в кучу и превратила их обратно в свою версию в платье для выпускного вечера, сидящую на столе. — Вот так, — добавило мое второе тело, прежде чем снова превратиться в пчел. — А если тебя арестуют? — спросил он. — Ты же видел, что случилось, когда Кристалия попыталась, верно? — Да, — Отец откинулся на спинку кресла, задумавшись. — Ты, должно быть, создала еще одну копию себя. Но разве твое настоящее тело все равно не застряло бы в тюрьме? — В том-то и дело. У меня нет «настоящего тела». Я могу поместить свое сознание куда захочу, — его рот сложился в букву «О», и я усмехнулась. — Вот почему я так уверена, что не могу пострадать. Если не убить всех жуков в радиусе полумили от меня, я в любом случае буду в порядке. Так что, может, мне и не стоит бросаться на ядерную бомбу, но… — Не стоит, — Он сказал это категорично, но при этом улыбнулся. — Почему ты решила стать юмористическим злодеем? Почему бы не присоединиться к Стражам? — Я не могу — правда, правда не могу рассказать. Пока не могу. — Я глубоко вздохнула. Я не могла рассказать про контракт с Котлом, конечно же. У меня было несколько идей как это обыграть, но, наверное, лучше всего начать с… — Ты смотрел новости, так что знаешь, что Кристалия меня ненавидит. Это… не просто соперничество. — То есть она действительно хочет тебе навредить? — Да. И я не могу объяснить почему. Есть вещи, о которых кейпы не должны говорить. Но просто… — Мне не разрешалось говорить отцу, что она — Эмма. Но папа знал ее с колыбели. И ее костюм не особо скрывал детали. — Посмотри ее видео. И подумай над тем, что видишь. Серьезно подумай. — Хорошо, — ответил он задумчиво, и, думаю, правда отнесется к этому серьезно и внимательно. Я глубоко вздохнула, сглотнула, а потом посмотрела ему прямо в глаза. — Обещай, что не будешь меня останавливать? Пожалуйста? — взмолилась я. — Ты не расскажешь СКП, не позвонишь в полицию или… что-нибудь еще? Я… Мне это очень нравится. Мне так весело, ты знаешь, как я счастлива, и я никому не причиняю вреда, и мне никогда не будет больно, так что… — Хорошо, — сказал папа, и я несмело улыбнулась. — Представляю, как тебе нравится быть Бамблби — и знаю, как всем остальным нравится следить за тобой. И после того, что ты уже сделала, уверен, ты знаешь, что делаешь. Я не буду тебя останавливать, не буду лезть не в свое дело и не собираюсь сообщать властям. Только… ты обещаешь мне, правда обещаешь, что будешь осторожна? Даже для тебя это может быть опасно. — Обещаю, — сказала я, вскочив со стула и обняв его. — Спасибо тебе большое, папа. Мы провели вместе еще немного времени — смотрели телевизор, болтали о всяких безобидных вещах, связанных с кейпами. Когда мы легли спать, я была уверена, что он счастлив. И это было огромным облегчением. Папа знал. Он понял. Я ему даже понравилась! Хорошая попытка, Эмма.

[Тейлор]

— Эй! Это я хотела ограбить этот банк! Грабитель, похоже, не знал, что делать — капюшон надвинут на лицо, под ним маска-бандана, за плечом висит самодельный мешок из наволочки, полный незаконно полученных денег. Он уже собирался уйти, и тут — ну вот. Случилась я. Бамблби, в мини-платье и все такое, полностью окруженная пчелами, ворвалась в парадные двери банка и заперла его внутри. Грабитель, вероятно, больше от растерянности, начал поднимать пистолет. Он был уже выведен из строя насекомыми в механизмах, но я все равно не могла этого допустить. Тогда в него врезалась пчела побольше, опрокинула и уселась на него. Пчелы поменьше — намного меньше, так что никто не заметил, что их крылья не совсем похожи на пчелиные — отобрали у него пистолет. — Ха! Попался! — сказала я, показав на него пальцем. Я осмотрела банк. Если кто-то и не достал телефоны раньше, то теперь точно все были направлены на меня. Банк был не особо многолюден — что неудивительно, ведь сейчас рабочий полдень. Но всё же было несколько посетителей, и большинство из них очень рады меня видеть. Я ждала этого несколько недель — в районе Иммакулаты было четыре банка, до которых я могла достать, и, зная, как обстоят дела с преступностью в Броктон-Бей, я полагала, что рано или поздно у меня будет шанс организовать хорошее, веселое и заметное мероприятие. Ограбление банка было довольно стандартным для злодеев-юмористов, вполне классическим преступлением… но я посчитала, что нет ничего более безобидного, чем прервать чужое ограбление. — Теперь я могу ограбить банк! — объявила я. Только тогда я оглянулась и заметила, что пчелы какие-то поникшие и вялые. — Что? — спросила я. — Я сделала вам маски, и мешочки для денег, и все остальное! Почему вы не… — Я прервалась, прислушиваясь к жужжанию. — Конечно, мы все еще можем ограбить банк! Зачем этому парню что-то портить? — Я тряхнула головой, отворачиваясь от пчел и направляясь к стойке., ткнула пальцем, мой голос повысился от волнения. — Поднимите руки вверх и отдайте мне все свои деньги! — Э-э… у нас ничего не осталось, мэм, — сказала невысокая женщина в бордовом брючном костюме. Она медленно, неуверенно подняла руки вверх, хотя больше никто из сотрудников так не сделал. Более того, они выглядели так, будто старались не рассмеяться. — О… — Я невольно нахмурилась, когда пчелы загудели от смеха. — Ну и где же деньги? Она указала на парня на полу, вернее, на наволочку в его вытянутой руке. — Хорошо! — Я подскочила и вырвала импровизированную сумку у него из рук. Удивительно, но он не сопротивлялся и ничего не говорил — видимо, он был достаточно умным грабителем, чтобы не позориться в новом ролике с Бамблби. Я взяла ее, заглянула внутрь и улыбнулась — потом посмотрела вверх, на все еще деморализованных, печально жужжащих пчел, одна из которых пыталась открыть входные двери. — Я знаю, знаю, ты хотела ограбить банк, а не какого-то неопрятного парня… Нет, не улетай, мы можем все исправить! Гляди-ка! Я вернулась к кассе и протянула наволочку женщине в брючном костюме. Через пару мгновений она взяла ее. — Спасибо? — слабо сказала она, наклонив голову. — Конечно, не за что, гражданин! — весело заявила я, отворачиваясь от стойки и делая три шага к двери. Затем я развернулась и указала на нее пальцем. — Поднимите руки вверх и отдайте мне все свои деньги! Раньше в зале раздавались единичные смешки. Но это заставило весь банк разразиться хохотом, и я улыбнулась. Смеялась даже женщина в брючном костюме, хотя она все же вернула мне наволочку. Я приняла ее, отвернулась и подняла кулаки вверх в победном жесте, при этом мешок с деньгами дико раскачивался. — Видите? Мы все-таки ограбили банк! — Некоторые пчелы засуетились. — Итак, кому нужна добыча?! — Большинство шмелей при этом одобрительно загудели, но только один подлетел прямо ко мне, держа мешок наготове. — Привет, Буч Кассиби, — поздоровалась я, почесывая его под пушистым подбородком. Я вытащила из наволочки несколько пачек банкнот и сунула их ему в сумку. Этого оказалось достаточно, чтобы остальные захотели того же. Вскоре целая куча пчел окружила меня, умоляя отдать им часть добычи, которую я с радостью раздала. — Так, ты получишь вот это, а ты получишь вот это… о, вот упаковка с краской, можешь забрать ее, — я бросил ее первому грабителю, и она отскочила от его толстовки, — ты получишь… о! — Я вскинула голову, когда двери банка снова распахнулись. Там стоял Оружейник с алебардой, перекинутой через плечо, и мое гражданское тело вздрогнуло. Мне повезло, что пчелы не отреагировали. Я готовилась к этому… но все равно это не совсем то, что я ожидала. Это было рискованно — даже злодеи-юмористы не могут провести ограбление банка без ответной реакции. Конечно, это были не Стражи — не в разгар учебного дня. А поскольку я появилась в конце чужого ограбления, герои, вероятно, уже были в пути. Среди членов Протектората не было Кристалии — они и сами, похоже, были не против проявить себя с злодеем-юмористом, а Оружейник, пожалуй, больше всех. Но это не значит, что мне не страшно смотреть на лидера героев Броктон-Бэй, блистающего в своих сверкающих металлических доспехах. Я незаметно убедилась, что мое ядро находится так далеко от него, как только можно, но и Бамблби и Тейлор Эберт не выходят из радиуса действия моих сил. — Оружейник! — воскликнула я, подпрыгивая от радости. — О боже, наконец-то я с тобой познакомлюсь! Я твоя фанатка с тех пор, как была маленькой пчелкой, пьющей мамин мед! И я слышала, что у тебя вышла новая игрушка — супермотоцикл с пятнадцатью видами секретного оружия, заводным двигателем и настоящей работающей стереосистемой! — Я взглянула на пчел, которые теперь в основном прятались за кассой. Только Бутч Кассиби все еще был рядом со мной, хотя несколько любопытных пчелок тоже выглядывали из-за прилавка. Взгляд задержался на несколько мгновений, как будто я пыталась подсчитать в голове количество награбленного. — Надеюсь, я украла достаточно, чтобы купить его… — Не делай этого, — произнес Оружейник, поднимая палец. Его голос удивительно дружелюбен. Может быть, всё-таки продолжим по плану. — Не стоит покупать мои сувениры на криминальные деньги. Только честно отработав день, вы получите коллекционный Super Steed 2011 года. — Но это мое первое ограбление банка! — заныла я. Я не планировала, что мой разговор с Оружейником будет похож на жалобу маленькой девочки на папины правила, но, похоже, именно так и получится. Это очень хорошо сочеталось с неодобрительным, но заботливым поведением Оружейника. И теперь он, вероятно, будет моим настоящим отцом во всех кейповских фиках, как только появятся ролики. Отлично. — Какой в этом смысл, если я не могу купить на них что-нибудь крутое? — В этом нет смысла. Ты не должна грабить банки, Бамблби, — Он посмотрел вниз на настоящего грабителя, который теперь пытался выбраться из-под пчелы, поймавшей его в ловушку, но ему не везло — я постепенно увеличивала массу удерживающей его пчелы. Он никуда не денется. — Вы можете отпустить этого человека? — Э-э… Я не уверена, что мне стоит убирать с него пчелу, он кажется каким-то злым… — Оружейник ударил его древком алебарды, и тот обмяк. — Хм, — сказала я, когда моя очень большая пчела распалась на более мелкие. — С ним все в порядке? — С ним все будет в порядке, когда он окажется в тюрьме, — сказал Оружейник. — Ты же знаешь, что я не могу позволить тебе ограбить этот банк. Не проще ли просто отдать деньги сейчас? — Он продемонстрировал свою алебарду, и я наклонилась, словно желая разглядеть детали. — Возможно, у меня есть секретное оружие для такой ситуации. — Ооо… — Я слегка отпрянула назад, но потом снова оживилась. — А можно я вместо этого ограблю неопрятного парня? — По-прежнему нет, — вежливо ответил Оружейник. — Но если я заставлю пчел отдать деньги, они больше никогда не захотят грабить банк! — пожаловалась я. — Бамблби, — снисходительно сказал он, но тут же прервался, так как на заднем плане завыла сирена. Не полицейская — сирена Губителя. Телефон Оружейника зазвонил — разумеется, на рингтоне звучала его мелодия. На моем телефоне заиграл тот же рингтон, и пчела кинула его мне в руку. Любой мог подписаться на оповещения о Губителях, и, в сущности, большинство кейп-гиков так и делали. Я открыла телефон. Бегемот @ Денвер, — гласило сообщение. — Расчётное время прибытия — полчаса. Точка сбора @ парк Пилигрим, телепортация через 20 минут. — Хм… — Я снова посмотрела на Оружейника, затем на пчел. Они начали вылетать из-за прилавка и беспорядочно бросать все свои мешки с деньгами на пол. Я планировала вернуть свою добычу… но не таким образом. — Вы можете забрать все деньги сейчас, я не стану грабить банк, когда включились сирены Губителей, — Оружейник кивнул — он не улыбнулся, ситуация была слишком серьезной, — полагаю, увидимся в точке сбора? — Думаю, да, — отозвался он. — Если ты собираешься явиться на бой, то можешь идти. Мы с ним вместе вышли из банка, и я, превратившись в маленьких пчел, взмыла в небо. В Иммакулате по громкой связи прозвучало объявление: школа закрывается. Всё закрывается на время боёв с Губителями, потому что никто не хочет быть ответственным за удержание кейпа в стороне от боя. Это было на руку мне, потому что я, собственно, была кейпом и хотела участвовать. Единственная хитрость заключалась в том, чтобы не попасть в ловушку вместе с остальными. К счастью для меня, никого из моих друзей не было в этом классе, так что за мной никто не наблюдал — я проскочила через дверь и вошла в пустой туалет. Я закрыла за собой дверь последней кабинки. Открыла окно — маленькое, расположенное высоко на стене, больше похожее на фрамугу, чем на что-либо другое, но у него не было сетки, и оно было достаточно большим для меня. Я написала Джесс сообщение — не жди, папа заедет за мной. Затем, немного подумав и глубоко вздохнув, я отправила папе еще одно. Не волнуйся. Обещаю, со мной все будет в порядке. Была ли я уверена, что хочу этого? Нет. Конечно, нет. Это был Бегемот, и он был ужасен. Я не хотела сражаться даже с обычными злодеями, не говоря уже об этом. Но… Я знала, что могу помочь. Я знала, насколько могущественной я могу быть, насколько безопасно мне будет противостоять даже Бегемоту. Я даже немного попрактиковалась против богомола размером с Годзиллу. У меня была сила, чтобы помочь. А значит, и ответственность. Я помогу, как бы сильно это меня ни пугало. Тело Тейлор Эберт превратилось в столб жуков, которые вылетели в окно, в парк Пилигрим и к Бегемоту.