Опалившийся немилостью твоих объятий

Он проснулся от того, что нечто тяжёлое и теплое прижималось к его спине. Большое, знакомое и неожиданно нежное. Мальчик почувствовал отчаянное дыхание над ухом, отдающее запахом мяты и похоти. Не загадкой было, кто стремился к его бессознательному телу, поскольку здесь находился всего один такой человек, и это был не первый раз, когда посреди ночи он почувствовал чью-то грудь на своей спине, слюну между своих бёдер и давление от попытки втиснутся внутрь. Поскольку Мальчик обычно спал на животе, подогнув одно колено к груди, его Хозяин легко мог попасть к любой из его дырочек. Мальчик ощутил, как мужчина схватил его бедро, удерживая на месте. Пульсирующий твёрдый член расположился между его ягодицами, заливая кожу и дырку обильными порциями предъэякулята. Затем его Хозяин сунул два пальца свободной руки в дырку Мальчика, проверяя, насколько он влажный и открытый. Мальчик не сдержался, и стон желания сорвался с его губ, когда пальцы, едва растягивая, дразнили его голодный вход. — Ты такой хороший мальчик, — прошептал Хозяин на ухо, его голос въедался в шею своей похотью. Он направил кончик своего члена ко входу и толкнул бёдра Мальчика вверх, пронзая хорошо растянутую дырочку своим ненасытным членом, захватывая его одним толчком и заставляя их обоих затаить дыхание и нуждаться в большем. Он лег всем весом на свою Игрушку, расположив грудь на лопатках Мальчика и прижимаясь своими бёдрами к его. Огромный возбуждённый член глубоко погрузился в мягкую сочную задницу, наслаждаясь близостью, которую они разделяли. Мужчина эффективно прижал его всей массой своего тела, препятствуя любому движению меньшего партнёра. Он томно вздохнул, почти любовным жестом прижал голову к уху своего Мальчика и начал лениво двигать бедрами, медленно вводя и вталкивая член в разгорячённого партнёра. В прикосновениях Господина чувствовалась мягкость, его поза имитировала позу Игрушки, он ласкал пышные бёдра Мальчика, тёрся грудью о нежную кожу спины, осыпая шею легкими поцелуями. Давление от тела его Господина было немного неудобным, оно сдавливало желудок и легкие, мешая дышать, но скользящие согревающие движение внутри заставляли скулить в подушку. — Ты такой послушный, дорогой, — промурлыкал мужчина. — И весь мой. — Да. Всегда буду, — ответил Мальчик. Прошло всего несколько дней с тех пор, как Господин попытался заполнить его утробу своим ребёнком. Но никаких признаков успеха не последовало, и проще было притвориться, что ничего не изменилось, потому что возможно, ничего и вправду не изменилось. Бархатистый шёпот и тяжёлое дыхание, с которым Господин вымещал своё желание на его кожу, быстро приблизили Мальчика к пику, и его задница плотно обхватила члена Господина, что наверняка привело бы его к освобождению. Однако, мужчина не был так близок к тому, чтобы кончить, как его живая секс-кукла. Он сохранял тот же темп, толкаясь глубже только когда чувствовал, что Мальчик близок к очередному оргазму и выталкивал стоны из его легких, наслаждаясь тем, как он дёргался и извивался под его весом. Но оргазм, который получил Мальчик, не был тем потрясающим, разрывающим его тело на части и оставляющим воодушевлённым и изнурённым. Он был незначительным, вызывающим больше желания, он ещё сильнее обострил его потребности, но после никогда не позволял ему достичь финального крещендо. Ему нужно было нечто большее. Когда он ощутил, как губы его Хозяина украшают его затылок, он вздрогнул и попытался ещё сильнее насадиться на его член. Он хотел почувствовать, как толстый, возбуждённый член войдёт в него во всю длину, чтобы яйца шлёпались по влажным складкам его влагалища. Всё его нутро желало мужского достоинства, что пронзит, ворвётся и ранит его. Но вес тела его Хозяина и сильная хватка не давали двигаться, и он был голоден, страдая сильнее, чем когда два дня назад его дырки кровоточили от интенсивного траха. — Пожалуйста, — хныкал он. — Нет. Ответ прозвучал хриплым, но интенсивным и властным. Ему хотелось медленно оттрахать его до завершения, а затем позволить своему члену отдохнуть в тепле его внутренностей, пока они оба снова не уснут, и ничто не изменит его желание. Даже то, что Мальчик никогда не сможет заснуть, если его оставить неудовлетворённым, и такой распорядок дня никогда не сможет по-настоящему удовлетворить. Он застонал от очередного приближающегося оргазма, когда его Хозяин с каждым толчком тёр клитор о простынь. Он почувствовал приближающаяся разрядку и схватился руками за каркас кровати, оттолкнул себя назад, принимая своего господина глубоко, по самые яйца в свою зияющую задницу. Приятная и захватывающая дрожь пробежала по его спине, но количество слюны и предэкулята, которым его Хозяин смазал его дырку, сделало его очень скользким и позволило члену уж слишком легко проскользнуть внутрь. Послышался громкий стон и перемещение веса, когда Хозяин схватил его за задницу, закинул голову и снова позволил ей опуститься. Он прижался губами к челюсти Мальчика, мгновенно кончая в него. Мальчик почувствовал, как член его Господина дёргался и пульсировал внутри его чувствительной дырочки, прежде чем он начал накачивать его своим семенем. Сжав основание члена, застрявшего внутри него, Мальчик имел возможность двигать бёдрами хотя бы немного больше, выжимая из пульсирующего мужского члена каждую каплю спермы. Даже этого было недостаточно, чтобы удовлетворить потребности Мальчика, но доведение его Господина до оргазма раньше, чем он сам предполагал, обещало суровое наказание, и эта идея почти заставила его взбудоражиться. Его Хозяин испытывал оргазм, живя каждой дрожью и каждым трепетом, через которые они оба прошли, сжимая мягкое, податливое тело своего любимого Мальчика в руках и между мускулистых бедер. Затем он глубоко вздохнул, наслаждаясь запахом его кожи и пробуя на вкус пот, ещё раз целуя его в затылок. Усталость грозилась одолеть его, приподнявшись на локтях, он повернул своего Мальчика на бок, и его член, теперь почти вялый, всё ещё был в тепле его дырочки. Хозяин заключил их обоих в крепкие объятия и почти сразу же снова заснул. Мальчик не смог. Да, одна из его дырок была заполнена, и целеустремлённая, властная сторона его Хозяина всегда заставляла его колени дрожать, но более мягкая из его эгоистичных сторон на этот раз оставила его неудовлетворённым и пустым. Хотя сейчас двигаться не было смысла, поскольку наказания, которого он так желал, всё равно не последовало. Кроме того, он точно знал, что заставит его чувствовать себя хорошо, если у него появится такая возможность. Ему просто нужно было пережить эту боль, когда он останется один. С этой мрачной мыслью и несмотря на свою нездоровую тягу, Мальчик, наконец, заснул через несколько часов после того, как это сделал его Хозяин.

***

Утро наступило довольно неожиданно. Не то, чтобы совсем неожиданно, но время между утром и их ночным злоключением казалось гораздо большим, чем он думал. Он почувствовал себя холодным и незащищённым, когда его Хозяин покинул их объятия и вытащил член из его дырочки. Несмотря на то, что он кончил в него ещё два раза, прежде чем пойти в душ и оставить его в постели одного с несколькими дозами густой спермы, медленно просачивающимися из его задницы, пустота медленно убивала его. Мальчик не двигался, пока его Хозяин не вышел из дома, а затем он позвонил на работу и сообщил, что болен. Случай был редкий, но не первый, и он знал, что ему не о чем беспокоиться, его Хозяин всегда мог воспользоваться услугами своего личного врача и изготовить что-нибудь позже, если понадобится. Прямо сейчас тело Мальчика терзала потребность: зуд, который нужно вылечить. И всё же, даже если его спасение было на расстоянии вытянутой руки, он не мог пошевелиться в течение двух мучительно долгих часов. Он просто лежал, свернувшись в позе эмбриона, глядя на белую стену у кровати, молчаливый, уставший и без всякого чувства реальности или осознанности. Он чувствовал себя застывшим и опустошённым, лишённым всякой человечности или самой жизни. В его груди не скрывалось никакой личности, он не был реальным человеком, и ничто не причиняло ему больше боли, чем осознание или напоминание об этом каждый раз, когда небытие звало его. Ему нужно было успокоить пропасть внутри себя, и для этого было только два решения. Он мог либо подавить свои чувства телесными удовольствиями, чтобы смягчить это ощущение, либо полностью прекратить своё существование. Его руки медленно приблизились к промежности, и он бессознательно начал потирать внешние складки, продвигаясь к клитору. Между его бёдер было тепло, привлекавшее собственные прикосновения, и пальцы следовали за ним, аккуратно массируя вагинальное отверстие, и обводя мизинцем его колечко мышц. Потому что даже если бы этого не сделал он, пустота внутри заставила бы его. Он вздохнул и понял, что делает. В то время, как ленивая пустота его разума предстала во всей своей красе и тут же исчезла под его стонами, его тело попыталось расслабиться, чтобы насладиться моментом. Этого комфорта, к сожалению, не было обеспечено, и его потребность только усиливалась с каждым прикосновением и с каждой секундой. Его тело голодало. Оно жаждало очень многого, и он не мог больше просто лежать там. Мальчик повернулся на живот, поднял задницу и подогнул раздвинутые колени под туловище, в то время как его голова всё ещё лежала на подушке. Он вдохнул и засунул пальцы в своё влагалище, издав в ответ слабый стон. Было тепло, приятно и уютно. Хозяин требовал, чтобы он принадлежал только его члену и никому больше. Но собственные пальцы Мальчика не были таким уж нарушением этого правила… Он потянулся к прикроватной тумбочке, открыл ящик и схватил случайный фаллоимитатор. Он на секунду задумался, имеет ли значение, какой из них он использует, настроен ли он на какую-то конкретную форму или ощущение, но ничего не мог услышать из-за кричащего, бесформенного желания своего отчаянного тела. Он вытащил пальцы и слизнул собственные соки, прежде чем положить фаллоимитатор — длинный, мягкий, с расширяющейся головкой и приятным стволом, — между своими ногами. Его дыхание стало тяжелее и громче. Запрокинув голову, он расположился над головкой фаллоимитатора, прижал его между половыми губами, и дрожь пробежала по его спине. Его тело было нетерпеливым и жаждущим, и он без колебаний с силой надавил на фаллоимитатор. Он ахнул, когда толстая головка, расширяющаяся к основанию, с влажным хлюпающим звуком впилась в его влагалище, растягивая его даже больше, чем член его Хозяина. Его тело остановилось на последних нескольких дюймах, которые оно не смогло принять, и головка болезненно прижалась к шейке матки. Измученный крик вырвался из его горла, но он всё же поднялся и насадился своей дырочкой вниз всем своим весом. Ещё один крик. Его внутренности двигались под кожей, когда фаллоимитатор входил в его тело, пытаясь растянуть матку своей толстой головкой. Он делал это снова и снова, с каждым толчком насилуя шейку матки, не зная, стоит ли ему трахать себя сильнее или быстрее. Он встал с колен и прижал ладони и ступни к полу, чтобы получить лучшее преимущество. В этой позе на корточках он мог трахать себя ещё эффективнее, гораздо быстрее скользя вверх и вниз по дилдо, чувствуя, как каждая выпуклость прижимается к его стенкам, даже если дилдо не мог достичь должной болезненной глубины, как сейчас. Его грудь вздымалась от фанатичных усилий, когда он пытался вогнать в себя фаллоимитатор так быстро и грубо, как только мог, но этого всё равно было недостаточно. Одна особенно грубая попытка погнула стержень фаллоимитатора, и он выскользнул из него, оставив его пустым и рыдающим на полу спальни. Нет, этого было недостаточно. Ему нужно было чувствовать больше. Ему нужно было, чтобы ладони были прижаты к его груди, рука — к горлу, чужой язык во рту, теплый член во влагалище и еще один в заднице, сводя его с ума и заполняя спермой до краев. Он поднялся и опустился на колени возле тумбочки. Он вытащил еще один фаллоимитатор, мягкий, немного короче и настолько толстый, что он едва мог обхватить его пальцами, и положил его между бедер, одна только его толщина открыла его ноги и сделала его доступным для тщательного траха. Затем он снова взял более длинный расширяющийся фаллоимитатор и прижал его стержень к своей спине. Однако этого всё равно было недостаточно, поэтому он вытащил верёвку из-под кровати и сделал петли на каждом конце: одна надевалась на дверную ручку, а другая — на шею. Глубокий вдох расширил его грудь прямо перед тем, как он наклонился вперёд, и волнение охватило его тело, когда веревка затянулась вокруг его шеи, и он захрипел изо всех сил, пытаясь впустить воздух в легкие. Его киска тут же переполнилась соками, вырвавшимися из складок и стекавшими по его трясущимся бёдрам. Он расположился над большим дилдо и дразнил головкой свою мокрую дырочку. Его ноги на мгновение подкосились, и массивный дилдо, который лежал между его раздвинутыми ногами и под зияющей дыркой, с его криком вошёл в влагалище. Это было больше похоже на долбёжку, чем на сеанс с инструментом для удовольствия. Он был толстым, твёрдым и ребристым, а снизу снабжен шипами, вонзающимися в него, как животное, занимающееся гоном, в своего партнера. Он закричал, наклонился вперед, и веревка снова затянулась вокруг шеи, оставив его хрипящим, задыхающимся и полностью раскрытым на стволе силиконового стержня. Он сглотнул, но изо рта всё равно потекли слюнки от вкуса неудовлетворённой похоти. Он потянулся назад и направил большую головку, всё ещё мокрую от сока влагалища, к своей заднице. Он знал, что будет туго, и рассчитывал на болезненное растяжение. Мальчик стиснул зубы, приподнялся на несколько сантиметров, чтобы освободить больше места, и вскрикнул, когда шипы массивного дилдо загнанного по самые яйца впились глубоко в его влагалище, раздвинувшись, не позволяя вытащить его. Затем он снова закричал, когда ему удалось всадить расширяющуюся головку фаллоимитатора себе в задницу с еще одним громким хлопком, когда он протолкнулся мимо внешнего кольца мышц. Влага окрасила его руку, и он понял, что внутри него что-то порвалось. Не слишком сильно, но достаточно, чтобы пошла кровь. Ему пришлось ослабить веревку, чтобы сделать глубокий вдох, и он наклонился назад. Его язык высунулся изо рта, когда он медленно погрузил фаллоимитатор на всю длину в свою задницу, стонав, как шлюха, которой он был. Утолщающаяся головка широко раскрыла его внутренности, как будто это было ничто, скользя вдоль стен так глубоко, что он всхлипнул, когда увидел отпечаток обоих фаллоимитаторов на своем плоском животике. Он был заполнен. Осталось только накачать его спермой и оставить с полными до краев дырками, сочащейся белой жидкостью, дёргающимся и удовлетворённым. Однако, это было только начало. Он начал подниматься, шипы в его влагалище впились в его стенки, массируя их, посылая экстаз прямо в спинной мозг. Он яростно двигался вверх и вниз, и, несмотря на трудности, которые доставляли шипы, и несмотря, а может быть, тем более из-за горячей, обжигающей боли, поднимающейся из его внутренностей, он начал подпрыгивать на обоих фаллоимитаторах с восполненной энергией. Он катался на этих дилдо, как шлюха, которой он и был, и так, как будто от этого зависела его жизнь, он с ненасытным натиском шлёпал себя по заднице, стонал, задыхался, кричал, вздымался, руки ни за что не хватались, жар заливал его кожу и щеки, заставляя желать всё больше и больше. Хотелось больше прикосновений, больше сжиманий, больше удуший, ещё больше безумного траха, и огромный, горячий член, глубоко пронизывающий в его горло заставляя его давиться и корчиться на нем, извергая слюну и размахивая руками. Мальчик трахал себя двумя дилдо, которые раздалбливали его дырочки и открывая его, надеясь, что его Хозяин позже не будет с ним слишком строг и накажет легче. С каждым толчком вниз он слегка наклонялся вперёд, и верёвка всё сильнее и сильнее затягивалась вокруг его шеи, доводя его до оргазмического безумия. Мальчик, нанизанный на дилдо и член своего Хозяина связан, его тело трясётся, но не может пошевелиться. Кожаный ремень на его шее затягивается при каждом толчке, а горло издает глубокие, влажные, нечестивые звуки. Фаллоимитатор в его влагалище разрывал его на части, погружаясь глубоко в него каждый раз, когда его Хозяин погружал свой член на всю длину в его горло и вытаскивал всякий раз, когда он это делал. Удовлетворяющая полнота, чередующаяся с невыносимой пустотой. Вот и все! Это была фантазия, которая медленно доводила его до крайности. Возможно, прошли часы с тех пор, как он впервые увлекся любовниками-силиконами, но теперь он был близко, так близко! Его ноги болели, тело было изнуренным и усталым, но он не мог остановиться, ведь пока не достиг кульминации, ему не разрешили. Мальчик задыхался, стонал и кричал, его дырочки наконец начали отвечать на оргазмический зов их нервов, и это заставляло его бредить и корчиться еще больше, пока все это внезапно не закончилось. Он бросился вниз в последний раз, последний неконтролируемый крик вырвался из его груди, его тело было напряжено, как тетива лука, готовая лопнуть, но его шея тянулась вперед, давая веревке возможность выжать из него все до последней капли жизни. Горло. Его легкие были пусты, мозг нуждался в кислороде, а горлу хотелось, чтобы его вскрыли, как моллюска, но остальная часть его тела противостояла им и уже победила. Мальчик извивался и вертелся, его позвоночник был наэлектризован в непреклонном оргазме, его конечности дёргались, глаза и рот были широко открыты, слюна, сопли и слезы пачкали его губы и щеки, а с каждой секундой они становились все краснее. Он медленно переживал оргазм, но кончил так сильно, что тело почти сразу начало отключаться. А может быть, причина в нехватке воздуха. В любом случае, подумал Мальчик, ничто иное не сможет превзойти этот трансцендентный опыт. Он мог бы просто умереть сейчас, и он бы умер счастливым. Затем он рухнул на пол, и тьма захватила его сознание.