Наш май

Бывают теплые деньки в начале мая, когда солнце еще не печет как летом, а птицы не щебечут так звонко. Природа вновь начинает свой цикл, а люди ходят счастливые в предвкушении праздников. И наконец просыпаясь утром можно застать лучи солнца пробивающие облака. Мне нравится такая погода больше чем какая либо, в отличие от Саши. Он говорит мол, «Да чего ты в ней хорошего то нашел?! И одеваться непонятно как, да и пойти некуда» — до чего же глупо с ним спорить, хоть и весело. И каждый май у нас возникает спор и каждый май я выигрываю. Я вновь сидел на холодном подоконнике и разглядывал куда то вечно спешащих людей. Смотреть на Питерский вечер под музыку и кружку кофе было чем то из голливудских фильмов. И ведь есть в этом что то завораживающее. Иногда меня пробивало на дрожь от сильных порывов ветра. — И чего ты в окно уставился? — прервал поток воспоминаний звенящий еще мальчуковый голосок — Сидишь так уже час, тебе не надоело? — Саша одернул меня за плечо, до сих пор не веря что я его слушаю. Подоконник потрескивал как старая дверь, казалось что вот вот и он сломается под весом моего худющего тела. Я убрал его руку с плеча, высунул наушник, отряхнул штаны от пыли что летела с оживленной улицы из распахнутого окна и встал — Я тебя слышал. — оправдывался я. — Ага — Ага. эхх. — Он тяжело вздохнул и уставился в окно это было на него не похоже и я был на стороже в ожидании его очередной колкой и не смешной шутки.- Питер конечно красивый город, — он сделал паузу после чего перевел взгляд на меня и ухмыльнулся-но каждый день на него пялиться может надоесть, так еще и с одного и того же ракурса.- Саша посмеялся над своей же шуткой и убрав руки с подоконника закрыл окно из которого к тому времени уже поддувал неприятный холодный ветер — Твои колкости тут ни к чему. — Ответил я, с гордо поднятой головой и малой усмешкой в тоне. Щурясь я поглядывал то на старые часы в дальнем углу комнаты, то на уличное небо, пытаясь понять какой сейчас час. — Ты без очков хоть что то видишь, дед? — Опять острил Саша смотря на меня сверху вниз и посмеиваясь. — Ага, одного очень высокого и тупого юнца. — ‘’Юнец’’ покраснел от злости и стыда, казалось обиделся и хотел что то возразить, но увидев мое самодовольное выражение лица он с топотом и пыхтением удалился к себе в комнату. Обычно после таких сор ему хватало шоколадки и объятий дабы помириться. Иногда я задумываюсь «как же ему повезло что меня сложно обидеть, ведь обнимашками и шоколадкой он бы не отделался» прокручивал я у себя в голове время от времени. Хоть я и актер, но играть обиду в реальной жизни или врать я увы не умею, а жаль, велика потеря. Хотелось бы мне увидеть как он извиняется…