Это — вызов.

В воскресенье мы с Чонгуком не видимся. У него тренировка, а затем ужин с родителями. Я только вчера узнала, что парень из уважаемой семьи врачей и профессоров. Не удивительно, что сам он учится на химфаке. Он был единственным ребенком и в хороших отношениях с родителями. Впрочем, его воспитание говорило само за себя. Вечером вместо смс он позвонил, и я, улыбнувшись, сняла трубку. — Да? — произнесла я. — Зайчик, привет, — услышала его голос, и мой живот перевернулся. — Привет, — ответила я. — Соскучилась по мне? — несколько ехидно произнес он, на что я не удержалась, закатив глаза. — С чего бы? — язвительно промолвила. — С того, что я великолепен и неотразим, — тут он понизил голос, — а еще хорошо целуюсь. Горло внезапно пересохло, и я была уверена, что покраснела. Однако его слова и голос заставляли не только щеки мои гореть, но и все тело. — Зайка, ты еще тут? — проворковал этот змей искуситель. — М-м-м, угу, — невнятно пробормотала, на что услышала его смех. — Как с химией? — спросил он, переводя тему, между тем я прерывисто вздохнула. — Мы с тобой не подготовились. Мне нравилось, как он говорил «мы». Будто у нас есть общее дело, или же мы пара. Несмотря на наше свидание, я не знала, можно ли считать нас парой или нет. Он ничего не говорил про то, что мы встречаемся или вроде этого. Полагаю, женщины любят ушами. Я не была уверена, что готова считать его своим парнем. — Все хорошо. Я пока все понимаю, поэтому нет необходимости, — пожала я плечами. — Жаль, — хмыкнул Чон. Я нахмурилась, а затем произнесла: — Почему? — А как по-другому я затащу тебя в свою берлогу? — промолвил он. Хоть это и звучало как шутка, однако интимности в его фразе все же было больше. Я фыркнула. — Можно подумать, ты что-то не придумаешь. Это была чистая правда. Чонгук был тот еще стратег, и ко всему прочему уперт, как баран. Если бы он захотел «затащить меня в свою берлогу», он бы непременно что-нибудь придумал. — И то верно, — усмехнулся парень. Я услышала какой-то стук, а затем Чонгук с кем-то начал говорить. — Зайка, я пойду. Приятных снов, — я слышала в его голосе заботу и улыбку, отчего тотчас же улыбнулась сама. — Спокойной ночи, — прошептала я. Я прижала телефон к груди, по-прежнему улыбаясь. Этой ночью мне снился Чон. Его поцелуи, глаза, сильные руки.

***

Я подходила уже к универу вместе с Су Бином, разговаривая о сегодняшнем тесте по математике. Мы почему-то стали ездить вместе, впрочем, я была вовсе не против хорошей компании. — О, — вдруг вспомнила я, — что ты делаешь в среду? — задала ему вопрос. Парень задумался, словно вспоминая в голове, какие у него планы, а затем пожал плечами и произнес: — Ничего, а что? — Я хотела вас с Хари позвать на футбол, — промолвила я и неловко помялась на месте. — А кто играет? — тотчас же оживился блондин. — Гладиаторы и не знаю, кто еще. — Вообще можно, — согласился парень. — Отлично! — проговорила я, пожалуй, с излишним энтузиазмом. — Что «отлично»? — появилась словно из ниоткуда подруга, а я вместо того, чтобы ответить на её вопрос, уставилась на нее. Сегодня она выглядела по-иному. Её волосы из светлого превратились почти в оранжевый, или же это такой странный оттенок рыжего. Я не могла точно понять. Однако стоить отметить, ей шло. Её светло карие глаза, казалось, светились, а улыбка с ямочками на щеках придавала особый шарм. Она выглядело весьма дерзко, но вместе с тем, как фея. Словно персонаж из мультфильма. Хари была чуть выше меня, но я была более фигуристая, она же напротив, была худенькая, словно щепка. Молчала не только я, но и Су Бин. Мы потеряли дар речи от такой «неожиданности». — Ну, скажите уже хоть что-нибудь, — простонала Хари. Я очнулась первой и промолвила: — Тебе идет. — Правда? — недоверчиво спросила та, на что мы как болванчики синхронно покачали головами. — Хорошо, — лучезарно улыбнулась она, — так что «отлично»? Я хлопнула себя по лбу. С появлением Хари все напрочь вылетело из головы, поэтому я повторила свое предложение для нее, всей душой надеясь, что рыжая (или же оранжевая), согласится. На её лице отразилось сомнение. Впрочем, это было неудивительно, ведь Чимин тоже играл за «Гладиаторов». — Ну, давай же соглашайся, — подтолкнула ее, смотря на девушку умоляющим взглядом. Она поджала губы, затем вскинув руки вверх, сдалась, произнеся: — Хорошо. — Спасибо, — пропищала я, словно умалишенная, а затем бросилась в объятия, возможно, своих будущих хороших друзей. Нынче мы были приятелями, но я надеялась, что однажды станем друзьями. Впрочем, время все расставит на свои места. — О, — ущипнула меня за бок Хари, чем заставила отпрянуть от ребят. — Ты чего? — возмущенно промолвила я, потирая ушибленное место. — Красавчик идет, — прошептала она, подмигивая. Я насупилась. — Кто? — не поняла я, а затем кто-то притянул меня за талию в свои объятия, складывая руки в замок. Я удивленно обернулась и узрела за собой ухмыляющееся лицо Чона. Он, не стесняясь друзей и всеобщего внимания, поцеловал меня в щеку, а затем прошептал на ухо: — Доброе утро! — О, эм-м, — пыталась сказать я хоть что-то, однако тщетно. — Привет, — уже обратился он к ребятам, особое внимание задерживая на Су Бине, и снова меня поцеловал, однако на этот раз в шею. «Чертов собственник!» — возмутилась я мысленно, пока таяла в руках парня. — Привет, — несколько заторможено ответили они. Ребята впали в ступор. Впрочем, не удивительно. Еще несколько дней назад я кричала, что он мне никто, а сейчас мы стоим в обнимку. Я из-под волос посмотрела на них, те смотрели на меня укоризненным взглядом, на что я лишь пожала плечами, отводя взгляд. Стоило мне только вырваться из объятий Чона, он в тот же миг по-хозяйски положил руку мне на талию. Мы направились в здание. На нас то и дело обращали внимание, однако Чонгуку было все равно. — И что это должно значить? — тихо спросила я, дабы услышал только он. — Это значит, что мы вместе, - ухмыльнулся парень. Я поморщилась. — Но мы сходили всего на одно свидание, — резко остановилась. Чонгук вздохнул. — И что? — спросил он, в упор на меня смотря. — Я не знаю, это как-то слишком, — замолчала я на несколько секунд, пытаясь подобрать нужное слово, — быстро. — Быстро? — сдвинулись его брови к переносице, а затем, как-то невесело рассмеявшись, он снял руки с моей талии и отошел на шаг, нервно проводя рукой по волосам. — Я не понимаю тебя. Нам хорошо вместе, мы много времени проводим в обществе друг друга!!! — чуть ли не кричал парень. Его глаза пылали. Чон сделал шаг обратно ко мне, приближаясь вплотную, а затем, взяв за подбородок, заставил посмотреть в глаза, которые я то и дело норовила отвести. — Позавчера ты так не думала, — прошипел он, — я не собираюсь, как тринадцатилетний мальчишка зажимать тебя по углам. Все, что происходит между нами, это между нами. И мне все равно, где мы находимся. Если я хочу целовать тебя, и ты меня, почему мы не можем это делать? — Чонгук, прекрати, — попросила его. — Отлично, — опустил он руки, — ты, очевидно, не хочешь меня так, как я тебя, — сглотнул парень, тяжело дыша. — Чонгук, — прошептала я, пытаясь взять его за руку, но тот лишь обреченно покачал головой, пятясь от меня. — Если бы я тебе нравился хотя бы вполовину настолько, насколько ты мне, мы бы не возвращались к одному и тому же по десять раз. Я знаю, Раын, к чему ты готова, а к чему нет. И пытаюсь идти тебе на уступки. Как придурок спрашиваю у всех, как можно удивить девушку. И после всего ты говоришь, что слишком быстро?! Я могу сделать первый шаг, второй, третий, но смысл, если ты каждый раз отходишь все дальше. Я не вижу больше смысла. После этих слов он ушел. Развернулся и ушел. Я дура. Я все испортила. Я провожу дрожащей рукой по волосам. Ком застрял в горле, и его слова эхом отдаются в моей голове. Я словно в бреду, иду на первую пару, вторую, третью и пропускаю все мимо ушей. Ребята пытаются меня развеселить, но тщетно. Я замкнулась. Я решаю не идти на астрономию. Не могу. Чон будет там. Это слишком. Я возвращаюсь домой подавленная. Я всего боюсь. Боюсь настолько, что позволяю страху руководить моей жизнью. Чонгук был прав. Я словно потребитель. Я ничего не сделала для него, не важно, нравился он мне или нет, но я только получала, ничего не отдавая взамен. Боже, какая я эгоистка! Я только брала, брала, брала!!! Вопреки тому, что он мне, до дрожи в коленях, нравится. Я шмыгнула носом и потрогала свое лицо. Должно быть, я плакала. Я не хотела, чтобы это заканчивалось, не успев начаться. Это лучшее, что происходило со мной за последние месяцы. Я почувствовала себя живой. Даже когда он меня раздражал, я чувствовала в себе ту увядшую искру. Я чувствовала в себе тот живой огонек. Я была круглой идиоткой. Он мог выбрать любую из девчонок, но выбрал меня, а я лишь носом воротила. Чонгук был честным, не давал обещаний, но наслаждался моментом. Не относился ко мне, как к развлечению и уважал. А уважала ли я его?! Я вспомнила все, что между нами было. Все, на что я была способна, это сделать ксерокопии лекций. Я фыркнула от собственной глупости и дурацкого характера. Парень радовался им больше, нежели любой бы другой радовался сексу. Я покачала головой и, смахнув слезы, посмотрела на телефон. Я взяла его в руки и разблокировала, открыв сообщения. Я хотела написать, что парень для меня значит. Хотела сказать, что он нравится мне, но я трусиха. Я резко заблокировала и откинула его в сторону, словно он был виновен, что его владелица - припадочная недотрога. Я встала и села за уроки. К сожалению, даже они мне не помогли. Также не помогал и новый роман, и чай с мармеладом. Ничего. Я осмотрела комнату. Повсюду стояли цветы. Некоторые уже подвяли, некоторые я уже успела выбросить, но один стоял. Кактус. Я была такой же колючей, как он. Когда бабушка вернулась домой, она заметила мое поникшее лицо и попыталась расспросить, но я не желала рассказывать. Сегодня я не получила привычной смс, хоть и держала телефон под боком всю ночь.

***

Утром я, словно зомби, брела по университету, лишь изредка кивая головой на какие-то вопросы Су Бина. Я была тише воды, ниже травы. Мне довелось увидеть Чонгука на входе в универ, однако тот лишь отвернулся от меня, не обращая внимания. Мое сердце сжалось, но я предпочла этого не показать. Мы сидели на второй паре. Еще вчера я собиралась идти на футбол и вроде как обещала им, однако не уверена была, что буду там делать. — Так, ты не пойдешь, Раын? — спросила меня Хари. Я покачала головой. Девушка накрыла мою ладонь и, наклонившись ближе, произнесла: — Мы не слышали много, но если тебе не наплевать на него, пойди к нему и докажи, что он не прав. Я фыркнула, кинув на девушку взгляд полный недоверия. — И как же? Сегодня я была крайне пессимистична, словно вернулась на несколько недель назад. — Я не знаю. Тебе сердце должно сказать, а не я. Я опустила голову на парту и простонала: — Я не знаю, как смотреть ему в глаза, а вдруг ему уже все равно, и ничего уже не исправить. Возле него вон сколько красоток. Девушка улыбнулась и покачала головой, словно я говорила чушь. Впрочем, возможно, так оно и было. — Раын, ты ему нравишься. Поверь, если ты завтра придешь и хотя бы подойдешь к нему, он будет рад. — Я не знаю, — обреченно прошептала, уставившись на парту. Хари вздохнула и потрепала меня по волосам. — Сделай выбор до вечера. Только ты можешь понять, насколько он тебе нужен. Больше мы на эту тему не поднимали, а я между тем пыталась понять, что же я чувствую к этому парню. Я смотрела на него во время перемен и все сомневалась. Если бы все закончилось, моя жизнь бы встала на круги своя. Я как и планировала, училась бы, получила профессию, стремилась к чему-то. Я не могла говорить о любви к этому парню, но то, что я чувствовала, было больше, чем обычная заурядная симпатия. Больше, чем когда-либо. Я хотела всего лишь спокойствия, но сейчас было ли оно мне так нужно?! И хотела ли я этого на самом деле?! Вряд ли. Я просто закрылась, зарылась в книги. Полагаю, так легче. Он не смотрел на меня. Вообще. И мне не хватало его взгляда, от этого мне стало горько. Пусть мне было неловко, но это лучше, чем то, что я испытывала сейчас. День пролетел, словно в дурмане. Дома меня ожидала тишина, однако в этот раз она не успокаивала, а напротив, раздражала. Раздражала настолько, что хотелось начать бить всю посуду, дабы ее разбавить. Она давила на меня. Вечером бабушка снова застала меня в плохом настроении. Она не спрашивала ничего, однако прежде, чем я легла спать, зашла ко мне в комнату, что-то держа в руке. — Помнишь, как вы с мамой ставили спектакли на Новый Год? — улыбнувшись, спросила она, между тем садясь на кровать. — Да, — слабо улыбнулась. — Давай-ка посмотрим, — подмигнула бабушка. Я резко подорвалась и, взяв ноутбук, принесла его на кровать. Бабушка протянула мне диск, что держала в руке, и я вставила его, а затем включила. — Ты такая кроха, — прошептала бабушка. И правда, я была на голову ниже остальных. Пожалуй, с пяти до десяти лет у нас была традиция. Мы всегда отмечали Новый Год в большом кругу. Приходили мамины и бабушкины друзья, родственники, и было достаточно много детей. У нас был специальный новогодний чулок, в который мы складывали листочки с ролями, дабы детям было не обидно. Когда мы выбирали свои роли, нам давали листочки с репликами. Мы несколько минут повторяли, а затем выходили на импровизированную сцену около елки и начинали играть. И пускай мы читали и даже где-то запинались, однако все это было так по-настоящему. Все это было для веселья. Мама всегда была ведущей и всех детей вела за собой. Она нам подсказывала, а когда мы еще не умели читать, говорила на ушко слова, которые нужно было повторять. Вот она. Я стою впереди всех и читаю стишок. Здесь мне, пожалуй, лет восемь. Я дочитываю, а после выходит Дед Мороз и дарит нам подарки. Мы начинаем весело прыгать, а мама смотрит на меня с любовью. Я плачу и, кинув взгляд на бабушку, замечаю, что и она не может сдержать своего горя. Я притягиваю ее в свои объятия, и мы вместе продолжаем смотреть. Уже с подарками мы поем песню. — Трусишка зайка серенький, — подпеваю я себе маленькой и понимаю, что я и правда трусишка зайка. Чонгук не прогадал, когда назвал меня «зайкой». Я смотрю, как я весело вожу хоровод, и каждый ребенок такой счастливый. Нам много не нужно, всего лишь вера в волшебство. Что Дед Мороз существует, что он дарит нам подарки, а не родители их покупают. Однако волшебство не в этом, а в моменте. В том моменте, когда все счастливы. Когда улыбки не натянутые, а когда ты не можешь их сдержать. Когда непроизвольный смех вырывается из груди, и ты наслаждаешься всем, что происходит. — Мне так ее не хватает, бабушка, — шепчу я ей в плечо, как только вижу маму в кадре. Громкий всхлип вырывается из моей груди. — Я знаю, милая. Я знаю, — хлопает она мне по плечу, между тем вытирая слезы. — Мне тоже, — шепчет она. Запись заканчивается, когда мы все поклоняемся, и взрываются хлопушки, мы по-прежнему сидим в обнимку, разделяя свое горе. — Ты должна ее отпустить, — шепчет мне бабушка. — Я знаю, — киваю головой и отстраняюсь, вытирая рукавом слезы. — Милая, она бы хотела для тебя лучшего, — гладит меня по волосам. Я вздыхаю. Проходит еще несколько минут, а затем бабушка вытаскивает диск и поднимается. — Ты поняла, зачем я тебе это показала? — спрашивает она слабым голосом. Я качаю головой в знак отрицания. — Милая, маму уже не вернуть, но разве ты жалеешь о каждом проведенном мгновении с ней? — Конечно, нет, — без раздумий отвечаю. Она загадочно улыбается. — Конец не так важен, как процесс. Жизнь не дает никаких гарантий. Спокойной ночи, — говорит бабушка, а после за ней закрывается дверь. — Конец не так важен, как процесс. Жизнь не дает никаких гарантий. Спокойной ночи, — говорит бабушка, а после за ней закрывается дверь. Я сижу в смятении. Оказалось, бабушка понимает меня больше, чем я сама себя. Она права, нельзя постоянно прятаться только из-за страха, что все закончится. Слова бабушки дают мне толчок, поэтому я немедля строчу смс Хари. «Я иду» — гласит смс. «Окей)» — пишет она. Прежде, чем заснуть, я вновь открываю сообщения с Чонгуком и тяжело вздыхаю.

***

Чонгука не было сегодня в универе, что, впрочем, не было удивительным. У него сегодня игра. Пары проходят, и я взвинчена, когда мы покупаем билеты. Я специально прибыла на полчаса раньше, чтобы хоть как-то пробраться в раздевалку, поэтому, как только мы занимаемся места, я направляюсь вниз и пытаюсь найти лазейку. Повсюду охрана, и так просто меня не пустят. Я возвращаюсь на место и прошу ребят отвлечь охрану, а сама тем временем становлюсь около входа. Я без понятия, куда он ведет, и лишь надеюсь, что в раздевалку. Я наблюдаю за тем, как Хари подходит к охране и что-то говорит, и как только Су Бин отвлекает второго, я быстро прошмыгиваю в проход. Я иду вдоль. Везде тихо и никого нет. Первой попавшейся мне дверью оказывается туалет, поэтому я иду дальше. Я начинаю слышать отдаленно голоса и ускоряю свой шаг. Я заворачиваю в ту сторону, откуда слышатся голоса, и замечаю открытую дверь. Подхожу к ней, а затем, сделав глубокий вдох, захожу. Внезапно смех затихает. Благо, это не раздевалка, а комната отдыха. Я осматриваюсь и замечаю знакомое лицо. Среди всех я замечаю Джина и машу ему, он кивает головой и, прежде, чем я успеваю спросить, где Чон, как позади меня хлопает дверь. Я оборачиваюсь и замечаю девушку, что была в его комнате. Мои кулаки сжимаются, а глаза превращаются в щелочки. — Я тебе уже говорил, меня это не интересует, — отвечает ей Чонгук. Она хнычет, а затем, соблазнительно к нему прильнув, произносит: — Я могу тебя утешить. Из моего горла вырывается непонятный для меня звук, и парочка оборачивается на него. Девушка фыркает, а парень удивлен. Должно быть, не ожидал, что я наберусь смелости сюда прийти. — Он уже нашел тебе замену, — мерзко улыбнувшись, говорит это недоразумение. Я в ответ фыркаю. — Ты ему не нужна, — снова вырывается из её рта. — Позволь ему самому решить, — огрызаюсь в ответ. Чон приходит в себя и отстраняет девушку, тем самым создавая между ними пространство, на что она окидывает меня недовольным взглядом. — Наён, тебе лучше уйти, — твердо произносит он ей, по-прежнему смотря на меня. — Но, Гуки, — начинает она, как он ее бесцеремонно обрывает. — Я тебе уже все сказал. — Ты еще пожалеешь, — бросает она, скорее мне, чем ему, а затем, развернувшись, уходит. Я понимаю, что у нашей драмы появилось несколько зрителей, поэтому поежилась. — Чонгук, мы можем поговорить? — спрашиваю я робко, боясь отказа. Парень кивает, а затем открывает дверь позади него. Я захожу и следом за мной он. Чон закрывает дверь, и мы оказываемся одни. Здесь светло и просторно, похоже, это мини-спортзал. Все мои заготовленные ранее слова вылетают из головы. Чонгук первым прерывает молчание. — Зачем ты здесь? — черноволосый не смотрит на меня, его голова опущена, а руки сжимают косяк. — Я… — запинаюсь и прикусываю губу. Сглатываю и делаю шаг к парню. Он не подает никаких признаков жизни. — Я…здесь, — говорю, беря его большую руку в свою, — чтобы пожелать тебе удачи. Он кивает и произносит: — Угу, спасибо. Чон все еще отстранен. — Нет, не так, — несколько робко произношу я. — Что? — все же поднимает черноволосый взгляд на меня. Я еще несколько мгновений сомневаюсь, а затем беру его лицо в свои руки и приближаюсь к его губам. Они смотрят на меня ошеломленно. Я не совсем имею представление, что собираюсь делать, однако не отступаю. Я облизала свои губы, и его взор опустился на них. Я приблизилась еще ближе и в итоге стояла на носочках, его руки крепче сжали косяк. Я оставила легкий поцелуй на его нижней губе, и он прерывисто выдохнул, отчего по моей спине прошел легкий озноб. Я провела языком по его губам и поцеловала. Из его груди вырвался стон. Внезапно его руки оказались на моей талии, прижимая ближе к себе. Руки парня пришли в действие. Он терзал мои губы, посасывал их, наши языки боролись. Мы передавали всю страсть, всю нежность, что испытывали друг к другу. Я обняла его за шею. Чон на долю секунды оторвался от меня, однако лишь чтобы вдохнуть воздух, а затем снова напасть на меня своими голодными губами. Парень развернул меня и прижал к стене. Я ахнула от его напора. — Зайка, — прошептал парень мне в губы. Я оторвалась от него и посмотрела затуманенным взглядом. — Удачи, — произнесла я и еще раз чмокнула его в губы. На его лице расплылась улыбка, и он потерся своим носом о мой, а затем обнял. — Так что, мы вместе? — поинтересовалась я. — Только если ты этого хочешь, — ответил парень, поцеловав меня в лоб. — Хочу, — мгновенно промолвила я. — И никаких больше, еще слишком рано? — прищурил он глаза, отстранившись от меня. Я кивнула. — Отлично, потому что я этого очень и очень хочу. Я прижалась к нему, требуя снова поцелуя, однако Чон вздохнул и, проведя по волосам, кашлянул и сказал: — Не сейчас зайка, мне еще на поле выходить. Я хихикнула. — Я пойду. — После игры дождись меня, ладно? — Конечно, — улыбнулась напоследок, а затем вышла. Я ударила себя по лбу, а затем развернулась к парню. — Проведи меня, пожалуйста, — попросила я его. — Да, кстати, как ты сюда пробралась? — заинтересованно спросил парень . Я ухмыльнулась и пожала плечами. Мы быстро добрались до выхода, потом черноволосый напоследок еще раз меня чмокнул и удалился. Я пошла на свое место, вся светящаяся. — О, я вижу, вы помирились, — подколола меня Хари, подмигнув. Я лишь смущенно пожала плечами. Спустя десять минут началась игра. Я не могла не отметить, как Чонгуку идет форма. Он выглядел очень привлекательным. Он два раза падал, отчего мое сердце сжималось, однако ничего серьезного. На шестьдесят четвертой минуте парень забил гол, а затем, повернувшись к трибунам, нашел меня взглядом и подмигнул. Это заставило меня расцвести и раскраснеться. Матч закончился со счетом 2:0 в нашу пользу. Мы с ребятами направились на выход. — Ты домой? — спросил Су Бин. — Нет, — ответила я, покачав головой. — Ладно, — обнял меня Су Бин, затем Хари и ребята оставили меня одну. Спустя десять минут я увидела мчащегося ко мне Чонгука. — С победой, — произнесла, как только парень подошел. — Спасибо, — произнес черноволосый, обняв меня за талию. — Почему ты передумала? — задал вопрос Чон, между тем ведя меня к своей машине. — Просто ты мне нравишься. — Рад слышать, — пробормотал он. Парень, по обыкновению, открыл для меня дверь машины, а затем, обойдя ее, сел сам. — Не хочешь покушать? — Можно, — ответила я. — Отлично, я знаю одно хорошее местечко. Мы проехали всего пару кварталов, и оказались на месте. Кафе было уютное. На столах стояли ароматизированные свечи, повсюду стояли мягкие диванчики и деревянные столы. Свет был несколько приглушен, что придавал некую интимность и загадочность месту. Я не была особенно голодна, поэтому заказала только пасту. Чон же напротив, казалось, пол меню заказал. Я не могла поверить, что он и вправду столько съест, однако когда принесли еду, убедилась в обратном. Должно быть, игра истощила парня. Я наблюдала за ним с нескрываемым интересом. Он казался таким милым с полными щеками и голодными глазами. — А что это за Наён? — словно невзначай поинтересовалась я. — Да так, знакомая одна, — уклончиво ответил Чонгук. — Ты с ней спал? — решила я взять быка за рога. Чон нехотя покачал положительно головой. — Она ничего для меня не значит, — положил парень ладонь на мою руку. Я улыбнулась. Я рада была это слышать. — Кстати, завтра я принесу тебе лекции по астрономии. — Спасибо, — пробормотала, наматывая спагетти на вилку. — Ты из-за меня не пришла, да? Я вздохнула. — Мне нужно было разобраться в себе. — Ты поедешь с нами на пикник? — Скорее всего, а мы в палатках будем спать? — задала я вопрос, жуя. — Ага, в моей палатке, — промолвил парень, внимательно, следя за моей реакцией. Я вспыхнула, но не возразила. Мне хотелось ему показать, что я верю ему. — Хорошо, — промолвила робко я. Черноволосого удовлетворила мой ответ, и он довольно улыбнулся. Мы просидели еще час, прежде чем отправились домой. Чонгук отвез меня домой. На ночь он подарил мне еще один сладкий поцелуй, а затем написал смс с пожеланиями спокойной ночи. Я была счастлива. Я много потрепала нервов себе и ему. И сейчас хотела просто насладиться тем, что мы имеем.