Сиберия

С высоты открывался красивый вид на город. Булсара стоял около панорамного окна и смотрел на светящиеся фасады зданий. Внизу же улицы были погружены в мрак, кое-где освещëнный фонарями. — Я тоже часто любуюсь видом ночного города, — Амина подошла сзади, в еë руках была чашка с водой и бинты, — Були, давай я обработаю твои раны. Садись сюда. — Зачем? Я просто схожу и умоюсь. — Могу я поухаживать за своим мужчиной? — Булсара хотел было ответить, но девушка остановила его, прижав палец к его губам, — Не спорь со мной. Булсара подчинился и доверился ей. Ему была приятна её забота. — Скажи, зачем нужно было драться? Ушëл бы просто и всё. — Просто ушëл? Повернуться и уйти при всех, позволив ему так легко одержать победу? Амина, ты что? — Булсара говорил спокойно, он всегда оставался хладнокровным в сложных ситуациях, — Тем более, он бы меня не отпустил. Ты же видела его состояние. — Я бы смогла его остановить. — И он получил бы то, что хотел. Амина, тебе это не надоело? Сколько можно с ним сюсюкаться? Пока ты не скажешь ему твëрдого «Нет», он не поймëт. Он так и будет тебя преследовать до конца жизни. Чëрмат! — выругался Булсара. «Чëрмат» — было излюбленным ругательством жителей Сиберии и Трактуара. Оно было сокращением словосочетания «чёрная материя». Чёрная (или тёмная) материя была у сиберианцев олицетворением всех бед и крайнего зла. — Я знаю, но он мой брат. Я уже и отцу на него жаловалась, но он сказал мне не обращать на Срака внимания, мол перебесится со временем. — Ага, перебесится. Никогда он от тебя не отстанет. Хорошо, что ты улетаешь. Может, там он будет меньше тебя доставать! Амина закончила обрабатывать раны Булсары, отложила чашку и присела на его колени. Она обвила руками его шею и с грустью заглянула в его глаза: — Були, мы же с тобой теперь будем видеться совсем редко. — Но любить тебя меньше из-за этого я не стану, не волнуйся — он обнял её и притянул к себе, их губы соприкоснулись... Умывшись в уборной, смыв запекшуюся кровь, Срак направился к противоположным нишам. Малахова уже не было, он ушёл, а официант убирал со стола. Срак свернул в следующую нишу. — Врок! Врок сидел за столом в своей нише с двумя девушками с планеты Куба. — Привет, Срак. Приветик. — поздоровались большеглазые кубинки с перламутрово-розовой кожей. Их тела были абсолютно лишены волосяного покрова. Жители планеты Куба были одними из самых красивых жителей вселенной наряду с людьми. — Привет, красотки, — поздоровался с ними Срак, и обратился к Вроку, — Мой передатчик не у тебя? — Нет, — ответил тот, наполняя вином бокалы девушек, — Когда мы тебя уводили, его у тебя не было. Может быть, Амина забрала? — Может быть. А может, я выронил его в драке. Если вдруг его найдут, сообщи мне, хорошо? . — Ага! Каким образом? Кричать тебе буду? — рассмеялся Врок. — Точно, МГПешки-то у меня нет. Чëрмат! сообразил Срак, — Ты не против, если я посижу здесь? — Конечно, нет, сиди. Ты как раз кстати, а то Риги меня уже ревнует к Шелми, — и он прижал к себе одну из девушек. Срак хорошо знал обеих девушек, с Шелми он был особенно близко знаком, так как часто отдыхал с ней. — Ты как всегда, прекрасна, — подарил он ей комплимент, — С каждым днём всё краше. — Я такая, да! Пока одни стареют, я цвету, — улыбнулась она, — выпьешь со мной? — Нет, сегодня он больше не пьëт, — вмешался Врок, — Так ведь, Срак? — Да, хватит с меня на сегодня. Шелми, повесилимся с тобой? — вопрос был риторическим. — Разве я могу тебе отказать? — улыбнулась ему девушка. — Можешь, но не советовал бы. Ты же прекрасно знаешь, что мне не стоит отказывать. Трай умело готовил корабль к запуску. Нажимал нужные кнопки, проверял показания приборов, специальных датчиков и бортового компьютера. — Вроде, ничего не забыл. Всё включил. В клубе после ухода Срака, Инель выглядела очень тревожной, да и Траю уже было не до веселья. И он не придумал ничего лучшего, чем предложить девушке вернуться домой, на Сиберию. Тем более её отцу гуру Скрату, он обещал вернуть еë домой как можно раньше. «Трай хороший парень, он может быть и серьёзным» — думала Инель, глядя на него, и тихонько улыбнулась, чтобы Трай не заметил. — Теперь нам пора в барокамеру, Инель. — Опять давление? — Да, сейчас нам нужно привыкнуть к более высокому давлению. Иначе головная боль и сердце будет тревожить весь день. — Потому что не должны мы летать на другие планеты. И люди к нам не должны были прилетать! Каждый должен жить на своей планете. Там где он родился. — Если бы не люди, мы бы никогда не узнали ни космических кораблей, ни бластеров, ни транспортных дисков. Инель, ни ты, ни я никогда бы не увидели Трактуар. Они спустились в барокамеру. Трай начал закрывать шлюз и вдруг выругался: — Чëрмат! — Что-то случилось? — Нет, не волнуйся. Просто я забыл уведомить о нашем полëте диспетчерскую службу. Ты садись пока, а мне нужно подняться наверх в кабину управления, — он подмигнул ей, — Я скоро вернусь, дорогая. «Если бы все жили на своих планетах, а не летали, тогда бы и родители Булсары не оказались бы на Сиберии. Булсара жил бы на своей планете и тогда она не увидела бы его и не влюбилась — думала девушка, — Он любит другую! Она видела её, эту Амину. Красивая. И поëт хорошо. И Булсара её любит так сильно, он сам сегодня ей это сказал. А её он не любит, как мужчина женщину не любит! А скоро он вообще улетит на другую планету, следом за ней, за Аминой. Может, в самом деле, ей нужно забыть про безответную любовь к нему и подумать о своëм будущем. Трай хороший парень и он любит еë. Он станет прекрасным мужем. Он из хорошей семьи. Красивый. А она станет ему хорошей женой. Полюбит его со временем. Многие девушки-сиберианки, наверное, в него влюблены и тайно мечтают о нëм... » — её размышления прервал звук открывающейся двери. — Ну, вот, я здесь. Скоро стартанëм. Готова?