Ночные монологи

***

      Время пол второго ночи. Костя пришел домой только час назад, а уснул вообще через пятнадцать минут. Дел было ужасно много, неделя была полностью вся загружена работой, и четырехчасовой сон хоть как-то его спасает. Хотя о каких четырех часах идет речь? Максимум два, так как он в это время слушает Юру.       Телефон завибрировал на тумбочке. Костя раздраженно открыл глаза, смотря в экран телефона. Он любит Юру, безусловно, но ненавидит эту черту. Татищев обожает звонить по ночам, говоря какие-то глупые истории, которые забывает рассказать либо при встрече, либо при работе. Или просто хотел рассказать давно, но забыл. Костя выдыхает и берет трубку.       — Юра, ты время видел? — Тут же без приветствия начинает Костя, они сегодня (а если быть точнее, то вчера) уже виделись. На другом конце звонка слышится радостный голос.       — Катюша, извини если разбудил! Я вот сплю сплю, и приходит мне тут же мысль, я забыл тебе сегодня рассказать одну историю! Удели минут пятнадцать, а то я не усну пока не расскажу!       — Говори. — тихо вздыхая говорит Костя, ложась обратно на кровать прикрывая глаза.       — Так вот слушай, мы с Илюхой на выходных такую хуйню видели! Встретились мы вечерком, попить пивасика...       И такие монологи Костя очень часто слышит по середине ночи. Он много раз говорил об этом Юре, что сон — это важная часть для всех. Он не Москва, который десять минут поспит, для него уже праздник, он бежит благодарить Бога. Уралов и правда очень устает особенно, когда неделя полностью загружена работой, что даже помощь Турской не хватает. Юра машет рукой на это, и каждый раз он слышит одни и те же слова: «Катюш, ну прости пожалуйста, но мне важно знать, когда эту хуйню слушаешь ты! Илюха по большей части меня нахуй посылает, я с этим не могу ничего сделать, въебу раз и все!». Ему ничего не остается, кроме как слушать его голос. Но все же во время ночной беседы, Юрин, такой любимый голос, очень приятно слышать, он действует, как колыбельная, и Костя по большей части постоянно засыпает. Но спит чутко, и после всей истории, когда он слышит: «Катюш?», ему приходится прокомментировать эту историю. В конце звонка, Юра, по голосу слышно, что он улыбается, желает доброй ночи и сбрасывает. Костя после этого, может не спать еще пол часа.

***

      — Юр, я же вижу, что тебе плохо. Езжай домой, отчеты потом сдашь. Выпей таблетки и ложись спать.       — Да, Костян, ты прав... Ладно... извини, что в такое положение тебя поставил. Я поеду тогда, хорошего вечера тебе!..       Юра, конечно, не часто болел, но всегда слишком жутко, то чувство, что он сейчас тут и упадет с остановленным сердцебиением. Костя постоянно переживал из-за этого, но к ночи уже забывал переживания. Даже в болезнь, Юра умудрялся не засыпать, а звонить ночью, будив этим Костю. Слова из трубки постоянно повторяют: «Бля, Костян, я обязан тебе это рассказать! Все равно не сплю, хуево, но общение мне надо». Костя злится, из-за этого он не высыпается, а на работе, утром, падает с ног, но, Юра, если ему стало легче, совсем без усталости ржут с Томином на собрании. Но, когда Юра замечает усталость Кости, тут же подходит с виноватым выражением лица, и извиняется, говоря: «Костян, если бы я не рассказал, я бы сдох! Реально тебе говорю!». Екатеринбург вздыхает и слишком любит его, поэтому когда кивает и устало улыбается, у Юры в глазах загораются огоньки, а на губах тут же появляется улыбка. Слишком он любит это лицо, чтобы злиться долго.       Костя также помнит, когда уже на часах почти было десять вечера, в квартире раздается звонок, а когда дверь открывают, Юра влетает в квартиру, и, размахивая руками, попутно снимая с себя уличную одежду, говорит:       — Катюх, прости, что без предупреждения, но, как только узнал, тут же примчался к тебе! Ты, блять, прикинь, че Московский удумал?! Короче...       И проходя на кухню, зная уже где все есть, ставит кипятится чайник, заваривая себе чай, а Косте кофе, разговаривая с ним. Точнее ведет свой монолог. Костя пытается продолжить печатать на ноутбуке документ, но постоянно отвлекается на вопросы, отвечая на них, и работа откладывается на ночь, к глубокому сожалению Кости. И Юра, рассказывает все сплетни, которые услышал даже лет десять, а может и сто, назад. В основном, это все затягивается до первого часа ночи, а потом Юра довольно выдыхает, и уходит радостный, что рассказал всю хуету. И это пол беды. Когда Костя наконец-то садится доделать работу, а спать после голоса Татищева ужасно хотелось, все же он и правда действовал как колыбельная, минут через двадцать телефон жужжит, а на экране появляется фото Юры с танком. Костя готов и разбить телефон, и расцеловать, но все же берет трубку, устало говоря: «Да?». Челябинск, возбужденно щебечет про то, что он самое главное не договорил, и этот разговор еще на час затягивается. Получается так, что Костя сидит усталый, и с работой, а Юра уже подъезжает домой. Екатеринбург не может отказать ему, слишком сильно он его любит, да и Юра если обидеться, то все равно тут же продолжает начатую беседу.

***

      Конец месяца, скоро осень, и работы еще больше, но, даже сейчас, она не пойми откуда взялась. Уралов сидит дома, а на рабочем столе — кипами валяются разные бумаги, которые надо перепроверить, а также что-то подписать. Время уже давно перевалило за полночь, поэтому Костя лишь протирает уставшие глаза, вчитываясь в текст. Из мыслей отвлекает телефон, который был на беззвучном, но засветился. Костя посмотрел и увидел, что звонил Юра. На лице появилась улыбка, возможно, наконец-то скажет, что отчет доделан. Да и просто рад слышать его голос.       — Да, Юр.       — Костяяян, ты прикинь, у меня под окнами бомжи дерутся за какую-то паленку водки. Ну прям напомнило нас с Илюхой!       В трубке слышался смех Юры, а также крики с улицы. Видимо там не только бомжи, но и вся местная интеллигенция двора. Костя вздыхает, пальцами сжимая переносицу.       — Татищев, ты дурак?       — Бля, ну, Кость, это важная информация! Я вахуе, лежал я, спал, и тут...       — Юра, конец месяца, я завален работой, уже не сплю нормально несколько дней. Теряю лишнее время, а кто-то, даже еще и отчеты не сдал. Ты думаешь, что мне будет лучше слушать, как алкаши дерутся за водку, чем решать отчеты?       — Надеялся, — можно было подумать, что Юра расстроится, но по голосу отчетливо была слышна улыбка.       — Ну так вот Юр, мне не...       — Катюша, пожалуйста! Ну выслушай меня, я же не усну, руки все загрызу от нетерпения рассказать тебе это, а мне завтра на завод, как же я буду чертежи делать? — Юра умолял, но ему было весело, Костя это понял. И он знает, что Уралов не откажет ему, после этих слов.       — Только не долго.       — Отлично! Так вот...       Екатеринбург делает на громкую связь, и слушает как Юра рассказывает с энтузиазмом, а на заднем плане слышны разборки. Костя понимает — что это как минимум не на долго, а затянуться может на всю ночь. Раздражение уходит, он продолжает делать отчеты, но постоянно отвлекается. Слышав такой детский восторг с Юриных уст — для Кости было самое приятное чувство. На губах уже играет улыбка, все же слушать эту хрень от Юры — есть некая доля удовольствия для Кости. Он его безумно любит, и готов слушать все, и везде от Татищева.