Психушка АСК

Утром светило солнышко, его теплый свет проникал через окна и наполнял всю больницу приятным светом, а двое играли в шахматы. Это были Сильвер и Смоллетт. Я не скажу, что отношения у них были прямо прекрасными, скорее наоборот. Эти двое постоянно в чем-то не соглашались друг с другом. И если Джон ещё как-то сохранял спокойствие, то Александр ярко и громко выражал свою точку зрения. Но вы, наверное, спросите: «Автор, тогда зачем Смоллетт играет в шахматы со лжецом?» А я вам отвечу: «А у него есть выбор?» Действительно, тех, кто умел играть в шахматы, было достаточно мало, и все они были либо заняты, либо не пришли. И вот из-за отсутствия выбора бывшему капитану приходится играть в шахматы со всяким сбродом. Не скажу, что это так ужасно, но было бы в разы лучше, если бы Сильвер не мухлевал почти через каждый ход. Но выбора у него всё равно нет, ведь умереть от скуки или остаться со своими тараканами в голове — вещи не самые приятные. — Я смотрю, у вас, сэр, закончились друзья для игры в шахматы? — с усмешкой в голосе спросил бывший пират, перекладывая черную пешку на б7. — А?! Что, нет! То есть, да! То есть они мне не друзья, просто… Ээ… — явно не зная, что ответить и боясь снова потерять ход игры ответил Смоллетт, его глаза нервно бегали по шахматной доске. — И всё же они вам какие-никакие друзья. Так почему вы решили играть именно со мной? — приподнимая левую бровь и ожидая хода противника, Сильвер сложил ногу на ногу и стал ждать ответа. — Аа… — то ли выдохнул, то ли промычал от усталости Смоллетт. Он лениво протер глаза, которые уже болели от постоянной слежки за чужими действиями, и устало посмотрел на Джона. — Ну, я так уж и быть отвечу на твой вопрос, КХЕ. — мужчина прокашлился и начал своё объяснение. — Я немного злюсь на доктора Ливси, потому что этот имбецил орал в три часа сука ночи, я из-за него с кровати упал! А вот Джеймсу пришлось успокаивать его. Я эти сопли не выношу! Ааа, как ребёнок. — он сложил голову на руку, опираясь на стол, и лениво смотря на часы, и мысленно молясь, чтобы Джим пришел и, наконец, сыграл с ним в шахматы. — Джим ещё не пришел на работу, и сыграть я с ним по логичным причинам не могу. А Трелони — капитан сделал паузу, недовольно промычав. — Ну, ты сам понимаешь, по каким причинам с ним играть невозможно. Вот и остался только ты, — то ли ругаясь, то ли жалея самого себя, сказал Александр. На это Сильвер усмехнулся. Вдруг послышался звук открывающейся двери, и в зону отдыха зашел психолог. Радости Смоллетта не было предела, хотя он и пытался это скрыть под маской «мне всё равно». Увидев это, Сильвер уступил место Джиму, как бы говоря: «Ну что? Готов сыграть партию?» А Хокинс был и не против.