совершенство эффекта бабочки

етский дом был организован в монастыре-церкви, но при этом не имел никакого отношения к религии. там давно никто не делал ремонт. большая столовая, дети помладше сравнивали ее со столовой Хогвартса, фильм Гарри Поттер прокручивали здесь каждую субботу вечером в общей комнате. спальни по пятнадцать человек с самыми обычными железными и скрипучими койками которые стоят тут с 70-х годов. туалеты отдельно для девочек и мальчиков. общая комната с несколькими диванами, двумя коробками с игрушками, старым телевизором, проигрывателем и полка с книгами и альбомами для рисования, фломастеры и карандаши нужно было просить у воспитателя. большая комната душевой с открытыми кабинками по семь штук с каждой стороны. для мальчиков и девочек отдельно. комната с двумя умывальниками и зеркалами чтобы умыться утром. большая территория с качелями и песочницей для детей помладше. на комнаты тут делят по возрасту. 3-8 лет первая комната, 9-12 лет вторая комната, 13-15 лет третья комната. как только тебе исполняется 16, тебя со всеми документами и вещами выставляют за дверь детского дома. вали куда хочешь. дети тут обучались читать, писать и считать только по вторникам, средам и четвергам с 14:00 по 16:30. а так—делайте, что хотите. завтрак в 7:40, обед в 13:30, второй обед в 16:00, ужин в 18:00 и полдник в 19:30. отбой строго в 20:10, но перед этим в душ не более пятнадцати минут. после отбоя везде выключался свет. кто не успел—тот опоздал. все жили и не жаловались, не ругались. ведь каждый отсюда остался без родителей, отпущенный на произвол судьбы. каждый здесь, был брошен. а некоторые даже не знали имени своих родных. что уж говорить про то, как те выглядели. *** пять утра. все дети детского дома ещё спят ведь подъем в семь. лишь один ребенок стоит на тонкой крыше и вырисовывает ногами идеальную картину балета. этого мальчика зовут Хан Джисон. все трое воспитателей и в том числе начальник детского дома его ненавидят. слишком уж он помешан на своем балете. это занятие не для мальчика, он не должен таким заниматься. он пользовался особой популярностью среди детей первой и второй групп. иногда они встают вместе с Джисоном в пять утра, чтобы посмотреть где-нибудь сбоку как тот изящно выполняет прыжки и эластичные обороты на крыше. как растягивается и как тренирует новые комбинации. ему всего-то четырнадцать лет а балетом заниматься он начал в одиннадцать лет, когда в общей комнате случайно наткнулся на семь книг руководства по балету. в верхнем ящике у какой-то из старой уволившейся воспитательницы он откопал пуанты которые идеально сели на его ступни. будто так и должно было быть, будто он и должен был найти эти книги и пуанты, чтобы не остаться в крайних после того как его выставят из детского дома. он так давно хочет отсюда уехать. в Париж, чтобы сразу поступить в самую крупнейшую балетную школу. пару раз было несколько попыток, но начальник "Дома" всегда замечал пропажу. так Хана стали пристально караулить. сегодняшний день ничем не отличается от других. лишь намерениями. Хан хочет сегодня же покинуть это здание. по его подсчётам, сегодня в 23:20 на железной дороге которая находится сразу за территорией детского дома, будет проезжать грузовой поезд в Париж. туда парень и сядет чтобы уехать. даже если его и поймают—денег нет, родителей тоже. платить будет нечем так что его просто отпустят. дежурный только что поднялся на колокольню чтобы оповестить детей о подъеме и завтраке который нельзя пропустить. это был мальчик из второй группы. ему одиннадцать лет. он был очень яркий. такой хороший, добрый и милый. его зовут Феликс, у него есть прекрасные веснушки и миловидное личико. его белые волосы буквально сияют на солнце. а аура сливается с атмосферой лета. Феликс широко и искренне улыбается Хану, махая ему в знак приветствия, ему отвечают тем же. после чего мальчик со всей силы тянет вниз верёвку чтобы прозвенеть в колокол. три громких звонка режущих по ушам. как же этот Феликс там не оглох, если Джисону пришлось закрыть уши от слишком громкого звука. Ликс отпускает верёвку создавая ещё один короткий звон и перепрыгивает ограду колокольни, подходя по крыше к старшему. —привет! —привет Феликс с лёгкой улыбкой говорил тот —ты снова тренируешься именно здесь? —ага, где же ещё? мало ли Рыба заметит. а ещё хуже Танк, она ведь здесь постоянно в пять утра ошивается. Рыбой, назвали воспитательницу третьей группы. средней опасности, примерно оранжевый уровень. в столовую они идут уже вместе, прежде чем Ликс терпеливо ждёт пока старший переобует пуанты. —научишь когда-нибудь меня так красиво выполнять движения балета? —я могу оставить тебе свои книги по которым я учился —мне будет легче, если ты поможешь и научишь меня стало как-то больно.. так грустно отпускать Феликса. да и не только его. всех детей отсюда, он считает своей семьёй, как же он с ними распрощается? он ведь знает, что больше никогда в жизни с ними не увидится. но всё-таки мечта ему, дороже воображаемой семьи. —Феликс. обещай, что никому не скажешь? —о чем ты? неужели ты хочешь.. —я хочу убежать оглядываясь по сторонам, шепотом сказал Хан —куда ты пойдешь? ты же понимаешь, что до Парижа очень далеко отсюда так же шепотом сказал Феликс —сегодня ночью будет идти грузовой поезд в Париж. я как раз дежурный по двору. я сбегу с территории и запрыгну на поезд. утром я уже буду в Париже вполголоса протараторил Джисон —обалдеть.. я верю, что у тебя все получится Ликс осторожно, все с тем же недоумением на лице подошёл и обнял старшего. —пошли быстрее, скоро завтрак ещё заподозрят что-то и оба как можно только быстрее рванули в корпус столовой. сегодня Хан дежурит по столовой на свою группу и делает обход перед отбоем, что даёт ему огромный плюс. ребята уже в столовой. Феликс помог Джисону расставить все тарелки и принадлежности для трапезы. злая повариха которая работает здесь дольше чем существует это место, уже вышла с кухни. лицо у нее было обвисшее как у мопса, а бегала она как самонаводящаяся ядерная ракета. рост 153, эта женщина была очень толстой. за все ее качества, в народе, ей дали кличку "Танк в юбке". поскольку звали ее Татьяна. Хан схватил младшего за руку и они убежали прочь от этого чёрта. дело осталось за малым. взять самые нужные и важные вещи и сбежать на обходе. *** —Джисон-и, всё-таки я не уверен, что это действительно хорошая затея.. может не нужно? тебя же и так скоро выселят из детского дома, а ты заберёшь меня с собой как раз. так же будет лучше? Хан уже собирает вещи которые обязательно нужно взять с собой. кнопочный телефон без батареи, зато с сим картой, сменная одежда, личный дневник с двумя ручками про запас, а дальше он ещё не придумал, что ему взять. но главное, забрать из кабинета воспитателя свои документы. Ликс пообещал отвлечь заведующую, выигрывая для Джисона немного времени. —прости, Феликс. так нужно. с шестнадцати лет в балетную школу не берут.. пятнадцать потолок. да и устал я здесь торчать, никогда не вернусь в детский дом. —ну.. пойми, ты мой единственный друг. я не общаюсь больше ни с кем отсюда —не правда, у тебя из друзей это весь детский дом —знакомых тут же исправил блондин —или даже товарищей.. но ни с кем я не общаюсь так хорошо, как с тобой. Джисон, прошу.. на последнем предложении голос предательски дрогнул. по щеке потекла одинокая, блестящая слезинка. которая тут же и смахнулась но на ее месте протекла новая. осознание происходящего, отдавало сильной ноющей болью в сердце Феликса. она была как моральная так и физическая сразу. уже сегодня вечером, он потеряет огромнейшую часть своего сердечка. они никогда не пересекутся больше. Хан наверняка забудет того, кто любил и ценил его больше собственной жизни. —прошу, Джисон.. не уходи, пожалуйста в словах слышались тихие всхлипы и шмыганье носом. так больно смотреть на то, как улыбка самого добродушного человека на планете, который отдаст все и кусок сердца, за тех кто ему дорог, превратилась в слёзную мольбу. сердце сжимается и обливается липкой и тягучей жидкостью заставляя его потихоньку растворяться от настолько болезненного вида. у самого Джисона глаза намокли от сильной моральной давки. он осторожно обнимает младшего прижимая к себе, гладя по мягким и светлым волосам. Ликс так же прижимается к самому главному человеку в его жизни, причине жить и существовать, не покончить с собой. через несколько минут, всхлипы стихают а дыхание приходит в полную норму. Хан пытается отодвинуться, но Феликс сладко спит у него в объятиях.. *** Феликс проснулся когда в маленькой сумке Джисона были компактно сложены все вещи, а время близилось ко второму обеду. уже совсем скоро.. —Ликс, пошли на обед. уже пора —я все ещё не могу принять, что нам нужно будет разделиться.. —ох.. понимаешь, все дети которые находятся в этом детском доме, рано или поздно покинут его. это очень больно осознавать, что все наши братья рассеются по разным городам и континентам. кто-то добьется всего, а кто-то ничего.. и чтобы не остаться слева, нужно действовать. и делать это прямо сейчас- —не обязательно именно сейчас, у тебя талант ты в любом возрасте сможешь танцевать —Феликс. давай не будем об этом. проведём последние часы вместе в хорошем настрое.. до столовой они шли в тишине. каждый размышлял о своем. один про то, как же отпустит другого. а второй о том, как бы быстрее оказаться в Париже. еда сегодня была довольно вкусная. даже без привкуса железа и гари как обычно было на смене этой дроздафилины, иначе ее и не назовешь. Хан съел все начисто, чтобы упросить у поварихи что-то из еды чтобы взять с собой. естественно он скажет, что дико проголодался, а еда столовой безумно вкусная. *** уже вечер. через час Джисон идёт на дежурство, так что сейчас нужно добыть финальные вещи для побега: немного еды и документы. Хан выходит из общей комнаты и бежит в комнату где живёт Феликс. как ни странно, в комнате он один. а на соседней кровати от двери мирно посапывает Йеджи, милая девочка, на нее можно положиться.. ведь можно? —Ликс! —да? —иди отвлеки заведующую пожалуйста —уже?.. тебе действительно так нужны документы? —чтобы сбежать и поступить в балетную школу, конечно нужны. последний раз прикрой меня —я бы ещё хоть сто раз тебя прикрыл, если бы ты остался.. тихо сказал Феликс —пошли после добавил веснушчатый. они оба вышли из комнаты, Ликс идёт в кабинет заведующей а Хан в комнату по соседству. —здравствуй Феликс, что случилось, мальчик мой хороший? с улыбкой говорила женщина. она обожала Ли, и относилась к нему лучше всех в детском доме. Феликс же выдавливает слезы, и с блестящими глазками говорит. —т-там.. паук возле моей кровати! не могли бы вы его убрать? хныча и обжигая щеки горячими слезами плакал блондин —ох Ли-и-икси. конечно, пойдем вместе спустя несколько секунд они уже направлялись на четвертый этаж. только заведующая скрылась за углом и Хан скользит в ее кабинет. он открывает стеллаж с множеством бумаг и ищет свою фамилию. быстро находит нужное и забирает, пряча под футболку. вылетает из кабинета и сразу идёт в свою комнату за вещами. он быстро хватает нужную сумку и сразу бежит на улицу прикрываясь дежурством и, что видел на территории собаку которую нужно прогнать. его отпускают. тем временем Джисон смотрит на часы которые висят на колокольне. 23:14. он не успевает. ещё шесть минут и он останется в пролете. Хан перелазит через забор и уже слышит отдалённые звуки поезда на рельсах. он осторожно подходит к железной дороге и садится рядом на корточки. через две минуты состав уже совсем близко. подросток готовится запрыгнуть в грузовой вагон. когда поезд подъехал открытым вагоном к Джисону, он сразу схватился за лестницу на нем забираясь внутрь. он чуть не сорвался прямо под тяжёлые колеса состава, но к счастью все обошлось. Хан осматривает вагон. много коробок, приглушённый свет и больше ничего. он закрывает дверь и планирует поспать до прибытия в Париж. открывает коробочку которая оказалась полупустой, что было Джи на руку, залезает туда и закрывается. спать в такой позе будет неудобно, но чтобы никто его не увидел нужно сделать так. сознание сразу туманится и подросток тут же погружается в сон.