свет во тьме

Ему ещё года два назад стало казаться, что его город затягивает как черная дыра. В плохом смысле. Все ведь знаю фразу, мол, «из Саратова нельзя выбраться»? Так Нугзару кажется, что нельзя выбраться из Уфы. Он с детства тут живёт, и с детства осознал насколько противоречивые чувства он питает к этому городу. Безусловно, ему здесь нравится, все таки, родной город, в котором ты провел всю свою жизнь, но сколько же всего произошло в его жизни за время, проведенное здесь.. Начиная банальным - неудачной любовью, и заканчивая смертью друга, которую он, Нугзар, предотвратить не смог. Как оказалось, осознать в раннем возрасте что человека больше нет - до дрожи тяжело. Не сказать, что 15 лет - ранний возраст, но плача над могилой, давясь собственным слезами и бившись в немой истерике всю ночь, парень ощущал себя не больше, чем на 5. Резко осознать, что тебе некого больше позвать гулять, что ваше любимое место хранится только в твоей памяти и что больше не будет глупых шуток, не будет громкого смеха. В нем будто оборвался важный проводок, когда вместо горящих глаз он увидел пустой взгляд на надгробии. Казалось, что нужно отпустить, что прошло 4 года. 4 чертовых года. Время не лечит, это он усёк ещё когда отец ушел от них с матерью. Ему то, правда, было не очень горестно, все таки маленький, 8 лет всего, но маме было тяжело до того, что глядя на нее сердце пропускало удар. Она, слава богу, не спивалась, но видеть взор ее опустошенных глаз, видеть бледное лицо и совсем редкую, неестественную улыбку было.. тяжело. Все тогда казалось очень тяжёлым. От ее вечно холодных рук, до фразы, въевшуюся в память, которая, хоть и произнеслась в их доме всего раз, осталась в памяти клеймом. « Время не лечит ». Нугзар был согласен. Испытал это на собственном опыте. Мама не оправилась. Спустя 11 лет не оправилась! Она почти забыла его, но это не значит, что горесть ушла бесследно. Гибадуллину уже 19, ему ещё кучу времени учится в университете, в который он так хотел попасть. Он хочет радовать маму, хочет все чаще и чаще видеть ее теплую улыбку. И он был честно готов сам жить в отчаянии, давясь эмоциями. Но вот стоило ему появится. Вихрем пронёсся над головой, чуть не сбив с ног у кафе, поспешно извинился и так же быстро удалился. Но так крепко засел в памяти. Засела в памяти его растерянная улыбка, лёгкий кивок, чёрное, длинное пальто, пирсинг на брови.. он явно был старше, но это не вызывало не единого сомнения в голове Нугзара. Знаете, что то по типу влюбленности с первого взгляда. Клише, вообщем. Возможно, прямо сейчас парень является главным героем какой нибудь смазливой многосерийки, где все однообразно сладко. Он правда почувствовал себя точно так, когда увидел его в университете. Слава богу, не преподом, но студентом с пятого курса. О нем отзывались как о очень ярком и громком человеке. Ну, ему так передали.. Костя вообще человек своеобразный, и откуда у него столько связей стоит только строит догадки. Эдисон. Его имя. Эдисон. Вполне ему подходит! Ему хватило имени, что бы набраться смелости и подойти к нему на следующий день. Конечно, сначала он провел себе моральную подготовку. Обошел свою съёмную однушку вдоль и поперек, думая, а помнит ли тот о нем? И произвел ли он хоть какое то впечатление? Ну, Эд помнил его очень смутно, хотя Нугзару хватило. А вот то, что первой их темой для разговора было: «Ты хочешь, что бы я нормально извинился? Прости, я тогда реально торопился. Что я могу сделать?», его слегка огорчило. Но искры в глазах заслонили здравый смысл, и тот выпалил лишь « Да. Сходи со мной на свидание. » Ответил прежде, чем подумал, и тут же залился краской. Эдисон на это слабо усмехнулся, кивнул, и сказал что напишет, после чего свинтил в кабинет психологии. Как напишет и где Нугзар спросить не успел, но чуть ли не до потолка прыгающий от радости Костя внушал уверенность. Неважно как. Напишет.