Bloody armor

      Поплавок удочки медленно плавал по гладкому речному пространству, время от времени, под ним возникали водяные круги любопытной рыбы, чьё внимание привлёк червяк, насаженный на кустарный крючок. На каменном мосту, на краю которого уже некоторое время рыбачил Оливер, лежало несколько мелких рыбёшек попавшихся на опущенную в воду приманку. Клёв в их реке был хорошим даже в самую жарку и холодную погоду, от чего, рыбалка, часто спасала многие крестьянские семьи от медленной и мучительной голодной смерти. Однако, мальчик нисколько не радовался сегодняшнему улову, так, как это случилось бы всего несколько дней назад. Он рефлекторно опускал и вновь запускал удочку в вольное плаванье, но все его мысли думали лишь об сегодняшнем разговоре с отцом. Оливер не мог и подумать, что его честный и прямолинейный отец, всю его жизнь, скрывал что-то о годах своего прошлого. О нём Джейк рассказывал достаточно редко, что-то не договаривая или наоборот сказочно преувеличивая, от чего у его детей всегда складывалось впечатление несерьёзности его рассказов о похождениях в далёких землях, но даже в них он никогда не упоминал, что участвовал в сражениях или владел личным оружием. Чаще всего отец говорил лишь о местах которые видел и обыденных жизненных ситуациях, о войнах, в его историях не было даже и слова. Теперь же, после увиденного меча и слов Джейка о совершённых им ошибках, в голове Оливера рылось множество вопросов, связанных с прошлым человека, которого он называл собственным отцом.       Мог ли Джейк промышлять кровавой работёнкой наёмника или же, принадлежать к одному из множества братств или рыцарскому клану и что означал символ ветра на его мече? Отец обещал ему рассказать обо всём, что утаивал без малого двенадцать лет, но если он мог скрывать правду так долго, кто мог гарантировать Оливеру, что сегодня Джейк не утоит от него чего-то из своего прошлого? Сморщив свой лоб, мальчик устало взглянул на прохладную речную воду. Жизнь и до этого дня была непростой, почему же чем старше он становился, тем больше неожиданностей она ему приносила. Звуки стука копыт вывели мальчика из непривычной ему задумчивости. Обернувшись в сторону того, кто нарушил тишину, стоявшую у моста, он увидел знакомую женскую фигуру, что восседала на своём коне, и уверено приближалась в его сторону. Несмотря на жаркую летнюю погоду женщина была одета в бледно-серую кирасу, открытые части рук были защищены кольчужной рубахой тёмного цвета, вместо шлема голова женщины, как и при их прошлой встрече была покрыта красным плащом-накидкой, прикрывавшей её спину. Её коротко стриженные серо-голубые волосы тихо развивались от дуновений лёгкого июльского ветра, а голубые глаза светились добротой, но в то же время, отдавали призмой далёкой детской печали. На её боевом поясе висел длинный меч рукоять которого была богато украшена золотом. Внимательно приглядевшись Оливер вспомнил в ней ту женщину война, что потерялась в окрестном лесу месяц тому назад и обещавшая мальчику обязательно его проведать. За время их последней встречи мальчик уже и не надеялся, что она исполнит собственное обещание и сильно удивился, когда она наконец-то его исполнила.       — Здравствуй, Оливер,— произнесла женщина спустившись со своего коня и подойдя к нему поближе.       — Доброго вам дня, госпожа Селинда,— поприветствовал её мальчик.— Я уже думал, что вы и позабыли о нашем чудном крае.       — Уж прости, последний месяц на моей родине выдался весьма непростым,— сказала она присев рядом с ним на краю моста.— Да и путь по той дороге оказался гораздо более долгим, чем напрямик через густые леса. Но поверь мне, я никогда не забываю о обещаниях, что даю людям, да пришла я сюда не с пустыми руками.       С этими словами женщина сняла со своего пояса мешочек, что судя по чёткому металлическому звуку, был практически полностью набит деньгами. Пока Селинда доставала деньги, только сейчас мальчик заметил эмблему грозовой молнии, изображённую на её керасе, чем-то напоминавшую Оливеру изображение ветра на рукояти меча его отца. «Неужели она может быть как-то связана с оружием отца?», подумал он принимая подарок женщины, лишние деньги для их семьи нисколько не помешают.       — Благодарю вас, госпожа Селинда,— произнёс он почтено склонив свою голову.       — Не стоит благодарности, ты полностью заслужил этой награды,— тепло улыбнулась ему женщина.— И прошу, не используй этого слова "госпожа", называй меня просто Селиндой.       — Хорошо... Селинда,— кивнул Оливер, тут же, не ожидая подобного от себя, спросив.— А что означает знак молнии на вашей броне?       — Это герб нашего рыцарского клана,— спокойно ответила ему Селинда.— Его наносят на оружие и броню наших войнов, чтобы в пылу сражения они могли легко отличить своих товарищей от вражеских воинов. Под этой эмблемой мы рождаемся, даём клятвы перед рыцарским сводом и уходим из собственных жизней, можно сказать, что эмблема это наиважнейшая часть любого рыцаря нашего клана.       — А существуют ли ещё подобные эмблемы?— с большим любопытством спросил у неё Оливер.       — У каждого рыцарского клана существует своя собственная эмблема,— кажется Селинда не видела ничего зазорного в его вопросах, что несколько успокоило мальчика.— Например у теневых рыцарей эмблема полной луны, у речных рыцарей эмблема бурной реки, а у воителей ветра...       — Эмблема бушующего ветра?!— резко перебил её Оливер.       — Да... Именно так, но откуда ты узнал?— удивлённо спросила у него женщина.       — Ну... Я просто подумал, что если их название связано с ветром, значит и эмблема будет соответствующая...— несколько замявшись ответил ей он.       На некоторое мгновение между ними повисло неловкое молчание:       — И чем занимаются ваши рыцарские кланы?— нарушил тишину Оливер, «Боже, что за идиотские вопросы я сейчас задаю... Она сочтёт меня полным дураком...», пронеслось в его голове.— Ну, кроме всяких сражений и всего подобного...       — Битва не единственный удел рыцаря,— ответила ему Селинда.— Помимо них рыцарь должен заниматься патрулированием, помогать в строительных и полевых работах жителям окрестных деревень, что находятся под нашей защитой, защищать детей и стариков какого бы они не были происхождения, и охотиться на лесную дичь, чтобы в замке всегда находилась еда.       — У вас весьма интересная жизнь,— с долей зависти произнёс он.— Не то, что у нас, с вечным копанием земли дабы ни погибнуть с голоду, да тумаки от богачей...       — Не хочешь ли провести учебный бой?— спросила у него женщина видимо стараясь отвлечь парня от тяжёлых мыслей.— С удовольствием готова показать как сражаются настоящие рыцари!       — Было бы неплохо, отец показывал мне некоторые приёмы битвы, поэтому определённые знания в сражении у меня имеются,— с готовностью ответил ей Оливер.— Но чем вы хотите сражаться? Боюсь, что меча у меня нет.       — Сойдёт и простая палка,— произнесла она заметив несколько подходящих вариантов.— Пойдём вон к тому дереву на правом берегу реки.       Отложив свою удочку в сторону, Оливер быстро поднявшись на ноги, бросился к месту на которое показывала воительница. Добежав до него, он сразу увидел несколько хороших палок, что судя по всему были оставлены там местными детьми после очередной игры. Скинув со своего пояса меч, и взяв в руки своё временное оружие, Селинда тут же встала в боевую позу, в её голубых глазах загорелось игривая искорка. Не тратя время зря, мальчик также схватил одну из палок и встал в привычную для себя оборонительную позу, крепко схватившись обоеми руками за нижнюю часть палки.       — Готов?— с вызовом спросила у него Селинда.       — Ещё как!— ответил ей Оливер.       Стоило ему только произнести эти слова, как женщина, несмотря на свой приличный возраст и тяжёлую броню, тут же бросилась в атаку, принявшись наносить серию резких ударов, каждым своим ударом стараясь обойти своего противника, заставляя Оливера вертеться на одном месте, время от времени, отдаляя дистанцию боя. Атаки воительницы были менее жестокими чем те, что наносил его отец, мальчик прекрасно ощущал, что Селинда сдерживала свою силу, хотя и не давала ему расслабляться ни на одну минуту их импровизированного сражения. Мальчик более чем удачно отражал её атаки, однако, поспевать за её воинской прытью ему было совсем нелегко. Селинда каждый раз оказывалась в совершенно разных местах, то заходя справа, то нанося ряд резким ударов слева, совсем уж редко она пыталась лезть напролом, заставляя его лавировать в определённой окружности. Потихоньку отступая в сторону дерева, Оливер решил, что наконец-то настал и его черёд нанести собственный удар. Сократив дистанцию до дерева ещё сильнее, он, уловив момент когда женщина закончила очередную атаку и уже думала окончательно прижать его к стенке, резко оттолкнулся от дерева, быстрым рывком набросившись на свою противницу. В короткое мгновение он заметил проблеск удивления в глазах женщины, что явно не ожидала от него решительных действий, но в тот же момент, она быстро вернула контроль над утерянной было ситуацией. Резко дёрнувшись в сторону, она, заставила мальчика пролететь вперёд, тут же оказавшись за его спиной.       Оливер не успел даже развернуться, как почувствовал неприятный тычок в спину, символизировавший об окончании битвы. Отбросив палку в сторону, женщина тут же подхватила мальчишку в свои руки, не дав ему упасть, она быстро подняла его на ноги:       — Это была хорошая битва,— произнесла она настолько радостно, что Оливер тут же забыл про понесённое им поражение.— Ты сражался храбростью истинного рыцаря!       — Рад, что смог доставить вам лишнюю радость,— улыбнулся в ответ мальчишка.       Вновь между ними повисла минута неловкого молчания, за время которой они сумели вернуться к месту у где до их тренировочной битвы Оливер ловил свою рыбу:       — Оливер, можно ли задать тебе вопрос?— на этот раз спросила Селинда.       — Конечно,— ответил ей мальчик.       — Ты хотел бы стать рыцарем и присоединиться к нашему клану?— подобный резкий вопрос ввёл мальчика в ступор.       — Я... Наверное, но моя семья...— ответил он.— Я не думаю, что они были бы рады моему решению и... Мы живём весьма небогато, поэтому я должен помогать им зарабатывать деньги, иначе нам придётся весьма туго...       — Я понимаю,— спокойно ответила ему Селинда положив свою руку на его плечо.— Но просто знай, что когда твои родители отпустят тебя в свободное плаванье или если тебе будет угрожать беда, земли моего клана всегда будут открыты для тебя. Я никому не дам тебя в обиду, обещаю!       — Спасибо тебе, Селинда,— Оливер приобнял женщину, почувствовав на своей спине её ладонь.— Но как мне найти земли твоего клана?       — Иди на север,— ответила ему женщина.— Ты не ошибёшься. Ну, а мне пора идти, я буду ждать тебя, сколько бы времени мне не понадобилось...       С этими словами, она запрыгнув на своего коня, всё это время мирно пасущегося неподалёку, помахав парню на прощание, отправилась в путь той дорогой, которой прибыла в его родные земли. Ещё некоторое время попытав счастье собственной удочки, мальчик отправился домой, не забыв прихватить с собой мешочек с деньгами, подаренный ему Селиндой. Сегодняшний день принёс для Оливера как множество вопросов, так и несколько ответов, благодаря небольшому, но важному для него рассказу воительницы. Мог ли его отец быть одним из рыцарей, если и мог, то из-за чего он решил покинуть клан ветра и о каких ошибках имел в виду на чердаке?Ответы на оставшиеся вопросы Оливер был готов получить совсем скоро. Некоторое время спустя мальчик был в собственном доме, оказавшегося практически пустым, из всех его братьев и сестёр, дома оказалась лишь Полли, чей рабочий день у Чарлтона давно окончился.       — Родители с младшими на службе?— спросил он у своей сестры.       — Да, совсем недавно,— ответила ему Полли.— А тебе что-то от них нужно?       Мальчик замялся.«Стоит ли рассказывать ей правду о мече и предложении Селинды?», подумал он.       — Да так, передать честно заработанное,— произнёс он передав ей мешочек с деньгами.— Ещё и рыбы успел наловить!       — Оли, признайся, ты всё таки ограбил торговца?— спросила у него сестра, в её голосе слышалось всё от радости и удивления, до волнения и страха.       — Нет конечно!— ответил ей Оливер.— Просто встретил доброго человека на своём пути вот и всё.       — Ясно, значит точно ограбил,— произнесла в ответ Полли.       — Думай как хочешь,— махнул он рукой.— Я пока прилягу, разбудишь меня когда наши вернутся?       — Угу,— кивнула ему сестра.       Подойдя к своей кровати, а вернее широкой лавке на которой лежала пара одеял и солома заменявшая ему подушку. Мальчик с головой укрыл себя одним из одел, что лежали сверху, с нетерпением ожидая возвращения своего отца.