Прошлое с Корсакийских островов

       Эрик вскрикнул и проснулся.        Сердце до сих пор бешено колотилось. Тук-дум, тук-дум. А видения сна: такие яркие, сочные так и стояли перед взором.        Залитая солнце улица, он свободно идет по ней, кто-то приветствует его, и он улыбается в ответ и машет рукой. Он важный человек, он не скрывается в трущобах и не вздрагивает от каждой тени. Темные их всех забери. И тут появляется она. Девушка с нежной, как персик кожей, жгучие черные волосы локанами спускаются на плечи, на большую груди, на сильные руки. Незнакомка улыбается ему, такой манящей, такой сладкой улыбкой, что тяжелеет и ноет нутро, а потом произносит одними губами:        — Эрик, найди меня!        И тут он проснулся.        Постепенно реальность возвращалась к нему. В темном сарае, где они скрывались с Джейной уже несколько дней, темно и пахло застоялым потом. Нельзя открыть окно и впустить свежий ветер. Нельзя впустить соленый воздух. Нет у них больше свободы. Как раньше. Эрик усмехнулся. Кажется, он совсем чуть-чуть скучает по Ясному. И по капитану Алексу тоже. Но чуть меньше. Конечно же        — Эрик, ты чего? — испугано спрашивает Джейн, она сидит в другом углу комнаты и сжимает края рубахи.        Эрик мотает головой, мол все в порядке, и упирается спиной в шершавую стену дома. Если это когда-то было домом. Скорее чуланом, сараем или еще Темный знает чем. В каютах на корабле и то уюта больше, чем здесь. Сердце сдавило тисками. Так, успокойся. Не время раскисать. Не время опускать руки, Эрик. Ты теперь не один.        — А чего тогда кричал? — ее глаза смотрят прямо, взгляд такой пронзительный, колючий, как ветви шиповника.        Эрик отворачивается от Джейны и разглядывает свои руки, грязные от сажи и крови, и грубые от тяжелого труда и безжалостного времени.        — Просто плохой сон, — буркает он и видит, как дернулась Джейна и больше ничего не спросила.        Наверное, ей они тоже сняться. Кошмары. Особенно начале. Да и потом тоже сняться, но ты привыкаешь к ним. К голосам мертвецов, что тянут руки к тебе. К зову силы. Возьми меня. Давай. Всего лишь отпусти контроль, и пусть эти людишки страдают. И Эрик поддавался, а расплачивается до сих пор.        — Пойду прогуляюсь, найду еды.        Он встает, не глядя на Джейну и выходит на улицу.        Город еще не успел проснуться. Солнце лениво ползет по крышам домов, грязным улицам, сонным окнам. Эрик огляделся по сторонам: ни серых, ни стражи. Он тогда сбил хвост, пусть и без жертв не обошлось. Кажется, Джейна до сих пор переживает смерть того мужчины. Сказки закончились, когда она покинула родные края и вступила на Ясный. Город ещё спит, зато Эрик вышел на охоту.