В погоне за правдой

      — Почему из всех, Эрвин, ты выбрал меня…? — на выдохе произнес Леви, напряженно постукивая рукой по столу начальника.       — Прости, Леви. — виновато улыбаясь, покачал головой Смит, — Просто ты больше всех подходишь под предпочтения цели, по словам отдела аналитики.       — А Ханджи на что? — негодующе вздернул бровь Леви, переводя взгляд на соседний стол, заваленный стопками и горами неразобранных документов. — Хотя да, понятно. И почему я, будь добр, поясни, подхожу больше остальных под его вкусы? А Петра или Оруо? Они же тоже сгодятся на эту миссию.       — Я понимаю. — опустив голову, начал Эрвин. — Леви, что тебе после того инцидента не хочется возлагать на свои плечи ответственность. Тем более руководство мягко говоря само не хочет допускать тебя после Висконсина к операциям на передовой, но я кое-как смог их убедить в твоей компетентности и что произошедшее никак не скажется на работе. Поэтому, Леви, прошу, если не ради отдела, так хотя бы ради себя, прими задание.       — Я спросил не это… У меня нет выбора, мы не в борделе, чтобы выбирать на какие задания мне идти. Я спросил про вкусы цели. — процедил сквозь зубы Леви, взирая через полуприкрытые усталые веки на Эрвина, сидящего за своим столом.       — Да, я отвлекся. Просто подумал, что тебя это до сих пор волнует… — Леви захотел что-то вымолвить в ответ на это замечание, но Смит продолжил. — Насчет вкусов мне известно только, если полагаться на отчеты отдела Кирштайна, но он также лично мне рассказывал, что господина Йегера привлекают милые. — Леви неосознанно вскинул руки. — С первого взгляда невинные и недоступные. — На этих словах Леви разошёлся в кашле. Эрвин будто диктует описание абсолютной его противоположности. — А ещё те, кого он не может разгадать, люди-головоломки. А ты как раз такой. — Эрвин поднял взгляд и опешил от вида лица Аккермана. — Иногда смотрю на тебя и гадаю: ты убить меня сейчас хочешь или повышения попросишь.       — Если миссия выгорит, то повышения. Но убить кого-нибудь я бы тоже не отказался. — нервно покачал головой Леви, опираясь телом о стол Смита.       — Не забывай, что начальство ещё не простило тебя за тот инцидент. Не смотри так на меня, я просто напоминаю. Поэтому постарайся обойтись без лишней крови на операции. — Мягко улыбнулся Эрвин, на что Леви закатил глаза и принялся разглядывать свои туфли. — Тебе лишь нужно будет втереться в доверие господину Йегеру и проникнуть в его штаб-квартиру, чтобы установить несколько микрокамер для слежки и прослушивания. На этом твоя миссия закончится.       «И все?», — захотел добавить Леви, но быстро осёкся. Он сейчас не в том положении, чтобы спорить с руководством. Он и так многим обязан Эрвину, особенно за то, что тот вступился перед верхушкой после инцидента в Висконсине. Вступился, идя против решения всего высшего руководства. Так что всё, на что Леви хватило ума и совести, — это тихо поблагодарить и уточнить даты операции перед тем, как удалиться. Сейчас ему и правда не нужно приступать к сложным заданиям, хотя желание вновь вернуться в эпицентр бури так и греет сердце.       Ему нужно отдохнуть хотя бы от постоянных перестрелок и операций на передовой для того, чтобы переключиться на что-то более простое. К примеру, на установление камер слежения в офис главы преступной организации «Йегеристы», — говорил голос Эрвина у него в голове.       «Кто такие идиотские названия придумывает…?», — усмехнулся Леви, читая первые строчки документа, что попался под руку. Группировка занимается продажей наркотиков на территории почти двадцати штатов и устранением верхушки правительственных органов. Проще говоря они выполняют заказные убийства, так говорится в деле Йегеристов, цель которых заключается в убийстве руководителей штатов и прочих ценных и важных людей. Пусть их причастность к убийствам ещё не доказана, но, по предсказаниям аналитиков ЦРУ и ФБР, считается, что Йегер со своей группировкой в этих смертях сыграли не последнюю роль.       И если в ближайшие время не устранить или хотя бы не приструнить Йегеристов, то они могут посягнуться на жизнь президента. Для Леви участие в такой операции, пусть и не значительное, которой руководит глава управления Пиксис и управляющей агентурой Эрвин.       — Ну, Леви! — воскликнула Ханджи под ухом. — Как прошла беседа, я всё хочу знать! Смог отвертеться? Ты же так не хотел встречаться с господином Йегером снова.       — Замолкни, четырёхглазая. Какой смысл отказываться? — а внутри Леви нашел сто и одну причину отказаться, но одна надежда Эрвина на него, превозмогла их все. — Тем более Эрен всё равно меня не узнает, нам на момент пожара было по пять лет, да и виделись мы один лишь раз…       — Не думал сообщить Эрвину об этом? Это всё-таки важная информация.       — К делу это всё равно не относится. — отнекивался Леви, отмахиваясь от Ханджи свернутой тетрадкой. — Мы были детьми, я не хотел с ним встречаться лишь из-за неприязни. Он был хорошим ребёнком до того, как его мать умерла при пожаре, а отец пропал без следа. А сейчас он грязный…! — сквозь сжатые зубы через силу рявкнул Леви, привлекая внимания других агентов, сидящих за соседними столами. Ханджи замялась на месте, не найдя нужных слов.       — Тогда удачи тебе в операции. — попыталась сгладить она острые углу Аккермана.       — Да, мы приступаем через неделю. Ты же будешь меня координировать, верно?       — Да. Эрвин сказал, что в случае отклонения от изначального сценария, я должна буду давать тебе указания.       Ханджи показалось, что Леви вновь сдрейфил. Поэтому она воодушевленно хлопнула его по спине и воскликнула:       — Но ты не переживай! Работка у нас не пыльная, жизни ничего угрожать не будет. Йегеристы пусть и славятся жестокостью по отношению к своим врагам, но это только из-за замглавы Флока Форстера. Сам же глава достаточно мягкий и никогда не наставляет дуло пистолета на первого попавшегося парня. Поэтому работа займет всего лишь пару тройку дней. — пожала плечами Ханджи, но лицо её слегка посерьезнело стоило завести разговор о Форстере. — Тебе же всего лишь надо втереться в доверие одному из самых влиятельных глав преступной организации на двух материках.       — Ну да. Каждый вторник этим занимаюсь. — закатил глаза Леви, перелистывая страницы документов. Он поднес папку к Ханджи и указал на портрет одной девушки. — Меня больше беспокоит она.       — Что? Микаса Аккерман? Она же лишь телохранитель главы.       — Всего лишь? — усмехнулся Леви. — Говорят эта девушка не подпускает к боссу никого на расстояние ближе ста метров без тщательной проверки личности. Боюсь, из-за неё сблизиться с Эреном будет тяжело. — устало покачал головой он. — А если она прознает о том, что я агент ФБР, то выстрелит на поражение секунды не думая.       — Не волнуйся. — Пожала плечами Ханджи. — Саша и Конни подготовили тебе новую личность. Никто не прознает, что ты агент особого назначения — Леви Аккерман. Вечером, как приду домой, вышлю тебе всю твою новую биографию на почту и все документы по делу. — наигранно усмехнулась Ханджи перед тем как продолжить. — А пока запоминай: тебя теперь зовут Ривай.       — Что за чушь? Это одна из форм моего имени, а никакое не новое.       — Знаю-знаю… но наше руководство испугалось, что если назовём тебя Михаэлем или Дэвидом, то в один момент ты забудешь об этом, и план полетит к чертям. Вот и они решили просто перефразировать твое имя. — попыталась всё объяснить Ханджи. — Тем более Риваем тебя всё равно никто уже не называет. Так что беспокоится не нужно, просто за эту неделю привыкни к новому имени. И всё! — радостно воскликнула она, будто не понимала недовольства Леви.       — Я негодую не потому, что мне дали моё же имя. А потому что наше руководство, мне, агенту особого назначения, не может доверить даже имя. Я бывал на десятках миссиях под прикрытием и ни разу не прокалывался с подставным именем и личностью, а сейчас что?       — Да-да. Это всё не справедливо, бла-бла ваше эго никто не уважил.       — Эй, четырёхглазая!       — Леви, — тише произнесла Ханджи. — проснись! Тебе никто не доверяет, кроме меня и Эрвина. Чего ты ожидал от верхушки, которые пару недель назад рвали и метали, подписывая приказ о твоем увольнении? Что они примут тебя с распростертыми объятьями? Согласятся на твои условия, как раньше, только чтобы Леви Аккерман взялся за эту непростую миссию! Чего? — скорчив от боли за друга лицо, процедила Ханджи. — Больше так не будет. Ты должен быть благодарен за то, что тебя не понизили и не уволили. Если бы не Эрвин и не твои былые заслуги, то тебя бы тут не было вообще и тебе бы не дали вновь заняться этой работой. Да, я согласна, что нечестно, что тебе не доверяют даже в таких мелочах, как имя. Но с другой стороны, тебя допустили встретиться с Эреном Йегером, ты грезил о том, чтобы подобраться к нему много лет. И тебе выпал такой шанс! Так что засунь свою гордость в задницу и желательно поглубже, если хочешь узнать правду.       — Откуда ты знаешь…? — будто не веря сказанному, ужаснулся Аккерман.       — Леви! Недавно, когда в общей столовой Хитч просто сказала: «Эрен…», ты вскочил и потребовал, чтобы она рассказала о нём всё, что знает. А бедная девушка лишь назвала бренд одежды Эренгстон, но ты даже дослушивать не стал! И это не единичный случай. Вспомни, как ты ворвался в офис главы Хистории и требовал всю информации о Йегере? Или…       — Я понял. Можешь не продолжать. — отмахнулся Леви.       — Я не могу сказать точно… Но предположу, что ты пошел в академию ФБР из-за Эрена. Я знаю, что в детстве вы были соседями и возможно друзьями, но не пора ли откинуть старый образ Эрена и свыкнуться с тем, что он глава преступной организации…? — больше моля, попросила Ханджи.       — Я знаю, что так будет правильнее. Но не могу. Как прилежный мальчик мог стать грязным преступником? — спросил, глядя в пустоту, Леви. — Но тут ты не права. Я стал агентом и пошел в академию не из-за Эрена. — Ханджи вздернула бровь, будто спрашивала, а что дальше? — Я пошел туда из-за Эрвина.       — Что? Как? Расскажи!       — Это долгая история. Просто знай, что знакомы мы с ним достаточно давно.       — Эх. — Ханджи глянула на время на наручных часах и разинула рот. — Ох! Сколько времени то уже. Моя смена закончилась ещё два часа назад, что-то я заболталась с тобой! Переработки — это плохо. — гордо заявила она. — Тем более дома меня ждут мои крыски!       — Да-да, иди уже домой, четырёхглазая.       — А ты? — удивилась Ханджи. — Тебе тоже уже пора.       — Останусь ещё на часок, хочу разораться в мутках Эрена с азиатской группировкой, связь, конечно, притянута за уши, но я предпочту перед миссией на всякий случай узнать всё, что только можно.       — Ох, ужи одержимые… — покачала головой Ханджи.       — Замолкни! — крикнул он ей в дорогу, провожая взглядом до двери. Леви и сам не в восторге, что с момента, как он стал агентом ФБР, сама судьба вечно сводит его с Эреном. Напоминает о давно забытом прошлом, хотя можно ли назвать это прошлым? Она напоминает о мальчике, которого он хотел забыть, как страшный кошмар. Но этот заносчивый пёс вечно мельтешит под ногами, и Леви ничего не может с этим поделать.       Внутренний голос вечно кричит ему, чтобы он свернул эти чертовы файлы на рабочем столе компьютера, чтобы в гугле не была открыта вкладка с википедией, где красовалось имя «Эрен Йегер». Но Леви ничего не может с собой поделать, ему интересно узнать, почему самый обычный мальчик, который чуть не погиб при пожаре, стал боссом приступной группировке. Что подтолкнуло его на этот путь? И во всех документах, валяющихся по столу Леви, может быть ответ на этот вопрос. Леви усмехнулся, вспомнив слова Эрвина. Никакая он не головоломка, вся его суть лежала всегда на поверхности, даже Ханджи легко это разглядела. Всем просто на просто было страшно подступаться к Леви и сдирать оболочку напыщенности и отстраненности. Ведь стоит это сделать, и ты поймешь, что Аккерман самый обычный человек. И нет никакой загадки. Все его былые заслуги, как агента, достигались лишь упорством и тяжелым трудом, а секретов никогда не было. Просто вопрос. Вопрос, на который Леви всю жизнь ищет ответ.       Но в этих нескончаемых документах спустя три часа поиска, он не нашел ничего путного. Связь Йегеристов с азиатской группировкой была лишь домыслом из-за недавнего приезда госпожи Киёми — представителя клана Азумабито, в штаты, в Техас. Она приехала как раз в то время, когда Эрен Йегер, по данным ФБР, тоже находился в Техасе.       «Это подозрительно, но судя по документам и отчетам группы отслеживания, за те три дня, пока Киёми была там, они с Йегером ни разу не бывали даже в одних городах. Ни они сами ни их подчинённые… Пустая трата времени», — вздохнул Леви, откидываясь на спинку кресла и отбрасывая подальше от себя гигантские папки документов с отчетами.       И так для него проходят все дни на работе, когда он не замешан в иных расследованиях и заданиях. Все дни… семь лет подряд после окончания академии и приема в ФБР. Желание раскрыть тайны и секреты Эрена мучает Леви уже семь лет. И миссия, которая начнется через неделю, сможет пролить свет хотя бы на маленькую часть истины. И у Леви при хорошем раскладе будет пару тройку дней для того, чтобы сблизиться с Эреном и выведать ответы на мучающие его вопросы.       — Пора домой… — тихо прошептал Леви, смотря на мигающий потолок. — Я же писал жалобы, какого черта до сих пор не починили… — зевнул он, прикрывая глаза всего лишь на секунду.       А открыл их он только тогда, когда услышал гудение Ханджи под ухом.       — Скажи мне, что ты просто рано пришел, а не вновь ночевал на работе…?       — Не гуди под ухом… — зевнул он.       — Я ушла в час ночи, сейчас девять утра. А ты даже не уходил… — Лицо Ханджи посуровело, она хлопнула по столу, заставляя Леви открыть глаза и выпрямиться. — Иди домой!       — Вообще то у нас работа. — отрезал он ей в ответ.       — Ты наработал на несколько дней вперед. Если не в курсе, то за подобные переработки никто доплачивать тебе не будет.       — Мне, к слову, и не нужно.       — Леви, я устала от твоего вечно замученного вида, ты нормально не спал сколько дней? Недель? Месяцев? Дома то, когда ты был вообще в последний раз?       — Не помню, дней шесть назад?       — Шесть дней! А должен бывать там каждый день, хотя бы для того, чтобы не спать за рабочим столом. Эрвину охранники жаловались на тебя. В туалете стоят твои зубные щетки. — Ханджи развела руками и потянулась к тумбочке, стоящий около стола. — У тебя тут сменная одежда и даже трусы! — Ханджи отпрянула от них, когда поняла, что схватила. — Послушай, это уже перешло все границы. Иди домой, проспись и возвращайся завтра или лучше послезавтра на работу.       — Но…!       — Никаких «но»! С Эрвином я всё обсужу, он сам замечал твои вечные переработки, так что с его стороны проблем не будет. — Ханджи хлопнула в ладоши и взяла Леви под подмышки, вручила ему его пиджак и портфель. — Всё, скатертью дорожка! — Она насильно вытолкнула его за пределы офиса под негодующие взгляды коллег.       — Не беспокойтесь! Всё в рамках закона, мы же всё-таки ФБР! — гордо с натянутой улыбкой, усмехнулась Ханджи, пинком выпроваживая Леви за центральные двери.

***

      Леви остановил первое попавшиеся такси и сквозь сон, продиктовав адрес, облокотился о спинку сиденья и вновь провалился в дрему. Он не помнил, как проснулся или как поднялся в квартиру, как отворил дверь и как переоделся или откуда он обнаружил, проснувшись, на кухонном столе горячую чашку с кофе.       — Что за чушь… — Леви схватился за голову рукой и присел на стул. Он без раздумий пододвинул чашку с кофе к себе и сделал глоток, размером с пол кружки. — Я просто забыл, как налил его… — успокаивал он себя. Почти неделя без нормального сна дала о себе знать. Как же всё это глупо.       Но всё-таки нашлась одна единственная вещь, которая смутила его.       — Почему он вкусный…? — недоумевал Леви, отпивая кофе из чашки. Всю жизнь Леви варил кофе по одному знакомому ему рецепту и никогда не интересовался другими его видами. Он был тем самым человеком, который ни разу не пробовал капучино или эспрессо. Но этот выпитый уже кофе отличался по вкусу от знакомого Леви рецепта.       Этот кофе был слаще и молочнее. Леви даже в полудреме не мог себе представить, что сумеет приготовить что-то подобное. Настолько вкусное, что даже страшно. А только допив его, он вспомнил, что на самом верху кружке был взбитыми сливками нарисован очень корявый пёс.       — Здесь и правда кто-то был… — до конца не мог поверить в сказанное он.       А затем Леви услышал звук, доносящийся из гостиной. Он быстро вскочил из-за стола и бесшумно потянулся к кухонному подвесному ящику, где был спрятан пистолет. Он взял его и снял с предохранителя, затем медленными и бесшумными шагами направился в гостиную.       Он стоял за поворотом и через стеклянную вазу, стоящую напротив входа, оценивал обстановку. На диване было выглаженный плед, которым Леви укрывался, когда ноги отказывались доходить до спальни. Несколько высоких цветов в горшках на полу. Телевизор, который Леви не включал лет двести. И рабочий стол с сотнями документов и папок по делу Йегеристов на нём, которые разрешили ему вынести из центрального офиса. А также на белоснежном столе лежала рамка с его изображением с младенчества и Кенни — его дяди. Никого с первого взгляда он не обнаружил, всё было на своих местах. Леви выскочил из-за угла, направляя пистолет прямо перед собой. Он огляделся, но в комнате по-прежнему никого не было и ни малейшего следа, что кто-то был вовсе. Оставалось единственное место, куда мог спрятаться заварщик вкусного кофе и не очень хороший художник. Балкон.       Леви направился к нему и, приблизившись достаточно близко, отдернул штору и опешил. Он потянулся к ручке двери и без капли уважения отворил, сразу начиная кричать.       — Что ты здесь делаешь? — парень, который до этого момента спокойно курил на балконе, резко развернулся и неловко улыбнулся. — Эрвин!       — Ты наконец проснулся? Доброе утро. Хотя уже давно за полдень, так что добрый день.       — Что ты здесь делаешь? Ханджи сказала?       — Нет. Таксист, который не смог тебя разбудить. Он мне рассказал, что подумал, что ты помер.       — А как он тебе сказал…? — поражаясь услышанному, Леви почесал затылок.       — Мой номер у тебя в экстренных вызовах, таксист достал твой телефон и набрал мне. Я приехал и довел до квартиры. Повезло, что у меня есть ключи от неё.       — И правда… — виновато опустил голову Леви. Он опять доставил неприятности Эрвину. — Прости, что потревожил.       — Всё в порядке. Ты такой из-за меня… так что я не мог не помочь.       — Нет. Дело не в тебе.       — Но в моём поручении. Ты, как узнал о миссии связанной с Йегером, так и успокоиться не можешь. — Эрвин выкинул с балкона выкуренную сигарету и подошел к Леви. — И каждый раз до этого. Если дело касается Эрена Йегера хотя бы на один процент ты жаждешь в нем участвовать, даже в ущерб другой работе. Я знаю, что ты просил не совать нос в твои дела, но я волнуюсь. Но ты уверен, что желаешь узнать только ответ на твой вопрос или есть иная причина, почему ты хочешь узнать всю подноготную на Эрена?       «Другая причина…?», — усмехнулся в руку Леви. — «Возможно, она есть, я не знаю… Я давно перестал искать причины для встречи с Йегером, просто продолжал оправдывать себя. Продолжал внушать самому себе, что хочу узнать ответ на вопрос. На самом деле, мне всё равно на ответ. Я уже давно решил, что приму любой. Я просто хочу увидеть его ещё раз». — Глаза Леви широко раскрылись, и он облокотился о стену, закрывая рот, растягивающийся в истерической ухмылке. — «Ханджи была права, я и правда стал одержимым… Нужно это прекращать!», — в ужасе возразил сам себе он.       — Я подумал, что если дам тебе возможность встретиться с Эреном, то ты сам найдешь ответ на свой вопрос, и возможно, твоё рвение потухнет. — Эрвин положил руку на плечо Леви и приободряюще сжал.       — Да, спасибо. Ты прав. Ты всегда почему-то прав, я знаю, что мне нужно откинуть эти мысли, но я не могу. Что-то удерживает меня, и я не могу перестать жаждать правды. — Леви положил руку поверх руки Эрвина и аккуратно скинул. — Но… — не мог решиться произнести он это в слух. — Мне всё равно на ответ Эрена. Мне всё равно, почему он стал таким. Я хочу узнать у него то, почему меня тянет к мальчику, которого я не видел почти двадцать лет и которого встречал в прошлом от силы три раза… Я вечно что-то упускаю… и что-то забываю — больше для себя, чем для Эрвина, произнёс Леви.       — Надеюсь, ваши встречи помогут тебе разобраться в проблемах. Только не забывай, что ты для него не Леви Аккерман, бывший сосед, знакомый из детства и агент ФБР, а Ривай Волуптас — молодой официант в местном баре, заканчивающий университет на отлично.       — Официант? — усмехнулся Леви. — На отлично? Да я писать научился только в четырнадцать. А если б не ты, никогда бы и не стал учиться письму.       — Что сделали Саша с Конни, то и вышло. Я просил их не усложнять и сделать для тебя обычную жизнь.       — Хорошо, что хоть официант, а то Саша могла сделать из Ривая дегустатора блюд или повара. Повара, который яичницу подгорелую умеет только готовить.       — И не говори. — легонько улыбнулся Эрвин, идя за Леви обратно на кухню.       — Кстати, спасибо за кофе. Как он получился у тебя таким вкусным? Обычно сладкое я не пью, но тут оторваться не смог. — забирая грязную чашку со стола, произнес Леви и направился к раковине, чтобы сразу же её вымыть.       — Кофе? Я ничего не готовил. — удивленно отозвался Эрвин.