Свободные

По старой деревне, находящейся в самой глубокой дыре мира, давно ходит одна легенда. Будто бы давным-давно... — Сюда сбежали восемь парней, что обладали нечеловеческими способностями! — мальчик начал дергать руками, пытаясь нагнать жути на своих приятелей. — И были они так сильны, что их боялись все... — Ага, но так же говорят, что их убили легко и быстро, — надменно фыркнула девочка, сидящая на старом пне. — Так как же они тогда могли быть настолько сильны, что их боялись, раз они так легко умерли? — А ты никогда не задумывалась над тем, что они сами не стали сопротивляться? — подал голос ещё один мальчик. — Может, они настолько устали от того, что их бояться, поэтому и решили ничего не делать и спокойно умереть? Как только он договорил, из кустов раздался громкий шорох и хруст веток. Компания кинулась в рассыпную, прячась за деревьями. На поляну вышел человек. И он был достаточно странный. Голубые, выцветшие волосы, лёгкой волной прикрывали глаза, прищуренные от света костра, невысокий, немного худощавый. Парень осмотрелся, с удивлением замечая отсутствие людей, которые только что тут разговаривали. — Чего? Куда все делись? — его низкий голос заставил компанию друзей вздрогнуть. Образ парня никак не вязался с его низким тембром. — Я не обижу, честно! Я просто услышал, что вы тут обсуждали легенду... — он опустил взгляд на костер, присаживаясь на поваленное дерево. — А я ее просто обожаю! Она такая интересная, но в то же время... — замялся. — пугающая?.. Девочка выглянула из-за ствола, осматривая незнакомца на предмет угрозы, и в следующий момент уверенно пошла к странному человеку. Ее друзья дернулись было следом, но парень, присевший на бревно и толкая палкой деревяшки в костре, увидел, что к нему все же вышли и подскочил, радостно улыбаясь: — Я - Ли Феликс, приятно познакомиться! — очаровательные глаза, отражающие костер, улыбались. — Вы не против со мной поговорить? А то я так давно с новыми людьми не разговаривал... Мальчики переглянулись и вышли тоже. Новый знакомый не казался угрозой, он действительно выглядел очень потеряно и немного разбито. — Да, мы тут обсуждали легенду про тех парней, — кивнула девочка. — Меня зовут Юн Сохи, его, — указала на мальчика с темными волосами, тот нерешительно махнул рукой, — зовут Ким Соджун, а он, — светловолосый парень застенчиво улыбался. — Пак Дэхён. А ты не отсюда? У тебя просто такое странное имя... — А, ха-ха-ха, — немного нервно рассмеялся Ли. — Я, да, не отсюда... ну, то есть отсюда, но изначально не совсем здесь родился... В общем, можно сказать, что да, я не местный. — Тогда как тебя сюда занесло? — удивился Соджун. — К нам в деревню вообще стараются не соваться. — Я с друзьями очень большие фанаты разных легенд, — мечтательно прикрыл глаза Ликс. — Вот мы и примчали сюда, как только узнали, что есть тут что-то интересное. И... — парень перешёл на заговорщиский шепот. — Мы столько откопали про эту вашу легенду, вы упадете! Достаточно начать с того... — Ли Ёнбок! — раздалось криком со стороны леса. Вышеупомянутый вздрогнул, озираясь. На опушку из чаши выбежал высокий парень с черными волосами и родинкой под глазом. Глаза бегали из стороны в сторону, ища "Ёнбока", что спрятался за спинами новых знакомых. — Иди сюда, паршивец мелкий! — неизвестный двинулся в сторону маленькой компании. — Ну, Джинни, стой, не надо! — Феликс громко захохотал, когда его дёрнули за шкирку, как котенка, поднимая на уровень глаз черноволосого. — Ты посмотри, здесь же такие очаровательные любители легенды! Я обязан был с ними познакомиться! Человек, названный "Джинни" грозно уставился на детей, все так же удерживая Ликса. Ли все не успокаивался, продолжая хохотать и извиваться. — Да ладно тебе, Хенджин, ну ушел я ненадолго, ничего же такого не случится. И лес я знаю, так что не заблудился бы, не первый раз я уже так... — Чан сказал, что тебя нет, мы все пошли искать, — голубоволосого перебили. — Тебе ещё повезло, что тебя нашел я, а не Минхо или Бин, тогда бы от тебя живого места не осталось. — Ой-ой-ой! — снова зашелся громким смехом Ли. — Они меня любят, мне бы ничего не было. И поставь меня, пожалуйста. Я все же хочу рассказать, что знаю. Хенджин вздохнул, но все же на землю парня отпустил. Ликс сразу же занял место у костра, подзывая малышню. — Так вот, слушайте... На самом деле эти парни не были такими уж "монстрами", как про них рассказывали. Они просто были чутка отличными от обычных людей. Да и легенда гуляет именно у вас, потому что по слухам именно здесь они были убиты, верно? — Феликс удобно облокотился на подсевшего рядом Джинни, продолжая рассказ. — Но на самом деле они не совсем убиты здесь. Вернее, они мертвы, это факт, но здесь, рядом с этой деревней, они жили, когда убежали из центра, в котором их держали. И знаете, их можно понять. На ничего не понимающих подростках ставили опыты, пытались выяснить, что они такое... — Но это же не отменяет того факта, что их убили здесь, — перебила Сохи. — Да и говорят, что они были сильнейшими. Так как же их убили? Неужели все было совсем не так и эти люди были просто каким-то экспериментом с помощью которого нас запугивали? — Они не были всесильными, — вмешался в разговор Хенджин, мягко массируя голову Феликса. — И они устали. Вы не представляете, какого это - бежать всю свою жизнь... Два парня переглянулись.

***

Маленький мальчик широко распахнутыми глазами смотрит на докторов, которые тянут его к какому-то центру, окружённому бетонной стеной и огромным количеством проводов. — Мам?.. МАМ! — ребенок начал вырываться, пытаясь вернуться к родителям, стоящим около ворот, провожающих его грустными взглядами. — Папа! Мама! Не отдавайте меня! Я честно больше не буду! Я никогда больше не стану использовать свою силу, только не бросайте меня... Но никто его не слушал, уводя все дальше и дальше, пока ворота не закрылись, отрезая его от внешнего мира, и он не оказался в маленькой комнате, без окон. Четыре стены, сделанные из чего-то очень, на вид, прочного, дверь, через которую его завели, и ещё один мальчик, тихо сидящий в углу. — Ты можешь не пытаться, — его голос был хриплым и уставшим. — За нами никто не вернётся. Я пытался. Много раз. — Нет! — топнул ногой. — Я уверен, мама за мной придет! — тихий всхлип. — Она просто не понимает, что происходит... Вот и испугалась... — Так ты тоже со способностью? — парень вскинул бровь. — Я Хёнджин. Хван Хёнджин. — Я Ли Феликс, — черные волосы наэлектризовались. — Погоди. «Тоже»? У тебя есть способность? — Да, — подтвердил Хван. — Я гибкий. Как пластилин. Настолько гибкий, что могу растягиваться на, практически, любое расстояние. А у тебя что? — Я сильный, — смутился Ликс. — Очень. Никакая стена не будет мне преградой... — мальчик на секунду задумался, а после воскликнул: — Я придумал! Я разнесу здесь все и мы выберемся! Раздался смех. Хёнджин закинул голову, тихо смеялся. — Если бы это все было так просто... — пояснил причину своего смеха парень. — Я уже пытался выбраться отсюда. Истончить себя настолько, что бы выйти, но нет. Эта комната будто была отлита единым кубом. И он сделан так, что бы ничто его не разрушило. — Хван задумчиво прикусил губу, — Тебя, наверное, подсадили ко мне потому что у меня тоже телесная способность. И эти уроды уверены в том, что мы не выйдем. Да и не дадут нам на это шанса. — А я все-равно попробую!

***

Феликсу уже пятнадцать и он находится в этом центре восьмой год. Каждый день ученые проводят эксперименты, пытаясь найти источник силы подростка, но из раза в раз все безрезультатно. Феликс уже сам знает, что все его анализы в норме, парень ничем не отличается от самих ученых, его тело абсолютно идентично всем остальным людским телам, однако та сила и мощь, что скрыта в подростке поражает. Для него нет преград в этом мире, он может снести абсолютно все... кроме стен коробки, в которой он живет. Он познакомился здесь с еще шестью парнями, которые так же находятся здесь. "Мы вылечим ваших детей, не волнуйтесь". — так говорили родителям, а после забирали. И родители знали, что их дети не вернутся домой. Мальчики тоже знали. Знали, но молчали об этом, стараясь лишний раз не напоминать друг другу о том факте, что они являются заложниками этого места.

***

Бан Чан здесь самый старший. Он находится в этом центре уже десять лет. И никаких результатов. Из раза в раз его пичкают таблетками, что отключают его мозг, заставляют носить наушники, работающие на полной громкости, лишь бы парень не мог слышать свои мысли. Ученые знали, что если этот объект пропустит хотя бы один прием таблеток, то они потеряют ценных подопытных мышек. Бан Чан может читать мысли людей и заставлять их делать то, что он захочет. После Бан Чана в этот центр привели Ли Минхо. Он был младше Чана всего на год. С ним было трудно. Он не слушался ученых, всегда старался сбежать, делал все что угодно, лишь бы не находиться в центре, но каждый раз терпел поражение и его ловили. Сажали в одиночную камеру и оставляли без еды на несколько дней, либо давали настолько минимальное количество, что у парня едва оставались силы встать с кровати и самостоятельно добраться до окошка, через которое ему отдавали пищу. Тогда его организм истощался и он не мог даже пытаться сбежать. Только так ученые смогли его сдерживать. Ли Минхо может сливаться с местностью, копируя пространство вокруг себя. Дальше появился Со Чанбин. Этого парня всегда держали в одиночной камере, изредка позволяя выходить куда-нибудь. Его комната больше всего отличалась от комнат остальных парней. Если постараться ее описать, то более подходящего слова, чем "психлечебница" просто не найдется. Идеально белые стены, состоящие из ваты и поролона, ни одной металлической вещи. Ученые даже создали специальный металл, который закрывал комнату Чанбина. Его всегда держали в смирительной рубашке, поскольку телосложением он был крепкий и мускулистый, что увеличивало его шансы на побег. Самым его страшным наказанием было одиночество. Он просто медленно сходил с ума, находясь в своей клетке. Этим и пользовались, что бы продолжать эксперименты. Со Чанбин может управлять металлом, изменяя его форму и используя его для своих целей. Хван Хёнджина привели в центр собственные родители, однажды увидев как мальчик поймал чашку. Он пытался звать на помощь и цеплялся за родителей, в надежде остаться с ними, но видел в их глазах панический ужас. Он почти всегда находился в своей комнате, похожей на куб без единого отверстия, медленно сходя с ума из-за осознания своего бессилия. Самое страшное, что ученые могли придумать для подростка с такой силой - проверять его на прочность, изо дня в день увеличивая расстояние. Это было мучительной пыткой для подростка. Хван Хёнджин может растягивать свое тело, не ощущая при этом никакого дискомфорта. Хан Джисона в центре побаивались даже ученые. От подростка никогда не знаешь чего можно ожидать. Джисону даже удалось один раз практически сбежать, используя свои силы. С того момента его камера перестала пропускать любые звуки, а все смотрители никогда не отвечали на его вопросы. Если же Хана отводили на процедуры, ему затыкали рот, лишь бы он молчал. Для человека, что привык быть в окружении людей и рассказывать буквально все - это стало лучшим кнутом, пряником были встречи с такими же образцами, как он, где парень мог спокойно общаться. Хан Джисон может полностью скопировать голос человека, если хотя бы раз тот ответил ему. Ли Феликса привели одним из последних. Он мастерски скрывал свою силу, благодаря тому, что его родители отдали ребенка на уроки тхэквондо. В какой-то момент он не смог с ней справиться и сорвался, за что поплатился. Его камеру оборудовали специально под него, что бы ее не могло разрушить ничего изнутри. Это был идеальный способ удержать его под контролем. Во время опытов его практически замуровывали в гроб, лишь бы он не сбежал. Паника и ужас от замкнутого пространства сделали свое дело и Феликс стал послушным. Выполнял все приказы ученых. За это его награждали редкими встречами с другими объектами. Но лишь в его камере. В случае непослушания и попытки побега его лишали пищи и держали одного. Попыток побега больше он не проворачивал. Ли Феликс может уничтожить любой предмет, его физическая сила превосходит любые мыслимые пределы. Ким Сынмина пришел сам. Родители просто узнали, что есть такое место, где могут помочь контролировать свои силы и парень сделал все, что бы сюда попасть. С помощью своей силы он заставил родителей привести его сюда, в надежде как-нибудь контролировать свой дар, но ошибся. С того момента кляп из старой смирительной рубашки стал его главным спутником жизни, который ему разрешалось вынимать лишь во время обеда и лишь в своей комнате. Как и в случае с Ханом, с ним никто и никогда не разговаривал, его коробка была полностью звукоизолированной, для того что бы не возникало попыток побега. Ким Сынмин может очаровывать людей собственным голосом, как сирены, подавляя их волю. Ян Чонин - самый младший из всех образцов в центре. Его нашли случайно, когда парень помог однокласснику, капнув своей крови на перелом. Рука сразу срослась, проблем и осложнений не было. Один из ученых центра заметил это и сразу же забрал мальчика, а его родителям объявив, что благодаря Чонину можно будет спасти множество жизней. Его держат в камере, похожей на камеру Чанбина, на постоянной основе беря у парня кровь. Ян Чонин - ходячая панацея, его кровь является лекарством.

***

— Вы никогда не думали о том, что бы сбежать? — как-то, во время одной из встреч, спросил Чан, листая книгу. Им было разрешено встречаться в библиотеке центра, раз в день на час, чем они все пользовались. — Чан-хён, если бы это было так просто, мы бы все здесь не находились, согласись? — в ответ спросил Джисон, укладываясь удобнее на коленях у Феликса. — Мы здесь уже столько лет, ты думаешь мы об этом не мечтали? Свежий воздух, свобода, никаких ограничений... — Хан прикрыл глаза, наслаждаясь массажем головы. — Мы бы могли столько всего сделать, верно? А по итогу будем жить здесь до самой старости, пока не станем бесполезными и нас не выкинут, как ненужную игрушку. — Не говори так, хён, — буркнул Чонин, нервно оттягивая рукава толстовки. — Но в этом Хани прав, — спокойно произнес Чанбин. — Мы никогда от сюда не выйдем. Живыми так точно. Парни замолчали, думая каждый о своем. Взгляды изредка пересекались, но все прекрасно понимали, им действительно не выбраться, как бы они не хотели. Их жизнь была оборвана в тот момент, когда люди узнали о том, что у них есть способности. И им нужно быть благодарными хотя бы за то, что они есть друг у друга, что им позволено общаться, видеться, хоть и не долго, что они все еще живы. — Я вытащу нас отсюда, — спокойно произнес Чан, убирая книгу на полку. — Сделаю все, что в моих силах, но вытащу. Мы не умрем здесь. Никто не ответил. Но в глубине души все надеялись, что у них еще есть шанс.

***

— Внимание! Это не учебная тревога! Объекты пытаются сбежать! Срочно собрать все подразделения и приготовиться к немедленному захвату. Чан выругался себе под нос, хватая на руки Чонина. Парни обдумывали этот план слишком долго, он не может провалиться. Они делали все, что бы сейчас вырваться из этого ада, они не могут проиграть, только не сейчас. — Хан, твою мать за ногу, шевелись! — Минхо толкнул Джисона в бок, вываливаясь из под падающего здания. Джисон еле передвигал ногами, все же растрата сил на этот побег была колоссальной, но сдаваться было нельзя. Слишком много сил ушло на то, что бы они были свободными. Феликс бежал впереди, расчищая дорогу, пока Хёнджин своим телом прикрывал его. На Ликсе была самая важная задача, пробить им дорогу, остальные должны отвлекать ученых и солдат. Все должны были выбраться. Все, либо никто. — Бин, давай! Обломки некогда огромного забора начали формироваться в купол, который отрезал солдат от погони за ними. Это должно было дать им фору, хотя бы несколько минут, чтобы скрыться в лесу, дальше в дело вступит Минхо, буквально заставляя их слиться с пространством. Силы были на исходе, однако в голове набатом стучала одна единственная мысль: "Свобода".

***

— Срочное включение, недавно из научного центра сбежали восемь особо опасных людей, — вещала ведущая, со страхом смотря в свой текст. — Они обладают невероятной силой и скорее всего придут, что бы организовать захват власти. Их отличительные особенности... — телевизор прекратил работу. Минхо недоуменно посмотрел на Чонина, державшего пульт. Руки младшего дрожали. — Почему они не могут просто оставить нас в покое? — Ян опустился на диван, мелко подрагивая. К нему сразу подбежал Феликс, обнимая и поглаживая по голове. Чонин прижался к другу, всхлипывая и невнятно бормоча: — Что мы им такого сделали? Что? Мы же не убийцы, просто люди... Да я за всю жизнь и пальцем никого не тронул! Почему?.. Почему? Почему они продолжают нас преследовать? Чан присел рядом, похлопывая по спине. Он знал, что все были напряжены, но именно на самом младшем это сказывалось больше всех. Чонин постоянно вздрагивал от резких звуков, от каждого сообщения по телевизору о том, что их разыскивают, а если кто-то выходил за продуктами в близлежащую деревню, то и вовсе сходил с ума от беспокойства, нарезая круги по домику, пока ушедший не возвращался. Всем было тяжело, но сильнее всех боялся именно Ян. — Они никогда бы не приняли нас, малыш, — нежно прошептал Ликс, укладывая вздрагивающего Чонина себе на грудь. — К сожалению, этот мир жесток. И мы знали это с самого детства. — Я просто хочу жить... Просто спокойно жить...

***

— Бегите! И все побежали. Они петляли между деревьев, слыша выстрелы за спиной, слышали, как по небу, рассекая воздух, летят вертолеты. Их выследили. Это было ожидаемо. Их бы не оставили в покое, пока не уничтожили. Но так тяжело осознавать, что это их последний день вместе, это последний день их короткой и тяжелой жизни... Они бежали, звонко смеясь, пока по щекам катились слезы, используя свои силы на максимум. Нет, не для того что бы кого-то убить или покалечить, просто хотели оторваться в последний раз, когда это было им еще позволено. "Я хочу остаться с ними. В последний момент хочу видеть именно их лица". Они не сговаривались. Просто в какой-то момент все выбежали на одну поляну, залитую лунным светом. Все в слезах, потрепанные, врезались друг в друга в центре, хватаясь из последних сил друг за друга. — Я вас так люблю, ребят! — Минхо улыбался, хотя уже чувствовал дыхание смерти у себя на шее. — Простите, что не сказал этого раньше, но я вас так чертовски сильно люблю! — Прощаем, хён, — хохотнул Чонин, которому уже прострелили бок. Это так страшно, умирать, но сейчас, здесь, в крепких объятьях любимых ему людей, он не чувствовал ни страха, ни боли. Была лишь эйфория. — Вы лучшие, ребята, — улыбнулся Со, притягивая к себе Сынмина. Тот лишь слабо поднял уголки губ, укладывая голову на плечо Чану. — Я рад, что именно вы были со мной все это время, — Хан рыдал, глотал свои слезы, но все-равно упрямо улыбался, не чувствуя содранных в кровь рук и ног. — И мне так сильно жаль, что я не могу остаться с вами еще немного... — Спасибо, что подарили мне возможность заново дышать и жить, — Хёнджин улыбнулся, укладывая голову на макушку Феликса. — Я действительно рад, что вы были со мной. — Зато мы свободны! — Ликс сдерживал всхлипы, прикрывая рот окровавленной ладонью. Простреленное плечо болело, но это был такой пустяк. — Мы останемся навсегда вместе, ребят, и навсегда свободными, — Чан вздрогнул, услышав за спиной звук перезарядки. — Открыть огонь! Чан, скорее по привычке, попытался закрыть своей спиной самых младших, прекрасно зная, что это бесполезно. Минхо сжался, пытаясь скрыть их слезы, Чанбин прикрывал Сынмина, пытаясь спрятать его за своей спиной, Хёнджин закрывал Феликса и Хана, сжавшихся в один комочек, крепко обнимая всех, Чонин до последнего держал глаза открытыми, смотря в небо. Загорался рассвет.

***

— Может мы и не жили как они, но это все-равно глупо! — воскликнула Сохи, подскакивая. — Они могли сопротивляться! Но выбрали просто сдаться и пустить все на самотёк. Разве это можно считать за "всесилие"? Они даже себя защитить не смогли! — Я уже говорил тебе, эти ребята не были всесильными. — Хван тяжело вздохнул. — Они и не хотели защищать кого-то, кроме друг друга, — Хенджин дёрнул бровью. — Это просто люди, которые хотели быть свободными. И если для этого нужно было умереть, они были готовы. — Это глупо, — произнес Соджун, — Эти парни действительно могли хотя бы попытаться спастись. Но если верить словам бабушки, то они не стали даже пробовать. Просто прибежали на поляну и ждали своей смерти. Хёнджин с Феликсом опять переглянулись. — Почему вы думаете, что они не пытались спастись? — все же спросил Ликс, внимательно смотря на детей. Те почти одновременно закатили глаза, будто этот вопрос был до безумия глупым. Ответил на него Дэхён. — Нам рассказывали, как их поймали. Это знают все. Несколько месяцев они скрывались где-то в этом лесу, а после, когда их нашли ученые, просто вышли на поляну и остались стоять там. Так и закончили свою жизнь. Хёнджин поморщился, будто Пак сказал какую-то мерзость и ответил: — Они были вместе. И они были свободны. А это было именно то, чего они хотели и мечтали. — Да с чего вам знать, о чем именно они мечтали? — воскрикнула Сохи, снова вскакивая. — Вы говорите так, будто были свидетелями! Но это физически не возможно. Феликс потерся о руку Хвана, вставая. Хёнджин недоуменно на него посмотрел, но не стал препятствовать, встав следом. — Вам рассказывали, что эти парни собирались уничтожить мир, поработить власть и встать у верхушки, — Ликс повернулся в сторону тропинки, подзывая всех за собой. — Вам говорили, что эти люди монстры, которые готовы сделать все, для достижения своей цели. Правды не расскажет никто. Никто и никогда. А ведь правда в том, что это были всего лишь люди, что так же мечтали о любви и спокойной жизни, — компания вышла на поляну, заросшую цветами. Ли на секунду остановился, прервав свой монолог и свистнул, после продолжил. — Люди всегда боялись того, что им неизвестно, ново, они бояться меняться, бояться менять мир, потому что уверены в том, что перемены приведут к чему-то плохому. — парень сел на землю, нежно проводя по цветку пальцами. — А вы не думали, что именно из-за этого ваша легенда настолько пугает местных? Потому что они уверены в том, что парни не погибли, они думают, что призраки все еще гуляют по этим землям, путая прохожих и расправляясь с ними. — Хван хмыкнул, подходя к Феликсу, становясь рядом. Дети слушали Ли с открытыми ртами, когда из леса начали выходить еще люди. Шестеро людей, помятых, в грязной одежде, у некоторых в волосах торчали ветки и листья. Кто-то пытался отдышаться, забегая на поляну, кто-то шел неспешным шагом, приближаясь к Хвану и Ли. Дети не могли сказать ни слова, смотря на эту картину. Начинался рассвет. — Как мы можем говорить об этом так, будто мы были свидетелями, спросили вы, да? — крупный в плечах парень прошел мимо детей, заставив их вздрогнуть. — Потому что мы были там. Мы знаем, о чем говорим. — Мы всего лишь хотели спокойной жизни, — парень, похожий на хомяка подошел к центру поляны, сразу же опускаясь головой на колени Феликса. — Но нам не дали прожить эту жизнь, — рыжий мужчина с грацией кота приземлился к остальным людям. — Тогда мы и решили, что лучше будет умереть, — человек с лисьими глазами тоже прошел в центр, ложась на траву. — И мы ни разу не пожалели о своем решении, — парень подошел к своим друзьям улыбаясь и сверкая брекетами. — Разве можно нас винить? — самый старший, внешне, улыбнулся, показывая ямочки. Солнце выглядывало из-за горизонта, освещая восемь человек, жмущихся друг к другу с улыбками на лицах. Только сейчас Сохи, Соджун и Дэхён заметили, что тела парней будто бы... прозрачные? Они растворялись в лучах солнца, ослепительно ярко улыбаясь. — Вы... — пораженно выдохнул Дэхён, отмерев. — Вы те самые парни, да? Те самые, которые здесь... — Ага! — хохотнул Ликс, открывая глаза. — И как видишь, мы действительно просто мечтали о счастье. Пожалуйста, оставьте в память о нас хотя бы эту легенду. Нам этого вполне достаточно. Солнце поднималось все выше, заставляя призраков истончаться. — Сегодня день, когда мы погибли, — сказал самый старший. — Сможете навещать нас, хотя бы изредка? — обратился он к детям. — Конечно! — закивала Сохи, подходя ближе. — Но вы бы не могли хотя бы назвать ваши имена?. — Бан Чан, — улыбнулся мужчина с ямочками, почти полностью исчезая, — А этот шкаф - Со Чанбин. — Ну спасибо на добром слове, — беззлобно хмыкнул Со и указал на рядом стоящего рыжего. — Это Ли Минхо. Минхо расплылся в кошачьей ухмылке, кивая. — Меня и Ликса вы уже знаете, — прикрыл глаза Хёнджин, греясь в солнечных лучах. — Я Хан Джисон, — сверкая белозубой улыбкой ответил парень, похожий на хомяка. — А это Ким Сынмин и Ян Чонин, — по очереди показывая на нужных людей ответил Феликс. Названые парни лишь молча кивнули, продолжая нежно улыбаться. — Спасибо, что провели с нами эту ночь! Мы вас будем ждать! И просто растаяли. Улыбаясь друг другу, солнцу, детям, этому миру. — Я никогда не забуду эту ночь... — все еще находясь в шоке выдавил Соджун. — Как думаете... Они правда еще вернуться? — Обязательно, — кивнула Сохи, вытирая слезы. — А мы сделаем все, что бы их не забыли.

***

Эта легенда до сих пор гуляет по деревне. Те, кто заезжает к жителям проездом, обязательно посвящается в нее. Легенда про восьмерых парней, что были убиты, но их призраки все еще гуляют по этим лесам, рассказывая путникам как им выйти, а так же травя анекдоты и заставляя смеяться. Но это же ведь просто легенда, верно?